Rainbow Wings

      Спустя долгие пять минут Юнги все же решается обозначить свое присутствие и заходит в комнату так, будто это не он подслушивал под дверью минуту назад. — Лучшего места, чем на полу вы, видимо, не нашли? — говорит, скидывая сумки около матраса и вполне успешно делая вид, что не замечает, как Тэхен шмыгает носом. — Ты относительно быстро, — удивляется Чимин, сразу же подползая к пакетам, затем начинает доставать из них контейнеры с едой. — Не верю, что это говорю, но ты мой спаситель. Ужас как проголодался.       Мин, плюхнувшись на импровизированную кровать, хмыкает, внимательно оглядывая Пака. Оказывается, тот неплохой такой актер, умело за масками прячется, спокойно и непринужденно себя ведет, ничем не выдает недавних слез. Не услышь капитан все собственными ушами, и никогда бы не догадался о терзающем его прошлом. — Одолжил у друга мотоцикл. В сложившейся ситуации, он пришелся, как нельзя, кстати. — Оу, ты водишь? Никогда не видел тебя за рулем, — вновь удивляется Чимин, разламывая одноразовые палочки и притягивая к себе токпокки. — Мм, вкуснятина.       Тэхен же с интересом изучает остальные продукты, не стесняясь залезть в контейнеры любопытным носом. Все эти запахи для него новы, а то с каким аппетитом друг поглощает содержимое одноразовой миски, вызывает в нем желание попробовать тоже. Ему даже немного жаль, что настолько важная составляющая часть жизни людей ему не нужна совершенно. Ну почему он не может быть таким же обычным человеком, как его новые друзья? Тэхен, способный без Чонгука ощущать только холод и угнетающую тоску, хочет быть ближе к ним, хочет понимать и чувствовать все, что и они. — Так, отвожу душу, когда есть время. Планирую со временем приобрести свой, — отвечает Юнги, забавляясь с поведения ангела. — Наедайся, потом обработаем твою ногу. — А ты разве не голоден? Тут много для меня одного. Я быстро насыщаюсь, — кивает на контейнеры Пак, тактично умалчивая о своей диете. Боится, и так себе вчера лишнее позволивший, что без физических нагрузок вес набирать начнет. Чертов фастфуд. — Поел по дороге. Все это не только на сегодня, но и на завтра. Утром я уеду в универ, у меня важные пары, да и после сам знаешь какого инцидента мне не стоит лишний раз прогуливать.       Танцор неловко прокашливается, словно не Юнги в случившемся виноват, а он сам, что немного из колеи выбивает. Беспокоится? — Я бы помылся, если честно. Чувствую себя некомфортно, — переводит тему Чимин, упаковывая остатки продуктов.       Юнги, заметив, что тот почти ничего не съел, мысленно цокает. Как можно настолько скудно питаться? Даже токпокки до конца не осилил. — Это не проблема, Чонгуки уже два раза меня купал, — загорается Тэхен и тут же стушевывается, смущенно опуская взгляд в пол.       Подметивший его вмиг заалевшие щеки Пак, заломив одну бровь, кажется, догадывается в чем здесь причина. Мелкий тут, похоже, времени зря не терял. Совратитель невинных мальчишек! Ну и получит он при встрече по самое не балуй... — Тэхен-а, — тянет ласково Чимин, — Я надеюсь, Чонгук не делал чего-то такого, что тебе было бы неприятно? — Что? Нет-нет, он просто мыл мне голову, — машет в отрицании головой падший. Ангел, конечно, наивный, но далеко не глупый и понимает, что произошедшее пару дней назад должно остаться между ним и Чонгуком. Тот момент был только их и для них.       Танцор с музыкантом, естественно, в его неумелую ложь нисколько не верят, но, не сговариваясь, предпочитают промолчать, а то не ровен час сгорит со стыда тот, вон как покраснел. — Я не спец в такой технике, но, поди, разберусь, — поднимается с матраса капитан, глядя на Чимина. — Пойду подготовлю бассейн, а ты пока разбери рюкзак, там найдешь все необходимое.       Чимин, отпив холодного чая из бутылки, благодарно кивает. Кто бы мог подумать, что Юнги такой заботливый малый. Расскажи это кто ему несколько дней назад, и он бы рассмеялся этому кому-то в лицо, припечатав сверху парочкой «лестных» эпитетов. — Он очень внимателен к тебе, — озвучивает общую на двоих мысль Тэхен, когда дверь за капитаном захлопывается. — Нужно же ему как-то загладить передо мной свою вину, вот и старается, — пожимает плечами танцор. — Хотя, для меня все равно его поведение кажется слишком странным. Юнги не так плох, каким обычно прикидывается. — Точно не плох, — задумчиво произносит ангел, смотря куда-то сквозь друга, а придя к каким-то своим выводам, заставляет ими его поперхнуться. — И я уверен, что тут кроется нечто большее, чем банальное желание извиниться. Он хочет быть к тебе немножечко ближе. Вы вместе как одно целое смотритесь, я это еще вчера заметил. — Не обижайся, Тэ, но ты такой фантазер. Не суди нас по себе и Чонгуку, мы с Юнги совершенно другие. Да, наши с ним отношения теперь заметно теплее, но к напророченному тобой итогу нам не прийти никогда, мы абсолютно разные, вдобавок не в сказке живем, чтобы любая фантазия воплощалась в реальность. Нас ничего, кроме неприятных воспоминаний и секрета в лице одного ангела, который отчего-то возомнил себя чертовым купидоном, не связывает. — А ты фантазировал? — невинно хлопает голубыми глазищами юноша. Чимин готов пробить себе лоб фейспалмом. — Из всего, что я сказал, ты зацепился только за это? — размахивая руками, возмущается он. — Не фантазировал я! Я его ненавидел всегда, впрочем, как и он меня! Какого хрена, вообще?       Ангел, позабавленный чужим негодованием, смеется, затем тянется за одиноко лежащим около матраса планшетом Чонгука и начинает на нем под недоумевающим взглядом друга что-то быстренько набирать, а закончив, сует его ему под нос, самодовольно заявляя: — Вот, смотри. Тут сказано, что от ненависти до любви один шаг! — при этом выглядит так, будто открыл новый закон физики, не меньше, на что у Чимина дергается глаз. — Кажется, интернет, а особенно любовные паблики тебе противопоказаны. И научили же на свою голову... — нервный смешок издает Пак. — Смейся-смейся! А я посмотрю потом, кто в итоге окажется прав! — отобрав планшет, надувается Тэхен, включая какую-то игру с разноцветными кристалликами.       Чимин, хмыкнув, берется за разборку вещей: зубная щетка и апельсиновый шампунь его радуют, плед согревает, а плюшевый костюмчик вызывает непроизвольное закатывание глаза. Ну, конечно, Юнги, что ты мог выбрать, как не его? Танцор нисколько за это не злится, одежда-то теплая и телу приятная. Миролюбивое настроение на панику резко сменяется, стоит ему достать из рюкзака нижнее белье. Если Мин копался в том ящике, значит, вполне мог увидеть там нечто постыдное, и стринги из этого «нечто» не самый плохой вариант.       «Твою мать!» — красным цветом в голове Чимина мигает. — Все готово. Бери шмотки, я помогу тебе спуститься, — возвращается в комнату раскрасневшийся и вспотевший капитан. За водой пришлось сбегать не раз и не два.       Чимин, прижав к груди злосчастное белье, смешно на него вылупляется. Юнги непонимающе смотрит в ответ, не сразу догадываясь о причинах его странного поведения. От его пришибленного вида ему хочется ужаленной под хвост лошадкой заржать. Жаль, что не сфотографировать, но оно и не требуется, представшее и так неплохо в памяти сохраняется. — Я с-сейчас, — схватив шампунь и костюм, отмирает Пак, неловко вскакивая на здоровую ногу.       Мин тут же спешит помочь, предлагая опереться на свое не травмированное плечо, и ведет его на выход. Спуститься по лестнице оказывается еще тем испытанием, Юнги было бы намного проще, если бы он мог взять Чимина на руки, но из-за травмы этого делать опасается, мало ли уронит? С горем пополам парням удается преодолеть крутые ступеньки, на последней из которых танцор просится на улицу по зову природы и, оставив музыканта в храме, выходит на воздух, где его накрывает осознанием тотального пиздеца. Ну почему он такой дурак и не предвидел вероятность того, что музыкант полезет туда, куда не следует? А может, тот вообще ничего не видел, и Чимин зря переживает? Плевать на стринги, все-таки танцором является, ему часто приходится их на выступления надевать, чтобы дурацкие швы от обычного белья не проглядывались, но вот... — Слушай, я, конечно, тебе благодарен и все такое, но в следующий раз не копайся, пожалуйста, во всех моих ящиках, — покончив с насущным, с ходу начинает вошедший в здание Пак. — Ты просил вещи, я их привез. Инструкций, какие ящики мне нельзя открывать, ты не предоставил, так что уж извиняй. Бельишко, кстати, зачетное, — ухмыляется смекнувший что к чему Юнги, от чего Чимин краснеет, не зная, то ли позорно сбежать, то ли побить одного самодовольного засранца. — Это для выступлений! Не надумывай там себе ничего, — так ничего и не придумав, подходит он к ванне, пряча глаза и не осознавая, как это сейчас двусмысленно прозвучало. — Не знал, что ты подрабатываешь в стриптиз-клубе… — деланно серьезным тоном выдает Мин.       И без того заведенный и смущенный Чимин слов не находит что на его заявление ответить, воздух только выброшенной на сушу рыбой немо хватает, но, а Юнги... Юнги откровенно с ситуации кайфует. Драконить Плясунью его любимое хобби. — Это… это, чтобы ничего лишнего не просвечивало во время танца, извращенец! — задыхаясь от негодования, кричит Пак, раздраженно сдергивая с себя кофту. — Что у тебя за фантазии такие?! — А у тебя? — нагло смотрит в ответ капитан, намекая на то самое, чего так боялся танцор. — Интересно, подергай я ящик сильнее, что бы еще оттуда выкатилось? — Ты видел, — обреченно стонет Чимин, накрывая ладонями полыхающее лицо. — Боже, убейте меня… — Чимин, — подойдя к нему вплотную, едва слышно зовет Мин. — Это не то, чего следует стыдиться, — отнимает его руки от лица. — Да, не спорю, увидеть анальную пробку в твоих вещах было несколько шокирующим для меня, но, как бы тебе помягче сказать... Короче, каждый дрочит как хочет, и это не только эротики касается, но и всей жизни в целом. Не придумывай не существующих проблем, Плясунья, лучше раздевайся, а то вода остынет.       С трудом воспринимающий им озвученное танцор глупо ресницами хлопает. Ответного, прожигающего все внутренности взгляда не выдерживает, выдернув руки из его, отворачивается и послушно раздевается дальше. — Не треплись об этом, — шепотом просит, стягивая штаны. — Я же не мудак, — машинально бормочет бессовестно залипший на чужом обнаженном теле Юнги, а особенно на пышных ягодицах и подкаченных бедрах... Кажется, теперь его расшалившуюся фантазию не остановить даже пулей в лоб.       Чимин резко разворачивается и скептически оглядывает капитана, но вместо упреков почему-то пуще прежнего краснеет. Если бы он не был уверен в гетеросексуальности Юнги, то подумал бы, что тот его сейчас изнасилует, и ладно, если только глазами… Ему бы хоть что-то сказать, а он, как дурак, смущается, чувствуя разливающийся по коже жар. Приятно, однако, что его так жадно и восхищенно рассматривают... Стоп. Что? — Отвернись и иди погуляй, — бросает Пак, в защитном жесте обнимая себя руками.       До Мина не сразу его требование доходит, а когда доходит, он, шумно выдохнув, чуть ли не бегом из храма уносится, напоследок кидая «Ну ты это... позови, как закончишь, я тут неподалеку буду...». С него, если честно, капец как, достаточно на сегодня. Очередные выводы не заставляют себя долго ждать: а) У него дёргается в штанах на обнаженного Чимина. б) Синякам на этом проклятом совершенстве явно не место. в) Он абсолютно не знает, что делать со всем этим пиздецом.       Самое забавное, что Чимин, ничего не подозревая, вполне отомстил ему за недавние подколки, пускай и столь своеобразно, и, опустившись в воду, продолжает полыхать щеками. Еще забавнее, что сидящий на перекладине под потолком Тэхен все видит и слишком хитро для невинного ангела улыбается.

***

— Привет, — кинув пальто на задние сидения автомобиля, плюхается рядом с водителем на переднее Джин.       Намджун, окидывая завороженным взглядом поправляющую пиджак девушку, на пару секунд зависает. Она, не обделенная вкусом, с первой встречи дала понять, что ей пойдет абсолютно все, что бы ни надела, но то, что он видит сейчас, превосходит все его мыслимые и немыслимые ожидания. Строгий темно-бордового цвета костюм ладно облегает ее фигуру, а кремовая, расстегнутая на несколько пуговиц блузка открывает вид на соблазнительную ложбинку между грудей. Не пошло, но и далеко не целомудренно, даже сильно завлекательно в перспективе освободить еще одну петельку. Дополняет образ ненавязчивый макияж, длинные, спадающие на тонкую шею серьги, чуть подвитые каштановые волосы и очки в черной оправе.

— З-здравствуй, — выходит из ступора почему-то начинающий злиться продюсер. — Ты не могла одеться попроще? Это как-то уж слишком… — Я оделась в соответствии с ролью, которую собираюсь сыграть. Или ты думаешь, что преподаватели престижного вуза разгуливают в джинсах и футболках? — недоуменно вскинув брови, спрашивает студентка.       Намджун хмурится, осознавая, что наехал на нее необоснованно, и не знает что сказать, чтобы она поняла его опасения правильно. — В таком образе ты больше походишь на бизнес-леди, чем на репетитора. На очень горячую бизнес-леди… — выдает спустя полминуты.       Джин, покачивая головой, невесело хмыкает. Мужчины, что с них взять? Особенно, когда данный конкретный претендует на ее сердце. — Намджун, не усугубляй ситуацию. Если ты считаешь, что я так вырядилась, чтобы потешить свое эго, то нет. Я очень волнуюсь и переживаю за наш план, ведь, как бы я ранее не храбрилась, я все еще обычный человек, всевластием не обладаю. Единственное, что я могу сейчас сделать, так это создать благоприятные условия. И если мне для этого надо влезть в чертов костюм и прикинуться сексуальной училкой, я так и поступаю, — прикрыв глаза, вздыхает девушка, потирая переносицу. Будто мало ей было проблем со шпионской миссией в деканате, а теперь вдобавок приходится объяснять элементарные вещи одному ревнивому медведю. — Прости, ты права, — берет ее ладонь в свою Джун, ободряющее холодные пальцы сжимая. — Мне кажется, что ты так за себя не боишься, как я за тебя, вот и получается как-то так... Понимаю, я не помогаю, но кто этих богачей знает? К тому же, особняк Чонов полон охраны... — Совершенно не помогаешь, — согласно кивает Джин, вопреки сказанному собой, тепло улыбаясь. — Я все еще могу пойти вместо тебя. Скажу, что нужная преподавательница заболела, и я… — начинает было продюсер заводить и без того поднадоевшую за вчера песню, что сразу же обрывается указательным, приложенным к его губам пальцем. — Даже не думай. Я не принижаю твои умственные способности, но тут дело не столько в эрудированности и знаниях, сколько в актерской игре. Давай будем честны и согласимся, что ты проколешься на простом приветствии.       Что ж, Намджуну здесь крыть нечем. Он и вправду бесполезен в подобных вещах. Поэтому ему только и остается что поцеловать тот самый пальчик, повернуть ключ в замке зажигания и тронуться в путь.       Студентка на его жест резко руку одергивает, но несвойственно для себя не говорит ничего, предпочитая отвернуться к окну в надежде, что тот не заметит ее зардевшихся скул. Чертов Ким Намджун, что за магия такая вне Хогвартса?       Весь путь до особняка Чонов проходит в пустой болтовне Намджуна, который слишком явно пытается отвлечь Джин от насущного. И надо сказать, у него получается. Правда, когда хонда паркуется в нужном месте, вся легкость от его глупых шуток улетучивается мгновенно. — Будь осторожна. Если что, я на связи. У тебя все получится, — говорит парень и вновь тянется к прохладной ладошке девушки, но та его опережает и первая сжимает его немаленькую ладонь. — Ну еще бы, у меня и не получится? Бред какой-то. Добро всегда побеждает зло, а я добро в квадрате, — невозмутимо заявляет будущий модельер, после серьезно смотрит на продюсера. — Просто держи за меня кулачки и забери, пожалуйста, с тренировки Тэмин. Не хочу, чтобы она по темноте одна добиралась до дома. Ее райончик такой себе, скажу я тебе. Как освобожусь, так сразу же отпишусь в нашем чате. — Не буду желать удачи, это банально... — демонстрируя очаровательные ямочки на щеках, произносит Намджун. — А как не банально? — спрашивает Джин, на что получает невесомый поцелуй в губы. — Так.       Джин глупо хлопает глазами-галактиками, вот вообще не ожидав подобного от него, и, поддавшись моменту, уже сама тянется за добавкой, припадая к напротив устам, совершенно не так невинно, как их обладатель, а оттого более сладко для обоих. Впрочем, ее главенство длится недолго, Джун быстренько на себя инициативу перенимает, требовательно пухлые половинки языком раздвигает, пока благоразумие ему рукой на прощание машет. Студентка не сопротивляется, охотно отвечая, все позволяет, пальцами в его взъерошенные волосы зарывается, чувствуя чужие ладони на собственной шее и покрывшейся мурашками спине. Слишком внезапно, слишком горячо, слишком все. — Не знаю, что это было, но мне определенно понравилось. Надо повторить, — выдыхает Намджун, голодно смотря на припухшие, лишившиеся помады губы Джин. — Хорошего по-немногу, мистер, — бросает Джин и, прихватив пальто, вылетает из машины.       Джун влюбленно глядит вслед улепетывающей с завидной для таких каблуков скоростью девушке. Кожу приятно покалывает, и если это не зеленый свет на отношения, то тогда он абсолютно не разбирается в людях… «Я - полный пиздец. И угораздило же», — тем временем думает вышагивающая по тротуару Джин.       На самом деле ей бы не о том сейчас переживать, но в каком-то смысле так даже лучше. Всякие страхи и неуверенность странным образом испарились, а злость на себя мотивирует невероятно. Когда она, подойдя к особняку, собирается позвонить в наружный, закрепленный около резных ворот домофон, ее телефон начинает разрываться от оповещений. Благодаря своеобразному, поставленному на общий чат сигналу, Джин быстро понимает откуда ноги растут и, не совладав с любопытством, достает айфон из кармана. Не просто же так эти дурни беседу заспамили? Плясунья «У тебя все получится, не может не» Самоуверенный НЕ ушлепок «Да прибудет с тобой сила, сестриш» Котик «Задай жару. Кто, если не ты <3?» Купидончик «Ты невероятная, ты справишься» Медвед-крушитель «Требую продолжения, мне не хватило» Плясунья «Хён, ты о чем? (•ิ_•ิ)» Принцесса без башни «Спасибо, малышня, а этого дуралея не слушайте, он сам не ведает, что несет. Обострение на нервной почве, так сказать» Медвед-крушитель «Конечно, на нервной почве. А как иначе, если девушка моей мечты меня поцеловала?» Плясунья «Требую подробностей» Котик «И я :3» Купидончик «Поздравляю!» Самоуверенный НЕ ушлепок «И как на вкус самые недоступные губки Сеула?» Принцесса без башни «Ненавижу вас. Все ушла» Котик «И мы тебя очень любим»       Джин, убирая телефон, фыркает, а, на контрасте, улыбки счастливой не сдерживает, которая никак не желает сходить. Последний раз глубоко вздохнув, она решительно на звонок жмет, пора в реальность вернуться. Да начнется театр одного актера!       Спустя десять минут девушка, пройдя неприятную процедуру досмотра, оказывается внутри, где ее радушно встречает дворецкий, а следом и сам хозяин особняка. — Добрый вечер, мисс Ким. Надеюсь, вас не слишком смутила наша охрана? — приветствует гостью Саныль, окидывая ее внимательным изучающим взглядом. Взгляд настолько цепкий и липкий, что Джин с трудом удается подавить в себе желание передернуть плечами. — Здравствуйте, — отдав пальто дворецкому, почтительно кланяется студентка. — Ничего страшного, я все понимаю. Вы влиятельное в Сеуле лицо, лишняя осторожность никогда не повредит. — Приятно иметь дело со здравомыслящим человеком. Пройдемте в дом. Чай, кофе? — предлагает Чон скорее из необходимости соблюдения норм приличия, чем из любезности. — Благодарю, но, думаю, это лишнее. Не хотелось бы злоупотреблять вашим гостеприимством. Я здесь для работы, а не для праздного времяпрепровождения, — как можно ровнее выдает Ким, идя ногу в ногу с мужчиной.       Саныль останавливается посреди гостиной и оглядывает спутницу уже более внимательно, даже заинтересованно: — Вы производите хорошее впечатление, мисс Ким. Не поймите неправильно, но поначалу ваша молодость меня несколько смутила, хотя я и знал, что у вас имеется большой опыт работы с иностранными языками. Прошу простить мне мою предвзятость, теперь я вижу, что ошибся. — Вы не первый, кто обманывается моим возрастом, предубеждения старшего поколения сложно преодолеть. Я не в обиде, — подергивает губы в подобии улыбки будущий модельер, внутренне корчась от странного выражения в чужих глазах. — Неужели я выгляжу настолько старым? Я глубоко огорчен, — огорошивает неожиданным от такого человека вопросом хозяин дома, присаживаясь на диван и жестом предлагая студентке последовать своему примеру.       Это что еще за херня? С ней флиртуют? Какого...? — Простите, господин Чон, я не подумала, что мои слова вас могут расстроить. Надо быть слепой, чтобы посчитать вас старым. Вы выглядите отлично, и не знай я наверняка того, что у вас есть два взрослых сына, то догадаться об этом самостоятельно никогда бы не смогла, — слегка смягчает тон Джин. Мир кинематографа без нее многое потерял. — Обычно люди начинают заискивать передо мной, но не вы. Ваши слова мне приятны, потому что я чувствую, что вы не лебезите. Это подкупает, мисс Ким, — пристально в ответ смотрит леденящими душу глазами мужчина.       Девушка, к своему достоинству, выдерживает, спокойно сталкивается с его взглядом, слыша на задворках сознания предупредительный вой сирены. Опасность. Атмосфера угнетает, а непонятное поведение главного злодея всей миссии накаляет. — Мне незачем строить из себя кого-то, кем я не являюсь, и кем быть мне претит. Я пришла с единственной целью – репетиторство, — чинно сложив руки на коленях и выпрямив и без того прямую спину, озвучивает она. — Судя по всему, вам слишком часто встречаются неприятные личности. Не могу не посочувствовать вам в связи с этим. — Вы правы. Такова обратная сторона богатства, но с вами мне отчего-то спокойно. Уж извините, но я все-таки настаиваю на чашечке кофе со мной. Не могу отказать себе в удовольствии пообщаться с вами поближе, мисс Ким. Затраченное время я оплачу, можете не сомневаться.       Стоящий за их спинами неслышной тенью дворецкий сразу же подрывается исполнить немой приказ расслабленно откинувшегося на спинку дивана Саныля. Джин, напротив, напрягается сильней. Этот зарвавшийся господин, очевидно, замыслил какую-то свою игру, а учитывая явный с его стороны к ней интерес, напрашивается очень и очень стремный, не скажешь тут по-другому, вывод. Что ж, мистер Чон, в эту игру могут играть двое, но победит, конечно же, только один. — Было бы слишком невежливо отказаться повторно, так что я с удовольствием принимаю ваше предложение.

***

      Джин, поднимаясь на второй этаж, чувствует себя выжатой полностью. Само присутствие в этом особняке-крепости удручает, а разговор с Санылем убил не меньше сотни ее нервных клеток. Впрочем, испытание девушка выдержала на ура, ни разу не прокололась, но к своему прискорбию, разогрела нешуточный интерес мужчины. Только богатые дядьки в нее и не влюблялись. Увольте, пожалуйста. Мало ей было испытания на актерское мастерство, так еще и Чон неплохо проехался по ее знаниям, благо, что она и в самом деле прекрасно знает английский с французским. Последнее вообще, похоже, очаровало хозяина дома. Чертов язык любви… — Прошу сюда, мисс, — открывает перед ней двери в нужную комнату дворецкий. — Если что-то понадобится, вам стоит лишь позвонить в колокольчик. Младший господин вам подскажет. — Благодарю, мистер? — Просто Леон, без формальностей. — Хорошо, Леон. Спасибо.       Мужчина откланивается и исчезает, а Джин наконец-то получает возможность облегченно выдохнуть и захлопнуть за собой дверь. — Ким Джин? Какого ты тут делаешь? — шокировано смотрит на нее выронивший альбом для рисования Чонгук. — Привет от Тэхена с Чимином!       Несите валерьянку обоим, а лучше покрепче чего...