Продай себя

Минуту назад Ван Чжо Чэн собирался что-то сказать, но сейчас это желание резко отпало. Выражение лица Ван Ибо было неописуемо. Чжо Чэн сейчас уже и не вспомнит когда в последний раз видел его с таким лицом. (кто не понял, Сяо Чжань дал пощёчину Ван Ибо). «Пошли все вон!» Никто и подумать не мог, что Сяо Чжань даст пощёчину Ван Ибо. Прежде ни у кого не хватало смелости пытаться пробудить гнев господина. Но исключение есть всегда… Сяо Чжань ушёл. Ван Ибо пошёл за ним. Он успел догнать его, когда тот уже собирался выходить на улицу. «Что ещё тебе от меня нужно? У меня больше нет того, что я мог бы дать тебе». Сейчас весь страх Сяо Чжаня перед Ван Ибо растворился. Он безжалостно наносит удар за ударом по сердцу человека напротив. Однако прямолинейности, упорству и умению сохранять спокойствие в любой ситуации, которыми обладал Ван Ибо, могли позавидовать даже самые профессиональные актёры. Он умоляюще посмотрел на Сяо Чжаня. «Чжань-Чжань, я буду сражаться до последнего, я не отступлю. Я не должен был причинять тебе боль, пытаясь обмануть». «Ты имеешь право винить меня, но пожалуйста, послушай… Я очень сильно люблю тебя. Когда я впервые увидел тебя, мне было восемнадцать лет. Я увидел тебя и больше не смог оторвать свой взгляд. Я сделаю всё, что ты захочешь. Ты можешь обзывать меня или бить, я заслужил это. Но, прошу, дай мне последний шанс». Услышав всё это, в груди Сяо Чжаня что-то защемило и стало теплеть. Но он не он если не испортит всё. «Представление закончилось?» «Я знаю, что я идиот, Чжань-Чжань, но это правда». Честно говоря, Ван Ибо уже начал думать о побеге, но им явно было о чём поговорить, поэтому вариант: сбежать как трус, был слишком плохим. «Чжань-Чжань?» «Ван Ибо, хотя ситуация сейчас не такая, какой хотелось бы её видеть, но нам лучше мирно разойтись и идти дальше своими дорогами. Всё и так понятно, у нас не может быть будущего». Сяо Чжань подошёл к двери и дёрнул ручку. «Почему дверь не открывается?» «Потому что я удалил твои отпечатки из базы данных. Сейчас ты не можешь открыть ни одну дверь здесь». Ван Ибо подошёл и забрал сумку из рук Сяо Чжаня. «Послушай, ты подписал контракт, ты должен находиться возле меня 8 лет, ни днём меньше». «Ты обвёл меня вокруг пальца. Я тебе ничего не должен. Считай, что мы квиты». «Поздно. Я уже заплатил четыреста миллионов. Ты подписал соглашение, где чёрным по белому написаны твои обязанности. Пути назад нет». Сяо Чжаня накрыло волной гнева с головой. «Ты придурок!» «Верно, я придурок, но я помогаю тебе. Твой отец сейчас себя плохо чувствует. Возможно ты и понятия не имеешь, сколько стоит его лечение. Но с твоим доходом, ты просто не потянешь это. Ты уверен, что сможешь бросить своего отца умирать?» Сейчас Сяо Чжань действительно задумался. Он почувствовал себя комнатным растением, которое выставили на улицу. Он слишком зависим от Ван Ибо. «Я сам справлюсь. Ты же просто хочешь унизить меня, не так ли? Я устроюсь на четыре работы, я больше не собираюсь торговать своим телом. Открой дверь». «Ты уверен?» «Открой дверь!» Ван Ибо кивнул и приложил палец к дверному замку. Он не хотел доходить до угроз, но… «Погоди минутку…» Зрачки Сяо Чжаня расширили ь, а дыхание стало тяжёлым. Он захлопнул дверь обратно, чтобы никто ничего не увидел и не услышал. «Ты… Ты не удалил его?» «Я перенёс его на карту памяти. Если ты уйдёшь, я могу кое-что сделать…» «Не смей!» Сяо Чжань схватил вазу со стола и швырнул её в Ван Ибо, но тот успел увернуться. «Что ты от меня хочешь?» «Нет смысла звонить в полицию, я не делаю ничего противозаконного, ты всё равно не сможешь уйти отсюда». А ведь он прав… На следующий день: «Он по-прежнему ничего не ест?» «Ага». «Капельницу делали?» «Да, но его вырвало сразу после процедур». Ван Хао Сюань смотрел на Ван Ибо, нервно расхаживающего по кабинету взад-вперёд. «Как думаешь, он тебя ненавидит?» «Да мне если честно всё равно, как он ко мне относится. Меня волнует только один вопрос. Что делать с его голодовкой?» «Если ты действительно его любишь, то просто дай ему деньги и отпусти. Кто знает, может тогда он простит тебя. Твоё упрямство тебе не поможет». Лицо Ван Ибо почернело. «Выйди». «Видишь, я говорю правду, которую ты не хочешь слышать. Ты пытаешься обезопасить его, пристегнув к себе наручниками. Если ты хочешь, чтобы он был счастлив, просто отпусти его! Я знаю, что это непросто для вас обоих, я согласен… Хэй, эй! Опусти руку, я сам уйду, провожать не надо!» Через какое-то время в кабинет Ван Ибо постучали. «Открыто». «Молодой господин Сяо просил передать…» «Что он сказал?» «Он попросил передать Вам, что Вы…тиран, мудак и насильник…» «Отлично! Просто замечательно!» Ван Ибо был настолько зол, что от него буквально исходил холод. Он поднялся наверх по лестнице. Зашёл в комнату Сяо Чжаня. Он взял миску с кашей, отпил немного, поднял голову Сяо Чжаня за подбородок и перелил кашу ему в рот. «Кх-кх, что ты творишь?!» «Кормлю тебя». «Я не нуждаюсь ни в чьих услугах. Я не буду есть». «Отлично, если сам не будешь, я буду тебя кормить. Вот так же. При всех». Ван Ибо снова взял миску в руки. Сяо Чжань понимал, что тот абсолютно серьёзен в своих словах. «Ты же вроде хотел уйти? Иди! А я соберу всех в большом зале и покажу им кое-что». «Ты, ты!» «Будешь есть сам или мне тебя покормить?» Сяо Чжань вырвал тарелку из рук Ван Ибо и опустошил её. «Что-то ещё?» «Ага». Ван Ибо был на грани. «Прими вечером душ и жди меня».