Не Генри единым или дочь Злой Королевы

      Генри, сидел на кровати, уставившись в пространство. Ему было страшно. Ощущение непоправимой утраты сжало его сердце костлявой рукой. Впервые он осознал, что его действия привели к смерти и гибели других людей и за это ему придеться отвечать. Он был уверен в том, что Лагерта ни за что не упустит шанса наказать его. Слабая надежда на бабушку растаяла, стоило ему вспомнить, что Руби была ее лучшей подругой, а его матерей пока не было в Сторибруке, хотя полагаться на их лояльность тоже не приходилось. Даже Эмма вряд ли, станет его защищать...хотя...в сердце вспыхнула надежда, что его темноволосая мать, для которой не впервой становиться поперек общественного мнения, может стать на его защиту... Но ее в Сторибруке не было и это сильно уменьшало его шансы на спасение. Если мальчик что-то и усек, так это тот факт, что его непогрешимость и неприкосновенность сильно нарушилась с приездом в город Лагерты Форсберг.       В желудке сильно заурчало. Но любое воспоминание о еде вызвало рвотный рефлекс. В нос снова ударил мерзкий запах обгорелого мяса, а перед глазами предстала картина извивающегося в агонии людского тела.       В коридоре послышались легкие шаги. Мальчишка весь подобрался. Он сразу узнал, кто пришел за ним. Дверь бесцеремонно распахнулась.       - Собирайся! - Презрительный взгляд пригвоздил его к месту. От фигуры Форсберг исходила могущественная сила. Девушка не стала надевать браслет маскирующий ее силу: магия требовала выход, и с каждым днем Лагерта ощущала как она переполняет ее. Ей требовалось немедленно посетить Чертоги, дабы наполнить древнее хранилище чистейшей магией, первозданной энергией, чтобы опустошить собственные резервы, грозящие выплеснуть ее на окружающих.       Генри, гордо поднял голову и упрямо поджав губы, спрыгнул с кровати. Он помедлил, прежде чем, нервно сглотнуть и направиться к волшебнице.       - Ты отправляешься в Дангеон на два года... Там, надеюсь из тебя собьют всю спесь и сделают настоящего мужчину, - Лагерта встряхнула мальчика за воротник, - да только жаль, убитого тобой по неосторожности человека - его не вернешь!       - Госпожа, - почтительно поклонившись, в комнату вошел Гарди, одетый по-походному. Толстый зимний костюм, шапка нахлобученая на глаза и высокие меховые унты превращали его в полярника, а огромный рюкзак, казалось, вмещал в себя половину бабушкиной стряпни. - Мы можем выдвигаться.       - Гарди, оставь формальности, - девушка мягко улыбнулась и шутливо хлопнула мужчину по плечу: - мы же друзья, ты можешь хоть иногда забывать о моем титуле?       Молодой мужчина сверкнул белозубой улыбкой:       - Одно другому не мешает, госпожа, но так тому и быть: по возвращению, предлагаю собрать наш квинтет...       Тень тревоги пробежала по лицу волшебницы. Воспоминания, словно кинжалы вонзились в память, а на глаза, предательски набежали слезы. С трудом пересилив себя, она кивнула: огорчать друга ей не хотелось, но и рассказать о случившимся четыре года назад, она пока не была готова...       - Эй, ты чего? - Гарди как в старые, добрые времена неловко обнял девушку и похлопал ее по спине, - может хватит дуться на Игл? Да и что такого вы не смогли поделить?       - Это...я обязательно расскажу тебе, Гарди... - Форсберг выпуталась из объятий друга и скупо улыбнулась, пряча мокрые глаза: ей было неловко за свою возросшую в последнее время эмоциональность, - доставь Генри Миллса к мистеру Хардгеру, и передай ему вот это письмо. Будь осторожен, он хоть и мальчишка, но чертовски хитер и коварен, а еще избалован. Дорога предстоит неблизкая. Да помогут тебе Светлые!       Одним взмахом руки, Лагерта поменяла одежду Генри на шерстяной костюм и протянула магу увесистый порт-ключ. Тот, сжав руку подруги напоследок, надел себе его на шею и крепко ухватив мальчишку за талию, закинул на плечо.       - Портум Дангеон! - И только горсть колючего снега рассыпалась в воздухе, на месте, где только что стояли Генри и его надзиратель: первое испытание - путь без надежды, среди жгучих морозных ветров и колючего ледяного снега, к неприметному, не указаному ни на одной карте месту, началось! И Лагерта только надеялась на выносливость и опыт Гарди, ее телохранителя и когда-то лучшего друга...

***

      Девушка с наслаждением вдыхала вечерний морозный воздух: нервозность матери, узнавшей об отбытии Генри к месту его наказания, тяжелым обручем сдавливала сердце, вызывая ничем не обоснованную тошноту и тахикардию. Сам воздух, будто наэлектризовался и того гляди шибанет смертоносным разрядом... Реджина разрывалась в чувствах между сыном и дочерью. С одной стороны она понимала необходимость воспитания для Генри, в памяти всплывали его жестокие выходки по отношению к ней, но и решение Лагерты слишком больно отозвалось в ее сердце. Хотя никаких реальных причин для беспокойства не было, женщина не могла найти себе места, уединившись в своей спальне и беспокойно вышагивая по периметру, словно заключенная.       Здание больницы приветливо встретило ее теплом и тишиной. Лагерта сама не знала. почему пришла сюда. Возможно ей требовалась просто беседа, без обязательств и невысказанных обвинений... Возможно, ее острый ум требовал разрядки, дать ей которую в этом Небом забытом городе мог только один человек....       - А, Хранительница, - хриплый голос Темного без его обычного ехидства звучал иначе. - Чем обязан вашему визиту?       Лагерта молча опутсила жалюзи и присела на кресло напротив.       - Было много работы, я не могла раньше вас проведать. Все-таки простую вежливость никто не отменял...       Румпель хищно прищурился.       - Да, вы спасли мне жизнь... Вы и ваш...жених... Что ж, стало быть, я в долгу перед вами...       Волшебница отрицательно покачала головой:       - Нет. Вы ничего мне не должны, Темный. Я сделала то, что могла... Это просто поступок человеческий, не более.       - Вы быстро учитесь, - в голосе Темного зазвенели нотки гордости: у него хоть и не было больше магии, но способность манипулировать и читать людей он не утратил, хоть и тщательно скрывал ее. - Смею сказать, что попади вы под влияние своей матушки, не могли бы хвастаться такими способностями...       - Мистер Голд, - Лагерта серьезно посмотрела на мужчину, - я давно поняла кое-что: добро твориться просто так. Просто потому, что ты можешь это сделать, можешь помочь, можешь спасти и так далее... Но это работает только тогда, когда ты не ждешь благодарности и не надеешься на какой-то презент или благодарность. Оно - бескорыстно. Делая добрые дела не стоит ждать от окружающих каких-либо плюшек и признаний заслуг. Будь на вашем месте кто-либо другой, я бы сделала то же.       Все время ее монолога, Темный слушал внимательно, слегка наклонив голову набок. Он пристально всматривался в ее лицо, пытаясь усмотреть там малейшее сомнение в собственных словах и ложь во взгляде. Но не преуспел в этом.       - Что ж... - молчание воцарилось на несколько мгновений, Румпель осторожно сел в кровати, болезненно поморщившись, - это ваше право, Хранительница. Но вы ведь не просто так пришли сюда. Не только за этим...       - Мне...нужно поговорить с вами, Темный, - Лагерта откинулась на спинку кресла, - пока вы тут лежите, в городе произошло несколько событий. И о них я хочу поговорить...       Месяц, круглым куском сыра выкатился на небосклон, задев несколько созвездий, отчего, они, казалось, стали сиять еще ярче. Воздух звенел от морозной стужи, то и дело разрывая тишину громким треском деревьев.       - Хм...признаться, ваша идея...новаторская и дерзкая... Не думаю, что Королева будет рада этому... - Лежание и ничегоделанье ему быстро надоели и теперь он был рад хоть как-то разогнать скуку, тем более, что намерения девушки обещали немного всколыхнуть сонный Сторибрук.       - Ей достаточно ненависти, изливаемую гражданами и двадцать восемь лет унылого бодрствования. Я хочу показать ей мир, потом, если она захочет, может вернуться на свой пост... - Лагерта замолчала, увидел хитрый блеск в глазах старого беса.       - Ваша стремление завоевать ее сердце, очень трогательно...но не кажется ли вам, что посягание на ее власть, не самый удачный вариант? Вы же хотите полностью перестроить под себя город!       - Это всего лишь устранение грубых кадровых ошибок, которые не давали сбой только потому что здесь все держалось на силе магии: подумайте сами! Полиция у вас - это два человека, связанные кровным родством и не владеющие необходимыми навыками, которым доверено вся огнестрельное оружие! Моя сестра, не имеющая за плечами даже атестат о среднем образовании - учит детей! - Забавно нахмурив брови, Лагерта продолжила перечислять те недочеты в городской системе Сторибрука, вызвав предвкушающий блеск в глазах старого прохвоста.       - Заем вы все это мне рассказываете? - Темный заинтересовано вскинул брови: неужели, девчонка собственными руками выроет себе могилу, посвятив его в свои планы?       Лагерта довольно ухмыльнулась:       - Я хочу сделать Сторибрук первой колонией для скандинавских магов. У нас не хватает земли, а у вас - людей. Моя мать смогла создать, с твоей помощью уникальный проект - орагнично вшить магический мир в реальный, я же хочу его модернизировать и усовершенствовать. Ты тоже нужен городу, Темный. Хочу сделать тебя Темным Смотрителем. Твоя задача - следить, дабы и светлые и темные придерживались равновесия и не переходили из одной стороны на другую.       Естественно, раскрывать все свои планы перед этим старым интригантом Лагерта не стала и позволила ему увериться в ее излишней уверенности и наивности.       - Это...интересно... - шестеренки в голове мага вращались, что твоя адская машина. В конце-концов, следуя своему извечному девизу - "Бери, пока дают", Румпель осторожно кивнул, одобряя идею волшебницы. В самом деле, пока он решил наблюдать, что будет дальше, выжидая удобный момент для удара, ведь он мог и не восстановиться, а надеяться на более-менее уважающее положение среди горожан, после потери своей магии, он не мог, так, что скрипя сердцем, согласился на неожиданное предложение дочери Злой Королевы, оставляя за собой право как и всегда разыграть эту пратию по своим правилам.       С торжествующим видом, Лагерта протянула ему увесистый свиток, перевязаный пурпурной лентой.       - Это контракт. Прочтите на досуге. Когда надумаете, просто скажите, что хотите подписать. Не смею вас больше задерживать...       Лагерта, простившись, покинула палату, оставив мага скурпулезно вчитываться в затейливо написанные строчки, а сама, скрывая радостную улыбку, поспешила по направлению к дому тети Зи: возвращаться в удушливую атмосферу дома не хотелось, да и насколько она знала, почти весь город был сегодня "У бабушки", празднуя возвращение из мира теней Прекрасного Принца. Снежка просто завалила ее сообщениями, приходивших ей из разных месенджеров, но сил идти и играть лицом у нее просто не было.       Эйвинд должен был прийти только утром - он по доброй воле волонтерил, патрулируя улицы города, поэтому девушка решила переночевать в домике тети Зи, прекрасно зная, что та останеться сегодня во флигеле, пытаясь развеселить ее мать в своей довольно специфической манере.       После их утренней размолвки, Реджина, снедаемая тревогой за сына, первой протянула ветвь мира, и соорудив для сестры немыслимое блюдо с большим количеством шпината, пошла мириться. После нескольких колких фраз, препирания сошли на нет, едва вечно голодная с недавней поры Зелина увидела блюдо, приготовленное для нее сестрой. И уплетая за обе щеки странную зеленоватую кашицу, молодая женщина слушала жалобы сестры, которая была похожа на тигра запертого в клетке.       - Постой! - Зелина, тяжело вздохнула: - Ты сердишься на Лагерту, что она не дала тебе попрощаться с Генри. Но она сделала все правильно. Она наказан. И должен осознать это. Твое прощание разорвало бы твое сердце, а его шокировало бы еще больше - ведь ты вернулась одна без Свон...он бы снова тебя начал обвинять во всех смертных грехах... А так... Она защищает тебя, пойми, Реджина... Даже сейчас, она оставила тебя наедине с собой, не желая давить на тебя и твои решения. Надеюсь, моя дочь унаследует хотя бы половину характера моей племянницы...       - Ты...права, Зелина, - Реджина отлебнула несколько глотков вина и прикрыла глаза, - я сначала делаю, а потом думаю... Мне просто сложно привыкнуть к мысли, что у меня теперь двое детей... Каждый раз, когда я отдаю преимущество кому-то одному из них, я чувствую, как другого сильно обижаю...       - Генри заслужил это, чего не скажешь о Лагерте, - резонно заметила Зелина попивая кефир, - эх...как же я хочу хоть один глоток твоего вина...       - Тебе нельзя, - глаза Реджины насмешливо сверкнули, едва сестра состроила ребячливую моську, заслышав категоричный отказ сестры, - теперь я в ответе за здоровье моей будущей племянницы, и не позволю ее матери напиваться!       - От глотка не пьянеют! Это - даже полезно! - Зелина попыталась забрать бокал у Королевы, но та, обладая лучшей координцией, и реакцией, чем беременная сестра, превратила вино в тягучий кисель, правда тоже красного цвета.       - Фи, противная, - деланно сморщив нос, Зелина не смогла удержаться и громко расхоталась. Спустя несколько секунд к ней присоединилась и Реджина. Их веселье прервал настойчивый стук в дверь.       Гомон резко стих, стоило поздним визитерам рассмотреть, КТО открыл им дверь. Всегда безукоризненая мадам мэр, надменно взирала на толпу пьяных сказочных героев, неловко топтавшихся на пороге флигеля Темного.       - Реджина?! - Снежка, мигом протрезвела, увидев перед собой свою мачеху. Потом в ее затуманеном парами алкоголя разуме, что-то щелкнуло и она раскинув руки в стороны, радостно заорала: - Вы вернулись! Как я рада! А где Эмма? Мы тут празднуем выздоровление Дэвида и...решили зайти к Лагерте... Где моя сестра?

***

      Лагерта с трудом пробиралась сквозь заснеженый ночной лес. Впереди, за толстыми стволами деревьев наметился просвет широкой поляны с сиротливо стоявшим на ней тетушкиным домиком. Радостно улыбаясь, девушка уже предвкушала уютный вечер у камина с любимым напитком в руках, как чья-то фигура заступила ей свет.       - Лагерта, - хриплый голос пустил стаю мурашек ей по коже. От силуэта исходила непонятная, смущающая ее энергия.       - Эйвинд? - Удивление буквально витало в воздухе. - Ты же должен быть в патруле?       Ярл ступил навстречу девушке. Его обострившийся нюх уловил мягкие нежные нотки цветочного шапнуня и цитрус геля для душа, он нервно сглотнул, руки внезапно стали дрожать, он сокрушающего желания обладать. Он снова почувствовал в себе эту разрушительную силу, которая казалось выжигала в нем все, оставляя лишь инстинкты.       - Эйвинд? - В голосе появилось напряжение, - что с тобой происходит?       Вместо слов, из груди мужчины вырвалось рычание, его тело начало меняться и вот уже перед удивленной и испуганной Лагертой хищно рыча и взбивая мелкий снег длинным хвостом, стоял барс. Огромный кот, с густой белой шерстью, сверкал налитыми кровью глазами и рычал. Из его пасти клаптями слетали куски пены.       - Эйвинд, - голос девушки дрогнул, - прошу, остановись...       Но зверь, словно не слышал, собираясь к прыжку. Внезапно, быстрая тень мелькнула сбоку, задев широкую лапу ели. В воздухе что-то просвистело и в шею зверя вонзился дротик с транквилизатором. Ошарашенная Лагерта медленно осела на снег. В ее голове не укладывалось, как и что случилось.       На поляну вышли трое человек в маскировочных костюмах, обвешаные оружием. Двое из них принялись связывать спящего зверя, а третий осторожно подошел к находящейся в шоке Лагерте.       - Мис, - приятный женский голос вывел из ступора волшебницу. - Вы не ранены? Он вас не задел?       Медленно повернув голову, Форсберг слабо вскрикнула: из-под меха капюшона на нее смотрело до боли знакомое лицо.       - Игл?       - Лагерта?