Холодильник

Для Сени этот день был особенно плохим. Сначала жена вывела из себя своей глупой ревностью, а потом ещё и лучший друг подлил масла в огонь. Федя весь вечер ходил в синяках, изредка поскуливая и роняя слёзы на форму, хотя старался делать вид, что всё хорошо. Юрченко с важным видом зашёл на кухню, стараясь не глядеть в сторону Арсения, который, в свою очередь, сам то не особо обращал внимания на вошедшего, старательно отбивая мясо. Гордо задрав нос, Федя прошёл в самый дальний угол кухни, лишь бы не быть рядом с «другом», который вчера дал ему по лицу, а в добавок ещё и отпинал на последок как котёнка. Этот день почти ничем не отличался от остальных. Шеф пришёл с новыми пинками и ушёл в свой кабинет, не забыв обматерить всех разом. Отсутствовали только традиционные приколы Сени и Феди, что, в принципе, никто и не заметил. Только вот где-то к полудню на кухне стало жарче, чем обычно. Конечно, там постоянно работают печи и часто что-то горит синим пламенем на сковородах прямо на открытом воздухе в руках поваров, но сегодня было что-то не то. — Значит так, инвалиды! — вдруг начал шеф, — сегодня неполадки с кондиционерами, Слава Спартаку только на кухне, только не пугайтесь, если неожиданно вас начнёт жарить словно в аду… — Не волнуйтесь, шеф! — с усмешкой вскрикнул Федя, сразу улавливая на себе взгляд Сени, — нам это привычно! Мы и так каждый день как в аду! Взглянул с улыбкой на коллег, не получив ни одну в ответ. А от взгляда Сени так вообще стало холодно. — Сам пошутил — сам посмеялся, треска недоваренная, работай давай! — протянул Виктор Петрович, снова удаляясь в свой кабинет. Теперь рассмеялся Сеня, чем очень задел чувства Феди. — Чё ржёшь, жаба?! Коллеги заметили нагнетающую обстановку между бывшими друзьями, сразу притихнув. — Хочу и ржу, треска недоваренная… Не успел Юрченко ответить, как его перебила появившаяся на кухне Настя, быстро протараторив заказ. Забыв о изящно приготовленных оскорблениях, Федя махнул рукой на коллегу и продолжил готовку. А на кухне с каждой минутой становилось всё жарче во всех смыслах. Кондиционер устраивал такие жаркие дискотеки, что горячий пот стекал ручьём по коже. Сеня с Федей устраивали адские поединки — кто кого быстрее испепелит взглядом. Луи не мог оставить это без внимания. — Вы так смотрите друг на друга, будто вот-вот кто нибудь из вас положит другого на стол и хорошенько вы… — Да это я его быстрее на лопатки уложу, чтобы грохнуть, — перебил француза Сеня. — Да я тебя скорее сам уложу… — ответил Федя. — Где мой голубь? — снова как ни кстати появилась Настя. — Да вон этот наверно опять стащил! — кивнул Федя на Сеню. — Чё сразу этот то? — недовольно пробурчал Чугарин. — Так, всё, х-х-х-хватит! — поставил всех на место Лёва, подавая голубя Насте, успокоив коллег своим бешеным взглядом. Жара не спадала. Кто-то уже разделся чуть ли не до гола, хотя получил за это от шефа. А кто-то решил поступить хитрее, например Федя, и выполз на улицу в рабочее время, когда за пределами ресторана стояла приличная для осени температура — 10°. Хотя и это тоже шеф не обделил вниманием. — Эй ты, диплодок! Что на улице делаешь в рабочее время?! Марш на кухню! Пережив микроинфаркт, Федя повернулся. — Конечно, Виктор Пидорович! Увернувшись от последующего пинка, Федя зашёл в помещение, неожиданно наткнувшись на Сеню. — Прикинь, я сейчас нашего шефа назвал… — Мне не интересно слушать шутки от предателя, — недослушав Федю, Арсений направился в обратную сторону. Федя лишь покривил лицом и направился в самое пекло — на кухню, где единственным спасением оказался холодильник. И тогда у Феди созрел план. Рабочий день приближался к концу. Пока Лёва глядел в сторону Феди, тот решил приступить к первой части плана: — Лёвочка, мне кое что нужно в холодильнике… — К-к-к… — Спасибо, — кивнул Федя и ушёл. — Конечно, — наконец произнёс Лев. Наконец оказавшись в нирване прохлады, Федя расслабленно улыбнулся, раскинув руки в стороны и, почувствовав как силы покидают ноги, упал на пол. Каждый рабочий день как квест. Весь день на ногах, не прилечь, не присесть. Работаешь руками и даже думать себе не позволяешь об отдыхе. В конце каждого рабочего дня хочется вот так упасть на пол и не вставать до следующего года, тем более когда к повседневным мучениям прибавляется ещё и невыносимая жара. Забыв обо всём на свете, Федя размеренно вдыхал морозный воздух, смешанный с запахом продуктов, от которого только слюнки потекли. Следующий микроинфаркт повар пережил от неожиданного звука открывающейся двери. Он сразу соскочил с пола, взглянув на вошедшего и сердце его ёкнуло ещё раз. — О, жаба пришла! — ухмыльнулся Федя, хотя в глубине души был уже почти совсем ни на что не обижен. — О, треска дохлая ожила! — без капли радости ответил Арсений, обходя Федю, чтобы подойти к продуктам. — А ты чё опять стащить что-то удумал, а? — подозрительно спросил Фёдор, подходя ближе. — А чё сразу стащить?.. Тайно позаимствовать… Хотя теперь желание «тайно позаимствовать» окончательно отпало. Сеня повернулся, чуть не столкнувшись носом с Федей. — Как у тебя ещё руки то не отсохли тайно заимствовать изо дня в день? — Ой, ну хватит, Федя, иди работай! Сеня хотел обойти Юрченко, когда тот встал у него на пути. — А рабочий день закончен, поэтому я и здесь, слежу за порядком. А то в конце каждого дня у нас тут одна крыса просыпается, которой не жить не быть нужно что-то стырить… — Крыса здесь только одна и она перед о мной, — Сеня приблизился, понизив голос. — Ах ты сс… Только Юрченко хотел наброситься на коллегу с кулаками, как в дверной скважине повернулся ключ и запер дверь холодильника. Коллеги испуганно переглянулись и рванули к двери, начиная долбить по ней кулаками, но всё безуспешно. Айнура сегодня решила поработать в наушниках. Федя не прекращал кричать её имя, стуча по двери и замечая, что холод уже не приносит такого наслаждения как десять минут назад. — Чёрт! — Выругался Юрченко, последний раз ударяя по двери, когда Сеня вжался в стену, наблюдая за коллегой. Федя нервно наворачивал круги по помещению, разочарованно постанывая. — Боже, за что мне всё это… Сел на пол в самый дальний угол холодильника подальше от Сени и сжал русые волосы в кулаках. Сеня бросил сочувствующий и виноватый взгляд в сторону Феди, вспомнив о том, как вчера ударил его, да так, что тот в шкафчики вжался. Чуганин потёр плечи, хотя от стыда становилось теплее. — Чёрт, — послышалось тихое ругательство из угла Феди, — у тебя телефон с собой есть? Сеня отрицательно помотал головой. Федя пощупал карманы и выругался ещё раз. Коллеги не знали, чего они ждали. Ни один из них. Да и делать то было нечего, оставалось лишь ждать. — Сейчас примерно одиннадцать с чем-то, — уточнил Сеня, — возможно тридцать или сорок минут. А завтра открытие в семь… — Мы здесь не протянем столько, — Федя подложил руку под щёку, но тут же одёрнул её, почувствовав боль и резко взглянул на Сеню, — ты вчера ударил меня… Сеня испуганно взглянул на коллегу и кажется от его монотонного низкого голоса стало жарче. — Ну а ты… — Прямо вот в это место, — указал на синяк с левой стороны лица, — и в это, — положил руку на сердце. Сене вдруг стало больно именно там. Он задел Юрченко за живое. Как же это плохо… Ведь они так хорошо дружили… — П-прости меня, Федя, — взгляд Юрченко был холоден, — я конечно не подарок… Но зато ты для меня как подарок… Федя вскинул брови, мол, продолжай. — Угу… — Я хочу сказать, — продолжил Сеня, — я много терял в жизни друзей… Но потерять такого как ты я не смогу. Ну точнее я уже как бы потерял. Но отпустить я точно не смогу… Федя опустил взгляд, понимая сколько много он значит для Сени. — Да не потерял, — Сеня поднял взгляд и увидел улыбку Юрченко, — пока не потерял… По помещению раздались смешки и будто стало теплее. Хотя нет, не стало. Юрченко потёр руки, оглядев помещение. — Нам нужно выбираться отсюда… — Федя поднялся на ноги, почувствовав как приморозилась его одежда к полу. — Федечка, как? Сквозь стену? С болью взглянул на Арсения, почувствовав как кружиться голова. — Боже… — Лучше не садись снова. Пристынешь. Юрченко сделал глубокий вдох и раскрыл глаза, снова убедившись в том, что единственный способ выбраться из этого дерьма — просидеть в этом дерьме ещё максимум восемь часов. Фёдор весь сжался, поджав замерзающие губы. — Ну иди сюда, — промурлыкал Сеня, — поймав взгляд Феди, — иди иди… Федя подошёл, вытянув руки. Устроился рядом и обнял друга, чувствуя его руки на своём торсе. Стало значительно теплее. Вместе теплее… Федя поднял щенячий взгляд на Сеню, заметив, как дрожат его губы. — Кажется, что совсем недавно было жарко… — Ага, такое пекло устроили, звездец! — согласился Сеня, крепче прижимая Федю к себе. Друзьям казалось, что выхода нет. Оба понимали, что до утра не доживут — замёрзнут, хотя тело ещё сохранило тепло кухни. Оставалось только сидеть и прижиматься друг к другу, в попытках согреться. И не важно, что только вчера один из них поцеловал жену второго, а тот в ответ побил первого. Не важно. Очень много было ссор. Так же много было примирений. Федя считал, что дружбу стоит беречь, а не разрушать. Сеня считал так же. Только оба молчали. Когда ноги затекли и замёрзли сильнее, друзья встали и, отстранившись друг от друга, начали делать физические упражнения. Но потирания рук и поднимания ног не очень помогли согреться, тогда друзья снова обняли друг друга, начиная покачиваться как камыши на ветру и петь. — Дайте мне белые крылья я утопаю в омуте! — Через тернии и провода! (песня — Я так соскучился. «Порнофильмы») В это время Виктория Сергеевна отметила у себя бессонницу, решив собраться на работу пораньше обычного и прийти конечно тоже раньше. К пяти. Чтобы к открытию уже всё было готово. Время 0:15. Не смотря на повышенную активность начинают замерзать ноги и руки. Сеня с Федей пристально смотрели друг другу в глаза, стоя в обнимку посередине помещения, где, якобы, было теплее всего. Время 0:45. Друзья, треща зубами от холода, начинают придумывать новые пранки над коллегами, часто посмеиваясь. Хорошее настроение дарит хороший результат. Становится теплее. Время 1:00. Сон начинает подступать. — Не спи, Сенечка, замёрзнем же… Федя похлопал друга по щекам, когда тот то и дело ронял голову на его плечо. — Я не сплю… Это ты спишь. Федя едва держал глаза открытыми, прижимая к себе Сеню, в то время как Вика тщетно пыталась уснуть в своей тёплой кровати. Время 2:00. — Мне холодно, — прошептал Федя, сжимая руки Сени в своих. — Мне тоже, дорогой, мне тоже… Сеня всё-таки устроил голову на плече Феди, не позволяя себе заснуть. Холод пробирал до костей, так что в 2:20 всё-таки пришлось встать и немного продвигаться. — Кстати, — начал Сеня, — тут где-то сгущёнка Луи стояла… Глаза Феди приобрели радостный блеск. — Так что ж ты сразу то не сказал, жабья морда?! Улыбнулся и повернулся к полкам спиной к Сене. — Да сам ты жабья морда! Хлопнул Федю по заднице. — Ай! — Показал банку варёной сгущёнки, — вот эта? — Да! Да! Открытая даже! — улыбнулся Сеня, замечая иней на ресницах Феди. — Только как мы будем её есть? Сеня обмакнул палец в варёнку и отправил вкусняшку в рот. — Ах ты жучара… — ухмыльнулся Федя, последовав примеру Сени. 4:00. Становилось холоднее. Когда сгущёнки почти совсем не осталось, Федя решил научить Сеню русской чечётке, из-за которой они чуть не разнесли весь холодильник, но зато согрелись, а в 5:00 стало совсем невозможно. Друзья прижались друг к другу в попытках согреться и стояли в обнимку, смотря друг другу в глаза. — Сеня… Я тебя очень сильно люблю… — Ты тоже мой самый лучший друг, Федька… — приблизился и прижался к губам парня. С кухни послышался шум и друзья оторвались друг от друга, снова начиная стучать в дверь, которая тут же открылась. Федя схватил Сеню за руку и вытащил из холодильника и, оказавшись на кухне, снова прижался к нему. — Там было так холодно, Виктория Сергеевна… Пожаловался Федя, заметив улыбку девушки. — Вы прошли испытание… Позже Айнуре повысили премию, за то, что она закрыла Сеню и Федю в холодильнике, а Луи подарили шоколадку за то, что он оставил варёнку друзьям в холодильнике. Оказалось, что всем так надоели ссоры Сени и Феди, что они обдумали план их примирения. Ну а кондиционер на самом деле был сломан.