Одиссея Вильгельмины Антуанетты или недельный круиз по Средиземному Морю

      Утро того же третьего августа, Франция, Тулон.       Луиза Изабелла-Мария неспешно шла по пристани, свежий морской бриз привычно задирал её едва доходящую до колен юбку. За руку свою прекрасную возлюбленную держал, одетый в тёмно-синий фрак, молодой мужчина. Его звали Жак Мишель и после многих неудач с попытками начать собственное дело, он решил что вполне сможет пожить на относительно широкую ногу, за счёт денег с аренды, доставшегося ему от родителей, жилья. Наверное основное внимания в жизни Жак уделял амурным делам, как правило, с ярко выраженным материальным подтекстом, так что, к своим двадцати шести годам Жак уже был женат на двух дочерях весьма влиятельных, и далеко не бедных, Тулонских буржуа. Однако, этот незначительный факт не помог ему сдержать тех пылких чувств, что охватили молодого человека, когда он впервые встретил по настоящему прекрасную и обворожительную женщину.       Луиза не только была хороша собой, но и, будучи уроженкой аристократической семьи, обладала невероятно женственными манерами. При этом она была весьма кроткой и стеснительной, когда дело касалось общения с мужчинами. А её тонкое, с виду хрупкое телосложение, длинные золотистые волосы, тёмно-синие глаза, и мягкая, слегка бледная по меркам южной франции, кожа придавали её красоте оттенок беззащитной девичий невинности.       При первой встрече Жак совершенно не мог и подумать, что это прекрасная женщина всё ещё не замужем и находится на содержании французской республики. Столь невинная, кажущаяся наивной, и стеснительная особа запала в его сердце настолько, что он был готов сделать для неё всё, что она только захочет. Это был абсолютно чистый порыв, и насколько большим было его удивление, когда он узнал, что Изабелле-Марии ничего от него не нужно — ей уже было достаточно той искренней любви, что она видела в его глазах, и, похоже, сама была готова ответить на них взаимностью.

***

      У стенки причала стоял «Плавучий Замок», целя своими подобными величественным крепостным башням дымовыми трубами. Этот уже далеко не новый корабль тем не менее продолжал приковывать взгляды обывателей своим крайне необычным внешним видом. Находясь в море, он напоминал скользящую по водной глади средневековую крепость, венчанную многочисленными сторожевыми и крепостными башнями.       — Выглядит просто великолепно, — промолвил Жак, проводя взглядом по хорошо освещённому утренним солнцем борту «Плавучего Замка».       — Ты вправду так думаешь? — негромким тоном своего удивительно мелодичного голоса спросила Луиза.       — Да, — Мишель мягко кивнул.       Луиза усмехнулась.       — Старый, неуклюжий и раскачивающийся в свежую погоду, словно пьяный, но да, со стороны он и вправду смотрится красиво, — промолвила она с лёгкой иронией в голосе.       — Красивый замок для прекрасной хозяйки, — проговорил Жак.       Его возлюбленная снова усмехнулась.       — И всё же порой я перестаю понимать, когда ты льстишь, а когда говоришь серьёзно, — заметила она.       — Прошу мне это простить, — слегка улыбнувшись, сказал Мишель.       — Не хочешь подняться на борт?       От такого предложения Жак даже немного опешил.       — Да не бойся, — посмеиваясь, проговорила Луиза. — С собой в Африку я тебя не увезу, — пообещала она.       — Тогда я не могу отказать, мадемуазель, — промолвил Мишель, сопроводив свои слова кивком.

***

      Меньше минуты спустя они уже стояли на баке корабля.       Взору двоих возлюбленных открывалась Тулонская гавань, не очень широкий, но глубокий залив, прикрытый со стороны Средиземного моря длинной косой, на которой возвышалось несколько высоких холмов.       На рейде стояли два огромных и величественных корабля, по своим габаритам явно превосходивших любой из «плавучих замков». Жак впервые видел эти корабли на ровной воде со столь удобного ракурса при ярком свете солнца, и его по-настоящему впечатлило это зрелище.       — Это Курбэ и Жан Бар, — рассказала Луиза. — Недавно к ним присоединился Пари, — добавила она.       — Они подобны могучим левиафанам, — стараясь изобразить поэтичность, проговорил Мишель.       — Французские бульдоги для загона немецкой гончей.       Жак вдруг немного погрустнел.       — Ты ведь можешь встретить в море эту «гончую», — опасливым тоном промолвил мужчина.       Луиза повернулась и посмотрело в лицо Мишеля, на её лице появилась улыбка.       — Я была бы рада её встретить, — промолвила женщина.       На лице Жака возникло удивление.       — Я хочу проверить, чему научились мои девочки, — пояснила Изабелла-Мария. Увидев беспокойство на лице Мишеля, она сочла необходимым добавить: — Но, думаю, шанс мне всё же не представится. Скорее всего, бульдоги найдут её первыми. А «Плавучие Замки» просто составят приятную и красивую компанию транспортным судам. Мы заберём наших милых «туристок» из Алжира и вернём их домой во Францию.       Конечно, Мишель знал, что во всём Средиземном море «пиратствуют» всего два корабля, но всё же ему становилось не по себе от мысли, что его возлюбленная может стать жертвой их нападения. Жак мало чего понимал в морских делах, но простая логика и некоторые пространные рассказы Луизы наводили его на мысль, что в случае такого нападения старенькие «Плавучие Замки» обязаны будут закрывать собой следующие во Францию суда с содержанками.