Patience

      Kingdom выматывал.       Несмотря на всю грандиозность проекта и положительные эмоции от взаимодействия с другими группами, он действительно выматывал. К середине шоу нервы у всех были уже на пределе, поэтому идея с объединением нескольких групп в большие команды во время третьего раунда сильно разрядила напряженную атмосферу. Работы от этого меньше не стало, но в моральном плане стало чуть легче. Соперничество между группами немного утихло, вынуждая работать сообща ради общего выступления. А свободный формат позволял разгуляться фантазии и повеселиться. Энтузиазм одного мгновенно подхватывался другим.       Феликс не нервничал из-за взаимодействия с мемберами других групп. Некоторых ребят он уже знал, с другими быстро нашел общий язык в силу своего характера и привычки быть со всеми милым. Поэтому, уже на первой встрече их нового танцевального коллектива он разговаривал свободно и обнимался почти со всеми. Еще через несколько встреч и совместных репетиций его всегда можно было найти в компании Уёна, который буквально носил его на руках, тискал и заботился на правах хена и лучшего друга Чанбина. Ликс был не против, он и сам налетал на парня с неожиданными объятиями. И между участниками команды все больше проскальзывали шутки, что Уён нашел замену Сану. Старший все шутил, говоря, что устал от дружбы с Чанбином, желая заполучить себе в друзья теперь Ликса. В один из таких моментов, когда Уён в очередной раз нарушил личные границы, утаскивая за собой Феликса, тот заметил на себе пристальный взгляд.       Минхо...       Он видел, что старшему было некомфортно. Минхо выглядел спокойным и собранным, как и всегда во время репетиции, но Феликс знал его достаточно долгое время, чтобы заметить в кошачьих глазах нервозность или небольшой испуг, особенно, когда к его хену начинал приставать Сонхва, внезапно оказавшийся его большим фанатом. Минхо натягивал улыбку, пытаясь держать дистанцию. Однако, этого будто не замечали и продолжали нарушать личные границы. Он все это стойко терпел.       Первые дни Минхо держался рядом с Чонином. Это приносило облегчение, ведь чувство ответственности за близкого человека не позволяло ему проявлять собственный эгоизм. Их макнэ так же старался сторониться излишнего внимания, поэтому не отходил от своего хёна. А после, как-то так вышло, что Чонин оказался под покровительством доброго и надежного Пыниэля. Ведь, как макнэ своей группы, он мог понять все тревоги Чонина. А Минхо вдруг остался один.       Феликс старался ненавязчиво поддержать хёна, находясь всегда в поле зрения Минхо, но его план быстро раскрыли и оборвали длительным и многозначительным взглядом. Феликс увидел в глубине темных глаз не только благодарность, но и упрек. Минхо не любил быть слабым и терпеть не мог, когда на его слабостях акцентировали внимание.       Он очень преданный человек. Он заботлив и добр, не требуя ничего взамен. Он мягок и нежен, его поддержка могла быть незаметной, но очень надежной. Однако, он старался не показывать эту свою сторону всем и каждому. Для других он был всего лишь вежливым человеком. Некоторые, не зная его, считали вежливость Минхо притворной, а его называли холодным и жестоким. И Минхо не стремился доказывать что-либо другим, уделяя свое внимание лишь по-настоящему важным и дорогим ему людям, которым он позволял увидеть себя настоящего.       Минхо приходил в себя, только когда они втроем возвращались в свое агентство и продолжали репетировать отдельно. Старший тщательно следил за прогоном всей хореографии, подготовленной для третьего этапа, разбирал и объяснял все движения.       Откровенно говоря, Йенни было тяжело. Он не был похож на Хёнджина - танцевального монстра, зависающего в студии до пяти утра. Минхо пришлось быть с ним очень терпеливым, что было не легко даже для него. Минхо мог закрывать глаза на любые оплошности, но не на ошибки в хореографии. Пока Феликс отдыхал, получив одобрение от Минхо, тот без остановки репетировал с Чонином, танцуя как свою, так и чужую партию для примера. Чонин, иногда срывающийся на крик от напряжения, весь мокрый от пота, падал без сил на пол, но продолжал вставать под строгим командованием Минхо.       Сам Минхо двигался так, словно не чувствовал усталости. Феликс задыхался, Чонин прятал от камеры свои светлые пропитавшиеся потом штаны и падал на любую горизонтальную поверхность при первой же возможности. Черная футболка на спине Минхо была влажной, и это единственное, что выдавало его напряжение. Редкий отдых на полу, и Минхо вновь поднимался на ноги, не теряя силы в движениях и концентрации.       Наконец Ли отпустил макнэ отсыпаться в общежитие, а сам задержался вместе с Феликсом по его просьбе. Музыка отключилась сразу же, как за Чонином закрылась дверь. Минхо обессиленно опустился на пол рядом с Феликсом. Сил дойти до диванчиков у стены просто не осталось. Феликс мгновенно подполз к нему ближе, сев за спину, и притянул, позволяя облокотиться на себя. И Минхо в первый раз за день смог расслабиться, закрывая глаза. Феликс держал его крепко, прижимая к себе, отдавая все тепло и нежность, что не успел дать днем, пока они были заняты. Волосы старшего влажные, и Феликс осторожно перебирал их, пока Минхо глубоко дышал, восстанавливая дыхание.       - Ты сегодня тише, чем обычно, - заметил Минхо, отдышавшись. Его длинные ресницы подрагивали, отбрасывая на бледные щеки тени. Феликс отвечать не спешил, любуясь красивым лицом, не сдержался и прикоснулся пальцами, ведя по скулам к вискам, а затем переносице.       За годы совместной жизни они выработали настолько железную привычку не замечать друг друга на публике в том самом смысле, что даже их мемберы иногда забывали, что они были в отношениях.       Феликс очень тактильный и ласковый. Он любил касаться и обнимать каждого. Минхо же, в основном, работал в паре с Джисоном, в угоду фанатам и по наставлению агентства. За фансервис им платили не мало. Минхо, конечно, мог бы больше уделять внимание Феликсу на публике, но Ли не хотел притворства, как и играть с чувствами младшего. Минхо считал их близость очень личным, чтобы показывать ее остальным или искривлять на камерах, выставляя в ином свете. Поэтому, оба, еще в начале своих отношений, пришли к тому, что работать будет проще, если они смогут научиться забывать друг о друге, выходя за порог общежития.       Минхо был ему предан. Он не позволял себе лишнего касания или взгляда на других, чтобы не вызывать у Ликса подозрений или лишний стресс. Феликс же искренне надеялся, что Минхо не ревновал его, когда он работал в паре с Чанбином. Они позволяли себе снимать рабочую маску только оставаясь наедине. В основном это происходило в общежитии, чуть реже в агентстве и самую малую каплю где-то еще, выкрав секунды между перемещением камер.       Минхо очень часто бывал противоречивым. Он мог не обращать внимание на взаимодействие Феликса с другими мемберами перед камерой. И плевать, будут это объятия или вообще поцелуи. Но его разрывало от ревности, если это же происходило за пределами камер. Подобное приводило к тому, что Минхо стремился получить от Ликса все, что тот мог дать. Но и отдавал не меньше, буквально окутывая его собой.       Им так хорошо удавалось скрываться все это время, что остальные члены группы узнали об их отношениях совсем недавно. Оба Ли не планировали кого-либо ставить в известность об изменении статуса в их отношениях, но лидер настоял на том, чтобы парни сообщили агентству. Как бы они не были против, но поддержка и защита в случае возникновения возможных скандалов и атак со стороны информационного поля и общества, им была необходима. Недовольный поначалу этим фактом Минхо успокаивался, когда понимал, что компания действительно была готова закрывать глаза на их связь, пока они были в состоянии держать свои отношения в секрете от остального мира.       - Устал, - наконец прервал молчание Феликс, опуская руки на грудь Минхо.       - Да, я тоже.       Феликс, реагируя на слова старшего, тут же переместил руки на его плечи, начиная массировать напряженные мышцы и шею.       - Вы с Чан-хёном уже измучены этим соревнованием до предела. А тебе еще работать над хореографией для второго раунда. Я могу взять заботу о Йенни на себя. Отдохни, хотя бы немного.       - Я в порядке, Ликс, - Минхо, найдя ладонь младшего своей, аккуратно сжал ее. - Йенни молодец. Я переживал, что он будет и дальше зациклен на своей неудаче в прошлом этапе, но, кажется, все обошлось.       - Взять его к нам в команду было хорошей идеей, ему тут весело, - согласился Феликс, продолжая разминать плечи старшего. Немного подумав, он решил добавить. - Я видел, как ты подружился с Сонхва.       До сих пор Минхо сидел спокойно, но, услышав слова Феликса, он отстранился, оборачиваясь. Темные глаза детально изучали его, когда Минхо вдруг серьезно спросил:       - Ревнуешь?       - Нет, - честно ответил Феликс. - Будь я на его месте, я бы тоже выпрыгивал из штанов, чтобы поговорить с тобой.       Уголок губ Минхо дернулся в усмешке.       - Но ты был с Уёном.       - Хён, ты ревнуешь? - Феликс отзеркалил усмешку старшего, но, к его большой неожиданности, Минхо отреагировал очень серьезно. Он пристально всмотрелся в глаза Ликса, а затем произнес с горечью в голосе:       - Да, я ревную.       Неожиданное признание перекрыло доступ кислорода в легкие. Феликс почувствовал, как у него засосало где-то под ребрами. Сердце сбилось с привычного ритма, когда быстро сократив расстояние между ними, Ликс уселся на бедра старшего. Минхо поймал его, ухватив за тонкую талию и прижав к себе плотнее. Феликс, опустив руки на сильные плечи, первым потянулся к губам. Он касался их нежно, мягко прихватывая, но затем игриво прикусил нижнюю, добиваясь от старшего достойной реакции. Пальцы сжались на талии, удерживая Феликса на месте, а язык вторгся в рот, выбив всхлип. Минхо чувствовал прилив, собирающийся в груди, стремительно опускающийся вниз, ощущал дрожь тела напротив от нарастающего возбуждения и прервал поцелуй, пока это все не зашло слишком далеко. Руки успокаивающе погладили по спине, не обращая внимания на влажную ткань футболки.       Феликс крепче вцепился в его плечи, тяжело дыша, и Минхо, поддавшись соблазну, мягко накрыл губы младшего, ненадолго продлевая чувственное прикосновение.       - Идем домой, уже поздно. Я видел, ты не спал всю прошлую ночь, - произнес Минхо шепотом, зарываясь носом в темные длинные волосы, затем поцеловав пульсирующую точку на шее, помог Феликсу подняться.

***

      Номер постоянно подвергался изменениям, хотя основная хореография уже была поставлена, а музыка перезаписана с голосами самих танцующих. Они работали над эффектами и трюками. Феликс участвовал во всем этом по умолчанию. Идея с поддержкой пришла к ним в голову чуть ли не в начале их совместных репетиций. Но ее постановка была настолько сложна и травмоопасна, что Феликс с Уёном продолжали отрабатывать ее снова и снова, доводя до идеала.       Феликс нервничал, хотя старался не показывать свое волнение. Минхо переживал вместе с ним. Вообще, он не был уверен, кто из двух участников этого безумного трюка травмировался больше. С одной стороны, Уён подвергал себя большей нагрузке и опасности, когда ловил Феликса, принимая весь его вес на себя. С другой же стороны, у Минхо каждый раз останавливалось дыхание, когда Ликс падал при неудавшихся попытках. Смотреть на синяки от крепкой хватки Уёна на теле Феликса было неприятно. Феликс морщился из-за боли в ребрах, удерживал локти на весу, чтобы лишний раз не касаться чувствительной кожи.       Желание отменить трюк, пока эти двое не убились, возникало неоднократно. Но прыгуны были настолько упертые и самоуверенные, что его в итоге решили оставить. Поэтому, из уважения к чужому упорству, Минхо воздерживался от едких комментариев.       Вернувшись в общежитие, Минхо попросил Феликса зайти к нему перед сном. В квартире сегодня тихо. Их трио реперов отсутствовало, очевидно работая у Чана в студии. Сынмин, закончивший работу со своей вокальной группой и вернувшийся чуть раньше них, уже лег спать. Йенни ушел спать к себе следом. А Хёнджин, что пока был отстранен от работы, еще неделю назад уехал к своей семье, пока была возможность.       Феликс зашел в комнату старшего сразу после душа. Минхо, уже переодетый в домашнее, сидел на своей кровати, пролистывая ленту в соцсетях. Заметив в дверном проеме Феликса, подозвал его к себе, параллельно забирая у него с плеч влажное полотенце. Усадив Ликса перед собой, он начал заботливо вытирать длинные волосы, тем временем Феликс что-то тихо напевал себе под нос.       - Иди ко мне, - позвал его Минхо, вынуждая Феликса развернуться. Он не сопротивлялся, когда Минхо решительно обхватил пальцами подол его свободной футболки и задрал почти до шеи. Феликс непроизвольно вздрогнул, когда Минхо осторожно коснулся кожи вокруг темных пятен синяков, внимательно рассматривая пострадавшие участки тела.       - Хен, я в порядке, - попытка убедить Минхо не волноваться провалилась с новым прикосновением, вызвавшим тихий болезненный стон.       Минхо нахмурился и произнес, как команду:       - Снимай!       Пока Феликс послушно избавлялся от одежды, Минхо встал с кровати и потянулся к тумбочке, достав оттуда небольшой тюбик мази. Выдавив на пальцы полупрозрачный гель, Минхо отвел руку Феликса в сторону, открывая себе доступ к пострадавшим участкам тела, и начал осторожно втирать мазь в кожу. Феликс сидел молча, но слегка морщился, ощущая холод геля. Сами прикосновения Минхо боли не вызывали, старший был очень осторожен.       Феликс невольно задерживал дыхание, рассматривая старшего. Он внимательно изучал сосредоточенное лицо напротив, следил за чужим дыханием, заглядывался на губы и красивые темные глаза. Заметив, как прядь темных волос соскользнула вниз, попадая на глаза, он быстро убрал ее, пока та не начала приносить дискомфорт. Руки действовали быстрее мыслей. Феликс позволил себе задержать руку, приглаживая волосы старшего. Минхо на его действия реагировал спокойно, продолжая втирать мазь в кожу. Он не уворачивался от прикосновений, позволяя Феликсу наслаждаться мягкостью волос, но хмуриться стал меньше. Феликс, запустив пальцы в волосы, поглаживал кожу головы, по привычке массируя. А затем внезапно сжал волосы у корней и игриво потянул их назад, тут же натыкаясь на пристальный взгляд в ответ. Феликс мягко улыбнулся, довольный реакцией на свои действия. Минхо, замерев, внимательно всматривался в глаза напротив, что-то искал, но озвучивать не спешил. Феликс видел, как одна мысль сменяла другую в его взгляде, но в итоге Минхо молча вернулся к своему занятию. Феликс из-за интенсивности втирания геля в кожу, был вынужден отпустить волосы старшего и ухватиться за его плечо для опоры. Минхо втирал мазь, пока та полностью не впиталась в кожу.       - Спасибо, - тихо прошептал Феликс, когда Минхо его отпустил. Ему не хотелось так скоро уходить в свою комнату. Он устал и хотел спать, а с Минхо было уютно и комфортно. - Хен?       - М?       - Ты можешь сделать мне массаж?       Минхо, убрав мазь на место, ответил почти без заминки.       - Хорошо, ложись.       Феликс лег на кровать, растянувшись на животе. Через мгновение кровать прогнулась, и он почувствовал, как Минхо начал устраиваться у него за спиной, садясь сверху. Теплые руки прошлись по обнаженной спине, дотягиваясь до шеи, и остановились. Сильные пальцы медленно массировали мышцы, плавно спускаясь до плеч и вновь поднимаясь по позвонкам к голове. Прикосновения в этой области были мягкими, скорее поглаживающими. Минхо не торопился, чувствовал, как Феликс расслаблялся под ним, и как его кожа покрывалась мурашками от прикосновений. Чередовал руки, чтобы те не уставали быстро. Пока одна поглаживала кожу на шее, вторая ложилась на талию младшего, чуть сдавливая. Мурашки вновь пробежались по телу, когда Минхо с усилием провел пальцами вдоль позвоночника.       Когда руки Минхо опустились по спине на уровень лопаток, он начал прилагать больше усилий. Феликс подгибал пальцы на ногах от удовольствия и периодически ерзал, удерживая себя от желания потянуться за руками старшего. Минхо ощущал рукой участившееся дыхание Ликса. Наверное, стоило остановиться, пока Феликс был в состоянии успокоиться после всех этих прикосновений, но Минхо, дойдя до самого низа позвоночника, задумавшись лишь на секунду, слез с младшего и опустил руки еще ниже, начиная разминать ягодицы. Феликс тут же непроизвольно приподнял таз и издал негромкий удивленный возглас. По строгой просьбе-напоминанию от Минхо не шуметь, он мгновенно притих и опустился обратно, прикусывая губы.       - Повернись, - скомандовал Минхо, дойдя до пальцев ног.       Феликс, расслабленный и немного потерявший ориентацию в пространстве, перевернулся, тихо смеясь над собственной неуклюжестью. Минхо, в очередной раз, напомнил тому не шуметь и заметил, как загорелись глаза Ликса, когда он лег на спину и смог в открытую рассматривать Минхо. Его грудь резко поднималась и опускалась из-за прерывистого дыхания. С трудом отпустив крепко сжимаемую простыню, Ликс прикусил палец, наблюдая за тем, как руки старшего обхватили лодыжку.       Приподняв ногу, Минхо удобнее перехватил ее, совершая первые нажатия. Проведя ногтем по подъему, он заставил Ликса судорожно выдохнуть. Помассировав ступню, он опустил ногу себе на бедро, и начал мять аккуратные маленькие пальчики, подпирая пятку твердыми мышцами живота. Это занятие расслабляло. Минхо словно медитировал, пока сжимал в ладонях носок и всю миниатюрную ступню младшего.       Закончив со второй ступней, Минхо вновь придвинулся ближе. Феликс расслаблен, буквально пресыщен ласками. То, как Минхо оказался к нему совсем вплотную, вновь возвращаясь к плечам, он даже не заметил. Мутным взглядом он проследил за движениями старшего, как тот, заканчивая массаж, оглаживал его предплечья, ладони и пальцы, чуть оттягивая их на себя. На ласковые и нежные прикосновения Феликс начал поглаживать пальцами ладони Минхо в ответ. Тот сразу же прекратил все свои действия, а рука Феликса наоборот направилась верх по кисти к предплечью, оглаживая подушечками пальцев линии выступающих вен.       - Феликс, - позвал он, перехватив его руку своей. - Не сегодня.       - Почему нет, хён?       Минхо ненадолго задумался. В голове проносилось много разных мыслей. Феликс, не без его помощи, был возбужден. Минхо тоже не остался спокойным, тем более секс отсутствовал в их жизни уже больше трех недель. После изнурительных подготовок к съемкам шоу не было ни сил, ни времени, а вот желание появлялось неоднократно. Разумеется, хотелось избавиться от напряжения, поддавшись искушению, но волнение о физическом состоянии Феликса перебарывало, сводя все возбуждение на нет. Контроль эмоций всегда был одной из сильных сторон Минхо. Поэтому Ли почти без сожалений взял в руки чужую футболку, рывком поднял младшего и, пока тот не успел оказать сопротивления, натянул на него, чтобы не смущать никого. Феликс ожидаемо расстроился.       - Ты устал, практически не спишь, и все твое тело одна сплошная гематома. Я могу заняться с тобой сексом, но после этого ты ходить не сможешь. Так что не спорь.       - Хен, это не честно! - Феликс обреченно упал обратно на кровать. Издав жалостливый стон, он прикрыл глаза руками.       Минхо было тяжело не меньше. Не видеть и не касаться Ликса в том самом смысле на протяжении длительного времени, не быть рядом, не оказывать знаки внимания, не чувствовать тепла его тела, не видеть ответную ласковую улыбку, а только работать, как проклятый, делая вид на камеру, что держишься молодцом, и что ты все еще самый заботливый и внимательный хен на свете. Kingdom выматывал физически и морально. Минхо терпел все это из последних сил.       - В качестве извинений могу предложить совместный сон в моей постели.       Феликс тут же увел от лица руки, взглянув на старшего. Минхо выглядел уставшим. А у Феликса действительно были большие проблемы со сном в последнее время.       - Я буду мешать тебе спать, - не успел Феликс подняться, как тут же был перехвачен и буквально уложен обратно.       - Я же сказал, не спорь, - Минхо поднялся с кровати, чтобы скинуть с себя лишнюю одежду, но домашние штаны предусмотрительно снимать не стал. Вернувшись к кровати, он видел, как младший укладывался, сдвинувшись к стене, и лег рядом, прижимаясь к спине Ликса своей грудью. - Хоть буду уверен, что ты спишь, а не бродишь полночи, гремя на кухне. У тебя вновь кошмары?       - Нет, просто... Я много волнуюсь и думаю.       - Думать будешь завтра. Сейчас спи.       Сильные руки сомкнулись на талии. Феликс, чувствуя теплое дыхание Минхо, чуть прогнул спину, пытаясь сильнее прижаться к груди старшего. Обнимая одеяло спереди и получая тепло от Минхо сзади, Феликс изнеженный и убаюканный спокойным дыханием заснул быстрее, чем ожидал. Минхо позволил себе отдаться отдыху только после того, как убедился, что ночные вылазки Ликса сегодня не повторятся. Спал он всегда очень чутко, поэтому приход рэперов домой под самое утро пропустить не сумел. Чанбина, засыпающего на ходу и спотыкающегося по пути в спальню было сложно не услышать. Минхо открыл глаза, когда дверь в его спальню, скрипнув, приоткрылась. Феликс за ночь успел поменять положение, развернулся лицом и вцепился в него руками и ногами одновременно. Минхо, осторожно извернувшись, чтобы не разбудить сопящего ему в грудь Ликса, обернулся к стоящему в дверном проеме сонному лидеру группы и дал понять, что его любимый ребенок не потерялся, а был в надежных руках и, более того, спал. Чан заметно расслабился и, молча кивнув головой, ушел, прикрыв за собой дверь.

***

      Во время записи нового эпизода, Ликс, как и всегда, нервничал. Он пытался отвлекаться на разговоры, шутки других мемберов, устраивать танцы во время записи выступлений рэп-юнитов. Но стоило только отпустить внутренний контроль, как Ликс словно выключился, забившись в тихий уголок и погрузившись в свои мысли. Костюмеры и стилисты периодически дергали, поправляя грим и костюм, Феликс молча позволил им кружить вокруг себя, не обращая внимания на их манипуляции. Взгляд постоянно возвращался к Минхо, который сидел рядом и, казалось, вообще не беспокоился ни о чем. От одного вида такого собранного и спокойного Минхо становилось чуть легче. Йенни, нервничая не меньше, перемещался между остальными, пересаживаясь с одного дивана на другой, а перед выходом на сцену и вовсе оказался возле лидера. Феликс, подумав, дождался, когда стафф отключит камеры, чтобы дать им немного времени для отдыха перед выступлением, и быстро нашел руку Минхо, сжимая ее. Руки Феликса были холодными из-за нервов. Для собственного успокоения он массировал и гладил пальцами кисть старшего. Минхо не торопился предпринимать какие-либо действия в ответ, но, оказавшись в темноте за кулисами перед самым выходом на сцену, он решительно притянул Феликса к себе. Обняв младшего со спины, он выдохнул горячий воздух ему в шею и тихо шепнул ободряющие слова. Держал его так, пока тот не перестал трястись, пока их не позвали, оповестив о включении камеры.       После выступления Уён буквально набросился на Феликса, подхватывая на руки и унося с площадки. Самого Минхо зажали с двух сторон, но от шока он даже не запомнил, кто это был. К подобному проявлению любви со стороны чужих он не привык до сих пор. За кулисами с них быстро сняли всю аппаратуру, а затем увели в комнату для интервью. Члены команды едва успели перевести дыхание. Разумеется, во всей этой суматохе у Минхо не было возможности подойти к Феликсу, чтобы нормально, без спешки, спросить его о самочувствии. Они успели только обменяться взглядами, и вроде младший выглядел довольным. По крайней мере, бледность сошла с его лица и вернулся румянец.       Несмотря на многочасовую запись, время пролетело быстро. Его едва хватило на душ и сон. Запись второго раунда третьего этапа продолжилась на следующий день. А после их нашумевшего выступления с кавером начался полный хаос. Их дергали, таская по разным интервью, параллельно они продолжали записывать шоу, работать и готовиться к финальному выступлению.       Шоу закончилось неожиданной, но приятной победой. Кто бы что не говорил, но они до последнего не осмеливались думать о первом месте. Поэтому победители полные шока и ликования толком даже не отпраздновали свой успех. Единственное празднование, которое у них случилось, было по дороге домой. А на следующий день мемберы просто отсыпались за все это время. И только Чан с Минхо, не понятно, с перепугу или же под влиянием адреналина, рано встали, чтобы записать клип для их совместного трека, который они написали уже довольно давно.       И все, кажется, встало на свои места. Обычная рутина, подготовка к камбэку. Но Феликс продолжал себя странно вести, а его ночные вылазки не прекращались.

***

      Минхо, сквозь сон услышав шаги, не открывая глаз, раскрыл одеяло, чтобы впустить ночного гостя в свои объятия. Он еще даже не успел окончательно выбраться из дремы, но уже знал, кто это. Тихие всхлипы и дрожь тела выдавали ночного гостя.       Феликс, оказавшись в крепких и теплых объятиях, прижался к Минхо, хватаясь за него, словно утопающий за спасательный круг, и уткнулся носом в шею, глубоко дыша. Минхо, окончательно пробуждаясь ото сна, медленно поглаживал пальцами взмокшую спину и плечи, успокаивая. Ликс продолжал тихо всхлипывать. Футболка Минхо намокла, впитав в себя соленые капли.       Что именно видел Ликс в своих кошмарах, он не знал, так как тот никогда не рассказывал, а если и говорил, то называл это нечто неопределенным. Он просто просыпался с криком, чувствуя сильный страх. И хотя объект кошмаров был Минхо неизвестен, он всегда знал причину их возвращения. Это происходило из-за сильного стресса, когда младший был не уверен в себе и своих силах.       Наконец, отдышавшись и чуть успокоившись, Феликс извернулся, укладывая свою голову на грудь Минхо. Тот поглаживал его волосы, когда услышал тихий и хриплый от плача голос.       - Прости, хен.       - За что ты извиняешься?       - Я тебе спать не даю уже третий день.       - Ерунда, - Минхо ладонью провел по спине Ликса, задержав руку на талии. - Если тебе от этого легче, можешь хоть каждую ночь приходить, я не против.       - Я напугал своим криком Чанбин-хёна и убежал, даже не объяснив ему ничего.       - С Чанбином я поговорю завтра. Уверен, что злиться на тебя он не будет. Так что не накручивай себя. Если можешь спать - спи, если нет, я приготовлю для тебя чай с успокоительным.       - Нет, хён, я в порядке. Не нужно лекарств. Позволь мне просто полежать так. Возможно, я смогу уснуть, если не буду ни о чем думать.       - Вот именно, если ты не будешь. Но твоя проблема в том, что ты слишком много думаешь, - Минхо тяжело вздохнул, а затем все же поднялся, осторожно вывернувшись из объятий Феликса. - Жди, я скоро.       Минхо отсутствовал чуть больше десяти минут. Феликс гадал, куда мог пойти старший. Он мог пойти к Чанбину, чтобы успокоить того после громкого пробуждения Ликса. Предупреждать Чана о кошмарах было незачем, так как тот опять зависал в своей студии. Или же Минхо мог отправиться на кухню. Феликс не сомневался, что, вопреки его протестам, вернется Минхо с тем самым чаем, о котором говорил. Догадка Феликса частично подтвердилась, когда старший вернулся держа в руках небольшой поднос, на котором стояла кружка с ароматным чаем и небольшое блюдце со сладостями. Сев на край кровати, Минхо осторожно уместил поднос между ними.       Съев печенье и выпив половину содержимого кружки, Феликс обратил внимание на пристальный взгляд Минхо, который был абсолютно нечитаемым. По спине прошлись мурашки, и Феликс вернул кружку на поднос, боясь уронить ее.       - Что-то не так? - осторожно спросил его Ликс.       - Нет, с чего ты взял?       - Ты на меня так смотришь.       - Думаю, - Минхо отмер на секунду, опустил взгляд на поднос и переставил его на тумбочку. Убрав посуду как можно дальше, он вновь вернул взгляд к Феликсу.       - О чем?       Минхо не ответил, вместо этого он плавно завел руку за голову и, подцепив ворот футболки, ловко стянул ее с себя. Феликс к увиденному готов не был, как и не был готов к тому, что Минхо, отбросив верхнюю часть одежды в сторону, приблизится к нему, накрывая его губы своими. Не отрываясь от губ младшего Минхо вновь уложил его на спину, раздвигая коленом ноги и устраиваясь между ними.       - Минхо?       - Хочу тебя, - прошептал Минхо ему в губы, отрываясь от них для того, чтобы вновь втянуть младшего в новый поцелуй. Руки параллельно забрались под пижамную майку, сжимая кожу на боках. - Терпел гребаных четыре недели, не имея даже возможности смотреть на тебя. Прости, малыш, но сил сдерживаться больше нет.       Руки сами потянулись навстречу, опускаясь на сильные плечи, далее двигаясь к шее и волосам. Минхо неожиданно перехватил его руки до того, как пальцы коснулись волос. Он свел тонкие кисти вместе, обхватил одной рукой и завел Феликсу за голову, прижимая того к кровати. Феликс, не имея возможности касаться старшего руками, двинул тазом, сталкивая свои бедра с его. Минхо отреагировал на провокацию тихим шипением и увел губы в сторону, прикусывая в ответ мочку уха. Мягкий стон Феликса прорезал тишину спальни, когда Минхо высунул язык и провел им по ушной раковине.       - Малыш Енбоки хорошо проводил время на шоу в компании других хенов. Такой ласковый котенок. Скажи, тебе нравится наблюдать, как страдает твой личный хен?       - Нет, я... - Феликс задрожал всем телом, не сумев договорить. Губы Минхо опустились ниже, прикусывая чувствительное место за ушком. Минхо чередовал губы и язык, медленно продвигаясь по шее к плечу, где снова слегка прикусил кожу. Феликс вскрикнул, ощущая, как чувствительную кожу втянули в рот. Он попытался освободить руки, но старший еще крепче стиснул запястья.       - Ты знаешь, я не люблю, когда ты такой милый со всеми кроме своего хена.       - Хен! - Феликс шумно схватил ртом воздух, почувствовав зубы на своем адамовом яблоке, но вместо укуса Минхо неожиданно мягко поцеловал его и провел кончиком носа вниз до впадинки на шее. Минхо отпустил руки младшего, когда добрался языком до ворота пижамы. Ткань мешала губам продвигаться дальше и он решительно опустился ниже. Губы мазнули обнаженный участок кожи над резинкой пижамных штанов. Минхо, закатывая футболку до груди, выдохнул горячий воздух на подрагивающие мышцы живота.       - Ты знаешь и делаешь это.       - Нет, хен, я не...       - Да, Ликси, - лизнув кожу рядом с пупком, Минхо слегка подул на нее, а после прикусил. Тело Феликса напряглось, и старший тут же провел пальцами по рельефным линиям, словно прося расслабиться. Феликс поддался чужой манипуляции, чувствуя поднимающиеся к груди губы. Палец медленно обвел ареол соска, а язык прочертил дорожку ко второму. Лизнув твердую вершинку, Минхо втянул ее в рот. Громкое причмокивание, с которым он отстранился, заставило Феликса выгнуться дугой.       - Ты изводишь меня, - Минхо стягивать полностью футболку с младшего не торопился. Задрал ее до шеи и, опустив руки на тонкую талию и поглаживая кожу, прошелся языком по груди. Спустившись ниже и уткнувшись лбом в живот младшего, Минхо глубоко вздохнул. - Я сорвался, ты своего добился.       Обычно Минхо позволял младшему прикасаться к себе, но в этот раз, стоило почувствовать аккуратные маленькие пальчики Феликса в своих волосах, он тут же отстранился, прижав чужие руки к подушке. На немой вопрос в любимых глазах Минхо хищно усмехнулся. Оба все еще оставались в штанах. Минхо, не отрывая взгляда от потемневших глаз напротив, сделал сильное и размашистое движение своим тазом. С губ Феликса сорвался стон. Он был отчасти напуган напором старшего и впечатлен этим движением одновременно. Минхо двигался рвано и грубо, имитируя толчки, при этом продолжая удерживать руки Феликса и лишая его всякой возможности впиться пальчиками в плечи Минхо. Феликс непроизвольно втягивал живот с каждым новым толчком, чувствуя усиливающееся напряжение.       - Минхо, - Феликс терялся в своих ощущениях, столкнувшись с таким властным Минхо. С одной стороны, он хотел оттолкнуть его и попросить вести себя как прежде. С другой, его грубость возбуждала, заставляя дуреть.       - М?       Крохотные частички рассудка, не вытесненные возбуждением, подтолкнули воспоминания об уснувших в зале перед телевизором Сынмине и Йенни. Хвана все еще не было в общежитии. Чанбина он оставил с целой кучей вопросов, и Чан, вернувшись из студии, наверняка будет его искать. Не то, чтобы это его сильно волновало, особенно на грани сильного возбуждения, но именно из-за этих новых ощущений, он не хотел, чтобы их прерывали.       - Чан-хен... - выдохнул он в перерывах между сильными толчками. - Он может нас застать здесь.       - Ну и пусть, - по тону и самодовольному выражению лица Минхо было видно, что его действительно не заботило возможное скорое появление лидера. Темные глаза Минхо стали совсем черными, полными возбуждения. Он продолжал двигаться, его дыхание ничуть не сбилось, когда Феликс уже давно задыхался.       - Но...       Минхо, неожиданно прекратив фроттаж, наклонился к его губам, прикусывая нижнюю. Феликс замер, затаив дыхание и смотря в темные глаза напротив. Минхо, слегка оттянув губу, лизнул ее следом.       - Ты слишком много думаешь. Отпусти себя, тебе нужно расслабиться.       Старший ненадолго вышел из своей роли, сдавая свой хитрый план по отвлечению Феликса от ночных кошмаров и тяжелых мыслей, однако, к его счастью, младший был слишком поглощён новыми ощущениями, чтобы осмыслить его поступки. Минхо вновь успокаивающе поцеловал его, и Феликс, наконец, окончательно сдался, потянувшись за ответным поцелуем. Минхо, мгновенно возвращаясь к своей роли, приподнялся, утягивая за собой Феликса. Минхо самостоятельно стянул с младшего пижамную футболку и штаны, отбрасывая их в стороны, и разделся следом сам.       - Развернись, - скомандовал он, одновременно копаясь в изголовье кровати в поисках смазки. Феликс послушно повернулся к старшему спиной, опускаясь грудью на простынь и раздвигая ноги шире. Минхо позволил себе немного задержаться взглядом на красиво изогнутой спине, округлившихся ягодицах и открытости младшего перед ним. Оказавшись рядом, Минхо, скорее по привычке, нежели из стремления расслабить Феликса, погладил его бедра. Минхо, вовремя вспомнив о том, что секса у них не было на протяжении долгого времени в связи с последними событиями, постарался собрать всю свою силу воли и не торопиться. Иначе Феликсу может быть больно.       Феликс терпеливо ждал, но по мелкому дрожанию тела и пульсирующему колечку мышц было видно, что младший возбужден не меньше. Выдавив часть смазки на свои пальцы, Минхо растер ее, согревая. Феликс ерзал и нетерпеливо поддавался бедрами навстречу прикосновениям, когда ладонь старшего легла на его ягодицу, оттягивая ту чуть в сторону. Пальцы обвели сжавшееся колечко, и Феликс без подсказок расслабился, чувствуя усилившееся давление. Палец благодаря смазке проскользнул легко и так же легко вышел. Минхо не торопился. Удерживая бедра младшего от преждевременных рывков одной рукой, он терпеливо растягивал стенки ануса. Второй палец дался чуть сложнее. Феликс притих, концентрируясь на дыхании, но вскоре забыл о неприятных ощущениях растяжки, когда пальцы Минхо прошлись по чувствительной точке внутри. Двигая рукой под нужным углом, Минхо периодически медленно вытаскивал пальцы, дразня чувствительные края. Феликс, в очередной раз, двинул бедрами, потянувшись за ускользнувшими пальцами, и тут же вскрикнул от неожиданности, почувствовав жжение. Минхо с хлопком опустил ладонь и пригладил покрасневший участок кожи.       - Не торопись. Ты узкий, - пальцы вновь проскользнули внутрь. Феликс хныкал, как ребенок.       - Плевать. Минхо, пожалуйста... - Феликс сжался вокруг пальцев и зашипел, получив второй звонкий хлопок по ягодице. Самодовольную ухмылку Минхо ему видеть было необязательно, чтобы знать о ней. Старший наглядно показал, насколько младший был не прав.       Сам Минхо держался из последних сил, зажимая член у основания. Взгляд блуждал по влажной изогнутой спине, поблескивающей в свете ночника, по россыпи веснушек на плечах и лопатках. И как бы Минхо не пытался, но взгляд нескромно возвращался туда, где плавно двигались пальцы. С члена Феликса на простынь упала белесая капля, и Ли все же решил закончить прелюдию на этом, пока Феликс не успел кончить раньше времени. Минхо был уверен, что на второй заход сил у младшего не останется. У Минхо, возможно, тоже, он не был уверен, так как силы после победы на шоу до сих пор не восстановились. Было бы время на это.       Минхо не пожалел геля и тщательно смазал член. Притянув младшего к себе за бедра, он намеренно сделал несколько несильных толчков, проскользнув внутрь. Мягкий стон сорвался с покрасневших от частых покусываний губ, и Феликс зашептал, будто находясь в бреду, чтобы Минхо поторопился.       - Не молчи, если будет больно, - тон Минхо строгий, и Феликс согласно закивал. Он задохнулся стоном, сжимая пальцами подушку перед собой, до побеления костяшек. Минхо проталкивался медленно, не желая причинять боль, но Феликс был узким даже несмотря на долгую растяжку. Феликс притих, полностью принимая в себя член старшего. Минхо осторожно совершил на пробу первые рывки, внимательно наблюдая за реакцией Ликса. Он облегченно вздохнул, когда почувствовал, как Феликс качнул бедрами ему навстречу, выдохнув хриплое:       - Давай.       Почти полностью выскальзывая из желанного тела, Минхо оставил внутри лишь головку и толкнулся увереннее, входя резче и быстрее. Феликс вздрогнул, поймав воздух ртом, и выдохнул все тем же хриплым голосом:       - Еще... А-ах... Минхо, еще.       Феликс срывался на скулеж, чувствуя череду сильных и мощных толчков, от которых глаза закатывались сами собой. Минхо ускорялся, с силой впиваясь пальцами в бока младшего. Шлепки тел и стоны Ликса, переходящие в хрип, заполняли собой комнату. Стало душно, голова кружилась от нехватки кислорода. Спина немела от прогиба, но Феликс просто не мог позволить себе разогнуться, пытаясь урваться за собственным наслаждением. Минхо вколачивался в него, почти не сбиваясь с ритма, успевая иногда с хлопком опускать ладони на розовые от сильных ударов ягодицы младшего. Феликс боялся охрипнуть, крича в подушку, чтобы хоть немного приглушить себя.       Неожиданно Минхо прервался, полностью выходя из тела младшего, но Феликс возмутиться не успел. Минхо быстро и ловко, толкнув Феликса в бок, развернул того к себе лицом, развел ноги и снова вошел. Феликс под ним изогнулся, запрокидывая назад голову, тут же чувствуя нежные прикосновения губ к влажной шее. Феликс поднял руки, притягивая к себе Минхо. Поцеловал его в губы и тут же шумно выдохнул ему в рот с очередным сильным толчком. Минхо двигался, ловя губами стоны младшего, сжимал простынь до хруста в пальцах, делая финальные толчки, когда Феликс сжался, выстреливая спермой себе на грудь. Минхо, издав низкий стон, кончил следом, задерживаясь внутри желанного тела и утыкаясь носом во влажную шею и волосы.       Он обессиленно опустился, по привычке выставляя свою руку около головы младшего, чтобы не придавить его своим весом. С дыханием у обоих были проблемы. Феликсу потребовалась минута, чтобы воздух перестал обжигать легкие и царапать горло при каждом новом вдохе. В себя он пришел чуть раньше Минхо, по крайней мере, ему удалось разлепить глаза. Борясь с усталостью и возникшей сонливостью, он поднял руку и провел по влажным волосам Минхо, убирая длинные пряди челки назад с его лба. Минхо слепо потянулся за прикосновением, утыкаясь носом в ладонь. И наконец, целуя в центр руки, он открыл глаза. Они все такие же темные, но снова светились загадочным блеском, скрывая свою бездну.

***

      - Что, извращенцы, все подслушали? - Минхо раздраженно прищелкнул языком. Не успел он переступить порог комнаты, как тут же наткнулся на две пары глаз, пристально разглядывающих его. Чанбин и Чан застыли в коридоре, словно статуи. Очевидно, не успев вовремя скрыться и придумать отговорку, почему они оказались так поздно под дверью танцора, когда тот, к тому же, был не один.       - Это было трудно не услышать, хен, - Чанбин язвил, но Минхо в долгу не оставался.       - Завидуй молча, Бинни.       - У него опять кошмары? - Чан, как всегда, замечал и спрашивал о серьезных вещах, прежде чем опять начинать дурачиться. За Ликса он беспокоился не меньше.       - Уже три дня.       - Три? - Чанбин удивился, и это большой показатель. Ночуя в одной комнате с Феликсом, он не заметил ухудшение состояния младшего. Ликс явно не собирался делиться с другими своими проблемами и это не могло не настораживать Минхо еще больше.       - Я сумел отвлечь его, надеюсь, что не временно.       - После такой горячей реабилитации я ему точно не помощник, - хохотнул Со, но быстро перестал ржать, поймав пристальный взгляд Минхо.       - А вы чего спать не идете?       - Мы волновались, - ответили почти одновременно и сами удивились своей синхронности. Минхо впечатленным не выглядел, лишь скептически выгнул бровь.       - Тебе, Чанбин, - Минхо демонстративно развернулся к младшему, - я лично сказал, где Ликс и что с ним.       - Ты сказал, что он у тебя, послал меня и захлопнул дверь перед носом. Что я должен был делать?       Чан удивленно покосился на рэпера, явно не владея этой информацией.       - Уж точно не стоять у меня под дверью до самого утра. Вам делать нечего?       - Нет! Вернее... Э-э...       Минхо усмехнулся и, передав в руки растерянного лидера поднос с печеньем и недопитым чаем, развернулся, заходя обратно в свою комнату.       - Говорил же, извращенцы.       Вернувшись, Минхо тихо подошел к кровати со спящим на ней Феликсом. Тот лежал в той же позе, в которой оставил его Минхо. Убедившись, что Ликс крепко спит, Минхо убрал полупустой тюбик смазки, достал салфетки и, сев рядом с младшим, начал осторожно вытирать его тело от своей и чужой спермы. Ликс спал так крепко, что даже не заметил этого, а лишь что-то невнятно промычал, когда старший надел на него чью-то футболку. Судя по ощущениям ткани, это была футболка Минхо, в темноте было не видно, а куда он бросал вещи, Минхо банально не запомнил. Следом он все же нашел и надел на младшего его пижамные штаны.       Закончив, Минхо опустился рядом, укрыл обоих одеялом и обнял Ликса, зарывшись носом в осветленные волосы. Он был удовлетворен не только физически, но и морально. Конечно, использовать кошмары младшего, чтобы скинуть свое сексуальное напряжение, было не совсем честно. Но иначе Феликса было не отвлечь. А так Минхо решил две проблемы разом.       Минхо довольно хмыкнул, слыша сопение младшего и причмокивание пухлыми губами. Терпение Минхо им обоим пошло на пользу. Длительное воздержание закончилось. Осталось пережить камбэк.