История о...

И Армину и Энни не повезло в детстве. У первого сначала погибли родители, а позже и любимый дедушка, а у второй был лишь отец, да и тот не родной. Какой должны быть настоящая семья, они оба не знали, не понимали, поэтому сейчас, когда у них появился ребёнок, они понятия не имели, как с ним обращаться. Армин всегда был заботливым к людям, но не знал, что делать с детьми, а Энни достаточно груба, потому по началу у них все шло на перекосяк. Особенно, когда их дочка только родилась. К тому же девочка была болезненная и капризная, как её успокоить, они понятия не имели. Но методом проб и ошибок к её полугоду что-то стало прояснятся. Но потом опять все шло не по плану: Энни даже через полгода мучалась со здоровьем, а Армина постоянно дёргали в столицу. Но не смотря на все это, девочка росла и развивалась, как то было положено. Саше (а именно так они назвали свою дочь) было около года. С тех пор, как она стала ходить, на уровне нижних тумбочек ничего не осталось. Но она та ещё непоседа и вечно умудрялась поставить себе синяк или прищемить палец в двери. Армина не было дома уже почти неделю и Энни очень устала. — Так, Сашенька, кушать, — Энни взяла дочку на руки и усадила за маленький столик, который сделал подарил им Конни пару месяцев назад. Девочка весело смеялась и взяла свою маленькую деревянную ложку в руки, после чего стала стучать по столу. Энни тяжело вздохнула и поставила перед ней мисочку с кашей. Девочка сразу же засунула ложку в кашу и, размахивая по лицу вязкую овсянку, стала кушать. — Саша, давай мама тебя покормит, — Энни было слегка сложно на это смотреть. — Папа! Папа кушать! — нахмурилась девочка. — Папа на работе, папа не может тебя покормить, — тяжело выдохнула девушка. — Саша кушать! Мама нет! — воспротивилась девочка и не отдала Энни свою ложку. К сожалению «маленькая принцесса» давала себя кормить только отцу, либо ела сама. И поэтому у Энни уже заканчивались силы. Она понимала, что уже не может справится с ребёнком просто потому что её она слушает редко, ведь ещё чуть раньше она была слишком холодна у ней, в то время как Армин окружал теплом и заботой. Даже её первым словом было «папа». Было ли ей обидно? Нет. Винила ли она себя в том, что плохая мать? Да. И вот непрошеные слезы сами потекли по щекам. На сердце стало неспокойно и она отвернулась, только бы ребёнок не видел её слез. Но Саша очень чутко реагировал на перемену настроения. — Мама плакать? — девочка тут же поднялась из-за столика и зашагала к девушке, а после обняла её. — Нет, солнышко, мама не плачет, все хорошо… Энни взяла ребёнка на руки и салфеткой вытерла рот, а после и рукав своей кофты. Девочка очень нежно уткнулась ей в шею, после чего на душе у Энни вновь стало тепло. Все же Саша впитала в себя их с Армином упрямство и его доброту. Все же их любовь породила это маленькое чудо. Вдруг дверь отворилась и на порог зашёл Армин. Уставший и с тёмными мешками под глазами. Он не спал несколько суток, только поскорее бы вернуться домой, к своим девочкам. — Папа! — закричала Саша и Энни тут же опустила её на пол. Топот маленьких ножек оборвался через несколько секунд, и Энни услышала весёлый смех своей дочки. Сама она, такая же безумно уставшая, как и Армин, пошла к нему навстречу. Она увидела, что он едва стоит на ногах, но все равно не отпускает ребёнка. — Привет, дорогой, — Энни целует Армина в щеку. — Как твоя работа? — Ой, едва вырвался. Не спал, только бы к вам добраться быстрее. — Глупый. Она забрала Сашу у себе на руки, но та тут же стала плакать. — Армин, наша дочка любит тебя больше, чем меня, — насупилась Энни. — Ну, не преувеличивай… Армин быстро пошёл в комнату и переоделся в домашнюю одежду. После этого пришёл на кухню и покормил Сашу, давая Энни самой поесть, но та присела рядом с ним и стала кормить его с ложечки. Армин опешил на миг, а потом тихо засмеялся. Саша смотрела на то, как мама кормит папу с огромным удивлением, но потом засмеялась. — Папа большой! А мама кушать папу! Энни тоже усмехнулась, а после оставила на губах своего мужа короткий поцелуй. Вечер этот был почти без разговоров, лишь в тихом домашнем уюте. И этой ночью все наконец-то выспались…