Почему?

      Почему кто-то запускает салют в космосе?       Почему трава розового цвета?       Почему луна такая огромная?       Почему, почему, почему?..       Почему путь домой всегда труднее, чем дорога оттуда? Разве не должна родина быть местом, которое в любое время встречает с распростёртыми объятиями и принимает обратно всегда? Зачем какие-то высшие силы придумали весь этот отлаженный механизм, тщательно настроенный убивать?       Из-за чего никто не хочет отвечать на мои вопросы?       Я не знаю ничего, не помню, что случилось до того, как оказался здесь, понятия не имею, куда иду и в душе не чаю, что делать дальше. Шагаю по заранее проложенному такими же потерянными маршруту в надежде набрести на верный путь и только отдалённо осознаю, что я не дома, а домой надо вернуться — как будто только там можно жить спокойно, словно там нет всех этих смертельных дорог и тупиков с ловушками.       Глубокие овраги. Острые пики, тяжёлые блоки, резкие пули, нежданные шары. Чёрная дыра, ведущая в неизвестность, затягивает меня, и весь этот сценарий повторяется снова. Из раза в раз, изо дня в день… А сколько прошло дней? Кажется, это началось уже давно. Выглядело относительно безопасно. А теперь я и не знаю, в какую сторону идти — одинаковые опасности и враги, так и норовящие скинуть тебя с единственной безопасной тропинки, сейчас повсюду — справа, слева, сверху и даже медленный спуск вниз ведёт в очередное море бурлящей белой жижи, которой чуть дай волю — она и изнутри сожрёт.       Несколько раз я спрашивал себя: а нужно ли оно мне? Действительно ли я хочу шататься по неизвестным угрожающим уголкам чужих миров в надежде на размытую и вовсе не обнадёживающую перспективу «вернуться» туда-не-знаю-куда? Ни разу не ответил, что да. Но назад уже не свернуть: чёрные дыры не хотят принимать обратно, и невозможно ни отпрыгнуть так высоко, ни убежать настолько далеко. Что же остаётся? Всё то, что было до этого: ямы, пики, блоки, пули, шары, жижа, монстры, дыра. Ямы, пики, пули, блоки, дыра. Шары, монстры, жижа, дыра. Как по кругу.       Хорошо птицам, которые пришли сюда раньше, чем я: им никуда не надо, у них нет другого дома, и, в конце концов, они могут перелететь все препятствия. Я, наверное, тоже когда-то мог. Сейчас не могу — после каждой телепортации через чёрную дыру крылья болят всё сильнее. Грустно наблюдать, как разносятся по ветру маленькие пёрышки, раньше бывшие моими. Зато им тоже больше некуда стремиться.       Как назло, первое испытание «нового уровня» желает, чтобы я полетел — шарики с иглами в воздухе не представляют возможности пройти по-другому. Приходится прыгать. С первого раза я чуть не падаю — помогает только уступ в стене из розового-жёлтой травы. Луна, похоже, усмехается: вон те два круглых пятна наверху выглядят как её глаза, а снизу через весь круг лица проходит широкая, открытая улыбка. Она даже не старается её спрятать. Вскоре мне всё-таки удаётся запрыгнуть выше: долететь, перескочить, схватить ключ… А что дальше?       Маленькие, но оттого не менее острые пики внизу, наученные своей матерью-Луной, так же довольно скалят свои зубы в хитрой улыбке. Они знают, что я не пройду. А я знаю, что не для того терпел десятки таких же этапов, чтобы умереть сейчас. Вниз, направо, налево, опять вправо. Плавание считаю самым лёгким из того, что могло быть. Дыра.       Что-то подсказывает мне, что осталось немного — что совсем скоро я вернусь, узнаю, каково это — быть дома, вспомню всё и забуду только этот страшный путь. Хоть бы это было так. Я не знаю, как выглядит моя, личная родина. В ней вряд ли трава напоминает пятна крови и, скорее всего, оттуда видно другую сторону луны — ту, которая улыбается в счастье, а не в насмешке. А в небе должны мелькать только звёзды — и никаких ярко-красных взрывов…       Два колеса наезжают друг на друга, перекрывая единственный проход. Мне удаётся допрыгнуть в самый последний момент — подпрыгнуть и взлететь. Пусть ненадолго, но этого времени должно хватить, чтобы они разъехались, а еле держащиеся блоки упали, щедро подарив мне возможность пройти дальше.       Спасибо.       Сразу виднеется ещё одна пушка — настолько быстрая, что я еле-еле успеваю затормозить падение и приземлиться на другие, но такие же некрепкие, блоки. Если посмотреть вниз, можно заметить ключ — и почему-то чутьё снова говорит мне, что этот ключ может быть последним…       А пушки, оказывается, две. Снаряд из второй вылетает в почти самую неподходящую секунду; перед глазами пролетает вся жизнь — вся после того, как я появился тут. Не страшно: блоки подо мной упали, освободив проход как раз размером с труп, а мне всё равно больше некуда идти. Как перу. Как птице.       Что будет дальше?       Как трава стала ещё розовее?       Почему всё ещё никто не отвечает?..