The Strings of Fate

      Комнату окутало сильное напряжение. Казалось, что в помещении было душно. Любой, кто испытал это, немедленно выскакивал наружу.       Мидория сидел в одном из многочисленных залов заседаний в штаб-квартире комиссии. Это была уловка, чтобы заставить мужчину нервничать и заставить быть склонным к ошибкам, которые могли быть запечатлены на камеру, а затем использованы против него. За исключением того, что их планы были сорваны в тот момент, когда Мидория Изуку вошел в их двери.       Элегантно одетый, он забыл свой обычный героический наряд. Те, кто руководил встречей, планировали допросить его о нём. Или могли бы, если бы Мидория не разрушил весь этот план с помощью простой смены гардероба.       — Вы знаете, — голос Мидории был мягче шелка, когда он посмотрел через стол на президента. — Мне редко удается так красиво одеваться, я просто не мог заставить себя прийти в своем потрепанном костюме героя.       По мере того, как он говорил, его улыбка становилась все шире и шире, и с замиранием сердца Мера, они поняли, что добровольно пригласили хищника к себе в свое логово.       — Конечно, — он выдавил фальшивую улыбку.       Собрание еще даже не началось, а Диоскури уже бегал кругами вокруг присутствующих. Хотя этот человек, возможно, и не является главным героем в центре внимания, у него все еще есть лицензия и даже без каких-либо физических особенностей его тело хранит признаки бесчисленных побед.       Комиссия фокусируется на героях, у которых есть физические и яркие причуды. Герои с аналитическими причудами им не ровня.       Пока они не раскололи осиное гнездо, то есть Диоскури.       В агентстве, которого использует почти полностью скрытые причуды. У этого человека много последователей. Причуды, которых избегали или говорили, что они бесполезны в героике, все нашли свое собственное место в агентстве Диоскури.       Они хотели поиграть с огнем, но не ожидали, что огонь отыграется.       — Ах! Президент-сама, — улыбка Диоскури была фальшиво милой, — приятно видеть вас снова.       Президент комиссии, Саяка Киношита, поморщился при виде невысокого мужчины. Вместо того чтобы поклониться в знак приветствия и выразить Диоскури такое же уважение, он просто наклонил голову.       Мер тихо застонал и оплакал тот факт, что ему пришлось быть свидетелем этой встречи. Он был слишком перегружен работой и ему недоплачивали за эти интеллектуальные игры. И все же он должен был быть здесь вместе с множеством других людей из разных департаментов.       За исключением того, что только двое говорили, в то время как остальные были вынуждены сидеть и наблюдать, как все это разыгрывается.       — Вы дерзок, приходя сюда и заявляя о таких вещах.       Встреча началась на кислой ноте. Любезно предоставленой Диоскури, швырнувшим на стол толстую папку из маниллы. Улыбка, растянувшаяся на его губах, была острой и обещала месть.       — Я полагаю, что в таком случае полезно, чтобы у меня были доказательства, не так ли, президент?       Женщина попала в паутину, всем, кто работал или будет работать с Диоскури, было хорошо известно, что он всегда носит на себе камеру для тела. Данные загружаются на компьютер, расположенный в UA в прямом эфире.       Это стало известно только тогда, когда несколько героев потеряли свою карьеру после пересечения героя анализа.       — Видите ли, президент, мы зашли в тупик. —Он сложил руки под подбородком. — Я хочу лучшего для своих учеников, и после того, что произошло, я возлагаю вину на ваши плечи.       Мужчина стиснул зубы и двинулся, чтобы встать, открыв рот, словно собираясь сделать выговор. Только для того, чтобы его толкнул другой, сидящий рядом с ним.       Диоскури это не волновало, они не были важными частями игры. Он сосредоточился на ценной фигуре, которая контролирует другую половину доски.       — С сегодняшнего дня и впредь я буду использовать все свои ресурсы и агентов во всех миссиях и заказах, выполняемых комиссией. Вам больше не позволено совать нос в мою школу.       По комнате раздались крики, когда каждый присутствующий рабочий начал излагать свои аргументы. Самым громким был сам Президент.       — Вы не сделаете ничего подобного! Мы урежем все финансирование и уберем вашу школу с лица земли! — Его лицо покраснело, изо рта текла слюна.       — Вы будете шокированы, узнав, что я уже сделал это.       Улыбка Мидории Изуку была хищной и острой. Он будет играть в долгую и трудную игру, чтобы отделиться от коррупции, которая распространилась по всей комиссии.       — Твоя очередь Не-тан.