ГЛАВА 2.
21 июня 2021 г., 19:33
Мир перед глазами завертелся, и в следующее мгновение Джессика увидела перед собой кабинет директора. Откашлявшись от попавшей в лёгкие сажи, она окинула взглядом помещение и легонько улыбнулась. Кажется, здесь совсем ничего не изменилось: огромное круглое пространство, уставленное полками с непонятными приборами и конструкциями, на невысоком подъёме — стол, а на стенах — ещё спящие портреты бывших директоров Хогвартса. Джессика любила это место, кабинет Дамблдора всегда дарил ей чувство покоя и безопасности, даже в те моменты, когда приходилось сидеть здесь часами и отстаивать честь своего факультета в жарких спорах.
— Может, вы уже отпустите меня, мисс Фоули? — Северус смотрел на неё из-под нахмуренных бровей, пряди его угольных волос свисали, скрывая половину лица.
Джессика только сейчас осознала, что всё ещё крепко сжимала мужскую кисть, за которую ухватилась во время внезапного перемещения. Она резким движением одернула руку и с вызовом посмотрела на Снейпа.
— Не называй меня так и не жди, что я буду обращаться к тебе на Вы.
Северус поджал губы, в его глазах заискрилась злость, он намеревался произнести что-то колкое в ответ, но не успел. У двери позади Джессики уже стоял немного потрёпанный после прерванного сна Альбус Дамблдор.
— Северус, — начал директор, подходя к ранним гостям поближе. — Признаться, я был удивлён, когда узнал, что ты зашёл, — он остановился в паре шагов от Джессики, которая всё ещё стояла к нему спиной, и с любопытство оглядел её.
— Полагаю, что-то случилось с этой юной леди? — старик перевёл вопросительный взгляд на Снейпа.
— Случилось, директор, — сказала Фоули и медленно повернулась, нервно сжимая ткань мантии холодными, слегка подрагивающими пальцами.
Дамблдор прищурил глаза, внимательно осматривая студентку. Джессика не сомневалась, что старик узнает её, кажется, он помнил вообще всех своих бывших учеников. Часы на стене размеренно отстукивали монотонный ритм, пока все трое стояли неподвижно.
— Мисс Фоули? — наконец начал директор, продвигаясь в сторону рабочего стола. — Полагаю, нет смысла говорить, что это невозможно, раз вы стоите здесь.
— Ты сегодня удивительно проницателен, Альбус, — съязвил Снейп. — Я нашёл её у входа в гостиную Слизерина, сначала принял за обычную нарушительницу, потом за самозванку под оборотным. Скажи мне, какого Мерлина это произошло? Очередной безумный план по спасению человечества, о котором меня забыли предупредить? — последние слова были произнесены с неприкрытым презрением.
— Меня, видимо, тоже, — хмыкнула Джессика и подошла ближе к столу, за которым уже успел расположиться Дамблдор.
— Присаживайтесь, друзья мои, нам нужно много всего обсудить, — директор указал рукой на два кожаных кресла, расположенных по обе стороны стола.
Северус одарил старика неодобрительным взглядом, а затем повернулся к Джессике. Она стояла, не шевелясь, и вопросительно смотрела на него, будто ожидая одобрения. Очевидно, что сейчас Фоули доверяла Снейпу больше, ведь он сам был заложником ситуации и находился в не меньшем шоке. Привычка винить во всех происшествиях Дамблдора и не доверять ему, кажется, была в крови у всех представителей змеиного факультета. Профессор едва заметно кивнул Джессике и осторожно сел в кресло, поправляя подол мантии. За эти несколько минут он уже успел окончательно попрощаться со сравнительно спокойным периодом в своей жизни. «Почему на мою голову всё время сваливаются чёртовы дети? Сначала Поттер, потом Драко, теперь Джессика, неожиданно восставшая из мёртвых».
— Мисс Фоули, думаю, вам есть, что рассказать. Опишите как можно подробнее вчерашний вечер и сегодняшнее утро, — голос директора звучал спокойно, будто он вёл лёгкую беседу с приятелем о недавних каникулах, а губы трогала лёгкая улыбка.
— Вчера был четверг, 23 ноября 1977 года, — голос Джессики подрагивал, она пыталась вспомнить всё до мельчайших деталей, хоть и знала, что предполагаемый виновник торжества в виде маленьких песочных часов лежит где-то в глубине кармана профессорской мантии. — Вечером у меня был факультатив по зельям, после него я обычно хожу в ванную старост и остаюсь до отбоя. Вчера я нашла там кулон, подумала, что его забыла староста Пуффендуя. На нём было число, римское, если я правильно посчитала, оно означало 1977, я ещё тогда подумала, что это забавно, — Джессика поёрзала на сидении, опустила глаза и потёрла ладонями колени, избавляясь от проступающего пота. — Потом кулон упал, случайно выскользнул из руки и свалился прямо в воду, — она подняла оценивающий взгляд на Дамблдора, но лицо директора оставалось до жути спокойным, лишь голова изредка кивала, требуя продолжения. Фоули глянула в сторону Снейпа, тот сидел, сложив ногу на ногу, и водил пальцами по нижней губе, с интересом изучая гостью из прошлого, брови были напряжённо сдвинуты, а между ними пролегла глубокая морщина.
— Потом я заснула, разумеется, случайно, а когда проснулась, было уже раннее утро. Я хотела побыстрее добраться до гостиной, чтобы никто меня не заметил, а потом... Потом пароль не сработал, и пришёл Северус, — Джессика кивнула в сторону зельевара. — Вернее уже не Северус, а профессор Снейп, как я полагаю. Я подумала, что это какой-то розыгрыш, пока он не стал поить меня сывороткой правды и взламывать мне мозги, — зельевар показушно закатил глаза и фыркнул:
— Даже не подумаю извиняться, я должен был убедиться, что ты не самозванка.
Дамблдор отвёл взгляд в сторону и задумчиво закивал головой. Он всё ещё выглядел невозмутимым, и Северуса это бесило. Зельевар осторожно нащупал злополучную подвеску в кармане мантии и положил на стол.
— Это то, о чём мы думаем, Альбус?
— Боюсь, что да, — директор взял кулон в руки и медленно провёл большим пальцем по гравировке. — Что ж, весьма занятно.
— Занятно? — с раздражением в голосе переспросил Снейп. — Это всё, что ты можешь сказать? Что это вообще такое, и как оно попало в школу?
— Мисс Фоули, кто посещал ванную старост до вас? — проигнорировал вопросы Снейпа директор.
— Я не уверена, но обычно я прихожу туда после Руби Уокер из Пуффендуя.
— И в этот раз всё было как обычно? Никаких странностей, кроме найденного украшения, вы не заметили?
— Мне кажется, да, сэр, ничего странного.
Дамблдор снова опустил взгляд на кулон.
— Альбус... — начал Северус, но тут же был прерван.
— Эта вещь не принадлежит мисс...
— Мисс Уокер, — напомнила Джессика.
— Эта вещь не принадлежит мисс Уокер, она не могла забыть кулон в ванной старост, потому что никогда не знала о его существовании, — старик откинулся на спинку кресла и расположил руки на подлокотниках. — Эта вещь принадлежит мне, и, как вы уже догадались, кулон - своего рода хроноворот.
Джессика вскинула брови и посмотрела на Снейпа. На его висках от напряжение запульсировали вены. Он явно сдерживался, чтобы не наорать на директора и не разнести кабинет к чёртовой матери. Девушка понимала его состояние, она сама была на грани и слышала, как громко стучит от волнения и злости её сердце.
— Мисс Фоули, я не знаю, как кулон попал в ванную старост, но вы ненамеренно спровоцировали его на перемещение во времени. Скорее всего это произошло в момент падения. Вас перекинуло в 1996 год, ровно на девятнадцать лет вперёд, — заключил Дамблдор.
— Вы так спокойно об этом говорите? Как это вообще может быть правдой? — Джессика вскочила с кресла и, оперевшись руками о стол, нависла над директором. — Ни один существующий маховик времени не может переносить человека на десятилетия. Максимум этой штуковины — несколько часов.
— Эта, как вы выражаетесь, штуковина отличается от стандартных маховиков, она была сделана на заказ. Разумеется, у неё есть лимит — не больше двадцати лет в обе стороны.
— И вы всё это время хранили в школе такую опасную вещь? — дыхание Джессики сбивалось, а формулировать мысли стало невыносимо трудно. — Да она могла попасть под руку любому, вы не смогли даже элементарно уследить за ней, — она выпрямилась и скрестила руки на груди.
— Готова поспорить, что эта штука ещё и не зарегистрирована в министерстве, — в голосе звучал упрёк, а глаза недоверчиво прищурились. — Скажите, пожалуйста, профессор Дамблдор, сколько раз вы использовали этот хроноворот? Сколько раз вы пытались переписать историю?
— Достаточно, чтобы убедиться в том, что сейчас мы имеем наилучший расклад, — констатировал Дамблдор с завидным спокойствием в глазах.
— Прекрасно, Альбус! — не выдержал наконец Снейп и поднялся с кресла.
— Не смотри так на меня, Северус, ты знаешь, сколько всего поставлено на кон. У меня нет шанса ошибиться, иначе мы все будем под властью Сам Знаешь Кого.
Зельевар буравил старика испепеляющим взглядом, его руки напряжённо сжались в кулаки, а ногти больно впивались в сухую кожу. Он всегда знал, что Дамблдор хранит много тайн, но незаконные перемещения во времени на десятки лет, попытки изменить историю — это уже слишком. Будто все они были маленькими фигурками на поле настольной игры, которую директор не единожды переигрывал. Кто вообще дал ему право распоряжаться чужими жизнями?
— И нет, я не мог спасти их, — продолжил Дамблдор, отворачивая голову в сторону. — Не думай, что я не пробовал, не думай, что я не пробовал спасти их всех. Поверь, тебе бы не понравился тот мир, в котором Том Реддл не убил Лили и Джеймса Поттеров.
По телу Снейпа разлилась обжигающая злость, даже ярость. Одно упоминание Лили заставило едва затянувшиеся раны вновь кровоточить. Как он смеет говорить о ней, как он смеет убеждать Северуса, что мир, в котором его единственный дорогой человек жив, не понравился бы ему? У Дамблдора был шанс спасти её, был шанс не дать Снейпу оступиться, был шанс не обрекать его на вечное покорное служение и муки совести. Разумеется, «общее благо» важнее.
— Будто мне нравится этот мир, — прошипел профессор и отошёл к портрету Фениаса Блэка. Как же ему надоели эти игры старого манипулятора, постоянная недосказанность и отсутствие выбора. Будь на то воля профессора, давно бы уже выпил качественного яду и распрощался с ненавистной жизнью.
Джессика стояла на том же месте и непонимающе смотрела на директора. «Поттеры? Погибли? Но почему он упомянул именно их? Чёрт, да что здесь вообще происходит?!» — она пыталась сообразить, что имел в виду Дамблдор, и переварить полученную информацию. Так и не найдя ответов на свои внутренние вопросы, Фоули осторожно, боясь услышать ответ, спросила:
— Я смогу вернуться обратно?
— Сможете, — Джессика облегчённо выдохнула. — Не раньше, чем через месяц. Я уже говорил вам, что кулон несколько отличается от стандартных маховиков, он настроен таким образом, чтобы у меня было ровно тридцать дней на изменение хода событий, — Дамблдор встал и, обойдя стол, подошёл к ученице.
— Джессика, вы должны понимать, что ваше вмешательство во временную линию крайне опасно, — ей не понравился голос директора, будто он готовил её к неприятной информации. — Мы не станем утаивать от вас всё, что произошло за эти восемнадцать лет, но, боюсь, перед вашим возвращением, нам придётся...
— Стереть мне память, — догадалась Фоули.
— Мне очень жаль, что вы попали в эту ситуацию, но я не могу позволить вам изменить что-либо, даже предотвратить вашу... — директор бросил взгляд на Снейпа, всё ещё стоящего спиной.
— Да, Северус уже рассказал, вы не можете позволить мне спасти себя или кого-то ещё, я понимаю, — от такого большого потока информации, свалившегося на Джессику, хотелось сбежать, закрыться в ванной и разрыдаться. «Прекрасно, Фоули, ты самое бесполезное звено этой цепочки под названием «Судьба человечества», тебе выпал шанс узнать будущее, но ты ничего не сможешь с этим сделать, потому что в итоге всё забудешь».
— Что мне делать весь этот месяц? — спросила она чуть охрипшим голосом, чувствуя, как комок подступил к горлу.
— Мы решим этот вопрос чуть позже, а пока... — Дамблдор повернулся к зельевару. — Северус, проводи мисс Фоули в свои покои, я приглашу вас двоих к себе вечером, как только закончатся занятия.
Профессор Снейп обернулся и наградил старика испепеляющим взглядом.
— Как скажете директор, прошу, мисс Фоули, — со смесью насмешки и презрения сказал он и указал рукой на камин.
***
Пусто, темно, холодно. Профессор Снейп оставил Джессику в своей спальне, велев никуда не выходить и ничего не трогать. Как только дверь комнаты за ним закрылась, девушка осела на пол и позволила себе заплакать. Ею овладел страх, всепоглощающий и парализующий, заставляющий руки бесконтрольно дрожать, а сердце выпрыгивать из-под кожи. Джессика чувствовала себя маленькой девочкой, брошенной родителями посреди незнакомого города. Все, кого она знала, здесь — в будущем — либо умерли, либо давно повзрослели и стали совершенно другими людьми. Северус казался ещё более жёстким и закрытым, она не ждала от него ни поддержки, ни заботы, но всё же наивно надеялась, что он хоть как-то поможет ей. Но нет, это же Снейп, великий и бездушный Снейп, которому наплевать на чувства других. Ей сейчас искренне захотелось оказаться на очередном собрании клуба Слизней, который она так не любила, в сотый раз снять с Мальсибера факультетские баллы или написать эссе о методах борьбы с дементорами. Что угодно и где угодно, лишь бы не здесь, лишь бы это всё оказалось бредом, дурацким сном. Смерть. Такое странное и пугающе слово. Мы все знаем, что рано или поздно умрём, умрут наши бабушки и дедушки, родители, друзья и любимые люди. Мы просто знаем это, потому что так устроен мир, но мы никогда не готовы встретиться со смертью лицом к лицу. Мы не готовы увидеть мать, спускающуюся на несколько футов под землю, не готовы узнать, что когда-то туда спустимся и мы, и наши дети, и кто бы то ни был ещё. Мы всегда держим в голове пунктик, что мы не бессмертны, но мы всегда думаем, что смерть где-то рядом, но точно не с нами. Парадокс? Очевидно. Джессика приняла решение поступить на службу в аврорат, отдавая себе отчёт в том, что эта работа крайне опасна. Она так же понимала, что войну переживут далеко не все, уж такова цена спасения человечества и мирного неба над головой потомков. Но, Мерлин, узнать, что где-то в недалёком будущем ты уже умер, так больно и жутко. Так страшно, так чертовски страшно. И сразу так хочется жить, так много всего сделать, так много всего сказать. Умереть в двадцать лет, умереть, ещё толком не успев пожить, за секунды до смерти понять, что никогда не посадишь ребёнка на Хогвартс-экспресс, никогда не увидишь первый седой волос на голове любимого человека, никогда не отметишь сороковой юбилей и не встретишь пресловутый кризис среднего возраста. Джессика сидела на холодном каменном полу, безжизненно уставившись в одну точку на тёмной, слегка обшарпанной стене. По щекам нескончаемым потоком катились слёзы, но она ничего не делала, чтобы их убрать, она даже не всхлипывала, просто сидела, не в силах пошевелиться, стараясь хватать воздух ртом. Свет из окон в спальню не попадал, а часов в помещении не было, Джессика не понимала, сколько времени прошло с тех пор, как она осталась здесь одна. Когда руки перестала бить дрожь, а дорожки от слёз окончательно засохли на лице, Джессика заставила себя подняться с пола и найти ванную. Она оглядела спальню профессора свежим взглядом: простая двуспальная кровать с бельём цвета графита, по обе стороны от неё — тумбочки из чёрного дерева, напротив окна — небольшой платяной шкаф, кожаное кресло в углу и камин. Ни одного предмета, указывающего на личность хозяина помещения, не было, будто безликий номер в отеле. Напротив спального места, чуть правее, Джессика обнаружила ещё одну дверь, предположив, что там и находится нужная комната, она сняла мантию и аккуратно сложила её на кресло. Ванная, вопреки ожиданиям, оказалась довольно просторной и светлой, лишь плитка на стене немного пожелтела и потрескалась, выдавая возраст помещения. Фоули несколько раз умыла лицо тёплой водой и посмотрела в зеркало: красные от слёз и накопившейся усталости глаза, под ними — синеватые круги, белая рубашка изрядно помята после перемещений по каминной сети, а светлые пряди растрёпанны. «Ну, бывало и хуже», — ободрила она себя, собрала волосы в низкий хвост и вернулась в спальню. В тишине и полумраке комнаты Джессика почувствовала неудобную сонливость и осторожно, боясь помять постельное бельё, прилегла на самый край кровати. Сейчас ей вдруг вспомнился момент в коридоре подземелий, когда она впервые увидела взрослого Северуса. В его взгляде тогда было что-то странное и одновременно пугающее, будто он увидел призрака. Да, по факту Джессика и была для него призраком, но Снейп смотрел так, как не посмотрят на простую однокурсницу, с которой никогда толком не общались. Тем более он. «Кто знает, может, мы каким-то образом сдружились к концу учёбы, и ему просто было жаль меня», — с этой мыслью Джессика прикрыла глаза и позволила себе задремать.***
Северус Снейп сидел за столом в классе защиты от тёмных искусств и пытался сконцентрироваться на проверке домашних заданий. После того, как он оставил незваную гостью в своих покоях, прошло уже четыре часа. Уроки у второго и шестого курсов профессор провёл на автомате, после сегодняшних потрясений о нормальной работе речи не шло. Как и ожидалось, Дамблдор сразу после завтрака позвал его на личный разговор. — Северус, думаю, будет лучше, если девочка поживёт у тебя. Попроси Винки приносить еду, я достану несколько книг в библиотеке, чтобы она не скучала. — Альбус, ты соображаешь, о чём говоришь? — Снейп был на взводе и сдерживался, чтобы не перейти на крик. — Предлагаешь мне запереть семнадцатилетнюю девушку в комнате, подсунув ей пару книг? Она всё ещё любопытный ребёнок, который не без твоей помощи попал в будущее. — Северус... — начал директор. — Не перебивай! Она взбунтуется, да любой бы взбунтовался. Запрёшь её в комнате — найдёт способ сбежать. Не забывай, я учился с ней, она конечно не мисс Грейнджер, но и не так заурядна, как ты себе мог представить, — Снейп провёл по лицу рукой, этот спор ему изрядно поднадоел. — Альбус, она слизеринка, в придачу староста факультета, в зельях ничем не уступала мне молодому. Видел бы ты, как она гоняла студентов, нарушающих правила. Дамблдор отвернулся и задумчиво отошёл в строну. — Всё ещё наивно веришь, что наш с тобой приказ и моя защитная магия удержат её? — Что ты предлагаешь? Выпустить её в школу и представить как новую таинственную студентку, которая через месяц пропадёт так же неожиданно, как и появилась? Северус сделал глубокий вдох и потёр пальцами переносицу. Он успел подумать об этом за завтраком, и решение, к которому пришёл зельевар, казалось ему самым безопасным и удобным: дать мнимую свободу и удобно держать под контролем. — Представлю её своей практиканткой, будет помогать мне в лаборатории и с проверкой домашних работ. Над внешним видом я поработаю, Минерва и Гораций не узнают её. Дамблдор обернулся, чуть приспустил очки и вопросительно посмотрел на мужчину. — Мне казалось, ты не любишь делить рабочее пространство с другими. — В её знаниях я не сомневаюсь, с дисциплиной тоже всё в порядке. Смею предположить, что лучше варианта у тебя нет, — Снейп подошёл к выходу из кабинета, давая понять, что разговор окончен. — Вопрос решённый, — дверь громко хлопнула и оставила старика в одиночестве. Время близилось к обеду, и Северус вспомнил, что Джессика сегодня даже не завтракала. Ему не улыбалась перспектива постоянной заботы о девушке, но и морить её голодом он точно не собирался. — Винки, — домашний эльф материализовался напротив рабочего стола профессора. — Принеси обед в мои покои и отдай мисс. — Да, сэр, Винки всё сделает, — существо поклонилось и приготовилось трансгрессировать на кухню. — И ещё, — продолжил Снейп серьёзным тоном. — Не разговаривай с ней и не отвечай на её вопросы. — Хорошо, сэр, Винки не будет разговаривать с мисс, Винки только принесёт мисс еду и уйдёт. Винки может идти? — Да, — холодно ответил профессор, и эльф тут же испарился. Северус шумно выдохнул и опустил голову на ладони. Его мысли сейчас занимали неоднократные перемещения во времени Дамблдора. Сколько раз у него был шанс спасти Поттеров? Сколько раз в его экспериментах погибал сам Снейп? Почему такой мудрый и хитрый волшебник не нашёл способа покончить с Рэддлом в прошлом? И снова это чувство беспомощности, чувство накрепко связанных рук. Какой идиот сказал, что мы сами творим свою судьбу? Нет, судьбу творит великий и могучий Альбус Дамблдор. — Да пошёл ты, великий Альбус Дамблдор! — прокричал Снейп и ударил со всей силы кулаком по столу. Ему надоело мириться с положением пешки, надоело жить со связанными руками и вечно быть кому-то обязанным. Появление Джессики заставило едва дремавших призраков прошлого окончательно проснуться. И снова школьные годы, снова бесконечная вражда с мародёрами, позор у озера в конце пятого курса, ссора с единственным дорогим человеком, первое собрание пожирателей, смерть матери, тёмная метка, первое убийство и пророчество. Пророчество, при мысли о котором хочется согнуться пополам над унитазом. Джессика. В последний раз Снейп видел Джессику 8 августа 1981 года, в тот же день, поздно вечером, сидя на полу своего дома в Коукворте с пустой бутылкой огневиски, он поклялся себе, что никому и никогда не расскажет о том, какой ценой ему далось небольшое повышение по «службе» у Тёмного Лорда. В тот раз он впервые после смерти матери заплакал, как маленький мальчик. Во время обучения в Хогвартсе Снейп никогда не интересовался старостой своего факультета, его бесило их постоянное соперничество на зельях, но в то же время оно и заставляло становится лучше, доказывать всем, что он чего-то стоит. В конце шестого курса Северус даже подумывал уговорить Фоули присмотреться к пожирателям, но быстро сообразил, что конкурент ему там не нужен, — превосходные навыки в зельеварении были его визитной карточкой. Ко всему прочему, уже тогда было видно, что Джессика не разделяет идей Воландеморта, а на седьмом курсе она и вовсе оборвала почти все связи со слизеринцами. Снейп вышел из класса защиты от тёмных искусств и спустился в кабинете зельеварения, в котором когда-то учился сам. Слизнорт и ученики сейчас должны быть заняты обедом в Большом Зале, а значит, кабинет пустует.1976 г., шестой курс, Хогвартс.
— Ну-с, — начал профессор Слизнорт. — Сегодня вы попытаетесь сварить Напиток живой смерти. Обращаю ваше внимание, что это зелье довольно капризно в приготовлении и требует чёткого соблюдения рецепта. Его вы найдёте на десятой странице учебника. В классе послышался шелест страниц. — Ах, да! Забыл сообщить, что сегодня вы будете работать в парах. Мисс Грейвс и мистер Гудман, мисс Эванс и мисс Лэйк... Мистер Снейп и мисс Фоули. Приступайте, дети мои, — с улыбкой сказал профессор и удалился к рабочему столу. — Итак, Снейп, — начала Джессика командным тоном. — Предлагаю на пару часов забыть о нашем соперничестве и сделать самый крутой Напиток живой смерти в этом кассе, — она положила раскрытый учебник перед собой и посмотрела на партнёра. — Боюсь, ты, Фоули, и «лучший» — слова несовместимые, — огрызнулся Северус и демонстративно накрыл учебник девушки своим. Джессика сделала глубокий вдох и принялась нарезать дремоносные бобы. — Разомни его кинжалом, — нехотя проговорил Снейп после нескольких попыток девушки разрезать ингредиент. — С ума сошёл? Слизнорт же сказал, нужно чётко следовать рецепту. — Больше слушай его, — фыркнул парень. — Если хочешь нормально сварить это чёртово зелье, слушай меня. Дай сюда! — Он выхватил боб, положил плашмя на свою доску и надавил ножом. Джессика посмотрела на него со смесью непонимания и настороженности. — Ладно, уговорил, — сдалась она и закатила глаза. Профессор Снейп усмехнулся воспоминанию, постукивая пальцами по тому самому столу. Зелье они и вправду тогда сварили лучше всех.***
Джессика проснулась от резкого грохота и чуть не свалилась с кровати, когда увидела перед собой домового эльфа, вернее эльфийку. Она стояла с подносом в руках и переминалась с ноги на ногу. Спальня наполнилась ароматом бекона и печёного картофеля. — Прошу прощения, мисс, мистер Снейп велел передать обед, — эльфийка поставила блюдо на прикроватную тумбочку и неуклюже поклонилась. — Спасибо, — хриплым голосом сказала Джессика и села на кровати. — Как тебя зовут? — Винки не может отвечать на вопросы мисс, ой! Винки провинилась и назвала мисс своё имя, Винки накажет себя, — пролепетала эльфийка и испарилась. Джессику всегда умиляла и немного пугала слепая преданность этих существ. Она подумала о домашнем эльфе своей семьи — Дипо — и вспомнила про родителей. Стыдно признаться, но за все эти несколько часов, проведённых в будущем, Фоули ни разу не подумала о семье. Где сейчас мать с отцом? Если они живы, то как пережили гибель дочери? Эти мысли болезненно сдавили грудную клетку, и есть совершенно перехотелось. Девушка всё ещё не понимала, который час, и сколько она спала, но, судя по тому, что Винки принесла ей обед, было не больше четырёх часов дня. Фоули встала с кровати, так и не притронувшись к еде, и подняла с пола школьную сумку — единственную вещь, которая у неё осталась. Вчера Джессика положила в неё учебники по зельям и ЗОТИ, небольшой флакончик духов, губную помаду ярко-красного оттенка, палочку и пачку некрепких магловских сигарет, которыми часто баловалась в периоды особой загруженности. «Да уж, не густо», — с досадой подумала она, вытащила «Расширенный курс зельеварения» и начала читать в ожидании хозяина спальни.***
Ровно в десять часов вечера профессор Снейп покинул класс защиты от темных искусств и направился в свои покои. Третьи сутки без сна определённо давали о себе знать. Вместо привычной размашистой походки, Северус еле плёлся по пустым коридорам замка и надеялся, что Тёмному Лорду не придёт в голову устроить сегодня очередное внеплановое собрание. Зайдя в кабинет, мужчина с облегчением снял мантию и повесил на спинку кресла у рабочего стола. Пытаясь оттянуть поход в спальню, Снейп достал из шкафчика бутылку огденского, призвал бокал, наполнил его наполовину и залпом выпил обжигающий горло напиток. Он подождал, пока виски разнесёт по телу приятную волну расслабления, собрался с мыслями и прошёл в спальню. Профессор не сразу заметил девушку, дремавшую на кресле в углу, она свернулась калачиком под мантией и мирно посапывала. Передние пряди волос выбились из хвоста, губы слегка приоткрылись, рука свисала с подлокотника, а рядом валялась книга, которая, по всей видимости, выпала, когда сон окончательно победил. Снейп с завистью посмотрел на спящую Джессику и громко кашлянул, чтобы обозначить своё присутствие. Она резко дёрнулась и открыла глаза. — О, я не думала, что засну, — пробормотала Фоули, спуская ноги на пол и поправляя потрёпанные волосы. — Нам нужно к Дамблдору? — Нет, — сказал Снейп и присел на кровать. — Мы с ним уже всё решили. — Естественно без меня, и почему я не удивлена? Северус проигнорировал откровенную претензию девушки, он помнил, что подобные выпады вполне в её характере. — С завтрашнего дня ты будешь моей «практиканткой» из штатов, твоё имя — Скарлетт Джонс, для всех, кроме меня и Дамблдора, твоя внешность будет выглядеть несколько иначе. — Скарлетт Джонс? Чего-то поприличнее нельзя было придумать? — Джессика показушно скривила лицо. — Будешь помогать мне в лаборатории с ингредиентами для зелий и иногда проверять работы первого курса, к ученикам, разумеется, я тебя не подпущу. Есть можешь в Большом Зале за преподавательским столом, за пределы школы выходить нельзя, жить будешь здесь, — отчеканил Снейп. Джессика кивнула и закинула ногу на ногу, профессор почувствовал облегчение, видя, что такой расклад её вполне устраивает. — Ты преподаёшь зелья? — спросила она так, будто была уверена, что ответ будет положительным. — Защиту. — Круто, — Фоули задумчиво опустила глаза, покручивая кольцо на пальце. Не желая больше продолжать разговор, Северус встал и направился к двери. — Стой, где мне спать? — Оставайся здесь, — Снейп потянулся к дверной ручке. — А ты? — А я разберусь. — Стой, — Джессика вскочила с кресла и подошла к зельевару. — Снейп, ты выглядишь так, будто не спал неделю, — он вопросительно вскинул бровь. — Ложись здесь, я и так полдня проспала от скуки, полежу в кабинете на диване. Северусу не хотелось спорить и тем более ютиться на маленьком диванчике самому. Джессика прихватила сумку с мантией и, обойдя мужчину, встала в дверном проёме. Снейп обернулся и посмотрел на заветное ложе. Только сейчас он заметил поднос с нетронутым обедом на тумбочке. — Не поела? — Как видишь, — отмахнулась Джессика, не желая заострять на этом внимание. — Северус... — осторожно, боясь задать волнующий вопрос, начала она и закусила губу. — Что ещё? — Мои родители, они... — Отец мёртв, про мать ничего неизвестно, — коротко заключил профессор и захлопнул дверь прямо перед носом Фоули.
