Игра

Стоило только солнышку показаться на ясном, голубом небе, Агата проснулась, слегка потянувшись, из-за пребывания в одном положении её тело сильно затекло и требовало разминки, движения. Но она, к сожалению, всё ещё не могла позволить себе неконтролируемых телодвижений, так как находилась в стальных объятиях своего любимого мужчины. Харрис — ранняя пташка, чего нельзя сказать об Александре, этот кадр в выходные любил вдоволь поспать, именно поэтому девушка, просыпаясь раньше него, постоянно выбиралась из-под парня, стараясь не разбудить своей вознёй. Но сегодня не хотелось спешить, можно позволить себе понежиться в кроватке и понаблюдать за спящим Алексом, во сне, когда не выпускает свои шуточки и издёвки, он очень даже милый. Только вот самому Нильсену знать об этом не обязательно, а то копилочка его подколов заметно пополнится. Агата осторожно повернулась лицом к Александру, надеясь не потревожить его покой. Она с нескрываемым обожанием наблюдала за любимым мужчиной, Харрис никого и никогда так не обожала, хотя эти отношения у неё совсем не первые. Нильсен хоть и не закрывал рот вовремя, выпуская тонну издёвок, но он заботился о девушке так, как ни один близкий и родной человек не делал этого. Алекс всегда показывал, насколько сильны его чувства к ней, не важно на людях ли или наедине, парень всегда мог заставить Агату чувствовать себя нужной, желанной, любимой. Посиделки вечером у камина не шли ни в какое сравнение с сексом, хотя он у них был высшего уровня, за это спасибо Александру, ну, и немножечко самой Харрис за то, что она не бревно. Девушка совсем невесомо кончиками пальцев провела по щеке Александра, наслаждаясь моментом тишины и спокойствия, присутствием рядом именно этого мужчины. Нильсен был расслаблен, спокоен, а главное, молчал. Агате нравилось изредка наблюдать за его умиротворённым выражением лица, потому что только во сне парень может как следует отдохнуть. Постоянные завалы на работе, спасибо Рейчел, которая помогает со всем этим разобраться, а ещё плюсом ко всему подготовка к их долгожданной свадьбе — всё это не давало Александру расслабиться. Насладиться обществом друг друга в полном объёме, а не мельком они могли лишь ночью, и обычно, осознавая, как сильно соскучились друг по другу за ничтожный день, пара всецело отдавалась чувствам. — Я так и знал, что ты наблюдаешь за тем, как я сплю, шалунья, — Александр приоткрыл один глаз и хитро усмехнулся, на что Агата недовольно фыркнула. Проснулся всё-таки от её возни, но, паразит, даже виду не подал, захотел понаблюдать за тем, что девушка будет делать дальше? Харрис была уверена, что парень что-нибудь да съязвит, но сегодня он не оправдал ожиданий, молча сгрёб её в охапку и прижал к себе, наслаждаясь этой прекрасной близостью, мгновениями наедине. Совсем скоро у них будет вся жизнь состоять из таких пробуждений вместе, и Александр был совсем даже не против. Агата врезалась в его сердце, душу и память с самой первой их встречи. Ну, ещё бы, так эффектно ещё никто не сбивал его по дороге в особняк, который, как оказалось, принадлежал тётушке этой особы. Как давно это было, но вспоминалось почему-то с глупой улыбкой на лице, ведь именно тогда началась их история. — Я думал, что ночью ты совсем вымоталась и проспишь до обеда, но мисс Харрис не изменяет своим пробуждениям рано утром, да? — Придётся тебе в следующий раз постараться лучше. — Звучит как вызов, каттен… Александр никогда не спрашивал разрешения на поцелуй, он целовал Агату, даже когда та была против, и это, наверное, нравилось ей в парне больше всего. Этим утром ничего не изменилось, Нильсен всё так же собственнически прижимал девушку к постели, проникая юрким языком в податливый ротик. Харрис чувствовала, как напрягается от каждого нового прикосновения к себе, как невольно подаётся навстречу сильным рукам, в которых она всегда чувствовала себя в безопасности. Ей хотелось провести в объятиях любимого мужчины всю жизнь, каждое возможное мгновение, каждую чёртову секунду, не выпуская его из постели. Только вот, кажется, Александр и сам был бы не против остаться сегодня в горизонтальном положении подольше. Часа так на три дольше, чем обычно. — Алекс, стой… — Агата выгибалась, чувствуя на своей шее горячие губы, ей хотелось, чтобы Александр оставил на ней кучу поцелуев по всему телу, однако, была одна маленькая загвоздка с сегодняшним днём. Прямо сейчас они уже должны были начать собираться, им предстояла поездка в салон для выбора костюма и свадебного платья. Только вот Нильсен был, по-видимому, совершенно не настроен ехать куда-то в ближайшее время, в центре его Вселенной сейчас находилась только Агата, которую парень безудержно хотел. В то время как Харрис считала, что подобные занятия могут подождать их возвращения, девушка уже очень давно ждала этот день, чтобы примерить на себе свадебное платье, ощутить приближение знаменательной даты, когда она с гордостью и уверенностью скажет Александру заветное: «Да». — Даже не думай…нам нужно сегодня появиться в салоне и выбрать, наконец, всё что необходимо. Александр активно делал вид, что ничего из сказанного он не слышал, и вообще не к ним всё это относилось. В отличие от Агаты, парень считал, что именно свадебный салон может подождать пару часиков, а вот утренний стояк не очень. Даже если на него благополучно забить, напомнит ведь о себе в самый неподходящий момент. Нильсен прошёлся ладонью по изгибам идеального тела, останавливаясь на внутренней стороне бедра. В следующую же секунду Харрис почувствовала, как его рука начала своё движение вверх, слегка цепляясь за чёрные кружевные трусики. Хотелось разорвать их прямо на девушке, но сегодня ночью Алекс уже так делал, поэтому, если он порвёт ещё одни, Агата убьёт его в ту же секунду. Но ведь Харрис в любом случае убьёт Нильсена за то, что тот совершенно не хотел её слушать. Он даже не обращал внимание на то, что девушка пыталась всё остановить, продолжал двигаться к собственной цели. — Нильсен, ты вообще собираешься жениться на мне или как?! — Ладно-ладно, хорошо, сейчас поднимаемся и едем в этот твой салон, — естественно, Александр собирался жениться на Агате, иначе тогда не стал бы делать предложение в романтичной обстановке, не приставал бы тогда от огромнейшей любви, которую так трудно было держать в себе. Но раз Харрис эта поездка важна, он не может позволить себе проигнорировать данный факт. Опять же, потому что безгранично любит. С напряжённым состоянием возбуждения поможет справиться душ, а уж когда они вернутся домой, Алекс ещё отыграется, припомнит обломанный утренний секс. — После свадьбы ты из этой постели больше не вылезешь…

***

На улице было нестерпимо жарко, душно, парило ужасно, хотя лето только-только вступило в свои законные права. Только представьте, ещё пару дней назад лил проливной дождь, бушевали грозы и ветра, температура на термометре не превышала шестнадцати градусов, а сегодня прямо, как назло, все тридцать объявились. Александру совершенно не нравилась жаркая погода, он любил прохладу, но вот Агата, напротив, наслаждалась, нежась на палящем солнышке. И вот как настолько разные два человека могли оказаться предназначенные друг другу самой Судьбой? Неужели теория о том, что противоположности притягиваются, работает не только в физике, но и в любви? В любом случае, несмотря на свою непохожесть, они были счастливы, находясь рядом друг с другом, а это самое главное. Нильсен пребывал не в самом лучшем расположении духа, холодный душ никак не помог ему справиться со своим внутренним зверем, хоть и повлиял немного на степень возбуждения, снижая её. Александр не мог ничего с собой поделать, с каждым днём хотел эту своенравную девочку всё больше и больше, не мог как следует насытиться. Казалось бы, они должны были надоесть друг другу за столько лет отношений, но чувства становятся только крепче, желание сильнее, а любовь всё такая же безграничная, как и прежде. Если бы не она, Алекс остался бы нежиться в кроватке, не поехал бы выбирать этот костюм и платье Агате, но свадьба с любимой девушкой для него так же сильно важна, как и для неё. Поэтому он сейчас вёз Харрис (эта фамилия продержится с девушкой ещё совсем недолго) в салон, хоть и был жутко недоволен ситуацией. — Ну что ты такой угрюмый, тебе совсем не идёт это выражение лица, — Агате, по-видимому, слишком сильно нравилось издеваться над парнем, раз она продолжала дразнить его. Ох, мисс Харрис, когда-нибудь вы доиграетесь, сидеть же потом не сможете. Александр смерил девушку недовольным взглядом, показывая всем своим видом, что, когда они вернутся домой, он трахнет её во всех комнатах сразу в самых изощрённых позах. Агате было мало того, что она позволила себе утром, хотелось довести его ещё больше, она ведь рисковая девочка, любит поиграть с огнём, зная, что Нильсен сделает с ней по приезде домой. Девушка, игриво ухмыльнувшись, кладёт руку прямо на колено мужчины, проводя ей плавно вверх, подбираясь к своей цели. — Расслабься и подумай о чём-то хорошем… Не мог Александр думать о чём-то другом, кроме Агаты, рука которой осторожно, нежно поглаживала его член через ткань брюк. Боже, как же эта чертовка по-особому действовала на него, одного только прикосновения хватило, чтобы все старания по укрощению внутреннего зверя накрылись медным тазом. Нильсен проклинал всё, что только можно было лишь потому, что сидел за рулём чёртовой машины и не мог позволить себе остановиться посередине трассы и уделить всё своё внимание этой хитрой кошке. А чертовка ведь специально подгадала именно тот момент, когда ситуация будет всецело в её руках, любила покомандовать, да вот возможности никто не давал. — Я попросила расслабиться, а ты напрягся ещё сильнее… — Ах ты ж маленькая… Агата, чувствуя свою власть и безнаказанность, воспользовалась возможностью и ослабила брюки парня, запуская шаловливую ручку внутрь. Теперь Александр чувствовал тепло и нежность её рук ещё острее, и от этого хотелось выть волком. Харрис продолжала свои ласки, а Нильсен лишь молился, чтобы поскорее доехать до парковки, где он покажет этой негоднице, кто на самом деле папочка. Дыхание парня уже давным-давно сбилось, сердце не слушалось, пропуская частые удары, кажется, он даже чувствовал, как капелька пота стекает по виску, щекоча конкретно этот участок. Вот всегда эта хитрая лисица лезла на рожон, чтобы потом в полном объёме получить своё заслуженное наказание, пристрастилась к этому даже больше, чем сам Александр. Похвально и приятно, однако. Но, когда Александр останавливает машину на парковке, Агата проделывает хитрый ход, поставив ему шах и мат. Девушка бегло целует Нильсена в щёку, выскакивая из машины, как ошпаренная, чтобы не попасть под раздачу. Парень даже голову в её сторону повернуть не успел, а эта неугомонная девчонка уже залетала в салон, показывая ему язык. Вот же бестия. Снова малышка Харрис оставила Александра неудовлетворённым, всё утро пилила его за опоздание в салон, а теперь сама делает так, чтобы он ещё как минимум минут двадцать просидел в машине, успокаиваясь после этой чертовски приятной выходки. Нильсен ещё раз взглянул в сторону магазина, Агата там совершенно непринуждённо выбирала платье, это можно было видеть через огромные стёкла помещения. Что ж…сам Алекс, кажется, ещё не скоро сможет присоединиться к своей невесте для выбора костюма к свадьбе. Нет, он точно трахнет её где-нибудь в изощрённом месте, мысленно Александр уже пообещал себе сделать это, осталось лишь придумать, где именно…

***

Александру было скучно ходить и разглядывать костюмы, сосредоточиться на покупках он всё равно не мог, хоть и успокоил в очередной раз за сегодня своё сильнейшее желание. Ох, Агата, придётся тебе ответить за свою маленькую шалость. Кстати, о девушке…в светлую головушку Нильсена пришла одна гениальнейшая идея, для воплощения которой ему просто катастрофически необходима Харрис. Он видел, в какую кабинку из имеющихся в раздевалке зашла интересующая парня персона, не наведаться ли к ней? Оценить качество платья, так сказать. Агате ведь ещё замуж в нём выходить, оно должно выдерживать абсолютно всё, а без Алекса проверить прочность вещи будет ой как трудно. Нильсен дождался, пока консультант уйдёт куда-нибудь подальше к другим покупателям, стараясь выполнить свою работу с блеском — затолкать парочкам товар подороже, после чего проскользнул в раздевалку. Сделал он это красиво, ничего больше не скажешь, даже Агата была в шоке, судя по выражению её лица. Александр осмотрел девушку, отмечая, что на её прекрасной фигуре это платье село просто идеально, радовало также, что оно с корсетом, парню нравились такие аксессуары в одежде. Всё, чем можно было бы обездвижить Харрис, стеснить её движения, связав крепко руки, хорошо иметь под руками, а корсеты, как нам всем известно, шнуруются. Агата не сразу поняла, что происходит, но по мере осознания её глаза расширялись всё больше и больше, радуя Нильсена своей реакцией. Не всё ведь только ей заставать его врасплох, верно? — Ты идиот? Жених не должен видеть невесту в свадебном платье до церемонии! — Агата не была старомодной, верящей в приметы девушкой, просто жутко хотелось назвать будущего мужа идиотом, слишком долго она этого не делала, за сегодняшний день вообще ещё ни разу. Харрис знала, что в этом платье выглядела сногсшибательно, поэтому ощущать на себе этот пронзительный, изучающий взгляд было приятно. Однако, это всё ещё не было оправданием поступку Александра, который так нагло ворвался к ней в раздевалку. Жаль только, что не сделал это чуть раньше, когда этого платья на Агате не было… — Ну и что ты смотришь на меня, как козёл на новые ворота? Выйди, мне нужно переодеться! — Ох, Агата…провинилась, а ещё и выделываешься, — Александр, естественно, не собирался никуда уходить, иначе с кем же тогда он сыграет в игру, которую придумал именно для неё? Нильсен облокотился о стенку раздевалки, давая понять, что он остаётся здесь, и, если девушке что-то не нравится, пусть попробует выставить его. Харрис обиженно надула губки, сложив руки в замок на груди. Что ж, если таким способом она думает повлиять на него, то план с треском провалился. — Взять бы тебя здесь и выпороть хорошенько, чтобы следила за языком, но ты последишь за ним потом…я точно знаю место, где твой красивый ротик будет смотреться идеально. Наказание подождёт до дома. Потому что сейчас мы сыграем в маленькую, занимательную игру, каттен, тебе она понравится, обещаю. Александр всё так же стоял на месте, не собираясь покидать раздевалку, и наблюдал за реакцией своей девушки, пытаясь понять, что она думает по поводу всего этого. Агата бесспорно старалась сделать максимально недовольное ситуацией лицо, но блеск в глазах, заинтересованность и азарт в них же выдавали её с потрохами. Нильсен прекрасно знал свою девочку, она любила казаться максимально неприступной крепостью, только вот вся эта маска летела к чёрту, стоит только парню прикоснуться к её восхитительному телу. Алекс выжидал подходящего момента, чтобы продолжить, хоть и знал прекрасно, что не получит отказа. Если бы малышка Харрис не хотела узнать, что будет дальше, уже давно бы предприняла хоть что-то, чтобы прекратить игру, которая уже началась. — Я назову несколько фактов о тебе, каттен, и за каждый верный ты снимаешь один предмет одежды, — Александр хитро ухмыльнулся, замечая, как расширяются глаза девушки в тот момент, когда до неё дошёл смысл игры. Только вот, к удивлению, она не стала оспаривать правила игры, молча кивнув. Нильсен знает, что делает. В одном девушка была уверена на все сто процентов, при любом исходе её будет чертовски хорошо с ним. — Ты блондинка, Агата, — девушка фыркает, скидывая с себя одну из перчаток, шедших в комплекте с платьем. — У тебя шикарные, длинные волосы, — а вот и настал черёд второй перчатки отправиться в Небытие. — Тебе двадцать три года, а день рождения у тебя в сентябре, — Агата не сводит с Александра пристального взгляда, сбрасывая по очереди туфли с стройных ножек. — А ещё ты любишь меня… — вот тут-то можно было и слукавить, побесив Нильсена, но шутить по этому поводу не хотелось, слишком серьёзной была тема. Харрис сняла подаренный Алексом кулон, оставшись в одном только свадебном платье. — Мммм…красота… — Так нечестно! Это слишком очевидные факты! — А кто говорил, что эта игра будет честной? — Александр с нескрываемым удовольствием наблюдал за тем, как Агата что-то недовольно бурчит себе под нос, называя его придурком. Что ж, пусть насладиться этой минутой, потом придётся ответить за свои слова, абсолютно за каждое. Нильсену нравилось выводить девушку из себя, как и ей его, все чувства в такие моменты обострялись, каждый натянутый до предела нерв располагал к скандалу, но пара решала свои проблему по-другому, погружаясь в омут похоти и разврата, да настолько, что Сатана нервно курит в сторонке в своём Аду. Алекс подошёл к Агате, коснувшись нежно её щеки, каким бы противным парень временами не был, но он любил Харрис больше жизни. Никто и никогда не сможет заменить ему эту сладкую чертовку. — Тебе очень идёт это платье, моя самая очаровательная невеста…но я уверен, что без него гораздо лучше… — Может, тебе тогда снять его с меня? — Агата подхватывает резко сменившиеся правила этой занимательной игры, подстраиваясь под Александра. Девушка невесомо провела ладонью по груди парня, постепенно спускаясь всё ниже и ниже, интригуя своими действиями. Она чувствовала, как всё тело Нильсена напрягается, а дыхание сбивается, стоит маленькой, нежной ручке коснуться ремня брюк. Слишком долго он терпел сегодня выходки Харрис, много всего спустил с рук, только вот девушка явно недовольна таким раскладом, ей хочется играть, дразнить Алекса, нарываясь на очередное наказание. Глядя в его глаза, затуманенные страстью, Агата была уверена, что сегодня её ждёт всё то, чего она так сильно желала. Потому что он хочет её не меньше. — Ну? Так чего же ты медлишь? Александр срывается не в силах больше терпеть эту сладостную пытку, он всё это время мог сделать всё, что так сильно хотел, но медлил. Выдержка и запас терпения иссякли, теперь эта хитрая кошка никуда от него не денется, даже если очень сильно попытается. Нильсен резко берёт девушку за шею, прижимая к холодному стеклу зеркала, она не чувствует этого, ведь ещё одета…пока что. Алекс сжимает её нежную шейку, не сильно, но чтобы чувствовала напор и прилив возбуждения. Он смотрел на Харрис долго, внимательно, изучая каждую эмоцию, промелькнувшую на идеальном лице. Даже так Агата умудрилась играть с ним в опасную игру, приоткрыв слегка пухлые губы, в которые хотелось вцепиться, как в последний глоток воздуха. Прямо сейчас она была необходима Александру. Всегда была. Нильсен звереет буквально на глазах, он впивается в горячие уста девушки, сминая их в страстном поцелуе. В нём он выплеснул все свои чувства и эмоции, то желание, которое испытывал на протяжении всего этого чертового дня, когда не мог позволить себе больше, чем невинный поцелуй и лёгкое прикосновение. Александр целовал Агату так, будто это последний поцелуй в их жизни, а буквально через несколько мгновений наступит конец света. Харрис отвечала с не меньшим рвением, видимо, ей самой уже надоело ждать, когда же они доберутся до дома и станут пленниками похоти, разврата и жаркого секса. Всё, наигралась. С гордо поднятой головой и любимыми губами на своих Агата полностью капитулировала, признав поражение. Отдалась во власть победителя, в его крепкие, сильные, надёжные руки. Алекс одним резким движением разворачивает девушку лицом к зеркалу, прижимаясь сзади всем телом. Парень хотел, чтобы Агата чувствовала его, желал ощущать всю её без остатка, но между ними всё ещё несколько слоёв из одежды. Нильсен не спешил, хоть и был на грани ядерного взрыва. Что ж, Харрис поиздевалась над ним вдоволь, теперь его очередь, не так ли? Александр целовал шею девушки, плечи, оставляя ярко-красные следы, он так остервенело впивался в нежную кожу, от чего Агата не могла сдержать наплывающие стоны. Алекс не отпускал её, всё так же сжимая руку на шее, добавляя острых ощущений. Его нетерпеливая девочка уже вовсю ёрзала, потираясь упругой попкой о давно закаменевший член, жаждущий вырваться наружу из оков тесной одежды. — Чёрт, хочу тебя, каттен, — надолго Александра не хватило, желание взять Агату прямо здесь и сейчас в этой самой раздевалке у зеркала, да так, чтобы она смотрела, наблюдала и возбуждалась ещё сильнее. Нильсен приступил к платью, но здесь его ждал маленький подвох, шнуровка корсета слишком трудно давалась его дрожащим от вожделения рукам. Он спешил, а это дело очень кропотливое, но у парня не было времени на всё это, поэтому нервы сдали раньше, чем это предполагалось. — Твою ж мать, кто придумал хреновы корсеты? — Спокойно, Алекс, не кипятись. — Сегодня я для тебя папочка Алекс, лилия… Справившись, наконец, с злополучным корсетом, Алекс сбросил платье с плеч девушки, вновь прижимая её к зеркалу. Вот теперь Агата во всей красе ощутила контраст температур разгорячённой от ласк плоти и ледяного стекла, но даже оно не способно было охладить её пыл. Александр не терял времени, отодвинув в сторону трусики, он проверил девушку на влажность, чтобы понять, как сильно она его хочет и готова ли принять внутрь. А хотела Агата его безумно. Нильсен дразнил её, проводя изящными, длинными пальцами по пропитанным соками половым губам, иногда слегка проникая ими внутрь, чтобы девушка не расслаблялась рядом с ним. Харрис даже приподнималась на носочках, чтобы усилить эти ощущения, которые давал ей любимый мужчина. Он снова и снова почти доводил её до пика руками, а потом прекращал ласки, не давая девушке кончить. И это была самая изощрённая пытка в данной ситуации. — Ахххммм… Алекс…. — Агата не знала, куда деться, тугой ком внизу живота не давал ей покоя, как и пальцы Нильсена, ласкающие её так нежно и властно одновременно. Девушка хотела коснуться его, сделать ему так же приятно, но Александр не позволил, зафиксировав руки Харрис над головой. Теперь она была полностью беззащитна перед ним, такая маленькая, жаждущая любви и заботы, но в тоже время такая хитрюга. Это Алексу очень даже нравилось в девушке. Она позволяла себе слабость рядом с ним, доверяла, как никому другому, в то время как с посторонними вела себя, как самый настоящий лидер. Не давала никому и слова в свою сторону сказать, если оно не пойдёт на пользу её персоне. — Я так…соскучилась… Александру сносит крышу от сказанных Агатой слов, да ещё и таким дико возбуждённым, молящим голосом, от которого по всему телу пробегал табун мурашек. И что вот она с ним делает? Как бороться с её чарами? А ведь Нильсен и не хотел ни с чем бороться, единственное, чего он так сильно желал, — оказаться внутри этой чертовки и дать им обоим насладиться друг другом. Александр успокоился лишь тогда, когда вошёл в Агату, наполняя её собой до предела. Девушка закусила губу, изо всех сил сдерживая громкий, протяжный стон, рвущийся наружу. Нильсен на мгновение уткнулся носом в шею Харрис, наслаждаясь моментом, который так долго ждал. И как угораздило его попасть под эти чары? Да настолько, что Александр даже жениться надумал, хотя с головой постоянно был в бизнесе, он не вылезал из него, но Агата всё изменила. Она всю его жизнь перевернула с ног на голову, не спрашивая разрешения. — Нет, Агата, так не пойдёт, — Александр усмехнулся, когда девушка слегка опустила голову, прикрыв глаза от удовольствия. Он снова расположил ладонь на её шее, заставляя Харрис смотреть прямо в зеркало, при этом сам не прекращал двигаться, доставляя удовольствие своей каттен. Агата видела, как он входит в неё, как целует шею, плечи, спину, зацеловывал все участки кожи, до куда мог дотянуться. Это зрелище одновременно и смущало, и заводило, приближая скорый оргазм. — Я хочу, чтобы ты смотрела, как я трахаю тебя… И она смотрела, не смела прикрыть глаза или отвести взгляд, ослушиваясь Александра. Ему нравилось видеть Агату смущённой, потерянной, такая она была полностью в его власти, не было никаких игр, дразнящих Нильсена, никакого притворства. Такая мисс Харрис — его маленькая девочка, жаждущая любви и внимания — была настоящей. Всё, что видели другие на работе ли или где-то ещё — фальшивая маска, надетая из надобности. На самом же деле Агате требовалось сильное плечо, помощь и тот, кто будет рядом и в печали, и в радости, и до конца дней. Ей повезло встретится с Александром, девушка не знала, как сложилась бы её жизнь, если бы в один прекрасный день она не сбила этого олуха в тумане. Агата даже думать об этом не хотела, ведь теперь без Александра жизнь не будет полноценной. Александр словно с цепи сорвался, вдалбливая Агату в чёртово зеркало. Сил сдерживать стоны уже не было, но если она закричит его имя, как всегда любила делать, когда слишком хорошо, консультант скорее всего проверит, что здесь происходит, а им это нужно меньше всего. Харрис искусала губы в кровь, стараясь быть тихой и не заметной. Александр, чтобы не сорваться на стон, кусал плечи Агаты, вероятнее всего, там точно останутся следы от их маленькой, занимательной игры. Казалось, будто зеркало накалилось от жара двух тел, оно уже перестало охлаждать разгорячённую девушку. Но чувствовать Нильсена внутри было так неописуемо хорошо, что Агата даже не обращала внимание на такие мелочи, как эта. Ей просто хотелось быть ближе к Александру настолько, насколько это возможно. Нильсен постепенно наращивал темп, проникая в податливое, истекающее смазкой лоно всё быстрее, резче и глубже. Чувствовать, как стенки влагалища сжимаются вокруг его члена, было приятно…восхитительно, но такими темпами Александр сам становился близким к финалу. Что ж, это даже на руку, ведь малышка Харрис была уже совсем изведённой, ей была необходима эта скорая разрядка, и парень хотел, чтобы они сделали это вместе. Ещё пара глубоких толчков и стимуляция руками довели пару до пика. Агата вытянулась струной, цепляясь пальчиками за края зеркала, царапая стекло иногда ноготками. Александр вцепился в шикарные бёдра до белых костяшек, изливаясь внутрь девушки. Поддавшись страсти он даже не удосужился подумать о какой-либо защите. Но сейчас было так всё равно. Александр развернул Агату к себе лицом, придерживая за бёдра, теперь он мог видеть её глаза напрямую, а не через отражающую поверхность. Она смотрела на него с такой любовью, с таким обожанием, ради одного этого взгляда Нильсен готов был положить целый мир к её ногам, не требуя ничего взамен. Парень нежно коснулся губами её щеки, затем губ, вовлекая в спокойный, монотонный поцелуй. Не было больше страсти, только безграничная любовь друг к другу. Харрис обожала эти моменты нежности рядом с Александром, тем более после такого крышесносного секса. В любой момент их могли застукать, ведь магазин как бы общественное место, а они так бессовестно оскверняют примерочную свадебного салона. На самом деле плевать, ведь самое главное — те эмоции, которые они получили от этого маленького эксперимента. — Собирайся, каттен, поедем домой, мне всё ещё мало тебя….

***

— Мисс, вы не надумали ничего покупать? — консультант подлетела к Агате сразу же, стоило ей заметить, что пара направляется к выходу, так ничего и не купив. Очень странно, ведь из их салона никто не уходил хотя бы без какой-нибудь мелочёвки, а тут примеряла платье так долго, рассматривала себя, а приобретать не стала. Так не годится. Знала бы эта милая, недовольная в душе девушка, что из того времени, что Агата провела в примерочной, платье она на себе видела от силы минуты три, потом оно благополучно вытирало пол своей белоснежной тканью. Воспоминание об этой поездке останется в памяти Харрис на всю оставшуюся жизнь. — Вы так долго примеряли платье, неужели оно вам не понравилось. — Знаете, не очень, — ответственность за разговор взял на себя Александр, облегчив жизнь своей любимой девушке. На самом деле ему самому не очень нравились консультанты, слишком сильно давящие на покупателей. Ну, не купили и ладно, переживут, Нильсену лично платье не зашло. Нет, Агата в нём была нереальной красоткой, богиней, спустившейся с небес на землю, но вот эта чёртова шнуровка… — Это платье с корсетом слишком долго и муторно снимается, я проверил. Под ошарашенный взгляд консультанта Александр, приобняв Агату за талию, повёл её в сторону выхода. И плевать, кто и что подумает. Малышка Харрис — его любимая девушка, будущая жена, с ней он готов и не так развлекаться, если понадобится…