Твоя любовь пахнет Сенатором.

- Антон, давай быстрее! - Карина возмущённо подгоняла сына, начиная приближаясь к его спальне. - Что у тебя за привычка вечно опаздывать? Войдя в комнату, женщина наблюдала следующую картину - белёсый юноша мирно посапывает на койке, свесив одну ногу. - Петров, а ну поднялся с кровати, немедленно! Грозный голос матери отлично сработал вместо будильника, который в этот день и вовсе отказался трезвонить. - Я прекрасно понимаю, что вы, дети, думаете, что в десятом-то классе делать особо нечего, но вы, юноша, будьте добры фигнёй не заниматься. - Женщина стремительно подошла с кровати и одним резким движением стянула с сына одеяло. - Ты не забывай, что ты не один на плечах моих сидишь. Антон, недовольный криками матери, всё же поднялся с кровати и начал нехотя собираться в школу. - Иди уже, встал я... - Сонно произнёс блондин, ходя от стола к шкафу и обратно. - Ещё и огрызается, вы гляньте на него! Ужас, просто немыслимо... Голос матери постепенно затихал, доходя до ушей юношу совсем тихими возмущениями уже из комнаты сестры. Четыре года после переезда будто промчались стрелой пред глазами Антона. Многое поменялось - родители развелись, из-за чего воспитание детей теперь лежало на плечах матери. Отец изредка заглядывал, привозя с собой новые игрушки для Оли. Антону же он привозил нотации. "Помогай маме!", "Будь мужчиной!", "Заботься о сестре!" - с каждым приездом этот список пополнялся всё новыми и новыми наставлениями. "Будто я без тебя этого понять не могу..." - проносилось с каждым таким приездом в голове у Антона. Сам же Антон стал достаточно резким. От прозвища "зайчик" осталась лишь внешность юноши. Всё такой же светлый мальчик скрывал за своей "маской" далеко не этого белёсого и безобидного зверька. Дружба с Пятифаном сильно сказалась на характере и действиях юноши - никто более не смел сказать что-то обидное в сторону Петрова. Он всё так же старался решать все конфликты словами, но сама их подача... Холодный тон, взгляд сверху вниз и слова, что стремились достучаться до души оппонента - всё это обрушивалось на обидчиков, заставляя тех мигом прятаться, отступать. Но это была лишь одна из множеств сторон характера юноши. Он оставался таким же нежным и ласковым с сестрицей, за которую стоял горой перед матерью и её новыми одноклассниками - как никак, девочка уже в четвёртом классе. Мальчишки-хулиганы подёргивали малышку за белокурые длинные косы, изредка ставили подножки, будто и не с девочкой играют. Но Тоша больше не из-за этого заступался за сестру - та спокойно могла раздать тумаков обидчикам. Кто же научил её всему этому? На ответ тридцать секунд... Правильный ответ - Пя-ти-фан. Зачастую именно эти двое сидели в кабинете директора, а отдувался за них именно Антон. Угораздило же его сдружить хулигана и мягкую девочку... Впрочем, он и не жаловался. Все эти ситуации обсуждались под громкий смех компании из четырёх человек уже на пути из кабинета директора. Тоша, Рома, малышка Оля и Бяша - эта компашка была уважаема всеми. Но чем же занимались ребята в школьное и свободное от перепалок время? Да всем. Оленька, вдохновлённая просмотром множества мультфильмов и фильмов, всё мечтала стать сценаристом, Рома пошёл на инженера в класс инфотехов, Антону открыли глаза на его талант в психологии, посему тот пошёл в класс социально-гуманитарный, а Бяша, что никак не хотел отпускать мечту творить, так же пошёл в социально-гуманитарный класс вместе с Антоном - хотел стать преподавателем в школе искусств, делиться с новым поколением прекрасным. - Оль, пойдём, опаздываем сильно. - Тоша слегка похлопал младшую сестру по плечу, поторапливая ту. - А я уже всё! Девочка не теряла задорности и ясности своих глаз. Она смогла справиться с разводом родителей благодаря братцу и его друзьям, оставшись позитивным и добрым ребёнком. - Пока, мамочка! - Оленька крикнула это, выходя за порог подъездной двери, после чего послышались поспешные шажки по лестничной площадке. - Удачи! - Карина успела остыть после лёгкой перепалки с сыном, посему и голос её смягчился. Уже спустившись по подъезду с третьего на первый, Оля поспешила выбежать первой, чуть ли не снося тяжёлую металлическую дверь с петель. - РОМА! БЯША! - МАЛАЯ! Громкому, в какой-то степени зловещему, будто из преисподни, высокому голосу радостной девочки вторили два низких и, таких же по ощущению, зловещих, голоса Бяши и Ромы. Девочка прыгнула на руки бурятёнку, параллельно с этим трепля волосы обоих. - Ну ты вымахала, конечно! - Заливаясь смехом произнёс Бяша, придерживая на руках Олю. - Тебя Антон откормить решил? - Качаться надо, Бяш, - с усмешкой проговорил блондин, выходя из подъезда следом за малявкой - совсем хилый стал. - А он прав. Пятифан пошёл навстречу Антону, пожимая тому руку. - Ой-ой... Бяша показательно скорчил обиженную гримасу, направляясь уже к школе. По его пути так же пошли друзья. - Чекай, - Ромка протянул Петрову чёрный голографический коробок, что от солнечного света игриво поблёскивал всеми цветами радуги - взял попробовать. Говорят, неплохие. - Ну, выглядят солидно, не спорю. Брюнет спортивного телосложения, что был не сильно выше белёсого, достал из пачки бурую сигарету с поблёскивающим тёмным фильтром и прикурил её. Тут же в сторону Антона полетели клубы дыма. От резким запахом ворвался в нос юноши, стремительно попадая в лёгкие и расплываясь по ним тонким слоем. - Дай тяпу. - Рука Тоши юркнула перед глазами Пятифана и притянула к себе его руку, меж длинных пальцев которой расположилась никотиновая трубочка. Не выпуская руку Ромы из своей, Петров обхватил губами слегка сладкий фильтр сигареты, делая глубокую тяжку. Теперь же дым сполна просочился в лёгкие блондина, разрастаясь приятным расслабляющим ощущением по крови. Рома всегда брал какие-то крепкие сигареты, что безусловно нравилось Антону. Их послевкусие и эффект делали своё дело - конечности расслаблялись, от чего было ощущение слабой ватности в ногах, а голова буквально тяжелела. - Ну-ну, присосался-то. Чему малую учишь? - Брюнет усмехнулся, забирая свою руку назад из слабой хватки Антона и делая повторную затяжку. - Прям так нравятся? - Ахуенно. - Это, в принципе, всё, что мог сказать Антон, постепенно утопающий в удовлетворении. Где-то спереди послышались смешки, которые вскоре разрослись в задорный смех. Оля прекрасно знала об "увлечениях" братца и его компании. Так же знала и великий русский язык - такой эмоциональный и разносторонний. Понятное дело, что вся компашка хранила общий секрет от родителей. Такой расклад всех устраивал и позволял ребятам чувствовать себя хорошо в присутствии друг друга. Вот уже и показалось серое здание гимназии. Вид её красил лишь осенний пейзаж - ещё недавно зелёные листья деревьев и кустов разбавлялись вкраплениями огненно-рыжих листиков, летнее солнце из последний сил цеплялось лучами за высокий забор учебного заведения, оставляя на тёплом асфальте короткие прямые тени. Ребятня с пока ещё лёгкими рюкзаками бегала на школьном дворе в ожидании линейки. В косы некоторых учениц были вплетены белые шёлковые ленты с пышными бантами, развивающимися на лёгком ветру. У забора же, подальше от главного входа, стояли ребята постарше, пуская лёгкие клубы сигаретного дыма в воздух. - Ну всё, малая, тут наши дорожки расходятся! - Бяша спустил Олю с рук, слегка потрепав ей макушку. - Нуу, чего руки распустил?! - Девочка топнула ножкой и глянула рассерженно на бурятёнка. - Ты знаешь, как мучительно было сидеть и терпеть, пока мама мне эту чухню начёсывала? И всё ради того, чтобы ты всё взъерошил?! - Не дуйся, всё у тебя там нормально. - Тоша усмехнулся и подошёл к сестрице, пригладив вылезшие из аккуратной причёски светлые волосинки. - Беги скорее, вас собирают уже. Оленька кивнула и побежала к своим одноклассникам и классному руководителю, помахав при этом ребятам на прощание. Сами же они пошли к одной из компаний у забора. Все обменялись рукопожатиями, после чего меж пальцев каждого уже тлели сигареты. У кого какие, а у Антона и Бяши Ромкин Сенатор. Остальные друзья дивились обновке Пятифана, начав обсуждать многообразие вкусов этой и других марок сигарет. Антон среди всех ребят был тише, ибо особо в сигаретах и не разбирался - курил только Ромкины. Тот как-то пытался подбить Тошу на покупку своей пачки, но долго уговаривать не стал после предложения просто скидываться на общую. Так обоим было удобнее. - Ладно, нам идти уже надо. Не хватало нагоняй от карги схлопотать в первый же день. - Сказал Рома, одаривая всех прощальным рукопожатием. То же самое сделали Бяша с Антоном, после чего все трое поплелись в свои классы. Уже в гардеробе все скинули с себя верхнюю одежду. Вид парней радовал глаз учителей - все опрятные, в белых наглаженных рубашках, аккуратно заправленных в приближённые к деловому стилю брюки. Рома редко носил рубашки, только по праздникам и при проверках (и то не всегда), посему было видно, что рубашка ему мала. Лёгкая ткань подчёркивала спортивное стройное телосложение брюнета. Особенно руки, на которые в итоге засмотрелся Антон. Широкие плечи, аккуратные бицепсы, выступающие вены на тыльной стороне ладоней - всё это так завораживало взгляд Тоши, что тот и не заметил, как в плечо его кто-то толкнул. - Тц, аккуратнее. - Петров достаточно громко ругнулся, глядя уходящему от ответа Бабурину. Их конфликт так и не был решён должным образом. Как четыре года назад подрались так и остались врагами, казалось бы, на всю оставшуюся жизнь. Семёна уж очень сильно не устроил факт ношения очков Петровым, к чему он решил не хило так прикопаться. Ну, Антон не из робкого десятка - дал заслуженного леща обидчику. Правда, это не сильно помогло отбиться от рыжего. По пути к дому Антона Сёма подкараулил очкарика, желая уже без лишних глаз с ним расправиться. Ему показалось это наиболее удачным и действенным решением. Показалось. Антон не стал молчать, прознав о слабостях Семёна - о том, как его самого задирали из-за лишнего веса. После своего хладнокровного монолога Тоша прописал Бабурину очередного леща, из-за чего тот на некоторое время даже остолбенел. Но пылающая в нём ярость вырвалась наружу - теперь Семён не держал себя в руках, налетев на Антона с кулаками. Перед расправой Бабурин сорвал с переносицы округлые очки, дабы обезвредить противника. Но не тут то было - данный блеф заметили прогуливавшиеся неподалёку Ромка с Бяшей. Первого сильно смутили действия Сёмы, из-за чего тот тут же принялся раздавать тумаков своему без пяти минут недругу, а вслед за Ромой тумаки начал раздавать и бурят. Очки были успешно выхвачены из рук обиженного и заплаканного Семёна и возвращены законному владельцу. С тех самых пор ребята стали часто вместе выбираться куда-то, стали отличными друзьями. - А этот то чё тут забыл? - Усмехнулся Ромка, поглядывая на Семёна. - У него ж котелок не варит. - Так он на второй год остался. - Бяша так же усмехнулся, устремив всё своё внимание на расстегнувшиеся рукава рубашки. - Опять? - Рома залился смехом, да таким звонким, что пара людей с коридора обернулись в его сторону. - Так, вы чего тут разгалделись? Из-за угла показалась расфуфыренная женщина. Директриса. - Ох, ну конечно! Святая троица! Марш по классам, линейка через минуту, а вы тут стоите! - Да, Марь Пална, уже идём. - Тоша сказал это с лёгкой улыбкой, поспешно утягивая за собой друзей от глаз женщины. По дороге к классам ребята залились смехом ещё громче прежнего. - Вот балбесы, даже до кабинета дойти молча не могут... - Директриса тихо ругнулась себе под нос, уходя в актовый зал для приготовлений. Уже ближе к развилке Рома пошёл в свой кабинет, Тоша с Бяшей же направились в соседний. Полчаса объяснений классной пролетели незаметно, как минимум для Антона с Бяшей - те еле сдерживали смех от жалоб Ромы на то, какая же нудная их новая классуха. Рома даже успел прислать пару своих фотографий с грустным изнеможённым выражением лица, задумчивым взглядом в окно. Но одно фото выбило Антона с Бяшей из колеи - громкий смех и поползновения под парту заставили вспылить даже преподавателя. Так с чего же всё это пошло?.. Рома, прикусив нижнюю губу, подняв бровь, сощурив глаза и приложив руку, сложенную в "пистолет", к лицу сфотографировал себя на фоне той самой нудной классухи, что, судя по размазанному кадру, что-то объясняла. - Так, а ну встали и вышли из класса! - Молоденькая классная посмотрела с раздражением на покрасневших от смеха ребят, показывая при этом рукой на дверь из класса. Ну а что им ещё делать? Встали да вышли. Против классной не работала отмазка "всё-всё, молчим молча" - её слово уподоблялось закону. Теперь смех доносился с коридора, попадая в соседние кабинеты, в одном из которых сидел Пятифан. НАС ВЫГНАЛИ ИЗ-ЗА ТЕБЯ> <АВХХААХ БЛЯ Я СЛЫШУ Уже через минуту из класса вышел сам Рома. - Она пиздит и пиздит... - Вполголоса, сдерживая смех, произнёс Пятифан, подходя к друзьям, которые и не собирались униматься. Ещё через пару минут раздался протяжный звонок, заглушавший смех парней, а из классов посыпались ученики для построения на линейке. И вот - в физкультурном зале уже стояла пара сотен учеников, что-то бурно обсуждавших. Среди всех ребят Парни заприметили Оленьку, что активно махала братцу и друзьям. - Дорогие ученики! Мы торжественно объявляем о начале нового учебного года! Зал заполнился звонкими аплодисментами. - Слово даётся нашей многоуважаемой директрисе - Дьяченко Марии Павловне! - Дорогие ребята! Я рада видеть вас всех на открывающей новый учебный год торжественной линейке! С некоторыми из вас мы уже прошли долгий путь, а некоторые только вступают в ряды гимназистов. Я несказанно рада, что среди вас так много отличников и хорошистов! Вы большие молодцы, и я надеюсь, что ваши оценки будут и дальше радовать преподавательский состав. Собравшиеся в спортивном зале ребята стояли достаточно долго, выслушивая наставления и ободряющие речи преподавателей и директора. Был так же рассказан учебный план, даты ближайших выходных в честь праздников и прочее-прочее-прочее, что уже слушать не хотелось. - Так! Пришло время открыть для вас этот учебный год! Я прошу подойти за золотым колокольчиком, что подарит нам свой первый звоночек, отличницу, ученицу четвертого "Б" класса, Петрову Ольгу, а так же отличника, ученика десятого "В" класса, Петрова Антона! Под восторженные аплодисменты к директрисе подошли названные ребята. Оленька села на плечо брата, беря в руки поблёскивающих колокольчик. В следующее же мгновение на весь зал послышались активные хлопки в ладони, сопровождающие торжественный первый звонок. Оля уже не первый раз открывала новый учебный год, из-за чего её очень любили все преподаватели. Активная, задорная, так ещё и учится отлично! Ну не красота ли? Антон же первый раз открывал линейку - просто был старше и менее подъёмный для старшеклассников-отличников. Тоша шёл и не сводил взгляд со своих друзей, что пародировали его важную походку и заливались смехом. Естественно, это вызывало улыбку. Наконец, звон колокольчика скрылся за дверьми спортивного зала, откуда вскоре начали выходить ученики. Оленька довольная побежала за своими вещами, Антон же ждал выхода Ромы и Бяши. - Ну вы гля~аньте на него, важный какой! - Бяша рассмеялся на весь коридор, слегка наклоняясь назад. Его смех подхватил и Рома. - А вы ещё с моего лица угорали, черти. - Пятифан похлопал по плечам ребят и направился к своему классу. За Ромкой поплелись и Антон с Бяшей. - Рома, Бяша, вы видели? Я так высоко сидела! - Девочка восторженно помахала руками и побежала вперёд ребят, не отводя от них взгляд. - Видели-видели, хвастунишка. - Ромка усмехнулся, закидывая на плечо пакет с новенькими учебниками Оли. - Ничего я не хвастаюсь! Всего книжки занимали два пакета, один из которых был у Ромы, а второй у Антона. Так же троица несла пакеты со своими учебниками, которых, на удивление, было меньше, чем у Оли. - Оль, ты беги домой пока, а мы позже придём с учебниками. - Тоша заметил, как к ребятам бежит лучшая подружка девочки, намеревавшаяся посидеть в гостях. - Хорошо! Пока-пока! Оля со своей подругой направились к дому Петровых, попутно обсуждая сегодняшнюю линейку и планы на посиделки у Оли. Когда фигуры девочек скрылись из виду парней, те пошли в излюбленное место - недалеко от гимназии, во дворах, стояла давно заброшенная школа, что для старших служила курилкой. Пакеты с учебниками были поставлены на подоконник, а сама компания отошла к центру кабинета (точнее того, что от кабинета осталось). - Надо бы отпраздновать. - Проговорил Пятифан, доставая пачку сигарет и зажигалку. - У меня мать уматывает к хахалю своему, можно у меня засесть. - Бяша потянулся, слегка выгнув спину, после чего взял из рук Ромы сигарету. - Вот и решили. Скок и чего брать будем? - Продолжал Рома, делая первую тяжку. - Можно взять шампанского, Абрау-Дюрсо например. Недорогое, да и неплохое. Ну и пива каждому по несколько бутылок. Там уже в Ленту сходим и решим. - Петров потянулся к руке Ромы, в которой тлела сигарета, подкуривая от неё уже свою. Уж в чём, а в алкоголе Тоша разбирался. Как-то раз прочитал пару книг о зарождении винодельства, да так и провалился в изучения веселящих напитков. - Базару ноль, Тош. - Пятифан одобрительно кивнул, ему же вторил и Бяша. Парни разговорились о всяком - начиная планированием празднования, списком приглашённых и времени встречи и заканчивая планами на ближайшие каникулы. - Ладно, я погнал уже, надо маман помочь с вещами. - Бурятёнок взял свой пакет с учебниками и направился к выходу. - Не скучайте. - Бывай. - До завтра. - Если Бабурин лезть начнёт, то зови. - Ромка глянул на Тошу, доставая из пачки очередную сигарету. - Ты во мне сомневаешься? - С усмешкой отозвался Антон, потянув руку к пачке Пятифана и выхватывая оттуда сигаретку уже для себя. - Он вымахал сильно. Раза в три тебя больше в ширину. - Пятифан усмехнулся после удачной Тошиной "кражи". - Поговаривают, что он летом пару ребят в больничку с переломами отправил. Не хотелось бы сидеть тебя в таком же состоянии. - Перебьётся. У меня нет в планах валяться в больничной койке из-за какого-то там Бабурина. - Антон довольно улыбнулся и, сделав тяжку от подкуренной сигареты, откинул голову назад, выдыхая густой дым. - Тош. Рука Пятифана скользнула по шее и щеке Антона, возвращая ту в привычное положение. Лицо брюнета оказалось в опасной близости с лицом Петрова. Подрагивающий огонёк сигареты в зубах Антона был прикрыт чужой сигаретой, что была уже в зубах у Ромы. Такой способ прикуривания не был чем-то новым в компании конкретно Пятифана и Тоши, однако от этого не легче - каждый раз после таких действий Антон стоял весь красный от смущения, что забавляло при этом друга. - Чего краснеешь так, Тоша? - Губы Пятифана расплылись в усмешливом и довольном оскале, а взгляд был устремлён в глаза белёсого. - Что, нравится? - А почему нет? - Теперь уже от слов Антона смутился Рома. - А тебе?