Со вкусом яблока

      Венти опять сидит на кухне и курит ядовитые сигареты с ароматизатором… Что там ему продали в этот раз? Яблоко? Горчит, но неприятный привкус на языке лишь способ никогда не ощущать сладость чужих губ. Это не особо помогает. Пепел падает на пол, хотя кажется Венти без разницы.       Парень выдыхает и смотрит в сторону вскипевшего чайника, который так же, как он сам выдыхает дымом — паром. Воспоминания, как и яблочный привкус, заставляют поежиться и мечтательно прикрыть веки. Их моменты такие теплые, констрастирующие с холодным окном под щекой.       Венти любил ворчать, но все же вставать и самостоятельно наливать чай, пока Сяо сдвигал тетрадки с лекциями в сторону, на подоконник. Взгляд у него теплый, как облепиховый чай, который он так любил готовить на чужой кухне. И голос у него всегда оставался мягким, сколько бы он не ругал Венти за грязную посуду или заваленный зачет.       А вечерами, пока Венти курил в форточку и рассказывал про однокурсников, которые решили запереться в кладовке прямо во время практики, Сяо смотрел на затянутое тучами небо, иногда клацая по дисплею телефона и переключая музыку. Это были мгновения только для них двоих. Особенные.       Сердце сжималось от одной только мысли, что парень может улыбаться так кому-то по ту сторону экрана. Так тепло и ярко. Венти не верит что так возможно даже со всем его сиянием. Сяо всегда такие моменты выглядел чуточку более увлеченным, чем обычно. В его глазах отражались мириады звезд и бесконечные вселенные. Венти смешно от того, что он говорит о бывшем друге так, словно Сяо уже не в этом мире.       Сяо жив, но не в его — Венти — мире точно.       Их вселенные разделились, когда Венти мазал поцелуем по губам Сяо, аккуратно касался мраморной кожи и проводил большими пальцами по морщинкам под глазами. Мир предал его, когда чужие щеки залило краской не от смущения, а от злобы. Когда в зеленых прядях его волос парень больше не увидел надежды на такое же светлое будущее.       Тогда Венти улыбнулся, как обычно, попрощался и ушёл — сбежал, на самом деле. Нагло скрылся с места преступления, бросив Сяо наедине со своими размышлениями. Потому что страшно. Потому что чувства к Сяо — глубокое море, в котором хочется бесследно утонуть и никогда не всплывать на поверхность. Тогда же и рухнули их мосты, которые вели к долгой и крепкой, к сожалению всего лишь, дружбе. Неловкость в действиях, взглядах, встречах и словах ощущалась натянутой до предела струной, которая в конце-концов лопнула.       Но ведь жизнь не кончается на первой любви в натурала — нет, и это ясно по их — Сяо с Чжун Ли — общей квартире. Жизнь не кончается на холодном подоконнике и горьких сигаретах. Все идет так же, как и раньше, просто слишком сильно давит на плечи усталостью и одиночеством.       Венти тушит окурок о выцветший облупившийся горшок с кактусом, отключает чайник и идет в спальню. Желательно спать. Завтра его ожидает прежняя рутина, хоровые песни в церкви и вино, Кейя и Барбара, мятная жвачка и пачка сигарет с яблочным ароматизатором в павильоне за углом.       За тем самым павильоном, где он постоянно видит Сяо с его новой пассией, спешащих наперегонки всему миру к общему счастью. Где они как бы невзначай держатся за руки и обсуждают бытовуху, где целуются прямо на глазах у всех. Они…       Руки трясутся, на языке привкус горечи, а значит не все так плохо. Все совсем не плохо.       Жизнь ведь не кончается на одном Сяо.