Ведьмина месть

Салем. 1692 год. Город Салем, как и всегда, был не очень благоприятен своим суровым, холодным климатом. Городские здания были самые что ни на есть обычные: каменные постройки, деревянные церкви и дома. То тут, то там висели вывески различных форм и размеров, оповещающие о наименовании зданий и замков. Всюду сновали люди и лошади, запряженные в телеги, перевозящие продовольствие нуждающимся. Всё это напоминало какую-то сказку. Только вот… Не с очень хорошим концом. В этот день было очень пасмурно. Яростно гремел гром, а ледяной ветер пробирал до костей даже тех, кто находился дома. Согласитесь, кому бы не хотелось в такую ужасную погоду моментально переместиться в свой родной дом, устроиться рядом с жарким камином, укутавшись в мягкий и уютный плед, с кружкой горячего кофе в руке… Но нет, многим приходится плестись из одного конца города в другой по той или иной причине. Одной из этих причин было любимое всеми зрелище — казнь очередной ведьмы на главной площади города. Кого там только не было: взрослые и дети, богатые и бедные, и прочее, и прочее… — Уберите свои руки, отпустите меня! — пыталась докричаться до прохожих девушка по имени Сара. Ей было около двадцати пяти и она была очень красива: тонкая талия, нежные, бледные ручонки и изящные пальцы. Длинные, слегка кудрявые рыжие волосы, густые темные брови, глаза цвета ясного неба и пухлые, алые губы. Она обращалась к ним, умоляла, угрожала, хотя знала, что всё это бесполезно. Никто не сможет ей помочь, даже если очень сильно захочет, ведь, как известно, те, кто пытается заступиться за ведьму, прикрывают её. И тогда смертельная участь ждёт не только её… Пока люди, окружившие главную площадь, кричали «Сжечь её!», «Ведьма!», «Гори в аду, тварь!», девушку насильно вели на главную площадь, связав руки за спиной так крепко, что становилось больно пошевелить ими. Толпа была беспощадна… Она требовала зрелища, кровавого мяса, которое в скором времени всё-таки получит. Это пугало девушку ровно так же, как и злило, ведь она ни в чем не виновата! Всю дорогу к площади она не прекращала попыток докричаться, вырваться из цепкой хватки мужчин, но всё бесполезно. Люди даже слушать не хотели её крики, не хотели смотреть на её лицо, полное слез, отчаянья и горести. В это же время инквизиция уже подвела девушку к виселице и, поставив её на деревянный стул, туго затянула верёвку на её шее. Кричать было бессмысленно, она уже поняла это. Опустив голову вниз, Сара молчала, в то время как судьи взывали к ней: — Одумайся, исповедайся, признай вину, и спасёшь свою грешную душу! На это заявление Сара прокричала из последних сил, не сдерживая своей ярости и обиды на присутствующих людей, а особенно на того человека, что обвинил её в колдовстве: — Ты лжец! Я ведьма не больше, чем ты колдун! — её голос дрожал, а руки тряслись от страха перед скорой смертью и из-за злости на священника Ноеса. — И если ты отнимешь у меня жизнь, Бог даст тебе испить собственную кровь! Но почти никто не обратил на эти пустые, по их мнению, слова никакого внимания… Вскоре на деревянную сцену взобрался палач с маской на лице, в которой были лишь отверстия для глаз и рта. Он выглядел устрашающе, но менее страшно по сравнению с предчувствием скорой смерти. Девушка почти не дышала, из глаз, по щекам, беззвучно катились слезы. Подойдя к девушке, которая была бледнее смерти, палач выбил стул из-под её ног, и тело девушки безвольно повисло на верёвке…