Не Генри единым или дочь Злой Королевы

      Реджина стояла, словно громом пораженная. Она переводила взгляд с воскресшей (она до сих пор не понимала как) матери на незнакомую девушку, которая с интересом разглядывала ее. Та была выше ее на полголовы, что заставило мадам мэр, привыкшей взирать на всех свысока, чувствовать себя неуверенно. Сильные подкачанные руки с длинными тонкими пальцами, характерная поступь фехтовальщицы, выдавали в ней бывалого воина. Но вместе с тем в ее движениях скользила утонченность, а уж эту осанку, Реджина ни за что не спутала бы: как пить дать, к этому руку приложила ее мать. Но дочь? Откуда? В какие игры играет Кора?       - Дочь? Мама...что за игры? - Реджина вытолкнула из себя слова. В голове по-прежнему царил бардак. Она еще не осознала в полной мере за эти несколько часов, что матери больше нет, поэтому и шок у нее был куда меньший, чем можно было бы ожидать. - И как ты вообще? Ты...умерла на моих руках...       Тут голос Королевы пресекся и она замолчала: эмоции пытались найти выход, но верная себе Реджина, не позволила своей слабости стать достоянием общественности.       Снежка не выдержав навалившейся информации, рухнула в спасительный обморок, помогая тем самым Дэвиду, который наконец нашел чем заняться. Генри переводил взгляд с шокированных матерей на не менее ошарашенных деда с бабкой и пытался осмыслить произошедшее: такого в его излюбленной книге сказок точно не было.       - Это была магическая кома, Ваше Величество, - Лагерта вежливо улыбнулась, - хорошо, что ты, надела мой подарок.       Кора коснулась браслета. Он светился насыщенным голубым светом. На ее губах заиграла улыбка:       - Так значит это не просто подарок, это твоя следилка... Лагерта...ты превзошла мои надежды! Не то, что твоя мать...       Далекий грохот привлек внимание горожан. Небо над центром заалело, рассыпавшись на миллионы частиц. Иностранные гости резво засобирались, подтягиваясь ближе к своей предводительнице.       - Темный, а там Бьёрн.... Довольно, бабушка, - Лагерта взяла ее за руку и кивком подозвала одного из своих людей, - Йоран, я полагаюсь на тебя. Поищите с мисс Миллс гостиницу и жди нас. Видимо, этой ночью нам придется задержаться. И еще, возьми браслеты.       Девушка протянула ему пару белых металлических украшений. Защелкнув их на своей подопечной, недовольно взиравшей на это действие, мужчина потянул ее за собой в сторону припаркованной машины.       - Будет исполнено, госпожа. - Йоран учтиво откланялся и повернувшись к Коре, шипящей проклятия, так же вежливо затолкал ее в джип и машина мягко светя фарами растаяла в темноте.       - Позвольте откланяться, - Лагерта кивнула Реджине и Эмме, а затем протянула обе руки, уже стоящим в круге магам. - Аппаратум!       Стройный хор голосов разнесся над кладбищем и группа людей и тихим хлопком растворилась в воздухе.       - Ты не говорила, что у тебя есть дочь! - Обвиняющий тон Генри вернул Реджину в реальность, - ты специально соврала, да? Вы все это придумали специально, чтобы Белоснежка думала будто она - убийца! Так ты хотела уничтожить ее сердце? Ты ничуть не изменилась! Ненавижу!!!       Приложив руку в защитном жесте к животу, женщина беззащитно выслушивала горькие слова сына. По щеке одиноко скатилась слеза. Эмму будто что-то толкнуло к мадам мэр. Она утешающе коснулась ее плеча и сердито взглянула на Генри.       - Пацан, тебе пора домой. Папа, отвези его к Лукасам, пусть присмотрят, пока тут все не образуется.       - Но, мам! - Парнишка скривил губы в недовольной мине, - я не хочу! А что, если она что-то тебе сделает?       Реджина, не могла больше этого слушать и молча направилась в сторону от Прекрасных. Мгновение - и на ее месте взвился черно-фиолетовый вихрь. Она направлялась туда, где возможно в помощи нуждаются ее мать и...дочь?       - Генри, - Эмма присела на корточки перед сыном, - ты неправ. Твоя мама ни при чем. Она ничего плохого не сделала. Эти люди сами пришли за Корой. Ты должен извиниться.       - Нет! Она мне не мать! Она меня не любит, - паренек отвернулся и надул губы. Эмма взлохматила его непослушные волосы:       - Дай ей время, Генри. А сейчас, дедушка тебя отвезет к Руби, - Дэвид поманил внука рукой и под недовольное сопение последнего, они сели в машину.       Эмма посмотрела на мать. Та еще сидела, слабо держась за чей-то памятник. Появление неучтенных персон, среди которых оказалась дочь Злой Королевы, стало серьезным испытанием для ее сказочного ума. Эмма же это восприняла более спокойно, возможно потому, что она изначально была готова к любым сюрпризам, или же сказалось то, что она успела пообщаться с Лагертой Форсберг, в отличие от остальных.       - Ты как? - Эмма сочувственно посмотрела на женщину. Та слабо улыбнулась. - Уже лучше. Боже, Эмма, это....как это возможно?       - Не знаю, - Эмма посмотрела вдаль, где пространство переливалось от разноцветных всполохов, а над небом висело зарево от магических разрядов. - Оставим разговор на потом. Я все равно знаю, не больше твоего. Думаю, нам стоит пойти туда.       Снежка посмотрела в указанном направлении и молча протянула дочери руки, чтобы та помогла ей встать. Небо над ратушей снова полыхнуло алым.

***

      Когда Реджина появилась на городской площади, увиденное ее потрясло, уже в который раз за этот вечер. На площади перед городской ратушей во всю шла магическая дуэль. Такого ни Реджина, ни Кора не видели никогда. Иностранцы удерживали защитный купол, чтобы лучи проклятий не покинули означенный периметр, а внутри, кружили со вскинутыми палочками два мага. Горожане, разбуженные грохотом и криками, высыпали на улицы, оживленно переговариваясь, пытаясь вывести толк в массе сплетен и отыскать там правдивые факты. От шума им заложило уши и воцарилась мертвая тишина. Толпясь и напирая на передние ряды, люд пытался рассмотреть, что происходит внутри странного шара.       - Скутум! - Не успел зеленый щит отразить черный сгусток проклятия и рассыпаться, как девушка выкрикнула контрзаклятие: - Флагеллум!       Из палочки Лагерты вырвался огненный кнут и ударил Темного по руке, вспоров кожу до кости. Зашипев от боли, тот выронил палочку и вскинув вторую руку, прошипел:       - Морсус аспидис! - Из неоткуда вырвалась огромная змея и кинулась на противника. Мгновение понадобилось волшебнице, чтобы упасть и перекатиться, оставляя змею в стороне.       - Конбуреретур! - Поток пламени вырвался открытой ладони Лагерты и кобра, извиваясь от боли, сгорела на глазах у изумленной публики.       - Ты волнуешься, - Реджина вздрогнула от голоса матери. Кора стояла рядом, неотрывно следя за поединком. - Ты задерживаешь дыхание, когда ситуация стает напряженной. Верь в нее. Она - сильный маг.       - Он Темный, - женщина уже не сдерживала дрожи в голосе: Румпель смог попасть заклинанием в руку девушки, и та теперь, шипя от боли, сражалась левой. - Его невозможно победить.       - Хастам глациес, - в руке волшебницы появилось ледяное копье, и она что есть силы метнула в Темного. Тот не успел отпрыгнуть, и оно пригвоздило его к земле. Однако маг успел метнуть ответное заклятие:       - Секаре! - Красный мерцающий меч, прорезая плотный от накопившейся магии воздух, полетел к цели. Лагерта успела лишь увернуться, и он вместо незащищенного живота, пронзил бедро. Волшебница упала, как подкошенная, алая кровь оросила черный асфальт. Купол спал. Но бросившихся на помощь магов остановило копье, пронзившее Темного. Оно стало светиться. Глазам было больно от столь яркого света. Тьма забурлила, вырываясь из тела мужчины и уходя в землю. Она хотела вырваться из-под контроля, казалось, лед не выдержит и треснет, и тогда...она разрушит все вокруг. Но магия льда удерживала ее. И помалу, черные пасма становились все тоньше и все меньше, пока совсем не исчезли.       - Лагерта, не умирай, - на колени перед раненой сестрой упал высокий подросток. Бьёрн словно заново переживал свое видение и плакал от бессилия. Рана была серьезной. Меч раздробил кость, порвал мышцы и задел нервы. Кровь вытекала рванными толчками, свидетельствуя о поврежденной артерии.       Две магички склонились над своей госпожой. Из ладонь вырвался чистый свет и они монотонно запели: рану сначала было очистить от остаточной магии, остановить кровь, а уж потом, зашить с помощью магических инструментов, так как раны полученные в результате магического вмешательства нельзя было лечить обычными средствами.       - Не волнуйся, дорогая, Лагерта не умрет, - Кора сама была бледнее обычного. С сердцем теперь все чувствовалось намного острей, к чему женщина еще не привыкла. Даже в былые времена, она всегда была более снисходительна и терпелива к юной проказнице, хотя сама никогда бы ни за что и не призналась себе в этом. Теперь, став свидетельницей магического поединка, она здорово переволновалась.       - Она...мама я не понимаю... - Непонимание, шок, гнев и грусть промелькнули в потерянных глазах женщины.       - Ты забеременела через два месяца после смерти твоего конюха, - Реджина поморщилась, но перебивать мать не стала. - Ты скрывала это от меня, но среди твоих служанок была парочка моих людей. И хорошо, иначе ты бы как всегда, наломала дров, а потом не смогла бы исправить.       Это был намек на то, как Королева выпила зелье бесплодия. Реджина и это оставила без комментариев. Хмыкнув, Кора продолжила.       - Ты не хотела ребенка от ненавистного тебе мужчины и решилась на аборт. Но я вмешалась. Сначала ты ничего не хотела слышать. И тогда мне пришлось заключить с тобой сделку: ты вынашиваешь дите, родишь и отдаешь мне. Признаться у меня были другие планы на ребенка, но это другая история. Так или иначе, но девочка попала в клан Форсберг. Ей провели магическую инициацию и приняли в род. Она стала дочерью Асгейра, предводителя боевых магов.       - Почему я ничего не помню? - Реджина с недоверием посмотрела на мать. Та отвела взгляд.       - Ты выпила зелье забвения, как и часть посвященной в это прислуги. Короля тогда не было во дворце: незадолго до того, как твое положение скрывать было невозможно, он отправился в военный поход. Так что, ситуация была нам на руку. Никто ничего не узнал.       К беседовавшим женщинам подошла Хельга. Она выглядела уставшей. Под глазами залегли тени.       - Госпоже нужен покой. Ее силы будут восстанавливаться на протяжении недель двух. У нее магическое истощение, и серьезные раны нанесенные черным проклятием. Магия не сможет восстановить ее быстро. Госпоже нужно обеспечить должный уход. Мы бы хотели узнать, где здесь есть гостиница, чтобы перевезти ее туда.       Реджина, словно пробудилась от сна. Она внимательно осмотрела женщину, что держалась с присущим почтением и достоинством.       - Не думаю, что гостиница может похвастаться надлежащими условиями для ухода за раненными, - Миллс нервно закусила губы: она не была уверена в своем решении, но времени обдумать у нее не было. - Я могу предоставить для вас свой особняк.       Магичка неуверенно кивнула.       - Было бы неплохо, но...мы не хотим бросать госпожу. Вы понимаете? Бьёрн с охраной ни за что не отойдет от сестры, так что не думаю, что ваш особняк выдержит наплыв десятка магов.       - Там есть место, - торопливо перебила мэр. Она хотела разобраться с свалившейся информацией и подумать, в тишине и покое, но и оставлять на произвол судьбы невесть откуда свалившуюся девушку, она нем могла.       Хельга жестом поманила к себе своих родичей. Немногословная Каиса и хмурый Скьельд, направились к ним и начали что-то с жаром обсуждать. В конце-концов, они пришли к какому-то знаменателю и разом затихли.       - Мы бы не хотели вас стеснять, - Хельга неловко развела руками. - Госпожа не планировала задерживаться здесь, так что мы практически ничего не имеем. Нам бы в маркет и аптеку.       - Я отвезу, - словно из неоткуда появилась неловко перебирающая ногами Эмма. Все это время они с Белоснежкой, настороженно прислушивались к разговору Миллсов, и наблюдали за реанимацией пострадавших магов - Темного тоже малость подлатали и посадили в авто, что с ним намеривались сделать, было неизвестно.       Женщина почему-то хотела стать частью маленькой, но сплоченной команды иностранных магов. В них чувствовалась какая-то надежность и преданность друг другу. То, чего Спасительнице по жизни не хватало. А еще, она хотела быть как можно ближе к Королеве. То, что пробудилось в ней, только легким касанием чужой силы. теперь крепло и набиралось сил. Название этому ощущению Эмма Свон пока не могла дать.       Каиса снова пытливо осмотрела ее и что-то заговорила вполголоса Скьельду. Теперь они начали вдвоем посматривать на нее, что сначала смутило женщину, а потом - разозлило. От неминуемой ссоры их спасло вмешательство Реджины.       - Да, мисс Свон, вы можете отвезти наших гостей, показать город и помочь с покупками.       Кивнув, Эмма завела свой крайслер, ожидая, пока гости рассядутся. Белоснежка, почти вприпрыжку догнала мэра и что-то спросила. Свон в зеркало заднего вида смотрела как дернулась было Реджина к ее матери, но ввиду множества свидетелей, одернула себя и нацепив холодную вежливость, отшила ее. Плечи Мэри-Маргарет поникли и она оглянувшись в поисках поддержки и не найдя ее, направилась домой.       - Вы извинить нас, - Каиса впервые обратилась к шерифу, вежливо улыбаясь. Улыбка преобразила лицо женщины и Эмма почувствовала, как ее губы расползаются в ответной. - Мы просто видеть магию и следы...       Женщина беспомощно глянула на своего спутника: она знала несколько языков, начиная с кельтского, но английский в их перечень не входил. Тот прокашлявшись небрежно бросил:       - На вас следы сильного магического вмешательства. При рождении с вами ничего странного не происходило? Может вам что-то рассказывали? Каиса специалист в таких случаях. Она может вам помочь узнать правду. Если хотите.       - Нет...я не знаю, - Эмма почувствовала, как по спине пробежал холодок. Что за магическое вмешательство? Кто это сделал? Реджина? Но она бы знала....зачем прятать историю, которая и так бы появилась в книге сказок Генри??? Нужно будет ее пересмотреть еще раз!       Скрежетнув тормозами, машина остановилась возле единственного круглосуточного магазина.       - Вот маркет, я подожду вас здесь. Потом еще в аптеку заедем, - Эмма устало откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза: она чертовски устала и желала больше всего, чтобы эта длинная ночь быстрей закончилась и она смогла немного поспать. И подумать, благо было над чем.

***

      Йоран подошел к Реджине и учтиво поклонившись, обратился к ней:       - Мэм, прошу прощения, но я вынужден следовать приказу госпожи Лагерты и ввиду открывшихся обстоятельств, поместить мисс Миллс в клинику. Ей предстоит длительный период реабилитации.       Реджина посмотрела на мать Та старательно прятала глаза, вмиг превратившись из могучей колдуньи в старую беззащитную женщину. Шагнув к ней, Королева обняла ее и зашептала прямо в ухо:       - Мама, прости, что разочаровывала тебя. Но я люблю тебя. Я оплакала тебя сегодня, потеряв частичку своего сердца... Не заставляй меня больше переживать такое... Тебе нужно ехать. Не дай усилиям Лагерты пропасть зря...       Маска бесстрастия старой колдуньи треснула и впервые живые эмоции заиграли на ее еще красивом, но уже морщинистом лице. Она обняла Реджину в ответ, и расцеловала ее в обе щеки.       - Я всегда любила тебя, моя дорогая. Даже без сердца, я пыталась заботиться о тебе. Просто делала все это бессердечно. Ты - моя дочь, Реджина, и ничто в целом мире не сможет изменить это!       Йоран нетерпеливо кашлянул, женщины разорвали объятия и Кора ведомая своим неумолимым охранником, села в джип с тонированными стеклами. Машина коротко взвизгнув фарами, понеслась прямо по ровной, как стрела дороге: в Бостонском аэропорту, через три часа должен сесть чартерный самолет, что доставит пациентку № 375 к ожидавшему ее личному врачу. История Королевы сердец может быть окончена. Или нет?

***

      Реджина, тихо ступая по сонному дому, открыла двери собственной спальни, где на мягких подушках мирно спала, накаченная обезболивающими, светловолосая девушка. Ее дыхание было ровным и тихим. Длинные ресницы трепетали от сонных видений, алые губы были искусаны и разбиты в ходе дуэли, лицо и руки были в царапинах и порезах. Лечить магией не имело смысла, организм и так был ослаблен магическим истощением, и создавать дополнительную нагрузку, было противопоказано.       Королева присела на край собственной постели. Теплая рука коснулась загрубевших пальцев Лагерты и вихрь из воспоминаний и ощущений закружил сознание Реджины. Сердце будто взорвалось острой болью и разлетелось на тысячу кусков.