kiss in the rain.

      минги тянет чонхо за собой после музыкалки куда-то под старую, обшарпанную временем арку, пока на улице шёл проливной дождь. у них с собой не было зонта, поэтому они оба, насквозь промокшие, прижимающие каждый свои вещи поближе в глупой надежде оставить хоть что-то сухим, кое-как забегают под своё псевдоукрытие где-то в заброшенной части здания, где уже точно никто не живёт. как те самые заброшки вроде отличных мест для игры в сталкер, как обычно эти точки местные подростки и называют, где можно хотя бы временно переждать дождь, чтобы утих.       чонхо кое-как умещается на бетонной плите, стоящей неподалёку, и достаёт телефон из заднего кармана потёртых джинс. экран показывал только семь вечера. прямо под ухом неприятно капала вода, всё равно частично попадая на голову, одежду, кожу. всё ещё хотелось тщетно спасти свои вещи, зная, что не получится, но ведь попытка не пытка, так? минги только наспех проверяет свои тетради, достав их из своего суперкрутого непромокаемого рюкзака. промокли. сон усмехается, закрыв вещь и небрежно бросив её себе под ноги. чхве только усмехнулся, осторожно поставив гитару рядом с бетонной плитой так, чтобы та сильно не намокла. — странно, прогноз погоды не показывал сегодня ливней — синоптики постоянно ошибаются, они ведь люди       чонхо пожимает плечами, вновь посмотрев на парня, и улыбается слабо, увидев, как тот неуверенно мнётся рядом. — садись уже, а то стоишь, как бедный родственник — спасибо…       минги кивает потерянно, неуклюже подхватив рюкзак и сев рядом с парнем, который не понимал, почему это вдруг старшему потребовалось разрешение, чтобы просто сесть. — я хотел спросить… а ты давно играешь? — лет восемь, но прям ради музыкалки только три года, меня отец учил играть — сыграешь?       чонхо смотрит странно, будто пытаясь увидеть что-то подозрительное. у минги мурашки по спине пробежались от такого взгляда. обычно на него вообще не смотрят, а тут одноклассник с музыкалки уставился так, будто впервые видит и пытается понять всю его суть одним взглядом, словно экстрасенс. — прости… если не хочешь, то не стоит, правда…       чхве, не реагируя на чужое извинение, молча берёт в руки музыкальный инструмент, откинув с глаз мокрую чёлку, и достаёт его из чехла. благо, намокло совсем немного, только струны из-за погоды натянулись слишком сильно. пальцы левой руки на пробу касаются натянутых струн, пока правая зажимала нужные аккорды. — тебе классику или что-то более современное? — давай второе, у меня после занятий от классики скоро живот скрутит, будто дождя не хватает       сон фыркает, заставляя парня улыбнуться. он находит это милым, внимательно смотря на лицо, показывающее явное размышление — эд ширан? — получше штеймана. — штайнманна       поправляет младший, улыбнувшись на очередное чужое фырканье с тихим «плевать», и наконец играет первый аккорд полюбившейся песни. минги слушает без отвлечения, смотря то на мокрое от скатывающихся с волос капель воды лицо, то на такой же абсолютно мокрый свитер поверх кофейного цвета рубашки, прилипший к коже и немного просвечивающий накачанные руки с продрогшими от холода пальцами. если спросить старшего, он скажет, что звук воды и дождя вместе с отражающимся эхом по заброшке голосу создаёт просто идеальную симфонию, которую он втайне записывает на свой телефон, чтобы потом переслушивать и вспоминать эти приятные мгновения с улыбкой. не зная текста изначально, минги не стал обращать внимание на то, что чонхо менял слова и пол, тем самым превратив девушку из голуэя в парня. ему казалось, что таков текст и задумка. он и этого певца слушал редко, предпочитая ему эминема или майкла джексона, но ему очень нравился певчий голос чонхо, сейчас доигрывающего последние аккорды и внимательно смотрящего на чужую реакцию с короткой ухмылкой. — что-то не так? — рот прикрой. — прости? — я говорю, тут холодно, прикрой рот, а то подхватишь простуду.       сон прикладывает руку ко рту, подмечая, что он правда был приоткрыт всё это время, и слабо краснея. чонхо неожиданно прикладывает тыльную сторону ладони к чужой щеке с мягкой улыбкой. — странно… — что? — тут холодно, а у тебя щёки горят, хотя должны быть ледяными, хён. — р-разве?.. — да. они очень тёплые, и это странно…       чхве отрывается на какие-то доли секунды, чтобы убрать гитару обратно в чехол, и снова поворачивается к старшему, осторожно стирая с кожи лица каплю воды с тихой ухмылкой. — что? — глупый хён…       минги недоумевает, тут же порываясь что-то сказать, когда чхве осторожно целует его в губы, не стараясь углубить поцелуй и почти сразу отрываясь от удивлённого парня с мягкой полуулыбкой. — и прекрати спрашивать это своё «что?». выглядишь, будто маленькая школьница — з-зачем ты это сделал? — разве не очевидно? — очевидно что?       чонхо закатывает глаза, дуя губы, и минги снова находит это очаровательным. — ты бы стал целовать человека, который тебе не нравится? — нет… — вот и я нет… — с губ срывается обречённый вздох.       чхве надевает на плечо чехол с гитарой и берёт в руки рюкзак и… чёртов зонт. большой прозрачный зонт, всё это время лежащий в чехле из-под музыкального инструмента. сон смотрит на это удивлённо и не знает, что в нём преобладает больше: злоба или удивление. — ты идёшь? — но… — не нокай, я не хочу, чтобы ты простыл. понесёшь его, а то я боюсь, что буду задевать тебя? — и тебе не жаль испорченной одежды? — я тебя поцеловал, поэтому нет.       минги снова краснеет, не уступая варёному раку в своём состоянии, когда смотрит на мягкую и немного хитрую улыбку чонхо, отдавшего зонт ему прямо в руки и подхватившего его под локоть обеими освободившимися руками, зная, что ему не откажут, ведь даже под большим зонтом места не так много. — знаешь, давай повторим поцелуй… — что?!       они стоят под козырьком напротив закрытой двери подъезда, наспех набирая хотя бы одного взрослого, кто может оказаться в квартире, ведь обычно у обоих родители либо в разъездах, либо в ночной смене — снова ты за своё… пошли на свидание, говорю. — п-пошли…       чонхо усмехается быстрому согласию, совершенно случайно откопав в кармане насквозь промокших джинс ключи и наконец открыв им путь домой. каждый к себе, с трепещущим сердцем и немного покрасневшими щёчками, когда минги, поднимаясь на этаж выше, осторожно, быстро и смазанно целует младшего в уголок губ, вызвав взаимную смущённую улыбку и заставив чхве быстро ретироваться в своё убежище — квартиру.       1:1 — промелькнуло в голове сона, у которого, оказывается, с собой тоже оказались ключи. а за окном всё так же шёл проливной дождь.