Записки ненависти

Всё это просто глупая идея. Именно такая мысль посещает меня, когда я возвращаюсь домой после прогулки с подругами и рассматриваю своё тело в отражении зеркала. Во-первых, я уже давно не в форме, как танцевальной, так и физической. Во-вторых, я с трудом могу запомнить хоть что-то кроме химических уравнений и формул, а про танцевальные движения вообще молчу. В-третьих, шрамы. Обычно девочки из команды черлидерш выступают в коротеньких юбках и майках. Соответственно, я здесь сразу отсеиваюсь. Я обессилено падаю на кровать и смотрю в потолок, который еле освещает уличный фонарь за окном. Уже поздний вечер, а мне лень просто пойти в ванную или переодеться в пижаму. Надо пересилить себя. Я пока плохо понимаю, эти слова относятся к обычным делам перед сном или же к танцам. Стараюсь не заплакать и взять себя в руки. С другой стороны: талант не пропьёшь. Вспомнить пару движений не составит огромного труда, а насчёт шрамов что-нибудь да придумаю. Главное — пройти кастинг и быть приглашённой на вечеринку, а там дело за малым. Я встаю с кровати и снова смотрю в зеркало напротив. Может мое тело и не назвать худощавым или идеальным, но во время пары движений - там есть на что посмотреть. Улыбаюсь своему отражению и репетирую некоторые стойки. Занимаюсь этим ещё полчаса и понимаю, что сил больше не хватит. Ставлю себе цель на завтра во время большой перемены прорепетировать в малом спортивном зале и написать некоторым девочкам из команды черлидерш, чтобы уточнить некоторые движения. С такими многообещающими мыслями я погружаюсь в сон после очередного тяжелого дня. *** В библиотеке так же тихо и безлюдно, как и обычно. В пятницу после школы здесь совсем никого не бывает. Я комкаю в своих руках очередную анонимную записку. Увидев её сегодня в шкафчике после большой перемены, я была удивлена. Обычно она лежит там с утра, а здесь после обеда. Конечно, в ней не было ничего хорошего. «танцы? ты серьезно? даже не думай об этом, мне хватило зрелища в малом спортзале. ты такая неуклюжая, объемная и уродливая. меня чуть не стошнило. я сделаю всё, чтобы у тебя ничего не получилось.» Уродливая. Злость съедает меня, но я стараюсь не думать об этом. Хотя запомнила каждое слово этого мерзкого сообщения. Я проклинаю себя за невнимательность, когда шла за ключами в малый спортзал и когда входила в него. Жизнь меня ничему не учит, судя по всему. Идя сюда, я обернулась раз сто, но видела только пару учителей, которые торопились по своим делам. Возможно, скоро у меня разовьётся паранойя и аноним добьётся своего. Я прикрываю глаза на пару секунд, успокаиваясь. — Привет, всё в порядке? — слышу знакомый голос напротив и открываю глаза. Чан выглядит взволнованным. Мне льстит его забота, но я одергиваю себя. — Да мое обычное состояние, — вскидываю руку, забывая о записке в ладони. Парень замечает это. — Очередное послание? — Ага, — стараюсь выглядеть непоколебимой. — Что на этот раз? — вдруг говорит Чан, а затем резко замолкает. — Прости, я вдруг решил, что это моё дело. Он опускает взгляд на стол между нами, как будто ему вдруг стало интересно рассматривать деревянный узор на нем. — Ничего страшного, если бы там было что-то новое, я бы сказала тебе, — вру, но понимаю, что не могу рассказать ему про свой план с кастингом в команду. — Ты что-то хотел от меня вчера. Меняю тему. Да я просто мастер спорта по смене темы. — Да, точно, — парень чешет затылок и продолжает. — Ты знаешь Биг Мэтью? — Биг.., — хмурю брови. — А-а, Биэма? — Да, именно. — Выпускник нашей школы, постоянный гость полицейского участка - да, помню такого, — я откидываюсь на спинку стула, ожидая пояснений от Чана. — Да, к сожалению, всё верно, но, — парень поднимает один палец вверх. — Он также устраивает самые крутые вечеринки… — На которых продают запрещёнку, кому попало. — Да постой же ты, не перебивай. На его вечеринках всегда бывают безбашенные ребята из нашей школы, вдруг ты узнаешь кого-то, кто тебе докучал или… — Или кто-то из них решит разделаться со мной прямо там, как тебе такой расклад? — я снова перебиваю Чана, и он устало смотрит на меня. — Я не пойду к нему на вечеринку, Чан. — Но почему? Я уверен мы сможем найти там зацепку, я буду рядом, — парень поддаётся ко мне ближе, и я понимаю, что смотрю на него во все глаза. Да, я удивлена, потому что ещё никогда ни один парень в моей жизни не говорил мне таких слов. — Я.. Я не могу, Чан, — прерываю наш зрительный контакт. — Прости, но это слишком опасно, да и мама вряд ли разрешит, мне ещё готовится к… к контрольной по физике, — внутренне я понимаю, что возможно и пошла бы с ним на вечеринку, но мама будет переживать. Ещё кастинг, на который я хотела сходить в следующий четверг, а выходные провести за тренировками. — Вечеринка завтра, Грин, и у меня есть сутки, чтобы переубедить тебя, — Чан решительно смотрит на меня. Я не до конца понимаю, чего он добивается, но просто киваю ему. — Если это всё, то я пошла, — встаю со своего места. — Стой, ты вчера написала, что тоже хотела спросить меня о чём-то, — Чан останавливает меня. — А, да, точно, — неуверенно кусаю губу. — Знаешь, это уже неважно, всё как-то само собой решилось. Я вдруг передумала спрашивать его о Хонджуне. — Ладно. — Спасибо за помощь, Чан. Удачи! — кидаю я напоследок и не оборачиваясь, выхожу из библиотеки. Возможно, я обидела его своим поведением сегодня. Не хочу оправдывать себя и своё плохое настроение, но единственная вечеринка, на которую я сейчас стремлюсь — это закрытая вечеринка четы Чон. И я попаду на неё. *** — Долго ты собираешься торчать со мной все выходные? Я удивлённо отрываюсь от экрана ноутбука и смотрю на маму. — Да, Грин, я тебе, — мама, в свою очередь, кивает и закидывает в кружку с чаем ломтик лимона. — Сидишь тут со мной, как с маленькой. — Мам, вообще-то я беспокоюсь и не хочу, чтобы ты грустила, — я поворачиваюсь к ней. — Я понимаю, но.., — она как будто задумывается на секунду. — Но я хочу, чтобы ты отдыхала, отрывалась, гуляла, встречалась с кем-нибудь. — Хорошо, у меня как раз в планах есть одна вечеринка, на которую я бы очень хотела сходить, — мне казалось, что убедить её будет намного сложнее, но к моему счастью, пронесло. — О-о, и когда же она? — у неё заблестели глаза, я серьезно. — Ну, — запинаюсь, понимаю, что меня ещё на эту вечеринку никто и не позвал. — Я пока не уверена, что меня туда позвали, просто нужно… Э-э… Получить приглашение… Это что-то типа закрытой вечеринки, — еле заканчиваю я, чтобы это не звучало слишком подозрительно. Только мама хотела мне что-то ответить, как раздался звонок в домофон. — Кого-то ждёшь в десять часов ночи? — удивлённо спрашиваю я. — Нет, а ты? — мама хмурится, а я отрицательно качаю головой. — Ладно, я сейчас гляну. Она встаёт из-за стола и направляется к дверям, её нет буквально минуту, но я уже начинаю переживать, поэтому иду за ней. Слышу звук открывающейся двери и голоса. — Мам, кто там..? — я запинаюсь, видя знакомое лицо. — Как неожиданно, Чан, — мама встречает его объятиями. — Здравствуйте, я пришёл к Грин, — парень кланяется и смотрит на меня. — Ч-что? — я в недоумении, судя по моим расчётам, он должен быть сейчас на вечеринке у Большого Мэтью. — Ну, как же? Ты сказала, что отпросишься у мамы на вечеринку, я и пришёл забрать тебя, чтобы мы смогли пойти вместе, — нагло врёт и не спотыкается. — Конечно, я её отпустила, — мама воодушевлённо машет рукой. — Это та самая вечеринка, на которую ты хотела? Мы как раз говорили об этом. Боже, мам. Ты сейчас всё испортишь. Я вижу немного неловкий взгляд Чана, но улыбка не сходит с его лица. Нужно что-то придумать, срочно. — Мам, нет, ты не понимаешь, — я останавливаю её. — На этой вечеринке будут продавать запрещённые препараты и много алкоголя, мне туда нельзя. — Ну, будут продавать, а ты не покупай, — моя мама не похожа на мою маму, кто её подменил. Она с такой лёгкостью это сказала, что Чан рядом просто прыснул со смеху. — Мам… — Так давай, не мамкай мне тут иди переоденься и захвати свою сумку, — приказным тоном ответила мама. — Не буду я переодеваться, если вдруг кому-то не нравится, как я выгляжу в джинсах и футболке, то просто может не идти со мной, — поднимаю брови и с вызовом смотрю на парня напротив. — Нет-нет, что ты! Не переживай, я сам одет по-обычному, — Чан указывает на свои чёрные джинсы и такую же чёрную футболку. Я фыркаю и иду за своей сумкой: кидаю в неё ключи, телефон и перцовый баллончик, на всякий случай. Молча спускаюсь к мило беседующей парочке, обсуждающих недавнюю фотосессию. Говорю, что готова, отвлекая их, затем мы с мамой прощаемся. Выйдя за дверь, плетусь за Чаном, который не говорит ни слова. Оказывается, он уже заказал такси, поэтому мы также тихо садимся в него, дорога проходит в молчании. Ехали мы примерно пятнадцать минут, и когда вышли, я ждала хоть какой-то фразы от парня. Дождалась. — Я ведь победил, да? — эта победная улыбка. — Это было нечестно, ты знаешь - моя мама любит тебя, — я закатываю глаза. — Я сказал тебе вчера, что у меня есть сутки, чтобы переубедить тебя, хотя я думал, ты будешь сильнее сопротивляться, или ты всё-таки передумала? — Нет, Чан, я всё ещё не хочу туда идти, но мама думает, что я её гиперопекаю, поэтому хочу дать ей свободы, — говорю запинаясь, чтобы не проболтать лишнего. — Да, точно, ты ведь была удивлена, когда я пришёл к вам на фотосессию, наверно это связано с чем-то из прошлого, — он задумчиво кивает, но больше не задаёт вопросов. Я также молча киваю и замечаю, что мы уже дошли до места вечеринки. Нам открывается вид на огромный дом с бассейном и кучей народа. Громкая музыка, какая-то светомузыка и много людей с красными пластиковыми стаканчиками в руках. — Время близится к одиннадцати ночи, разве соседи не будут жаловаться? — я пытаюсь перекричать музыку даже на улице. — Нет, здесь всё проплачено, — Чан показывает знак «окей» и улыбается. — Слушай, не переживай, я всегда буду с тобой, но нам нужно пройти внутрь - поздороваться. — Что? Нет, пожалуйста, давай притаимся где-нибудь и будем смотреть со стороны, — я рефлекторно хватаю его за предплечье обеими руками, когда рядом проходит какой-то парень, не контролирующий свои движения. А внутри таких полным полно. — Грин, мне нужно поздороваться с некоторыми ребятами, притом я сказал им, что приду, — он взяглнул на меня, как на ученицу. — А если там будет кто-то с нашей школы, и они увидят, что мы вместе? — не успокаивалась я. — Никто нас там не увидит, если мы сами не подойдём, — пытается унять мои нервы Чан. — Всё будет в порядке, — он кладёт свою ладонь поверх моей руки, и я медленно убираю руки с его кожи. Порой я ненавижу свою тактильность. — Кстати, о какой вечеринке говорила твоя мама? — вдруг спрашивает Чан, приводя меня в замешательство. — Она перепутала вечеринку с посиделкой у… Наюн, — отмахиваюсь я и двигаюсь вперёд с бóльшим энтузиазмом, чем прежде. Конечно, это подозрительно, но парень больше не задаёт мне вопросов. Мы направляемся в дом, а плохое предчувствие внутри не даёт мне покоя. В доме в два раза больше людей, чем на улице, поэтому я инстинктивно прижимаюсь к Чану. Надеюсь, он простит меня. Идя сквозь толпу, я чувствую каждого, кто дотрагивается до меня своим телом во время танца, громкая музыка гудит в ушах, от непривычки мне хочется закрыть уши и сесть туда, где нет этих потных тел рядом и дурацких битов. Вот мы прорываемся в более менее просторное место, и я отцепляюсь от бока парня. Вижу перед собой что-то типа прозрачных занавесок, через которые видно пару парней и девушек на диване. Мы проходим через своеобразное укрытие. Я всё ещё не уверена, обязательно ли мне находиться здесь и сейчас, но потеряла тот момент, когда у меня был выбор. — О-о, Бан Чан! Наконец-то! — я сразу узнаю Биэма, который встаёт с дивана и обнимает Чана, тот обнимает его в ответ. — Сколько раз я звал этого паршивца на мою вечеринку, а он всё отказывал, как недотрога! — кричит он своим друзьям на диване, тем явно не особо интересно, кто это такой и что ему здесь нужно. — Да вот решил разбавить свою жизнь, — Чан неловко отвечает ему. — Ладно, удачного вечера! Парень резко берет меня за руку, махая улыбающемуся Биэму, и мы выходим из-за занавесок. — Боже, он уже был готов? — догадываюсь я. — Половина здесь присутствующих уже готовы, — говорит Чан и отпускает мою руку. Под готовы, мы имели в виду, действие запрещённых препаратов. Темная обстановка вперемешку с неоновым светом плохо действует на мой мозг, поэтому меня немного шатает. В этот же момент я вижу неподалёку стоит пара: девушка с белоснежными волосами по плечи, которые выделяются в этой темноте, и парень с такой же белоснежной улыбкой. — Соён и Хонджун, — говорю я, как мне показалось очень тихо, но Чан услышал. — Откуда ты знаешь Хонджуна? — А-э, ну, он же в футбольной команде, конечно, я его знаю, — пытаюсь выйти сухой из воды. — Хм, меня ты не знала, — парень хмурится, затем решительно продолжает. — Нам нужно поздороваться с ними… — Нет-нет, это без меня! — я отхожу от него на пару шагов, поэтому пришлось повысить голос, чтобы он смог услышать меня. — Почему? Ты вроде подозревала Соён, посмотрим на её реакцию, — недоумевает Чан. — Нет! — я снова слишком резкая. — То есть… — Слушай, я не знаю на какую вечеринку ты хотела пойти, и откуда знаешь Хонджуна, но мы пришли сюда не стоять в сторонке, а хоть что-то выяснить, поэтому… — Давай разделимся? — перебиваю его я. — Я буду сидеть вон на том диванчике, — показываю в дальний угол огромной комнаты, где меня точно никто не тронет. — А ты можешь активно понаблюдать, окей? — я неуверенно улыбаюсь. Чан устало качает головой, наверно он разочаровался во мне, как в тусовщице и душе компании, но я совсем ничего не могу с собой поделать. — Хорошо, только никуда не уходи оттуда, чтобы я мог присматривать за тобой, — наставляет мне парень. Я киваю и направляюсь к назначенному месту. Не знаю подошёл ли Чан к Соён с Хонджуном, за этой толпой танцующих ничего особо не видно. Рядом со мной вдруг приземляется девушка, нервно хихикая. Стараюсь не замечать её, а просто присматриваю за некоторыми личностями, которые могут быть мне знакомы. — Хи-хи… Кхи, мне так хорошо-о-о, — девушка не замолкает и смотрит прямо на меня. Я отворачиваюсь от неё, потому что отчетливо слышу запах алкоголя. Неприятные воспоминания настигают меня, и я стараюсь унять дрожь в пальцах, держась за края футболки. — Ты такая милашка, откуда вы такие берётесь? — эта леди неожиданно становится слишком близко ко мне, и я от страха вскакиваю, тяжело дыша. Что-то мерзкое подкатывает к моему горлу, затем кто-то из толпы толкает меня в плечо, я еле удерживаю равновесие, чтобы не упасть назад на диван прямо в объятия подвыпившей девушки. Затем я встряхиваю головой и понимаю, что мне просто необходим свежий воздух. Я толкаю кого-то в ответ и пытаюсь пройти сквозь тела. Спустя пару минут скитаний, мне всё-таки удаётся выйти на улицу и вдохнуть полной грудью. Я отвожу взгляд от парня, которого стошнило прямо в кусты передо мной, и я понимаю, что вышла через другой выход на задний двор. Здесь, мягко говоря, не очень. Я оборачиваюсь и смотрю на толпу людей в доме и понимаю, что чисто физически не смогу заставить себя снова пройти через это. — Д-дет..ка, вот ты где, — кто-то хватает меня за локоть, резко оборачиваюсь. Передо мной стоит парень, только что очистивший свой желудок от содержимого. Я морщусь и пытаюсь вырваться из его хватки. Он не собирается меня отпускать, даже после столь энергозатратного процесса, у него есть силы удерживать меня одной рукой. Не долго думая, я бью его по коленке, куда достала, и вырываюсь. Безымянный корчится от боли, а я бегу внутрь, понимая, что лучше буду в толпе неадекватов, которые заняты друг другом, чем наедине с одним из них. Несмотря на победу над безымянным, я чувствую всю ту же мерзость во рту, как будто на мне какая-то грязь, которую хочется скорее смыть. Всё ещё тяжело дышу. Я даже забыла, что в моей сумке лежит новеньких перцовый баллончик. Надеюсь, он мне никогда не понадобится. Черт. Где же Чан? Я пытаюсь найти его взглядом, но всё плывёт вокруг, через пару секунд я понимаю, что плачу. Я быстро вытираю слёзы ладонью и продолжаю поиски. Найти бы хоть тот диван, на котором я должна была сидеть и ждать его. Вдруг я снова чувствую захват на своём запястье, в моей голове загорается сигнал о том, что мое тело просто больше не выдержит пьяного облеванного безымянного. Страх наполнил мои лёгкие. Я даже вскрикнула, но из-за громкой музыки ничего не слышно. — Твою ж… Грин! Я тебе сказал, сидеть на диване, что в этом непонятного, скажи?! — слышу знакомый голос и стараюсь придти в себя. Я оборачиваюсь к Чану, и, господи, как же я счастлива его видеть. А вот он меня, похоже, не очень. Даже не взглянув на меня, он тянет меня к выходу. Я чувствую, как дрожат мои руки. — А теперь объясни мне, где тебя носило, черт подери?! — он буквально вытаскивает меня на улицу, и я, наконец, могу придти в себя. Я дышу глубоко и смотрю на небо, отвлекаясь на большое количество звёзд, чтобы слёзы снова не пошли из моих глаз. Затем смотрю на разъяренного Чана и не понимаю, что его так разозлило. — Я… Ко мне подсела… Она была пьяна, и я.., — ничего вразумительного я не смогла объяснить парню, потому что мой мозг просто отказывается вспоминать это, будто блокируя. Блокируя прошлое. Блокируя воспоминание. Мама. Это всё из-за меня. На меня будто вылили ведро холодной воды, меня стало трясти всем телом, но я ещё сильнее пыталась унять дрожь. — Да, представь себе, это вечеринка и здесь люди выпивают, могут немного перепить и приставать, но ты могла просто встать и отойти в сторону, а не выходить черти куда, Грин! — Чан продолжал что-то кричать, а я стояла словно в ступоре. Он отвернулся от меня, больше не сдерживаясь. — Я знаю, что по-твоему я лезу не в своё дело, но дай я тебе напомню! — парень всё не успокаивался. — Ты сама сказала, что мы будем действовать вместе, ты согласилась на помощь, так будь добра, делись со мной хотя бы малой частью своих планов, потому что я хожу, как идиот и пытаюсь разгадать загадку, условия которой я даже не знаю! — Чан.., — не выдерживаю я. — Я не могу.., — не знаю, хочу ли я сказать, что не могу больше держаться на ногах или то, что не могу рассказать ему всего. — Конечно, ты не можешь, Грин, я всё понимаю, — парень глубоко вдыхает и достаёт телефон. — Я вызову тебе такси, прости, что лезу не в своё дело. Снова. Когда ты окончательно решишь, что тебе нужна помощь, а не мальчик на побегушках, то пиши, — он настолько расстроен и обижен на меня, что даже не смотрит в мою сторону и просто уходит назад в дом. Я стою у тротуара неизвестного мне дома, обнимаю себя и чувствую, что потеряла своего единственного союзника в этой битве. Аноним, ликуй.