Чужой среди своих и свой среди чужих

После того, как Коди успокоил младшую сестрёнку, то пошёл в комнату к молодому дельте, чтобы извиниться перед ним. Пройдя мимо кухни, где уже были родители, подпосток прошмыгнул в коридор, а потом уже и в комнату. Стэн лежал на своей большой деревянной кровати, кровать была не купленой, сделанной своими руками. Её прошлым летом собирали Стэн и его отец, мистер Тейлор, Коди тоже принимал в этом участие. Молодой дельта был накрыт серым вязанным пледом из кроличьей шерсти, он дрожал. Дрожь была не от холода, а от того, что произошло. Коди попытался сесть рядом, но Стэнфорд тут же его столкнул, так как не хотел его видеть — Уходи, мне не нужны твои извинения Но альфа был настойчив, он все равно сел рядом с братом, а когда тот снова захотел его скинуть, то уже притянул того к себе и посадил рядом, крепко обняв — Ты принял подавители? — подросток крепко обнимал брата — Да... — не хотя сказал тот Стэн не хотел разговаривать с Коди после того, что было. Но он понимал почему это произошло. Дело было в феромонах. Некоторое время парни молчали, это продолжалось около тридцати минут. После этого получасового молчания, дельта сказал, что простил его. Так как сам все понимает и это с ним иногда тоже случается, когда он видит перед собой течных омег и или, иногда, гамм. Коди ещё раз извинился и ушёл к себе в комнату. Вечером же, после насыщенного дня, Коди со своим другом, Ллойдом залез на чердак их дома, где обычно хранился всякий хлам и мусор. Там альфы устроили два гамака, чтобы иногда там проводить время, так как Ллойд хотел научиться играть на гитаре так же, как и Коди. — Хей, Код, смотри сколько тут хлама — мускулистый брюнет взял в старую, поломанную гитару, у которой уже давно не было грифа, а почти все струны были оторваны. — Да-да, я знаю, тут много чего лежит, от сломанного будильника, до сломанного старого дивана и шкафа. После же некоторое время Коди учил друга играть на гитаре. У Ллойда плохо получалось, но альфа все равно хвалил его, когда у него хоть что-то получалось. Вскоре ему это надоело и брюнет положил гитару на гамак, сам же подошёл к зеркалу. Парень снял с себя футболку и показал Коди свою первую татуировку, чёрного китайского дракона. На его смуглой коже это смотрелось достаточно красиво, дракон был хорошо порисован, работой явно занимался мастер своего дела. Тинейджер похвалил тату друга, но ему было не до этого. Он нашёл какую-то синюю, выцвевшую детскую пеленку, в которую были вложены не менее выцвевшие фотография и записка. Сначала он осмотрел фотографию, на ней была изображена семья. Отец, высокий красивый смуглый мужчина с чёрными кудрявыми волосами и серыми, светлыми глазами. Он был одет в клетчатую синюю рубашку и темно - синие джинсы, в его руках был ребёнок, завернутый в эту самую пеленку. Рядом с ним стояла красивая, милая девушка с каштановыми волосами. Внешность у неё, конечно, была не идеальной, но и не ужасной. Она по-своему была красивой и нравилась тому мужчине, что стоял рядом с ней. Но почему-то у неё была бледная кожа, не естественно бледная. Это признак того, что она была слаба и явно болела чем-то серьёзным. Молодая мать была одета в лёгкое розовое платье с пояском, на нем были различные узоры, напоминающие какие-то голубые цветы. Под цвет её красивых, выразительных глаз. Но ещё больше их подчёркивали её длинные ресницы и густые брови. Внизу была подпись " Адам и Роуз Уайт, 1969 год" Фотография была по краям обгорелой и скомканой, будто она правда побывала в огне и кто-то её спас из огня и сохранил, но не понятно зачем. Чем больше Коди рассматривал фотографию, тем больше у него возникало вопросов. Но при этом он ещё не брал в руки записку. Тем временем к нему подошёл Ллойд и взял эту записку, решив прочитать её первым, но когда он прочитал её, то его лицо побледнело, а руки задрожали, на глазах блестнули слезы. Коди очень удивился такой реакции и тоже решил прочесть эту записку. " Прошу вас, возьмите моего сына. Его Зовут Коди, Коди Уайт. Наш дом сгорел, сгорело абсолютно все, все наши сбережения и вещи... А вместе с этим сгорел и мой муж. А вместе с ним и вся моя жизнь... Я не смогу содержать своего ребёнка, мне просто неначто... Простите меня..." Всё это было написано красивым разборчивым почерком, это явно писала женщина, лист бумаги был немного кривым, как будто на него чем-то накапали или будто он попал под дождь. Подростки догадались, что эта женщина плакала, когда писала эту записку, так как не хотела отдавать своего ребёнка чужим людям, но ей пришлось. Парень понял, что на фотографии были его настоящие, биологические родители, а писала записку его мама. У него все это вызывало бурю эмоций, но в основном это была боль, душевная ноющая боль. Молодой альфа и сам чуть не заплакал, но с трудом сдержал себя. Он ещё не знал, что и его мать, Роуз Уайт тоже давно умерла. Она умерла через несколько дней после смерти мужа, у неё был рак крови.