Снегопад одуванчиков

      Белые снежинки весны, принесённые прохладным ветерком, снова путались в волосах или цеплялись за одежду Чжун Ли, за долгие годы своего существования он никогда не встречал такой снегопад одуванчиков, что разносился по лугам и полям метелью. Хотя он никогда толком и не бывал в Монштадте во время цветения всего города. Даже под вечер ветер не унимался, продолжал выполнять свою работу - разгонять пушинки по округе. Люди верили, что и Барбатос также работает без перерывов, просвистывая ветром по траве, деревьям и волосам. Но их уже бывший Архонт сейчас просто посиживал на траве рядом с Чжун Ли, составляя компанию молчанию и бутылке вина: - Ну и как тебе Фестиваль Ветряных Цветов? Это уж точно не такая скука, как у вас в Ли Юэ! - Тут и вправду более оживленней чем во время Фестиваля Морских Фонарей, хотя у нас это больше семейный праздник. Но думаю это хорошая атмосфера для любви, - мягко улыбнулся Чжун Ли, поглаживая ветер по мягким чёрным локонам волос, что сейчас растрепались по его плечу спускаясь к рукам.       Венти усмехнулся все больше прижимаясь к крепкой опоре, как ленивый, уставший кот к нагретым солнцем камням после долгой зимы. Но Чжун Ли и вправду с лёгкостью мог бы назвать их долгое расставание зимой, потому что в его душе кажется за это время поселилась пустота и тяжесть, которая только сейчас начала медленно оттаивать, давая пропуск нежной траве и запаху цветов, легкости ветра, давая пропуск весне. Хотя над терпким запахом вина надо поработать. - О чем ты там опять думаешь, старик? Вроде на пенсию вышел, - усмехнулся бард, не двигаясь ни на сантиметр, но тихонько приоткрывая глаз. - Просто задумался сколько новых человеческих чувств и ощущений ты принёс в мое существование, - нежно прошептал уже бывший Архонт Ли Юэ, проводя рукой по траве, даже она была приятной и нежной. - Будучи Мораксом, Архонтом или Адептом я не особо мог остановиться и заметить насколько приятна трава, пение птиц или даже... Взгляд Чжун Ли снова упал на собеседника, что внимательно прислушивался к словам, так что он с легким румянцем выдохнул: - Любовь.       Щеки Венти явно приобрели розовый оттенок пока он, глупо улыбаясь, прятался в темноте чужого расписного рукава. Через секунду он вернулся к своему обычному лицу, легкой дымкой розовевшему от вина, и к своей довольной ухмылке, а в его руках преобразовалось верная спутница-лира, заменившая бутылку. Он с простотой, но мастерством подвластном только ему начал напевать какие-то баллады о старых временах, о жизнях людей, о любви и благодарности. Одуванчики все также кружили в округе и Чжун Ли честно хотел бы остановить время. Чтобы снегопад одуванчиков не кончался, чтобы не ложился и не покрывал землю, чтобы нёс эту музыку, эту песню и эту историю дальше и дальше, ближе к Ли Юэ, напоминая о моменте, что когда-нибудь закончиться. Но тёплая рука рядом напоминала, что у них ещё будет время и весна всегда вернётся после зимы.       Даже вернувшись к работе в Похоронном бюро Чжун Ли мог чувствовать, как ветер несёт к нему любовь вольного барда. А Венти, сидя на траве, мог чувствовать нежность трудолюбивого работника гавани, что несла земля.