True Love

«Sing it for the boys, Sing it for the girls Every time you that you lose it Sing it for the world Sing it from the heart» Напеваю, когда мою посуду с утра. Меня порой раздражает, когда Маркус, позавтракав, оставляет грязные тарелки, а сам уходит с телефоном в обнимку. С некоторыми товарищами жить было куда легче… - Элл, тебе не кажется, что стоит пойти здесь в кружок вокала? Мне нравится, как ты поёшь, – от неожиданности я вздрагиваю, поворачивая голову. Маркус стоит, облокотившись на косяк, и внимательно смотрит на меня. Я отрицательно качаю головой, и продолжаю своё занятие. Закончив, я посмотрела в окно. Осень в Германии была довольно-таки тёплой, как мне кажется. Листва на деревьях желтела, и уже начала опадать. Здесь было невероятно красиво. - Знаешь, Марк, я запишусь в кружок вокала. Это неплохая идея, – неожиданно отзываюсь я, на что парень просиял. Он сказал, что это будет просто замечательно, и умчался в соседнюю комнату. Проводив его взглядом, я и сама прошла в свою комнату, чтобы собрать оставшиеся вещи в сумку. Сегодняшняя моя одежда была довольно-таки тёплой, что позволяло мне не надевать куртку. Но если смотреть на Фостера, то такое ощущение, что мы на Северном полюсе. - Я большая мерзлячка, чем ты, а одета легче. Фостер, пугаешь, – усмехаюсь, проходя мимо парня. До колледжа нам ехать не более двадцати минут, поэтому уже через полчаса мы стояли напротив входа, встретив одногруппников. Поздоровавшись с ними, мы шумной компанией прошли к нужной нам аудитории, в которой должна была состояться философия. Этот предмет был довольно-таки интересным, как мне казалось, поэтому на каждой лекции я садилась в первые ряды, чтобы поменьше разговаривать с Фостером. Преподавателем был мистер Шумер, тридцать лет, не женат. Откуда я знаю всё это? Спасибо Камиле и Элисон. Они знают про каждого молодого преподавателя в данном учебном заведении. Я сидела, и, как обычно, делала какие-то пометки. Одногруппницы лишь изредка обращали внимание на речь учителя, поэтому только и были слышны смешки и перешептывания, что меня немного раздражало. Мне было интересно слушать о том, что говорит мужчина, и я была одна ,кажется, настолько погружена в этот предмет. В прошлом году я забросила курс философии на пару месяцев, поэтому сейчас я заполняла все те пробелы. Звонок прозвенел довольно-таки быстро, поэтому уже через минуту аудитория опустела, и в ней осталась лишь я и Шу. - Элла, ты очень увлечённо слушаешь все лекции. Тебе нравится философия? - Ну, я увлекаюсь ей. Люблю читать книги на философскую тематику… Это бывает весьма поучительно. – Кивая, говорю я. - Это очень похвально, Элла. Давно у меня не было таких студентов. – улыбаясь, говорит он, и я невольно обращая внимание на то, что у него на заставке телефона стоит маленький мальчик. Он, видимо, заметил предмет моего разглядывания, и протянул свой айфон мне. - Это мой сын, Денни. Ему пять, – отзывается с нескрываемой улыбкой на лице, и я смотрю на то, как его глаза резко тускнеют. - Он очень милый. Ваш сын. – Добавляю, и на его лице появляется еле заметная улыбка. - Спасибо. Ладно, Элла, ступай, через десять минут следующая пара. И я ухожу, попрощавшись. Мистер Шумер не просто мужчина, и это видно сразу, как только останешься с ним наедине.

*после пар*

- О чём тебе говорил наш профессор по философии? Что ты опять лучшая на курсе, и тебя отправляют в космос? – смеялся Марк, когда мы шли домой. Я не говорила парню о разговоре с учителем лишь потому, что это было не моё дело. – Только не смей его кадрить, хорошо? Он немного взрослый для тебя. Я лишь хмыкаю, наигранно осматривая друга. - Я подумаю, мистер я – знаю – всё – лучше – тебя Фостер. – кривляюсь, и нечаянно врезаюсь в кого-то. Фостер, идущий рядом, от смеха чуть ли не начинает валяться по земле, в то время я извиняюсь перед юношей, с которым столкнулась. Он был среднего роста, голубоглазый и весьма милый. - Прости, это всё из-за него, – указываю на Маркуса, который стоял, державшись за бок. Я его когда-нибудь убью. Точно. - Ничего страшного, правда. Ты в порядке? – слышу в ответ, и теряю голову. У него такой волшебный голос. - Да, со мной всё хорошо, да, – и парень уходит, и я неосознанно, поворачиваюсь ему в след. -Я, кажется, впервые лицезрею момент, когда Голдберри посмотрел в след какому-то парню. Я открываю шампанское сегодня! – голосил он на всё улицу, от чего я начала прикрывать его рот рукой, чтобы помолчал, и не привлекал внимания. -Маркус, тшшш. Ты людей пугаешь, – проговариваю, и увожу его оттуда, ещё раз посмотрев на того парнишку, когда он остановился перед какой-то витриной. Он действительно милый.

*месяц спустя*

Ноябрь даёт о себе знать, когда нам сообщают о скорых Рождественских каникулах. - Поедем домой, Фостер? – спрашиваю его, пока декан нашего курса говорил что-то о сроках сдачи работ. Единственный момент в том, что мы с Марком уже сдали это. - Я не знаю, Элл. А ты хочешь? – я задумываюсь над его словами, и понимаю, что я хочу домой.- Я бы поехал, может быть. Мама хочет увидеть. - Да, я думаю, что это будет неплохо, съездить домой. – отзываюсь, и вновь начинаю гипнотизировать парту. Парень кивает, и тоже начинает заниматься своими делами. Я, не выдержав этой угнетающей речи, вытащила из кармана свой айфон, разблокировав. На заставке стояли мы с Маркусом с ужасными лицами, но фотография была дорога нам обоим. Пролистав новостную ленту в твиттере, обнаружила, что One Direction будут выступать на огромной арене в Америке. Невероятно…

*дома*

Судорожно набираю номер Гарри, но в ответ слышу лишь утомительные гудки. Ну же, Гарри, возьми трубку, пожалуйста! И, наконец-то… - Алло, – слышится сонное, родное приветствие. - Привет, Хазз. Я разбудила тебя, верно? – лепечу, но голос парня становится более уверенным. - Ничего страшного, Элл. Как ты поживаешь? Как Германия? Рассказывай! – я так скучала по нему, ужасно скучала. -Спасибо, Гарри, хорошо всё. Германия отлично, процветает, а вы как там? Готовитесь к MSG? – неожиданно проговариваю я, хотя собиралась задать этот вопрос позднее. - Да, готовимся. Репетиции каждый день. А когда ты домой прилетаешь? - Ну, если я правильно поняла, то мы с Маркусом прилетаем домой десятого декабря. А что? - Давай встретимся 21, хорошо? Ты пометь этот день, потому что ты обязана придти! – тараторит парень, на что я реагирую отрывками. - А что будет-то? - День Рождение Томмо. Я устраиваю ему вечеринку на 21 год, понимаешь же, – снисходительно говорит он, и я улыбаюсь. Как неожиданно в разговор подключается ещё кто-то. - Гарри, ты с кем трепешься? Нас ждут в студии, – я замираю, когда понимаю, кто именно говорит эти слова. Зейн. - Я сейчас подойду. Попрощаюсь только, – отзывается Хазз, и тяжело вздыхает в трубку. – Ладно, Элл, созвонимся ещё, до скорого. - До скорого, – и я отключаюсь, ещё несколько мгновений смотря на экран. Его голос изменился, стал немного грубее, чем был раньше. Я скучаю по нему. Провожу пальцами по татуировке, и в комнату заходит Марк, нагруженный разным фаст-фудом. - Пятница развратница даёт знать о себе! – отзывает Фостер на мой поражённый взгляд. Я обожаю его за такую простоту.

*декабрь*

Я упаковала необходимые мне вещи в сумку, оставляя в Германии большую часть своей одежды, чтобы не таскать её туда-сюда по сто пятьдесят раз. И вот уже слышу стук в дверь, и не спеша кричу парню, что он может зайти. - Ты уже всё? Мы можем идти? – проговаривает Фостер, и начинает ужасно кашлять. Мы оба простыли с ним за два дня до каникул, поэтому теперь мучаемся с ужасным кашлем и постельным режимом, поэтому из колледжа нас выперли домой уже сегодня- 8 декабря. - Да, пошли. Уже не терпится завалиться в свою кровать. – бормочу себе под нос, и Марк улыбается. - О да, хоть что-то хорошее за эти дни,- шмыгая носом, говорит парень и я усмехаюсь всей ситуации. - Фостер, мы с тобой фееричные идиоты, согласись! Ну, только посмотри на нас! После чего мы начинаем безудержно смеяться, когда понимаем, насколько странно мы выглядим. - Это почётно – быть фееричными идиотами.

*Лондон*

Ещё несколько ступенек, и я окажусь в своей Лондонской квартире. Боже, я так скучала по этому городу. Всё старое выглядит по-новому, что невероятно радует меня. Доставая ключи от квартиры из сумки, я подмечаю, что коврик перед дверью лежит по-другому. Не зацикливаясь на этой мелочи, продолжаю свой путь. Открыв дверь, сбрасываю сумку с плеча, и начинаю снимать верхнюю одежду. Дом, родной дом. Прохожу чуть дальше, заворачивая в гостиную, и моя сумка, с которой я обычно ходила в колледж, падает на пол от неожиданности. - Здравствуй, Элла, – тихо проговаривает он, и я вздрагиваю, прикрывая лицо рукой. В профиль было видно его покрашенную в белый цвет прядь и удручённый взгляд. - Привет, Зейн…