Совершенство

Сорок четыре года назад, в далёких семидесятых, множество до ужаса гениальных злодеев были готовы творить. Известная в узких кругах организация Гидра не была исключением. Организация старалась достичь мирового господства, устраивала теракты, создавала неуязвимых солдат, способных сеять разрушения согласно их воле и замыслу. Агенты Гидры сотнями похищали людей, испытывая на них свои сыворотки и пытаясь создать идеальную формулу неуязвимого и покорного солдата… …Шёл семьдесят седьмой год. Тогда мне едва исполнилось двадцать четыре… Помню тот вечер как сейчас. Я возвращалась в родительский дом после смены в придорожном кафе. Шёл лёгкий дождь: от него я укрывалась своим кожаным пальто. Редкие фонари бросали столбы неяркого света на длинную тропу. Я хорошо помню её по сей день. На той тропе меня и схватили, похищая как очередного подопытного. Я попала в одну из лабораторий Гидры безо всякой возможности бежать. Несколько дней меня держали в изолированной комнате, изредка давая еду и воду. Со мной не разговаривали, не поясняли, кто они и зачем похитили, не выпускали на свежий воздух. Любое сопротивление, колкости и оскорбления были физически наказуемы. Тогда я думала, что познала все кошмары жизни, но это оказалось лишь началом. А Гидра даже не подозревала, что в те дни начала воспитывать во мне настоящего зверя. Затем я попала в группу из семи человек. Нас исследовали, использовали в опытах, изучали… и лишь в знаменательный день нам стало известно, что учёные собираются проводить испытания новой сыворотки, способной создавать суперсолдат. Проводить… на нас. Я до сих пор хорошо помню имена тех людей. Саманта, Джон, Крис, Лили, Анна, Джейкоб… Их лица, страх неизбежного и крики, полные боли, навсегда останутся в моей памяти, ведь в тот самый день, во время страшных и болезненных испытаний, выжила только я. Благодаря своей победе над смертью, принятию организмом сыворотки и выявлению её свойств, мне дали кодовое имя «Совершенство», ведь никто не справился с поставленной задачей так же совершенно, как я. Клянусь всем, что имею: я бы предпочла этим пыткам смерть. Испытывать на себе ту боль, что пришлось испытать мне, практически невозможно. Тогда меня поразила сильнейшая лихорадка; голос был посажен от душераздирающих криков, а тело горело изнутри, будто вместо крови в венах жгло раскалённым металлом. Как напоминание о моих страданиях, голос до сих пор не восстановился, и в нём осталась лёгкая хрипотца. Последующие три года я была главным объектом изучения учёных. Я научилась с лёгкостью передвигать тяжести — к примеру, могла спокойно поднять джип; несколько суток проводила без сна и еды; стала выдерживать сильнейшие разряды тока; но самое главное — обрела навыки, неподвластные обычному человеку. Годы тренировок научили меня контролировать сознание человека, а также перемещать предметы одной лишь силой мысли. Из обычной похищенной официантки я начала превращаться в неуязвимого монстра, способного на убийство по короткой команде и полностью забывшего, что такое искренние эмоции. Внутри меня царили лишь гнев, вечная жажда разрушения и месть. Я старалась быть сильнее всего этого и оставаться человечной несмотря ни на что, но вскоре меня лишили и этой возможности. Мои дни проходили как в тумане, а сознание было одурманено. Я потеряла способность трезво мыслить и преследовать личные цели. Мне были подвластны лишь выполнения команд. Я даже не могла сосчитать, скольких людей погубила, следуя внутренним установкам. За лаконичным совершенством скрывалась ужасающая мерзость и сломанная воля. Но потом появился он. В нашу лабораторию однажды был переведён Зимний Солдат: ещё более мощная машина для убийств с колоссальным жизненным опытом. Он даже не пытался противиться командам. Тогда я не знала, что каждый день мужчину помещают в криокамеру, а при первой же возможности стирают память до такого состояния, что Солдат не может вспомнить даже собственное имя. В лаборатории мы пересеклись совершенно случайно, на одном из испытаний, где учёные решили опытным путём выяснить, кто из нас сильнее. В тот день Зимний Солдат во время короткого боя сломал мне все рёбра, но этой боли я уже не помнила. После он неожиданно для нас обоих спросил, не болезненно ли прошло моё выздоровление, и пусть эти слова были лишены какого-либо интереса и соболезнования… в любом случае, они стали для нас важными. Как первый шаг на пути к чему-то большему. Мы стали всё чаще пересекаться на тренировках и собраниях, но никогда не работали вместе, будучи одиночками. С годами ко мне пришло понимание, что была ещё одна причина — по мнению Гидры, мы могли отрицательно влиять друг на друга. Вскоре выяснилось, что они были правы. В наши мимолётные встречи мы перекидывались короткими фразами и долгими взглядами, пока не начали доверять друг другу и не продумали план побега. Баки должны были увозить из нашей лаборатории в тот день, когда нам удалось перебить нескольких учёных и врачей, десятки агентов и вербованных военных. Гидра создала настолько абсолютное оружие, что сама не смогла его удержать. После серьёзной схватки нам удалось оказаться на свободе, о которой я когда-то грезила. К моменту, когда сознание стало трезвым, я точно понимала, что теперь мы будем бежать куда-то-то вместе всю нашу жизнь. За такую возможность я была благодарна Баки и считала, что теперь я навеки перед ним в долгу. Тогда я искренне полюбила этого монстра, человеческие чувства которому были чужды. Но Баки оставил меня так же быстро, как и вытащил из лаборатории. Он бросил меня посреди нашего пути, полностью уверенный, что я не нуждаюсь в нём, как и он во мне. Он точно знал: ему одному только лучше, а я не пропаду и сама по себе. Когда это случилось, я впервые пожалела о вновь пробудившихся человеческих чувствах. Я возненавидела его даже больше, чем всех тех работников Гидры, хотя бы потому, что они не бросали меня так жестоко, как он. С тех пор я не интересовалась его жизнью и даже не пыталась найти. Мне не было известно о нём совершенно ничего, но через сорок четыре года я увидела знакомый портрет в телевизоре, узнавая из сухой сводки новостей о смерти Зимнего Солдата. Вызвало ли это у меня хоть какие-то чувства? …Нет, после стольких лет — совершенно никаких. Да, в те годы он был мне ближе чем кто-либо, но всё равно оставался слишком далёким. Сознание всё ещё не принадлежало мне. Потому я не сильно верила в правдивость всех своих эмоций на его счёт. И вот мы снова вместе. Мы едем в одной машине в Нью-Йорк, хотя оба уже совсем другие люди, мы даже ничего не знаем друг о друге, но по какой-то неведомой причине решили заново довериться. Я старательно игнорирую тот факт, что когда-то он бросил меня, считая, что я не нуждаюсь в нём, а теперь, когда ему понадобилась моя помощь, почти не сопротивляясь соглашаюсь пойти с ним. — Как тебе известно, три года назад на Землю напали. Всё началось с Таноса, решившего собрать камни бесконечности, — начал свой рассказ Баки. — Камни Бесконечности? — переспросила я, нахмурившись. — Шесть камней, дарующих вселенское господство: перед владельцем они открывают множество невероятных возможностей. Камень космоса, силы, реальности, разума, времени и души, — разъяснил Баки. — Вместе они становятся смертоносным оружием. У Таноса была перчатка, суммирующая силы всех этих камней. Мстители пытались остановить Таноса, но не смогли. Ему удалось собрать все камни и прилететь на Землю, именно здесь он и истребил половину живых существ во всей Вселенной. Тогда в Ваканде произошло серьёзнейшее сражение. Оно было схоже с настоящей войной. Нет. это и была война. Он рассказывал всё кратко и по делу, словно заученный текст. Я была благодарна за такой рассказ, не готовая выслушивать всё в ярких красках. Да и Баки был не из тех, кто умел излагать эмоционально и детально. — Я попал в ту половину. Что было дальше, я тебе уже рассказал, — проговорил Барнс. — То место, куда я попал…в общем, это точно не смерть. Я думаю, что остальные находятся там же, где был я. Поскольку я выбрался, то и других можно вытащить, но для этого нужны люди поумнее. Если в Нью-Йорке мы встретим Тони или же Брюса, считай, это будет большая удача. — А если их тоже стёрли? — предположила я. — Тогда придумаем что-то ещё, — сухо ответил Барнс. Я хмыкнула, качая головой. — Ты придумаешь что-то ещё, — поправила его я. — Нет, Дел, это так не работает. Ты согласилась помочь мне! — Верно, — кивнула я. — И я до сих пор не понимаю, в чём именно. На этом наше обсуждение закончилось. Я не горела особым желанием разговаривать с Барнсом, а непроходящее напряжение нисколько мне не мешало, но и разговору не способствовало. Я снова сконцентрировалась на дороге, переваривая всё сказанное Зимним Солдатом. О событиях трёхлетней давности я знала лишь мельком, но подробности Джеймса начинали интересовать меня. Я впервые слышала о камнях бесконечности, ставших причиной смерти такого количества живых существ. Подобная история была ярче любой другой, что я слышала в последнее время, пусть мне и не хотелось этого признавать. Я прожила нелёгкие шестьдесят восемь лет, заключённая в юном возрасте. Вещи вроде воскрешения и возвращения пропавших людей более чем интересовали меня и могли разнообразить мои унылые будни. — Расскажи о себе, — вдруг резко раздался в тишине голос Барнса. — Как ты? Мужчина повернулся ко мне всем корпусом, испепеляя любопытным взглядом и не собираясь отступать. Я поразилась тому, что он умеет задавать столь обычные вопросы. Неужели научился? — Самое интересное тебе и так известно…— сухо отозвалась я. — Мы не виделись сорок лет. Что ты делала всё это время? — задал он новый вопрос, неотрывно следя за мной голубыми глазами. Я промолчала, не желая распространяться о своей жизни и откровенничать с человеком, которому было совершенно всё равно, что в ней происходит. Сейчас он пытался просто сгладить углы, а слушать меня ему было не так уж и интересно. — Мне правда интересно послушать, — вдруг выдал он, хотя читать мысли было моим коньком. Я вспыхнула и недовольно начала: — Возвращала себя. Я выкинула программу из головы собственными силами. По крайней мере, задвинула так далеко, чтобы иметь возможность мыслить и жить подобно обычному человеку. Потом… — я вздохнула. — А потом я богатела. Последние двадцать лет потратила на то, чтобы добиваться неразборчивых богачей вроде Адриана, — посла этого я почувствовала на себе вопросительный взгляд. — Вроде того, что я убила сегодня на свадьбе. После я забирала их деньги себе и ехала дальше. — И ты всех их убивала? — Совсем нет, — покачала головой я, на секунду окунаясь в воспоминания. — Ну, с твоей силой легко добиваться своего. — Я уже говорила, что не использую силу, — повторила я холодно. — Даже в достижении своих планов? Я кивнула. Мои способности несли за собой слишком много неприятных последствий. Чем чаще я использовала силу, тем жёстче и одержимее становилась, что возвращало меня к состоянию Совершенства. Но и без этого состояния я совсем не была ангелом, а потому не использовала силу вовсе. Вещи вроде введения сыворотки не проходят бесследно. — Почему? — вдруг спросил он. — Потому что хочу просто жить как обычный человек. Кстати, тебе бы тоже не помешало попробовать, — нервно отозвалась я. — На это нет времени, — хмыкнул Баки. — У тебя, кстати, не очень-то хорошо это выходит. — Иначе бы мы не ехали вместе чёрт знает куда, — заключила я, нервно улыбнувшись. — Кстати говоря, мы уже подъезжаем. Спустя несколько минут я остановила автомобиль напротив большого бетонного здания с множеством тонированных окон. В радиусе двадцати метров не было машин, а о людях вообще говорить не стоило: кругом слишком пусто. Мне никогда не приходилось видеть Нью-Йорк столь безлюдным, и от такого зрелища становилось некомфортно. Я молча вышла из машины вслед за Баки, не говоря ему о том, что в таком пустыре вряд ли кто-то окажется и наш приезд сюда совершенно бесполезен. Оставшись возле машины, я опёрлась на неё спиной, наблюдая, как Барнс торопливо направляется к ближайшей двери и бездумно дёргает её в надежде, что та не заперта. Разумеется, это оказалось не так, и мужчина начал искать другое решение. Я же начала оглядываться по сторонам, рассматривая город, который покрывала мгла и любуясь загорающимися редкими окнами и вывесками. Достав портсигар, закурила сигарету после долгой дороги. Стало хорошо, когда губ коснулся дым… Вдруг слух уловил звук редко проезжающих машин. Рёв одного из моторов становился всё громче: ко мне кто-то приближался. Я повернула голову, замечая, как ярко-оранжевый спорткар на большой скорости резко дал по тормозам, останавливаясь впритык к моей машине. Рычащий мотор заглох, а тонированное окно водительской двери быстро опустилось. Из машины на меня смотрел мужчина лет сорока, может, пятидесяти. Его глаза спрятаны под солнечными очками, волосы аккуратно уложены, а борода стильно выбрита. Губы неприязненно изогнулись: этим мужчиной оказался Тони Старк, которого я смерила радушным взглядом, выдыхая облако дыма и даже не дёргаясь. На это он поморщился, вышел из своей машины и встал напротив, продолжая молча изучать взглядом, словно музейный экспонат. — Кто ты и что тут забыла? — небрежно спросил он, оглядывая моё окровавленное белое платье, которое я не успела сменить. — Вероятно, прибывшая подмога, — скучающе ответила я, в очередной раз затягиваясь табачным дымом. Старк снял солнцезащитные очки, в которых вечером не было необходимости. Я услышала хлопок двери, после чего из этой же машины вышел мужчина. Он был моложе, выше, крупнее и привлекательнее. На вид не казался высокомерным, скорее, немного отрешённым, но он заинтересованно взглянул на меня. Светло-русые волосы аккуратно уложены назад, по впалым скулам залегли тени, а густая подстриженная борода придавала солидности лицу. Хмурые брови, из-за чего между них образовалась морщинка, не прятал чистого голубого взгляда. Он был одет в чёрную кофту, кожаную куртку и прямые джинсы того же цвета. Мужчина молча смотрел на меня, оставаясь у машины Старка, а я на него, стараясь вспомнить, где его видела. — Что ж, подмога, в чём ты собираешься нам помогать? — продолжал беседу Тони. Я лишь пожала плечами. — Пока не знаю. Но я вам нужна. — уверенно произнесла я. — Кто тебе такое сказал? — усмехнулся собеседник. — Я, — появился новый голос, звучащий и холодно, и радостно одновременно. Все обернулись на этот голос, означающий, что Баки вернулся из своих поисков входа в здание. На его лице появилась осторожная дежурная улыбка, в то время как Старк стал хмур словно грозовая туча. — Баки? — на выдохе произнёс до того молчащий голубоглазый мужчина, расплываясь в улыбке. Он двинулся навстречу к Барнсу, заключая в тёплые дружеские объятия, на которые тот тут же ответил, поражая меня. Это выглядело как воссоединение века. Словно два самых близких человека наконец встретились и вложили всю свою тоску в этот приветственный жест. Поразмыслив, я осознала, что только одного человека Баки может воспринимать так тепло — Стива Роджерса, незаменимого Капитана Америку. Я тут же уставилась себе под ноги, пытаясь замять тот факт, что забыла, как выглядит Капитан Америка, и сразу не признала его. В реальной жизни, вне телевизора и газет, он был куда крупнее, мужественнее и в то же время безобиднее. Блеск его глаз и широкая улыбка сглаживала все факторы героя, способного спасти мир и при этом вызвать ужас. Дружеское и полное искренности приветствие было окончено. Тогда Баки сделал шаг назад, глядя на Тони. Если до этого я чувствовала оптимистичную волну, то теперь она сменилась напряжением. Не нужно быть специалистом, чтобы понять, что во взаимоотношениях этих двоих были какие-то проблемы, о которых я уже сейчас хотела поподробнее узнать. — Тони, — сдержанно произнёс Баки, легко кивая. — Барнс, — тем же тоном ответил ему Тони, снова переводя на меня взгляд карих глаз. — Я думал ты погиб, тогда, в Ваканде, — произнёс Стив, переводя тему и стараясь снять напряжение. Разговоры о чьей-то смерти не славились способностью снимать напряжение. — Так оно и было. Поэтому я тут, — кивнул Барнс. — Мы тут. — Привёз с собой невесту? — изогнул бровь Тони, указывая на мой наряд. — Не свою, — поправил его Баки. — Она убила своего жениха пару часов назад. Я закатила глаза, уверенная в том, что Джеймс теперь будет припоминать нашу специфическую встречу при каждом возможном случае. — Делорес МакКена, — представилась я, выкидывая окурок в неизвестном направлении и протягивая руку Тони. Мужчина с сомнением глянул на меня, но всё же пожал руку, решив, что ему не нужно представляться в ответ. К нам подошёл Стив, первым протягивая мне большую ладонь для знакомства. — Стивен Роджерс, — сдержано представился он, кивая мне. Я пожала его руку в ответ, довольно быстро отпуская. Мужчина кивнул в сторону брошенного мною окурка. — Говорят, курение смертельно опасно, — произнёс он с явным неодобрением, на что я хмыкнула, забавляясь. — Меня не взял автомат Калашникова. Вряд ли убьёт табак. Взгляд Роджерса сменился на ещё более любопытный, а на губах застыла едкая ухмылка. Я ухмыльнулась точно так же в ответ. — Если все перезнакомились, предлагаю пройти внутрь, — прервал нас Старк и, не дожидаясь ответа, отправился ко входу в здание. Я же пошла вслед за ним, а Стив и Баки пристроились сзади, начав тихо что-то обсуждать. Старк открыл дверь с помощью кода, впуская нас внутрь. Здание оказалось довольно тёмным и мрачным. Мебель стояла в странном расположении: ею явно давно не пользовались. Здесь было так тихо и безлюдно, что слышалось эхо от собственных шагов. Через большое и пустующее помещение мы дошли до лифтов, где Стив нажал кнопку третьего этажа. Через несколько минут двери лифта разъехались, открывая вид на этаж. Здесь было намного светлее и не царил беспорядок. Стояли столы и стулья, вокруг — множество выключенных мониторов, двери в другие комнаты были плотно закрыты. Тем не менее, мы подошли к одной из них, открывая её и попадая в кабинет. Здесь было ещё больше мониторов, но они горели, показывая разные изображения. Из-за угла слышались чёткие голоса. Они быстро смолкли, и появился звук шагов. Через мгновенье из-за угла выглянула невысокая женщина с длинными рыжими волосами, заплетёнными в косу-колосок. Спортивная одежда подчёркивала великолепное тренированное тело: я сразу оценила с точки зрения противника в бою. Зелёно-голубые глаза, цветом схожие с морским прибоем, тонкие брови, пухлые губы и пронзительный, тоскливый взгляд. Увидев нас, она полностью вышла из-за угла, широко улыбаясь. Она тоже легко обняла Баки, приветствуя и не задавая лишних вопросов. А потом обратила внимание на меня, всё так же улыбаясь. — Наташа, — представилась она низким, тихим голосом, пожимая мне руку. За её спиной возник высокий мужчина, выше чем кто-либо из нас. К нам он не спешил приближаться, с осторожностью наблюдая издали. Длинные светлые волосы были убраны в низкий хвост, на теле свободно висела серая кофта с капюшоном, а вид был более чем серьёзный. Выждав минуту, он всё же подошёл к нам. Оказалось, это могущественный громовержец Тор Одинсон, который сейчас выглядел как самый обычный человек, уставший от офисной работы. Уверенностью и духом победы в этом помещении даже не пахло. Окончательно закончив с приветствиями, мы перешли к делу. Баки принялся рассказывать Мстителям всё то, что поведал мне по дороге в Нью-Йорк, а потому я лишь скучала у стены, наблюдая за реакцией остальных. Все вслушивались в его рассказ, стараясь вынести что-либо из каждого его слова, что даже забавляло. Каждый пытался зацепиться хоть за что-то. Кажется, каждый из этих людей потерял кого-то три года назад и отчаянно надеялся вернуть. — Мы думали найти вариант возвращения в прошлое, чтобы собрать все камни раньше Таноса, — ответил на рассказ Барнса Стив. — Тогда бы не началась война и не было бы таких потерь. Собрав камни раньше, мы не понесли бы таких серьёзных и ненужных потерь. Сокол, Ванда, Вижн, Питер, Стрэндж… В голосе кэпа чувствовалась скорбь. Он словно винил самого себя за то, что не смог спасти половину населения. Что-то мне подсказывало, что это зависело не только от него и винить себя спустя столько лет бессмысленно. Хотя, может быть, я до сих пора не понимаю некоторых человеческих чувств. — Но я бы не исключал того варианта, что мы можем достать всех из того меж пространственного состояния через, скорее всего, квантовый тоннель, благодаря которому ты вернулся. — задумчиво проговорил Тони. — Займёмся этим завтра. Уже поздно и нам всем нужен отдых, — произнесла Наташа, потирая переносицу. — Мы расположились здесь, чтобы, если вдруг кто-то выйдет на связь, как вы, мы сразу смогли ответить. Для вас здесь тоже найдётся место. Она поднялась со стула, мы встали вслед за ней. Она собиралась отвести нас в комнаты, где мы сможем отдохнуть до утра. Самое странное, что я не на секунду не захотела уйти отсюда и не потеряла интерес к происходящему. Слушая версии произошедшего, я лишь сильнее погружалась в это и хотела разобраться во всём и заполнив пробелы. Возникло странное чувство, что здесь мы задержимся надолго. Мне же предстояло понять для себя, стоило ли сюда приезжать и смогу ли внести в общее дело хоть какой-то полезный вклад.