Бескрылая птичка

Особняк Вяземских на Волхонке. Неделю спустя

Солнце медленно заходило за горизонт. Деревья и здания Санкт-Петербурга, окрашивались в ярко-жёлтые тона, они были словно покрыты золотом. Молодой мужчина, облокотившись на подоконник, жадно вдыхал свежей, вечерний воздух. Его взгляд был спокоен и задумчив, он думал. Думал обо всем. О смысле жизни, о его долге перед родом, о стране, о предках и так далее. Из задумчивости его вывел тихий, почти незаметный стук в дверь -Да? — Повернувшись, он увидел невысокую девушку, она прижимала к груди стопку свежего постельного белья. Её глаза были опущены, а губы плотно сжаты. -А, это ты Фелин. –Равнодушно ответил мужчина. — Что тебе нужно? Постель пришла менять? — Девушка скромно кивнула головой, быстро подходя к кровати. Её движения были быстрые и нервные, будто она боялась чего-то, или кого-то…

«Чего она? Боится что

ли? Вот дуреха…»

-Фелин? Ты куда так спешишь, не съем я тебя. — со смехом и тонким раздражение воскликнул мужчина. Он медленно подошёл к ней, резко притянув к себе. -Барин… Не нужно. — жалобно пискнула девушка, отталкиваясь от своего мучителя. Его руки блуждали по её телу, губы жадно впивались в её.

«Нежные и сладкие»

-Филипп! — раздался громкий бас. В комнату вошёл высокий, статный мужчина лет 50. Он сурово посмотрел на пару, стукнув тростью по паркету. -Ох, отец… — Филипп закрыл глаза, мучительно выдохнув. -Отпусти Фелин, немедленно. — строго проговорил он, переводя взгляд на бледную служанку. Филипп послушно разжал руки, отходя в сторону. Фелин же быстро выбежала и покоев, потеряв несколько простыней по дороге. -И не надоело тебе? Может хватит портить каждую девку? — Сев в кресло, спросил его мужчина. -Папа, ну полно вам. Дело молодое, сами были таким. — Филипп, взяв со стола сигару, поднес её к огню. -Не смей сравнивать меня с собой щенок! — Сигара вылетела из рук Филиппа, медленно прокатившись по ковру. Взгляд юноши был спокоен, чего нельзя сказать о взгляде его отца. Суровый, бешенный и зверский. -Тебе пора остепениться, и я намерен женить тебя. К 9 вечера будь готов, и, если ты не соизволишь спуститься….

«Я шкуру с тебя

спущу»

-Я шкуру с тебя спущу. — Ответил мужчина с тростью, выходя из комнаты. Филипп долго смотрел ему в след, а после подняв почти потухшую сигару, затянул едкий дым. -В 9, так в 9.

***

-Мама, зачем так туго? Сжальтесь надо мной… -Лиззи стояла опиравшись об туалетный столик. Её корсет туго затягивали две служанки. -Еще туже. — холодно, не скрывая раздражения ответила Татьяна Николаевна. Две крепостные девушки, потянули ленты синего цвета, но завязать корсет не смогли. -Да что вы делаете, дуры?! — Графиня, бросив книгу в кресло, подошла к девушкам. Оттолкнув двух крепостных, она с силой дернула ленты корсета, затягивая его до самого пика. -Мама… мне… нечем… дышать.- с трудом, едва ли слабым голосом сказала Лиззи, ловя воздух ртом. -Потерпишь, я в твои годы, каждый день ходила с туго затянутым корсетом. — Графиня вышла из комнаты, жестом зовя двух служанок за собой. Те, покорно поклонившись, пулей вылетели из комнаты.

«Боже… как

развернуться в этом корсете… Порвать бы эти чертовы ленты»

Елизавета надела атласный халат, и подошла к зеркалу. Лучи заката придавали её волосам цвет огня, а кожа блестела словно алмаз. На этой белой коже, красовались маленькие синяки. На запястье, шее, плечах… «Боже… ужасный вид» -Авдотья.- крикнула Лиззи, и в комнату тут же вошла пожилая женщина. -Да, барыня? Чего изволите? — Старуха поклонилась, и улыбнулась. -Прикажи карету заложить, я изволю прогуляться.

***

-Крестная, вы меня звали? — Катерина зашла в гостиную, держа в руках корзинку с цветами. Анна Львовна улыбнулась и протянула руки. Китти обняла крестную, и присела на диван, поставив корзинку на пол. -Катенька –Анна провела рукой по её волосам. — Хочу сообщить тебе новость. Скоро приедет мой сын -Григорий Петрович? — Кити улыбнулась, взяв крестную за руку. -Он самый, я прошу тебя, помоги мне разобраться с садами. Боюсь одна не справлюсь. — Катерина кивнула головой, и достав василек, вплела его в прическу Анны Львовны. -Крестная, я, пожалуй, сейчас и начну. Работы много, а времени мало. Дозволите? — Катя встала и взяла в руки корзину

«Дозвольте… Мы с

Алешенькой уже давно не виделись… Там в саду нас никто не увидит»

-Хорошо милая, но до поздна не задерживайся. И попроси Галю, она поможет тебе. — Кити хихикнула и выбежала из гостиной. Зайдя в свою комнату, она села за стол и достала бумагу для письма. Макнув пело в чернила, она быстро написала записку.

«Дорогой Алёша, жду

тебя в северном саду, через 30 минут.

Твоя Катя.»

Подув на чернила, она спешно сложила его в квадрат. Выйдя из комнаты, Катя спустилась на кухню. Павлуси там не было, она еще утром ушла на рынок, но не её искала Катя. На кухне была только Галя. Она сидела за дубовым столом и чистила свеклу. -Галя? — тихо проговорила Катя. Галя подняла глаза, и бросив свеклу в миску с водой подошла к Кате. -Ну шо? Разрешила пани? — Спросила Галя, сложив руки на груди. -Да, но подожди. Можешь отнести к Косычам? Алешке записка. — Галя закатила глаза. -Та я не можу, мені Павлина голову снесет если я роботу не дороблю. — Кити задумалась, и Галя вместе с ней. -Галя, так давай я твою работу доделаю. — Галя потерла виски и немного недоверчиво посмотрела на Катерину. -Да все будет хорошо — Кити улыбнулась и протянула ей записку. -Ну Катька, дивись мені. Якщо що не так буде, я твоєму голубку запскі передати не буду. –Катя крепко обняла её, после чего Галя вылетела из кухни.

***

-Куда вы барыня? Что графине передать? — Спросила старушка, ходя кругами вокруг Лизы. -Боже, да хватить кругами ходить. Ну? — Лиза нежно улыбнулась, и взяла старушку за руку. — Не волнуйся, мне нужен свежий воздух, без маменьки и её вечных недовольных речей. Подай мне лиловый плащ — Авдотья взяла из шкафа плащ, и подала его девушке. -Да если графиня узнает, что вы пошли на прогулку, да еще в такой день, она плетей мне прикажет дать. — Лизи резко развернулась, недовольно сверкнув глазами. -Полно уже. — строго сказала она. — У маменьки тихий сон — Авдотья пыталась возразить, но Лиза её перебила. — Она не проснётся, она всегда крепко спит перед балами. Так что, у меня есть час. — Авдотья помогла одеть плащ, И Лизи тихо вышла из комнат. На улице её ждала карета, минуту подумав, она решила оставить ей в особняке. Заплатив кучеру за неудобства 1 рубль, она направилась на набережную. Солнце почти село, но фонари еще не горели. По мостовым гуляли молодые пары, пожилые дамы и мужчины, а также дети. Дойдя до набережной, она облокотила на перила. Вода была зеленоватой, мутной и манящей. Пена поднималась и опускалась. Шум и плеск манил Лизу, засмотревшись вниз, её одолела слабость и тошнота. Глаза медленно закрывались и открывались. Все что запомнила она, это была зеленая и мутная вода.