insomnia

Танджиро был настолько эмоционально вымотан, что совсем не соображал, где находился оставшийся день. Он также не помнил, как оказался дома, очнулся только на руках сестры. Посмотрев в её обеспокоенные глаза, он понял, что пробыл в истерике очень долго, возможно, даже около двух часов. - Братик, ты как? Уже лучше? Пожалуйста, расскажи, что произошло, мы во всём разберёмся, - поглаживая брата по голове, произнесла Незуко. Всхлипнув, Камадо-старший ответить не смог, так как непрошенные слёзы по новой заполнили глаза. Хотелось лишь завернуться получше в одеяло и лежать так вечность. На душе было так плохо, что, казалось, весь мир померк. Видя, что с братом всё по прежнему плохо, девушка встала и принесла пару таблеток валерьянки. Она до последнего надеялась, что до вмешательства лекарств дойти не должно, но любимый братик не оставлял ей другого выбора. - Танджиро, пожалуйста, выпей эти таблетки. Должно хоть немного помочь. Умоляю, - взяв руку юноши в свою, попросила Незуко. Обладателю ярко-алых глаз ничего не оставалось, как послушаться сестру. Возможно, так и правда полегчает, но верилось в это с трудом. И всё же расстраивать сестру не хотелось, он и так ей, как ему казалось, вытрепал все нервы. Выпив две белые кнопочки, он, завернувшись по уши под одеяло, снова лёг в кровать. Он столько раз пытался связаться с Гию через сны, но всё никак не получалось. После третьей попытки стало понятно, что мужчина не хотел видеть Танджиро. От этого на душе становилось паршивей, хотя, вроде бы, хуже уже некуда. Незуко, видя, что брату по-прежнему плохо, вышла из его комнаты, чтобы позвонить. Она была ужасно зла на того, кто причинил боль её любимому старшему брату. Можно было только гадать, что произошло и кто это сделал, но Камадо-младшая уже и так знала все ответы. - Алло, - дозвонившись до адресата звонка сказала она. – Зенитсу? Ну как, нашёл его? - Привет, Незуко-тян! Нет, к сожалению. Я приходил к нему домой, но его и там нет. Ходил в парки – он обычно любит там задирать малолетних – там тоже не обнаружилось следов его присутствия. Куда делся Иноске – никто не знает. - Пожалуйста, милый, я знаю, что прошу слишком много, но постарайся ещё поискать. Я не успокоюсь, пока не выясню, что там было, и что этот полудурок ему сказал. Или, что ещё хуже, - сделал. - Всё хорошо, Незуко-тян! Я справлюсь! Скажи, как Танджиро? - Плохо. Он лежит в слезах уже два дня. Ничего не ест, слава богам, хоть воду пьёт. Я заставила его сегодня выпить валерьянки, поможет или нет – другой вопрос. - Ясно. Как придёт в себя – дай знать. - Конечно. Пока. Связь прервалась. Обхватив себя руками, Незуко не знала, чем себя занять: так сильно она переживала за брата. Был, конечно, ещё один человек, способный привести Камадо-старшего в чувства – его соулмейт – но по каким-то причинам девушка не могла с ним связаться. Где ж тебя носит, когда ты нужен моему брату сильнее всего? – часто причитала она в своих мыслях. И так как Танджиро молчал всё это время, она и не догадывалась, что причина упаднического настроения её брата был частично этот мужчина. Решив, что лучшее, что она может сделать – это быть рядом с Камадо-старшим, Незуко вернулась в комнату, где лежал вышеназванный. Всё оставалось так, будто брюнетка никуда не уходила: всё тот же несчастный комочек, лежащий посередине кровати, завёрнутый одеялом и наверняка проливающий слёзы. Как бы не было жалко юношу, девушке оставалось лишь ждать, что она и сделала. *** А начиналось так красиво – думал по дороге Гию, со смутным чувством боли в районе сердца. И действительно так было. Ближе к четырём часам Шинобу позвонил деловой партнёр и попросил перенести встречу в парк. На вопрос зачем на открытый воздух, человек ответил, что погода слишком хорошая, чтобы решать долгие вопросы в тёмном здании. Девушка передала просьбу своему боссу; тот, не найдя никаких аргументов против, передал помощнице ответить человеком согласием. Уже направляясь на место встречи, Гию решил написать своему солнышку – так прозвал мужчина своего соулмейта – чтобы сказать, что они пока не смогут видеться. На удивление, юноша не расстроился, а всё прекрасно понял. Томиока был благодарен за такой подарок судьбы, и всё же сам слегка расстроился, узнав, что и у юноши были уже планы. Отогнав, как посчитал мужчина, столь эгоистичные мысли, Гию решил настроиться на, как он надеялся, продуктивную беседу, чтобы он смог поскорее закончить свою работу и увидеться со своим ненаглядным. Уже было почти четыре, когда он прибыл на место, в какой-то парк. Сами переговоры оказались короткими, но, как и рассчитывал Томиока, весьма продуктивными. Переговорщиком оказалась миловидная женщина, которая, только увидев мужчину, вся зарделась и почти сразу же согласилась сотрудничать с компанией Гию. Тот был только рад. Пожав друг другу руки, девушка поспешила удалиться по своим делам, но оборачиваясь и любуясь красивым мужчиной, хотя тому и не было до неё никакого дела. Он решил осмотреть этот прекрасный парк. Как было бы замечательно гулять здесь с милым Камадо за ручки, смотреть, как тот широко улыбается, затмевая собой весь мир. И может даже к концу прогулки он так же мило поднимется на носочки и чмокнет мужчину в губы. Гию, не сумев сдержаться, подтянул бы мальчишку к себе и затянул бы его в долгий, но нежный поцелуй. Однако его планам не суждено было сбыться. Прогуливаясь, Гию услышал какой-то шум. Подойдя ближе, мужчина понял, что кто-то ругался: судя по голосам два юноши. Подойдя поближе, он увидел всю картину. Один парень прижимал к дереву за руки другого. После очередного крика, первый нагнулся и страстно поцеловал второго. Сначала показалось, что тут ничего необычного, подростки балуются, но стоило только Томиоке на минутку приглядеться, как он сразу узнал второго мальчишку. Это был Танджиро. Мужчине стало понятней, что были у парнишки за «планы». В груди стало так больно, что захотелось вырвать сердце из груди и выбросить его куда подальше. Хотелось зарыдать, но мужчина не мог себе этого позволить. Не сейчас, да и потом не стоит, от этого лучше не станет. Полегчало, и то лишь чуть-чуть, только когда по пути мужчина ударил дерево. Он-то думал, что небезразличен этому юноше, мужчина подумал, наконец нашёл родную душу, а оказалось оно как.. Услышав позади до боли уже любимый голос, мужчина остановился. *** И вот, сидя в своём кресле, он ждал приезда друга. Сабито обещал быть с минуты на минуту, но сказал он это полчаса назад. Хорошо, что Томиока не пьёт, иначе уже бы напился в усмерть. Лишь сейчас, отойдя от таких сильных эмоций, он подумал, что следовало бы выслушать юношу. Может, действительно, он всё не так понял? Гию был уверен только в одном: за столь короткий срок он успел не просто привыкнуть к Камадо. Кажется, он в него влюбился по полной. Сыграло ли свою роль то, что они были соулмейтами или то, что Танджиро был ужасно добр и смотрел на него так тепло, мужчина не знал, да и не хотел знать. Факт оставался фактом. Томиока уронил голову на руки. Он не знал, что ему делать: с одной стороны, он, психанув, как какой-то неуровнавешенный, бросил юношу одного и в слезах, не разобравшись во всей ситуации; с другой стороны – Гию доверял своим глазам. Жгучая ревность взяла своё, и Гию ничего не мог с этим поделать. Сейчас он испытывал такой коктейль эмоций, что и представить страшно: стыд за то, что оставил родную душу страдать, при этом имев смелость его игнорировать; боль от ревности; потерянность и злость на того засранца, который сделал с его солнцем такое. Прервав поток самобичевания Томиоки, в дверь постучали. Поблагодарив всех существующих богов за эту паузу, мужчина пошёл открывать дверь. - Бро, я у тебя так пропишусь скоро, - ворвавшись диким вихрем, заявил Сабито. - Прости. Но сейчас это действительно необходимо. - Ну, конечно. У тебя каждый повод – необходимый. Рассказывай уж. Повествование злоключений Томиоки длился около получаса с дополнительными вопросами от Сабито. И, как обычно, закончилось всё минутным молчанием. - Ты…ты….- начал рыжик. - Да? - Ты – полный ИДИОТ! – закричал друг. – Вот скажи мне, ты принципиально отказываешься принимать, что ты тот ещё кретин или что?! - Я и так это знал. - Что-то незаметно. Ты поди и не в курсе, что сейчас происходит с твоим мальчишкой. Холодок пробежал по спине Томиоки. - Что?... - Нет, ты серьёзно? – хлопнув себя по лбу, спросил Сабито. – А подумать нет? Вконец мозги отказали? Гию погрузился в грустное молчание. Конечно, он об этом думал, но отложил эти мысли в дальний ящик. Одна только мысль о том, что его солнышко сейчас дико плохо, делала буквально физически больно мужчине. Он и без этого себя жутко корил. Видя, что его друг как-то подозрительно затих, рыжик решил вывести своего друга из депрессивных мыслей. - Так, хорош хандрить. Вытащи голову из задницы и шуруй извиняться перед этим божьим одуванчиком! Нет, ты серьёзно… Такое выкинуть. Да-а, я просто в шоке. - Я… Не знаю, как. Захочет ли он теперь меня видеть. Сабито повторно хлопнул себя по лбу. - Тебе сны для чего? Взял и пригласил. Делов-то. - Он может сразу проснуться. - Так не дай ему это сделать! А как договоритесь о встрече, купи ему какой-нибудь букет из конфет, который этот мальчишка заслуживает, сядь с ним рядом на диване, открой уши по шире и выслушай его наконец!! От такого напора Гию не знал, что и сказать. Он только открыл рот, чтобы поблагодарить друга, но был прерван: - Не-а. Не говори сейчас ничего. Ты просто в день, когда я захочу, пойдёшь и купишь мне выпить. Столько, сколько я захочу. Ясно тебе? Мужчина кивнул. *** В кои-то веки юноше приснился настоящий сон. В этот раз он оказался на вершине какой-то горы, без деревьев. Одет был как обычно, ничего необычного не было. Разве что… Рядом с ним стоял он. Причина его бессонницы и постоянных слёз. Гию ничего не делал: просто стоял рядом. Молчать было невозможно, и Танджиро начал непростую беседу: - Гию-сан, я.. Извините… Я… - Не нужно извинений. Я многое обдумал и пришёл к выводу, что сам причинил тебе боль. Нужно было просто остановиться и выслушать, что ты мне скажешь. Я понимаю, если ты злишься или не хочешь меня видеть… - Это не так!! Гию-сан, я никогда не злился на тебя! Это… Просто ты внезапно… - Оборвал все связи? - Да! – юноша снова плакал, но уже не знал, то ли от радости от встречи с дорогим человеком, то ли просто от накативших эмоций, то ли от того, что ужасно скучал. Гию не мог смотреть на слёзы мальчишки, который стал ему так дорог, поэтому притянул к себе и сильно обнял. «Боже, как я соскучился по этому» - подумал он. - Танджиро, давай теперь всё сделаем правильно. Мы встретимся, ты всё расскажешь, и мы придумаем, что делать. Юноша кивнул. Гию слегка улыбнулся. - Хорошо, я напишу тебе место и время встречи. А теперь извини, мне нужно идти. Мальчишка возражать не стал. Только грустно улыбнулся со слезами, медленно катившимися по щёкам. *** Проснулся Танджиро с куда лучшим настроением, чем было до этого. Это заметила и находившаяся всё время с братом сестра. Юноша пожелал ей доброго утра и даже позавтракал. Незуко от радости была на седьмом небе. Отписавшись своему парню, что её брату стало гораздо лучше, она побежала поддерживать братика, пока снова не случился упадок сил. Следует отложить серьёзный разговор, пока не придёт Зенитсу. А то мало ли, как юноша отреагирует. Но, кажется, всё уже было в порядке. И вот они уже сидели в гостиной: Незуко держала за руки брата, а Агатсума сидел на полу. Уверенно улыбнувшись себе, Танджиро поведал то, что случилось пару дней назад. Изначально он не хотел рассказывать об участии Гию в этой истории, но сестра, поняв, что братец что-то скрывает, так на него глянула, что юноше пришлось рассказать абсолютно всё. - Какой ужас, - первой отреагировала Незуко. - Не то слово, - произнёс Зенитсу. – М-да, даже не знаю, что сказать. - А что тут говорить? Я изначально говорила, что этот тип разобьёт сердце нашему Танджиро, - ответила девушка. - Но он не причём! – вмешался Камадо-старший. – То есть, причём, но его тоже можно понять… - Ну, конечно. Вместо того, чтоб нормально поговорить, он взял и кинул тебя. - Незуко-тян, не говори так, - сказал блондин. – Возможно, он просто запутался, как и все мы. Он же не знает всей правды. - Он – взрослый мужчина. Мог бы проявить терпение. - Верно. Но когда дело касается любви, ты становишься сам на себя не похож и соответственно делаешь нетипичные поступки для твоего возраста. Поверь мне, уж я-то в этом разбираюсь, - подмигнул девушке Зенитсу. Та покраснела и отвела взгляд. - Допускаю. Но ты вообще на чьей стороне? - На стороне Танджиро и твоей. Просто я не считаю, что в этой ситуации виноват один только Гию Томиока. Есть ещё кое-кто. Опустилось молчание. Никто не знал, где Иноске, и как вообще с ним разговаривать. В этот раз слово Камадо-старшему не дали: не приведи Господь ещё что непоправимое случится, если тот снова сам решит взять дело в свои ручки. Наконец, Незуко произнесла: - Хорошо, с Хашибирой разберёмся позже. Прежде всего надо обсудить следующее. Танджиро, что ты намерен делать дальше? Помолчав и обдумав ответ, юноша ответил: - Встретиться с Гию-саном. Я знаю, он сожалеет о произошедшем. Я хочу рассказать ему всё и послушать, что он думает по этому поводу. - А если он не извинится? - Он уже это сделал. Сегодня во сне. Незуко недолго помолчала. - А если он снова разобьёт тебе сердце? - Тогда вы с Зенитсу сможете сделать с ним, что захотите. Но этот вариант я даже не рассматриваю. Я доверяю ему. - Где-то я это уже слышала.. – пробормотала себе под нос девушка. Нахмурившись и обдумав все варианты, она, наконец, вынесла свой вердикт. - Хорошо. Флаг тебе в руки. Делай, что хочешь. Но помни: я слежу за тобой и твоим парнем. Танджиро покраснел, но кивнул. Всё вышло не так уж плохо. *** Юноша стоял на автобусной остановке. Гию написал вчера вечером, куда и во сколько подъехать. В спешке, перенервничав сам и доведя сестру до белого коления, он, наконец, определился с выбором одежды. Танджиро хотел выглядеть не то чтобы безупречно, но так, чтобы понравиться Томиоке. Он определился на белой рубашке с чёрным галстуком, заправленной в чёрные школьные брюки. Он настолько постарался, что даже попытался причесать свои непослушные локоны, но ничего не вышло, и он поехал так. Из-за нервов, Камадо уснул в автобусе и чудом не проспал свою остановку. Гию просил его отписаться, когда юноша будет подъезжать, но из-за сна тот о просьбе благополучно забыл. Пришлось набирать мужчине, иначе красноволосый мог так простоять до ночи как бедный родственник. Несколько гудков спустя послышался мужской голос: - Танджиро? Здравствуй. Что-то случилось? - Эм… Видишь ли, Гию-сан.. Дело в том, что я уже здесь. - Здесь – это где? - На автобусной остановке стою. - Хм. А почему ты мне не написал заранее? - Пожалуйста, простите. Я в дороге уснул. - Хорошо. Подожди меня тогда немного. Я скоро буду. - Как скажешь. Прервав связь, юноша принялся ждать. Чтобы скоротать время, он покопался в телефоне, написал сестре, что пока всё идёт хорошо, огляделся по сторонам, наблюдая за проезжающими мимо машинами. Наконец, спустя двадцать минут, перед парнем остановилась чёрная дорогая машина известной марки. Танджиро ненамеренно заглянул в салон, на водительское место. За ним сидел Гию. Опустив переднее стекло со стороны свободного места: - Залезай, - сказал мужчина. Недолго думая, Танджиро запрыгнул в машину. Пристегнувшись, принялся ждать окончания поездки. Случайно скользнув взглядом по Томиоке, юноша отметил, что он сегодня чрезвычайно собран и сосредоточен. Но это только внешне, что творилось в мыслях мужчины – он не знал. Так, в полном молчании, они доехали до места назначения. Юноша сразу узнал его: это было место, в котором они с Гию встретились здесь первый раз. То был дом Томиоки. Выйдя из машины, мужчина отвёл Танджиро в сад глициний, где они в первый раз увидели друг друга. Кажется, это было так давно.. Остановившись перед милой деревянной скамеечкой, с которой открывался прекрасный вид на озеро, Томиока попросил подождать юношу тут. Перед тем, как отойти, он произнёс: - Танджиро, сегодня ты прекрасен как никогда. Покрасневший до кончиков ушей юноша только счастливо улыбнулся. Ждать мужчину оказалось недолго, но, тем не менее, Камадо успел оглядеть виды. Озеро приятно блестело на солнышке. На синеве неба появлялось всё больше и больше облачков. Вероятно, будет дождь или гроза. Скамеечку, на которой сидел парень, окружали по разную сторону прекрасные глицинии, как и в самый первый сон. Запах, идущий от них, слегка одурманивал и создавал настрой на приятные для души разговоры. После минуты проведения с этими деревьями, у Камадо окончательно сложилось впечатление, что всё точно будет хорошо, и юноша расслабился. Завидев впереди идущего Томиоку, он вмиг подскочил. Тот только смущённо улыбался и старательно прятал что-то за спиной. Любопытный Танджиро склонил голову в надежде, что ему расскажут, что несут. Надежды оправдались. С трудом приняв серьёзный вид (Гию показалось милым, как смотрел на него парнишка, пришлось сдержать счастливую улыбку), мужчина преподнёс Камадо принесённое. Это оказался букет из зефирок и шоколада. - Это тебе. В качестве моих извинений и нашего с тобой примирения. Танджиро так обрадовался и растрогался, что не смог сдержать слёзы счастья. Наконец, справившись с эмоциями, он отложил букет на скамеечку, а сам бросился в объятия мужчине. Тот не возражал. Он был рад, что его подарок возымел такой успех. Юноша был в этот момент столь прекрасен, что мужчина даже покраснел. Благо, Камадо этого не видел. Оба присели на скамейку. - А теперь, - начал Томиока, положив свою руку на руку Танджиро, слегка сжав её. – Расскажи мне всё. По мере повествования у мужчины можно было наблюдать целые эмоциональные качели: сначала привычный холод на лице, затем шок, после пошли гнев и злость, а под конец рассказа были грусть и сожаление. Как только Камадо закончил, мужчина встал, и тут же опустился на колени перед парнишкой. - Гию-сан! Ты чего…! Не надо.. - Прости меня. Я перед тобой так виноват, - взяв в свои обе руки Танджиро, он поцеловал их по одной. - Ты вовсе не виноват! Будь я на твоём месте, я бы, наверное, тоже злился. Это абсолютно нормально. - Правда? - Да! Встав на ноги, мужчина притянул к себе в объятия парня. Прошептал ему на ушко: - Я тебя не достоин. Камадо грустно улыбнулся: - Сам знаешь, это не так. Стояли они так долго. Никому из них не хотелось прерывать столь уютные объятия. Им просто нужно было вот так стоять всю жизнь, только и всего. Однако их планы прервала погода. Пока пара наслаждалась друг другом, закапал мелкий дождик, который со временем начал усиливаться. Уже ощущая на себе крупные капли, Томиока понял, что нужно уходить отсюда в дом. Схватив Танджиро за руку, он побежал с ним в укрытие. Юноша еле успел подхватить со скамейки сладкий букет, как его заставили бежать до особняка. Скрываясь под сладостями как под зонтиком, пара добежала наконец до ворот. Гию открыл их и пригласил юношу зайти. Мужчина повёл Камадо в свою комнату, чтобы тот вытерся, да и самому нужно было переодеться. Когда оба добежали до дома, был уже сильный ливень, к тому времени они сильно промокли. Но если Танджиро, который по пути прикрывался как мог своим букетом, пострадал не так сильно, то Томиока выглядел так, будто только что искупался в озере. Дойдя до комнаты, Гию бросил юноше полотенце, а сам принялся переодеваться. Видит бог, Камадо старался не пялиться. Но как тут удержаться и не подсмотреть, как снимает ненужную рубашку невероятно красивый как Аполлон, сильный, судя по открывшимся мышцам, любимый, чего уж тут стесняться теперь, мужчина. Юноша благодарил вселенную за то, что Томиока стоял спиной к нему, и не видел, как тот открыто пускает слюнки на его оголённую спину: ох уж эти изгибы мышц, это стройное тело, по которому, нисколько не стесняясь, соблазнительно спускались капельки воды прямо в… Когда Танджиро понял, что его мысли куда-то далеко зашли, он уже встретился с заинтересованным взглядом тёмно-синих глаз. - И что это значит? Секундное молчание. Камадо нервно сглотнул, стараясь при этом не смотреть в одну сторону. Кажется, в этой комнате становится жарковато, видимо, поэтому юноша так сильно покраснел. Да, именно поэтому. - И почему же ты не вытерся ни разу? Заболеть не боишься? - А? Облегчённый вздох. Фух, не заметил. Всё было бы хорошо, если бы Гию не решил ухудшить накалившуюся ситуацию. Подойдя к юноше, он взял у него из рук полотенце и сам принялся вытирать его волосы, каждый их локон. И Камадо бы даже расслабился, если бы не упёрся взглядом в каменный пресс. Шесть кубиков, помереть не встать! Он что, в качалке прописался? Видимо, мужчина заметил нервное настроение юноши. Опустив из рук полотенце, вместо этого он положил руки на щёки парнишки и заставил посмотреть ему в глаза. - Что-то слу…? Не в состоянии договорить, он просто смотрел на столь милое создание, стоявшее перед ним. Растрёпанные волосы, по которым всё ещё стекала влага, раскрасневшиеся щёки и взгляд, наполненный чистой, искренней любовью. Не выдержав такого напора, мужчина наклонился и крепко, но чувственно, поцеловал Камадо в губы. Тот только, казалось, того и ждал. Обхватив Гию за шею руками, он сильней прижался к нему. Запустил ладошки в длинные тёмные волосы и распустил их. В этот вечер как будто кто-то подменил Танджиро. Обычно бы он уже сбежал бы куда подальше от таких горячих прикосновений мужчины к нему, но сейчас он в них нуждался. И даже приоткрыл рот, чем и воспользовался Томиока. Их языки сплелись в невероятном танце. Даже если бы сейчас в комнату кто-то вошёл и попытался бы их разнять, тот только ушёл ни с чем. Не зная, куда деть свои руки, Гию принялся поглаживать юное тело. Сначала лопатки, пробежался пальцами по позвоночнику, погладил нижнюю часть спины и, наконец, добрался до ягодиц, чуть сжимая их. Танджиро, от переизбытка новых ощущений и эмоций, непроизвольно простонал, чем только сильнее завёл мужчину. Не прерывая жаркий поцелуй, подхватив юношу под бёдра, он медленно донёс его до большой дубовой кровати и очень аккуратно, как будто ценное сокровище положил Камадо на неё, а сам навис над ним. Пришлось отстраниться на секунду, чтобы оценить открывшийся вид. И посмотреть было на что: съехавший с шеи галстук, вконец помятая рубашка, которая уже была наполовину расстëгнута (когда успели, никто из парней не помнил), участившееся дыхание парнишки и мокрые от частых поцелуев губы. Всё это пробудило в мужчине сильное желание овладеть юношей. Об одной только мысли об этом, Томиока сам раскраснелся, при этом дрожа от предвкушения. Послышался тихий смех: - Хи-хи… - ..? - Теперь не я один здесь красный. Хмыкнув, мужчина только ответил: - Смешно тебе, значит? Опустившись чуть ниже, мужчина сначала поцеловал шею Танджиро, затем Камадо почувствовал какое-то болезненное ощущение. Он посмотрел на Гию; тот только хитро усмехнулся. И снова страстный поцелуй. И только когда терпеть уже не было сил, и так сильно хотелось большего, мужчина снова отстранился. - Ты точно этого хочешь? – прошептал Гию на ухо Камадо, при этом слегка целуя мочки и продолжая поглаживать тело юноши. – Если ты не готов, самое время остановиться. - Не…не надо…, - смог из себя выдавить Танджиро. Он уже почти потерял последние остатки разума из-за последних махинаций мужчины, и говорить сил уже не было. Поняв это по-другому, Томиока, грустно усмехнувшись, уже хотел встать с кровати, как в него впились маленькие пальчики парнишки. - Я не… это… Я не это имел в виду… Не надо останавливаться. Вот и всё. Обратного пути уже не было. С этими словами Гию надолго попрощался со своим рассудком. Завалив Камадо обратно на кровать, он прошептал ему в самые губы: - Как скажешь, солнышко.