Зажги свою звезду

К концу недели Гермиона понемногу успокоилась и осознала, что не просто перегнула палку, но и не имела для этого никаких оснований. Чувство вины начало заползать в душу где-то дню к пятому, а к седьмому порядочно разрослось. В результате Грейнджер, которая обычно к Гарри за завтраком перед его отправлением в Аврорат никогда не присоединилась, смущенно опустилась на стул возле Поттера, когда тот заканчивал свой кофе. Прочистив горло и старательно отводя взгляд, Гермиона вздохнула. – Гарри, послушай, – Поттер поднял глаза при звуках голоса подруги, однако, отметив явное смущение на лице замявшейся в поисках нужных слов Гермионы, помощи не оказал. – Признаю, я немного переборщила с Малфоем. – Бровь Гарри при последних словах слегка поползла вверх. – Хорошо, я больше, чем «немного» переборщила. Передай Малфою, что я официально приношу ему извинения, и он может на Гриммо 12 так демонстративно не отсутствовать. – Гермиона, напомни, что ты там мне сказала однажды, когда я не разговаривал с Роном на четвёртом курсе и тебе приходилось передавать нам информацию? «Я не почтовая сова»? – Поттер демонстративно, медленным жестом задумчиво почесал подбородок и отставил чашку в сторону. – Справедливости ради, Гарри, – Гермиона прищурилась, не скрывая раздражения. – Я тебе это сказала после того, как вы попросили меня передавать ваши месседжи туда и обратно далеко не в первый раз. И то, только когда Рональд заставил меня повторять ту абсолютно смехотворную цепочку людей, по которой он получил информацию. Тут же тебя просят передать элементарные извинения. – Ты с Малфоем знакома, Гермиона, – Гарри решительно поднялся с места и направился к камину. – Разбирайтесь сами. После чего, не дожидаясь ответа подруги, он покинул Гриммо 12 в ярком пламени перемещения. Проводив друга детства взглядом, Грейнджер вздохнула: – В этом-то и проблема, Гарри. Мы с ним слишком хорошо знакомы. Конечно, Гермиона прекрасно осознавала, что Поттер её услышать уже не мог. С отсутствующим видом налив себе кофе в волшебным образом появившуюся прямо перед ней чашку – стараниями Винки, конечно же - она отпила первый глоток. В следующее мгновение перед ней появились йогурт и вазочка с фруктами, и Грейнджер улыбнулась пустому воздуху. – Спасибо, Винки. Впрочем, слишком долго обдумывать разговор с Гарри и переживать по этому поводу ей не удалось. Когда Гермиона уже практически заканчивала свой завтрак, в окно постучали, и красивый филин с достоинством протянул ей лапку с посланием. Усмехнувшись, Грейнджер аккуратно отвязала письмо от когтистой лапы, угостила птицу остатками бекона с тарелки Гарри и развернула послание. Не дожидаясь её ответа, филин стащил ещё один кусок бекона с тарелки и, хлопнув крыльями, исчез в выси небес. Послание оказалось от Малфоя, который в довольно пафосных выражениях приносил свои извинения, что вопреки собственным намерением напугал её в то утро, и уверял, что ни по отношению к ней самой, ни к Александру зла не держит и плохих намерений не имеет. Вежливые, пустые слова и составленное по всем явно писанным правилам великосветское извинение. Перечитав письмо, тон которого её слегка насторожил, ещё раз, Грейнджер закатила глаза: Малфой вроде и извинялся, но вот само послание, если отбросить изобилие напыщенных фраз, в общей сложности звучало довольно насмешливо. Что ж, если уж быть абсолютно откровенной с самой собой, Гермиона бы намного больше удивилась, если бы каждое слово из-под пера Драко было искренним. Впрочем, оливковую ветвь Малфоя Грейнджер все-таки решила воспринимать, как именно таковую: предложение мира. Гарри Поттер возник из пламени камина в их с Малфоем кабинете с ухмылкой на губах и хитрым блеском в зелёных глазах. Малфой, уже перебиравший какие-то свитки и работавший над отчётами, которые Поттер терпеть не мог и поэтому изначально ими занималась Грейнджер, а теперь эта функция как-то органично перешла к новому напарнику, приподнял бровь. – Ладно, я спрошу, – Драко отложил в сторону пергамент и скрестил руки на груди. – Хочешь рассказать, что является причиной твоего такого приподнятого настроения этим ни чем не примечательным утром? Или, это на самом деле «кто»? – «Кто»? – Поттер самодовольно плюхнулся на стул напротив напарника. – И на кого ты так проницательно и прозрачно намекаешь, позволь спросить? – Ни на кого конкретно, – Малфой пожал плечами. – Мы с тобой, конечно, напарники, но не настолько близки, чтобы я знал по имени, «кто» поднимает твое настроение в нерабочее время. – Очень смешно, – Гарри закатил глаза. – Но вот как раз этого «кто» ты прекрасно знаешь. Гермиона тебе передает, что всё-таки немножко вспылила на тебя, как Снейп когда-то... - Поттер пожал плечами. - Ну, на меня. То есть, без причины. – Поверь мне, – Малфой хмыкнул и прищурился. – Причина была. И даже далеко не одна, – Драко на мгновение умолк, а потом под удивлённым взглядом Поттера продолжил. – Я имел в виду, Поттер, что у Снейпа было много причин на тебя взрываться. – Ну, если мы уже делимся такими откровениями, – глаза Гарри сузились. – Гермиона к тебе относится так, как относится, тоже не без существенной почвы и довольно серьезных, многолетних провокаций с твоей стороны. Пусть это теперь и в прошлом, но факт остается фактом. Заслужил. – Ладно, – Малфой вздохнул, не желая признавать очевидное, но выведать информацию было важнее победы в словесной битве. – Снейп огрызался на тебя не совсем по твоей вине. Но вернёмся к теме нашего разговора. Так что ты сказал Грейнджер? – Сказал, чтобы разбиралась с тобой сама. Я остаюсь в стороне, – Гарри уже было откинулся на спинку стула, словно закончил всё, что хотел сказать, но под насмешливым взглядом Драко добавил. – Пока ты не дашь мне причины вмешиваться. Потому что не строй иллюзий, я вмешаюсь. – Как раз в этом я не сомневался ни на минуту. К слову, она уже получила моё письмо? – Ты написал ей? – Поттер вновь всем телом нагнулся вперёд, явно показывая, что и его отстранённость, и законченность разговора больше не актуальны. – И что заставило тебя написать ей ровно через неделю? – Моя наблюдательность, – Малфой фыркнул. – Обычно Грейнджер занимает где-то неделю, чтобы остыть. Во всяком случае, когда Уизли в очередной раз делал что-то идиотское, она дулась на него приблизительно неделю. Ну, не включая его интрижки с Браун, конечно. Впрочем, очень сильно подозреваю, что если бы у твоего друга, получившего в наследство только остатки мозговых клеток, которые каким-то образом позабыли использовать его более успешные старшие братья, хватило бы ума хоть что-то предпринять, вполне возможно, что она бы успокаивалась и раньше. – И что именно ты имеешь в виду? – Поттер уже с явным любопытством приподнял бровь. – Да ничего сверхъестественного, – Малфой только пренебрежительно пожал плечами. – Там, букет цветов или коробку конфет. Какую-нибудь сентиментально-глупую открытку с жалкой мордашкой, которая приносит запрограммированные извинения. Да какую-нибудь по сути глупость, но тем не менее, так много значащий для любой девчонки токен. – Что-то я не припомню, - Гарри хмыкнул. - Чтобы Гриммо 12 последнюю неделю забрасывали «токенами», цветами и конфетами... – Так у меня с ней не тот случай, – Малфой вдруг резко замолчал, но Гарри слишком отчётливо всеми фибрами своей души чувствовал, что Драко заставил себя остановиться. Прежде, чем сказать что-то лишнее. Вот только, что? На ум приходило слово: «Пока». Пока что, не такие отношения. Впрочем, Гарри решил намёк «понять» и разговор прекратил. Он и так узнал слишком много полезного на будущее, а также получил пару-тройку фактов для размышления. Например, с какой стати Малфою так точно знать, именно сколько дней Гермиона обычно дулась на Рональда Уизли? Гермиона переместилась с Гриммо 12 напрямую в кабинет Поттера. Гарри давно уже сказал, что именно для неё оставляет вход открытым в любое время, и Грейнджер решила воспользоваться приглашением. При её появлении, оба аврора подняли головы и устремили взгляды на появившуюся из зелёного пламени девушку. Вопросительно-насмешливый Поттера и подозрительный Малфоя. – Я пришла с миром и принесла с собой дары, – Гермиона подняла в воздух руки, демонстрируя внушительных размеров корзинку, из которой до ноздрей голодных мужчин уже начинал доноситься головокружительный аромат. – Винки приготовила ланч и я вызвалась его доставить. – Как предусмотрительно и предупредительно с твоей стороны, – Гарри кивнул и направился к подруге, поспешно забирая корзину с провиантом из её рук, и поставил их ланч в центре рабочего стола. От внимания Гермионы не скрылось, что за несколько мгновений до этого Малфой, с которым Поттер обменялся быстрым взглядом, очистил его магией. Сама Грейнджер не отводила вопросительного взгляда от Драко, и он наконец избрал отметить её присутствие. – Действительно, какой широкий жест с твоей стороны. Просто решила заглянуть к нам и исполнить обязанности домашнего эльфа? – Отнюдь, – Грейнджер прищурилась. А Малфой её жизнь делать легкой явно не собирался. – У меня в любом случае была назначена встреча с Ноттом в Отделе Тайн, и я решила по дороге заглянуть к вам. И да, Малфой, с жестом доброй воли. – А ланч для Теодора у тебя тоже с собой? – Малфой изогнул бровь и многозначительно кивнул в сторону бисерной сумочки, которая висела на руке Грейнджер. Поттер явно успел поделиться со своим напарником многими деталями в отношении неё. – Нет, Малфой. Если тебе так важно знать, Нотту я ланч с собой не прихватила, - Гермиона прищурилась. – Ну, теперь мы с Поттером чувствуем себя особенными, – Малфой хмыкнул, но за его насмешкой Гермиона отчётливо почувствовала что-то, запрятанное намного глубже. Впрочем, она не успела об этом задуматься, потому что в разговор вмешался Гарри. – Малфой, а может, ты не будешь лезть на рожон и нарываться на грубости? Просто успокоишься, пока у нас тут «перемирие», и соизволишь присоединиться к ланчу? И, Гермиона, – теперь Поттер обернулся к подруге. – Ты, кажется, сюда пришла с «предложением мира» и даже прихватила с собой дары? Ну, так и не начинай следующую войну. Грейнджер вспыхнула, но быстро взяла себя в руки, кивнув. Малфой изобразил самый галантный поклон, на который был способен, мысленно дав себе очередной подзатыльник: ему что, двенадцать? Язык за зубами держать не может? Конечно, причина новой волны раздражения была в другом, и Драко это прекрасно осознавал. Но вот признаться в этом Грейнджер и Поттеру был совершенно не готов. Гермиона действительно присоединилась к ним за трапезой, вскользь они обсудили насущные дела, о которых не говорили уже практически неделю, а потом, отложив приборы в сторону, Грейнджер обратилась к Гарри. – К слову, Гарри, ты не будешь против, если я приглашу на ужин Невилла Лонгботтома и Джастина Финч-Флетчли? Мы столкнулись с ними в кафе у министерства несколько дней назад, и они обсуждали какой-то бизнес, спросили мое мнение. Я поняла, что там нужно все ещё уточнить с каким-то «молчаливым компаньоном», но из того, что они рассказали мне, могу однозначно заключить: очень дельное предложение. – Они уже успели использовать тебя, как консультанта? – Малфой, который ни на минуту не сомневался, кто был этим «молчаливым напарником», с лёгким изумлением приподнял бровь. А Финч-Флетчли был проворным. – Не вижу в этом ничего странного, – Грейнджер явно не понимала, что так позабавило Малфоя. – Мои друзья часто спрашивают совет, ничего особенного в этом нет. Как и в том, что я готова им помочь, чем могу. – Я не против, можешь отсылать приглашения, – перебил вновь начинавший назревать конфликт Поттер. – Ведь это надлежащий способ организовывать деловые и не очень ужины. А если ты ещё не в курсе, то Джастин теперь придерживается «обычаев». – Хорошо, – похоже, сарказм в голосе Поттера на Гермионе был полностью утерян. – Винки в любом случае уже запаслась для меня кучей этих приглашений. Оказывается, мне только нужно написать одно, а Винки их размножит до необходимого количества. Вскоре Гермиона проверила часы, попрощалась и отправилась на встречу с Ноттом, а Гарри обернулся к своему напарнику. – И к слову, в ответ на твоё довольно прозорливое наблюдение немного раньше. Ты совершенно прав, Малфой, все её друзья не стесняются использовать её интеллект. Впрочем, Гермиона никогда не видит в этом ничего плохого и действительно рада помочь. Но в случае Лонгботтома и Финч-Флетчли мне на самом деле известно, что они были бы далеко не против прибрать её к рукам не только, как консультанта, или, чтобы проговаривать идеи и получать её мнение. Они вообще-то собирались предложить Гермионе позицию в своей компании. – Не удивлён, – холодно кивнул Малфой, и Поттер поймал себя на мысли, что абсолютно не уверен, говорит ли тот сейчас о позиции для Грейнджер в бизнесе Джастина и Невилла, её бесплатных советах, обычно облегчающих жизнь всех вокруг, или всем вместе.