Твои тонкие запястия..

Урок по-тихоньку подходит к концу. Некоторые люди из класса уже складывают в свои рюкзаки все вещи. — У вас сейчас последний урок? — интересуется учитель заканчивая с распросами. И получив почти хором очень усталое "Да", он немного задумался. — Ну тогда наверное собирайтесь, не хочу я вас мучить в первый день учебы. — улыбнулся Арсений Сергеевич — Только тихо, если услышу хоть один звук или хотя бы одно слово, сейчас же дам вам самостоятельную — уже более строго предупреждает преподаватель. Весь класс как мыши быстро собрался и вышел, где-то одним из последних плетется Антон, а Дима за ним. — Шастун! — окликает его учитель — Я же говорил после урока подойти ко мне. — его губы разплылись в улыбке. Антон обернулся, и начал направляться к учителю, сказав Диме что-то на подобии "Подожди в коридоре" очень тихо. — Что-то хотели? — спросил Шастун глядя в океан в глазах учителя, и сразу же отводя взгляд. — Шастун, ты чего в облаках летаешь? — спросил учитель, как будто изучающе осматривая мульчишку. — Одно дело на уроках, это еще ладно, и то не очень-то и хорошо. Но ведь на лестнице, ты мог убиться, будь внимательнее. — Со всей искренностью в глазах сказал учитель, заглядывая в большие зеленые глаза, хлопающие ресницами. Антон немного занервничал, он не знал, что сказать и просто сглотнув ком в горле, кивнул головой, а после, сразу же стремительно направился к двери. Учитель хотел его остановить, ведь ему так интересно узнать этого загадочного юношу по лучше, но он не может просто оставлять его после урока насильно и заставлять его разговаривать с ним. Ох уж эти подростки, как же сложно их понимать. И почему же этот подросток его так зацепил, он.. Он немного не похож на остальных.. Он такой.. Стеснительный?... Если вновь промотать в голове ту самую ситуацию утром, можно вспомнить его алую моську. Он ведь такой милый, когда краснеет... Так, Арс, давай серьезнее будь, это не профессионально, ты хочешь что бы повторилась ситуация из прошлой школы?.. Задумался учитель вспоминая очень сложное для него время... И почему все происходит именно так?.. Как же сложно жить. И почему он никак не перейдет на младшие классы, раз так происходит когда он ведет у старших? Эх-х, то что было — то прошло..

***

Антон быстро выбежал из класса и закрыл за собой дверь. У двери, в коридоре, облакачиваясь на стену, стоит Дима, залипает в телефоне. Он сразу же отложил телефон в карман, когда услышал звук закрывающейся двери, а это было достаточно громко. —Что?! Что случилось?! — спрашивает друг, наблюдая за тем как жадно глатает воздух Шастун. — Приставал?! Угрожал?! Что?! — Очень обеспокоено состоянием Антона интересуется он. Антон в свою очередь, начинает направляться к лестнице, чтобы спуститься сниз, и выйти из школы. — Антон, нельзя так реагировать когда с тобой пытается заговорить человек. — Говорит юноша, уже понимая, что произошло, точнее, всего предполагая. Они уже спустились, и уже подходили к выходу, и Антон немного расслабляется, зная что учитель еще в классе и точно не пошел за ними следом. — Я не могу — будничным тоном отвечает Антон. Они уже подошли к забору, выходя за пределы територии школы. Антон достал сигарету, и зажав её губами, поджег край. Он уперся спиной в забор, находя в нем опору, сделал тягу, немного подержал дым в легких, и запрокинув голову, выдохнул. — Ч-что не можешь?.. — Наконец-то интересуется Дима. Антон направил свой взгляд в глаза друга, слегка нахмурив брови. — Не могу общаться с людьми, — спокойно объяснил Антон. Юноша снова затянул дым сигареты, наполнив им легкие и на выдохе продолжил. — Я начинаю паниковать когда со мной разговаривают, уж тем более, когда это человек, которого я не знаю, — сказал Антон, отходя от стены, чтобы продолжить идти. — Это.. Это так сложно.. Учитывая ту историю... Мне страшно.. мне очень страшно, что события повторятся снова.. сложно доверять людям, мне хватает тебя, и мне хватает мамы.. И все, ведь именно вы помогаете моему сердцу биться, именно из-за вас, я еще не совершил самоубийство... — искренне признался парень. Дима поднял свой взгляд на друга и увидел, что его глаза немного влажные, он видел как Антону тяжело вспоминать былое время. — Ну братан, ну ты чего? — тронувшись речью друга, он потянулся его обнять, и почувствовал, что его обняли в два раза сильнее, как будто они не виделись хренову тучу времени. — Все хорошо чувак, сейчас все хорошо.. — тихо шепчет Дима, услышав всхлип. Антон такой чувствительный, такой эмоциональный, как же сложно с ним иногда бывает, но ведь он такой хороший друг, всегда поддерживает, и дает правильные советы, хотя сам очень нужнается в поддержке. — Ну ты чего? Тоха.. — все так же пытается успокоить друга Дима, обнимая его. — Мне уже сложно стоять на носочках, шпала, — подшутив на другом Дима вызвал у него небольшой смешок, на что и были ставки. — Это ты — коротышка. — отстраняясь от объятий ухмыльнулся парень, и рукой вытер влажные глаза. Они вместе хихикнули, и продолжили идти. Вдруг они услышали из-неоткуда доносящиеся "Пидоры" и оглянулись. Они увидели как на них надвигается Серега Матвиенко — местный задира, хулиган, и просто придурок. У Димы блеснули глаза, и он немного поправив складки на футболке, оттягивая её вниз, улыбнулся и сразу же незаметно махнул головой самому себе, и улыбки, — как и не было. — Тебе чего надо? — спрашивает Шастун, сам удивляясь себе, от того насколько он смело это сказал, прежде, чем этот идиот подойдет ближе. — Не фыркай плакса-Шастунишка, — рыча произнес парень, явно не настроеный на какой-либо спор. — Сиги есть? — спрашивает он, довольно серьезно. — Есть, — отвечает Дима за Антона. Антон нахмурив брови посмотрел на него с явным непониманием. — Если даем тебе сигу, ты не собираештся нас трогать? — вопрошает Дима, снимая рюкзак, чтобы достать из него что-то. — Не собираюсь, — закатив глаза произносит Серый, как будто нехотя говорит. — Мужики, дайте покурить только, очень хочется, а я свои дома забыл. — нервно оправдывается Матвиенко. Дима уже достал коробок сигарет, в нем осталось 3 штуки. Он протягивает коробок Сереже, глядя в его карие глаза. Он не сильно улыбнулся — Спасибо, брат. — вырывается у Серого, и он, не выдержав, все-таки легонько бьет Диму по плечу. — Когда это вы братьями успели стать? — интересуется Шастун, глядя на уходящий силует, после чего, резко повернулся на друга, вздернув бровь. — Забей.. — говорит Дима с тяжелым выдохом, продолжая смотреть на отдаляющуюся фигуру. Антон пожал плечами, и они продолжили свой путь "по домам". Антон задумался, а ведь уже последний месяц, Матвиенко дальше слов не заходит, что происходило раньше. Даже когда наступило лето, он все равно каким-то хером оказывался рядом, еще и со своей компанией недоумков. Практически всегда доходило либо до драки, либо до простого избиения Антона и Димы. Иногда Диме с Антоном везло, и они успевали убежать, но это было крайне редко. Антон уже привык к этому, и его друг тоже, но Шастун все равно, до ужаса боялся боли, он ведь, такой хрупкий, такой худой, ему сложно дать отпор, а он так часто попадает в драки и почти всегда познает поражение. Люди видят в нем цель, цель для насмешек. В классе, все знают, что к Антону лучше не лезть, он очень умело может поставить на место, когда дает волю эмоциям. С ним никто не общается помимо Димы, а точнее он ни с кем не общается. Раньше, Антон общался со всей школой, каждый день, проходя в другой кабинет, по другому этажу, он здоровался минимум с 11 людьми и с некоторыми даже оставался и общался пока не прозвенит звонок. Дима всегда был рядом, с самого первого класса, — они дружили. Он защищал Диму от насмешек, и наоборот. Дима его лучший друг, они уже десять лет, плечом к плечу. Антон доверяет Диме и это наверное единственный человек, помимо матери, которому он доверяет. Так как они вступаются друг за друга, Дима, когда Антон пришел на прогулку со сломаным носом, и тучей синяков, сказал, что пойдет и поговорит с Серым, один на один, просто спокойно поговорит, без всяких драк. И после этого, Матвиенко так изменился. Он иногда шутил над ними, унижал, но это было, скажем, в мерах дозволеного. Антон удивился когда первый раз, Серый вообще не лез к ним, когда они прямо перед ними проходили. Антон уже хотел побежать, но Дима его остановил и сказал, что все уладил и юноша даже приоткрыл рот от удивления. Что-то они точно скрывают, хотя... а действительно, почему Дима ничего не рассказывал про их "встречу", как это странно, хотя, если это защищает мой зад, я даже не буду спрашивать

***

— У тебя именно с того момента больше нет друзей?... — осмелевшись, разрезал пяти-минутную тишину Дима. — Скорее да, чем нет — будничным тоном ответил Антон. Да.. когда-то у него было много-много друзей, и после той самой ситуации... До сих пор болят запястья, от той не выносимой боли, что он чувствовал тогда.. До сих пор болит голова при любом упоминании, или малейшем воспоминании об этом... До сих пор, он боится людей, боится компаний, боится парней... И до сих пор, сводит живот от того, насколько грубо с ним обращались, и насколько сильно, плюнули в душу... Он никому не рассказывал об этой ситуации, если не учитывать Диму. Он даже маме ничего не сказал, он не хотел чтобы она переживала... Мальчишке исполнилось 15 лет, это было, полтора года назад. Он был счастлив, что у него столько друзей. Юноша был рад, что он не один. Весна. Он тихо выходит в магазин, в хорошем настроении, за какой-то едой, для того чтобы начать готовиться к празднику. Середина дня, и он уже подходит к супермаркету, как вдруг, видит компанию парней, это были его друзья, он с ними тесно общался, но он был рад их увидеть. Антона поздравили с днем рождения и предложили зайти на чай с тортиком, отметить, на что парень соглашается, заранее предупреждая, что ему нельзя задерживаться, потому что дома его уже ждет Дима и мама. Парни заводят его домой, делают чай, там было человека четыре, и пока один делал чай, они спокойно, и мило беседовали, желая Антону всего самогу лучшего. Антон был счастлив, что его угощают, это было так мило. В какой-то момент, пока они пьют чай, юноше становится немного плохо. Голова кружится, тело не хочет слушаться. Становится так непонятно хорошо... И это так настораживает.. Он чувствует себя, то ли в состоянии опьянения, то ли ему очень плохо. Он делает вид, что все нормально, но в какой-то момент, его веки становятся такими тяжелыми, и он закрывает глаза, он все еще слышит все, что происходит, он все еще чувствует, что он в сознании, и все еще чувствует ненавязчивые прикосновения. Они проверяли... Проверяли, насколько их "жертва" расслаблена. И тут все как в тумане... Антон чувствовал, что с него снимают одежду.. Но он думал что ребята хотят его отнести в душ, что бы тот очнулся... Антон чувствовал, что с него стягивают боксеры.. Но до последнего верил в людей. Антон слышал, что они говорили и это были ужасные вещи... Он услышал, как звенит пряжка от ремня... И тут Антон понял.. Людям, он больше. Никогда. Ни за что. Не доверится... Он чувствовал сильную боль в запястьях, его очень сильно прижимали к кровати. Мальчик не мог сопротивляться, он лишь немного мычал, даже рот не мог открыть.. Потом он почувствовал очень грубую силу которая делала ему больно... Больно, именно там... В том месте, которое не было дозволено еще никому... Он почувствовал как он горит, и как ему больно... Он почувствовал сильную боль в ключице.. Он чувствовал что его сильно кусают... Он знал, что над ним издеваются... Они смеялись.. Они били.. Они надругались... Они были крайне жестоки... Антон почувствовал, что ему открыли рот, и что-то вошло и туда... Его глаза налились слезами, и тоненькие дорожки от слез, уже прокатились по лицу. Парни это заметили, и еще больше начали смеятся. Вдруг Антон понял что, что-то мокрое облило его живот, после чего, его грубо взяли за талию, очень сильно сжимая ее, человек очень грубо вновь вошел в него. И это было еще больнее... Очень больно было от мыслей, которые заполняли его голову. Он наконец-таки смог повернуть голову и выплюнуть то, что заполнило его рот, но глаза, все так же не открывал. Было очень больно.. Антон очнулся на улице. Полностью голый, весь в чем-то липком, весь вонял, и лишь был немного накрыт, своими вещами. Он быстро побежал домой, весь в слезах, он был счастлив, что это закончилось. Дома его ждал Дима, был уже вечер, мама побежала искать сына, а Дима во всю пытался позвонить Антону. Дима очень испугался увидев Антона, и увидев его состояние. Антон побежал в душ, и быстро отмыл всю эту боль, и всё то, что напоминало ему об этих ощущениях. Дима понял, что произошло, он понял, что Антон не очень хочет об этом говорить, по этому, когда друг вышел из душа, его ждал Дима, который просто прижал друга к себе, давая тому возможность выплакаться. Спустя минут 5, Дима позвонил маме Антона и сказал, что тот уже дома. Антон все-таки рассказал, кто и что случилось и настоятельно просил не рассказывать маме, на что нехотя, но согласился Дима. Маме они сказал, что его просто избили, что было не первый раз, мама все равно волновалась, но не так сильно, как она бы это делала если бы узнала правду... Шастун-младший еще долго плакал по ночам, кричал в подушку когда мама была в ночную смену(она была врачём), ему было больно вспоминать это все... Лежать на животе тоже не мог, бедь синяки не давали, а тонкие запястья — ревели от боли. Рёбра тоже очень болели, ведь парни потом еще и избили мальчика ногами. Слава богу, они не снимали это все на видео, — не додумались. Антону снились кошмары, юноша часто думал об этом, но со временем это немного утихомирилось, потому что рядом был Дима, который поддерживал его. Этим парням было по лет 19 и только один из них был старше, ему было 23. Антон и подумать не мог, что люди бывают такими жестокими... После этого он начал курить, после этого перестал общаться с людьми в жизни, он изредка переписывался с интернет-подругами и начал боятся людей. Он не любил выходить на улицу сам, поэтому всегда просил Диму пройтись с ним, будь это даже маленькое поручение мамы — вынести мусор. Дима жил неподалеку, через подъезд, на 2 этаже. Их свела сама судьба, потому что школа была далековато, в 30 минутах ходьбы, если идти спокойно, и Дима переехал сюда, как раз к первому сентября, десять лет назад. В первый же день учебы, они шли и разговаривали, пока рядом разговаривали их родители, знакомились, и первые, и вторые. С тех пор они "не-разлей-вода" и по сей день общаются.