unexpected

Июльское солнце стоит ровно над Тейватом, опаляя всех и вся своими лучами. Величайший адепт позволяет себе расслабиться и полежать под раскидистым дубом, прячась от жары, но наслаждаясь теплом. Недалеко от того дуба бродит путешественник, все дальше отходя и всматриваясь в траву. Взгляд Итэра устремлён вглубь леса, раздумия на его лице сменяются твёрдой решительностью, и он делает первый шаг в сторону намеченной цели. — Куда ты? — Сяо лениво приоткрывает один глаз и зевает, потягиваясь, ментально чувствуя, как парень уходит. — За травой-светяшкой, мне не хватает пару штук. Адепта изнутри грызёт непонятное чувство, не сулящее ничего хорошего. Как сигнальный звоночек, обычно внезапный и пугающий, он нёс в себе исключительно недобрые вести. — У меня плохое предчувствие, может не пойдёшь? Итэр лучезарно улыбается, пытаясь внушить уверенность в Сяо. Даже так ощущение не отходит на второй план, но если он решился на что-то, то остановить уже будет невозможно. Адепт всем видом пытается показать, что ему эта идея не по нраву, вздергивая нос и скрещивая руки на груди. — Ну, — конечно Итэр купился на этот дешевый трюк, в целом, как и всегда, — Как приду, приготовим миндальный тофу, хорошо? Сяо тяжело вздыхает и медленно качает головой, поджимая дрогнувшие губы. Когда белобрысая макушка скрывается за деревьями, Якса неотрывно с минуту глядит туда, где только что был Итэр, затем устраивается поудобнее и прикрывает глаза, обещая себе проснуться, как только юноша вернётся. Сяо разлепляет сначала один глаз, за ним второй и не может понять, что его разбудило, ровно до того момента, как ещё одна капля не падает на его лицо, скатываясь в траву по щеке. Сколько он спал, что собрались тучи? Однако есть более волнующий и неестественно пугающий вопрос: где Итэр? Адепт подрывается с места, окончательно стряхивая с себя остатки сна и сразу же срывается в чащу, куда, если ему не изменяет память, ушёл парень. Пятнадцать минут поисков и возгласов с его именем не увенчались успехом, и у Сяо от переживаний закололо в ладонях: он просил его никуда не идти. Надежда, что он просто так же, как и Якса, задремал, держа в руке букет из собранных цветов, все ещё теплится внутри. Когда на просторной поляне адепт находит перевязанный лентой букет светяшек, сердце проваливается в пятки, гулко отдаваясь по всему организму. Он сжимает кулаки и идёт туда, где предположительно может быть Итэр. «С ним все в порядке, не волнуйся» Сяо успокаивается, но не надолго: до его уха доносится хриплый и сдавленный стон. Якса застывает на месте, повторяя про себя многочисленное «нет» и до побеления костяшек боится повернуться. «Это не он» Он с большими усилиями делает шаги в сторону угасающего звука, теряя все остатки здравомыслия. Прерывистое дыхание чуть ли не исчезает, покуда он слышит бульканье, что значит только одно: кровь. Якса идёт в сторону звука, не смотря под ноги, исцарапанные терновником, двигаемый лишь одной мыслью. «Это не Итэр» Сяо заглядывает за каждое дерево, оделеваемый противоречивыми чувствами: найти пострадавшего, не смотреть на него. В случае, если им действительно окажется Итэр, адепт не имеет ни малейшего понятия, как соберет себя воедино. Конечно, Сяо всегда знал, что удача его не преследует, но в этот раз он действительно надеялся. В воздухе витает запах крови, а на одной из сосен следы ладоней. Он, переживший многое, повидав немало чужих смертей, трясётся, стоя перед этой самой сосной и заставляя себя заглянуть за неё. Однако то были чужие смерти, а здесь… о смерти он даже думать не хочет. Чем больше времени он так стоит, тем хуже становится человеку, захлёбывающемуся собственной кровью, а Сяо заботится лишь о себе, вторя, что это не… Итэр. На траве, покрытой алыми каплями, стекающих на землю, впитывающую каждую минуту утекающей из молодого тела жизни. Прикрытые в умиротворении глаза и стрела, явно принадлежащая одному из фатуи, торчащая из его живота. Не так сильно заботит вопрос о том, что здесь забыл один из предвестников снежной, сколько мешкания адепта: решись он чуть раньше — его можно было бы спасти. Сяо падает на землю и хватается за голову, заходясь в рыданиях. Он дрожащей рукой касается ледяной ладони Итэра и отшатывается. — Нет, — он бережно поднимает его на руки. — Барбара тебе поможет, потерпи немного. — Сяо… — иссушенные губы, покрытые алыми пятинами, трескаются, расходясь в болезненной улыбке. — Прости, я не смогу приготовить тебе тофу… Он поднимает руку и касается щеки адепта, в который раз удивляясь гладкости его кожи, и оставляя кровавые полосы. Яксу покидают силы, и он снова падает, прижимая к себе все ещё дышащее тело. Этого не должно было случиться, они ещё многое не сделали вместе, адепт должен был ему показать кучу прекрасных мест и ещё раз услышать, как он зовёт его… — …Сяо… Якса резко поднимается, чуть не снося с ног говорящего. — Что с тобой? Кошмар? Итэр смотрит обеспокоено, вглядываясь в сузившиеся зрачки охотника, и то, как он дышит, будто пробежал марафон. Якса не верит своим глазам понимая, что парень живой и невредимый стоит перед ним, а они все на той же поляне, с тем же дубом. — Собираюсь пойти в лес за травой-светяшкой, хотел предупре… — Я иду с тобой! Возможно это вышло чуть громче, чем ожидалось, однако один из очередных преследуемых охотника кошмаров отступил, и это не может не радовать, поэтому Сяо берет смущающегося Итэра за тёплую руку и точно знает, что теперь ни за что его не потеряет.