Недельник

- Я победила, Ирацибета, - Белая Королева нетерпеливо притопнула каблучком. - Не тяни, отдавай корону! - Красная попыталась судорожно вцепиться в милый сердцу аксессуар, но не успела - он уже заскользил по воздуху по направлению к несносной младшей сестрице, даже привставшей на цыпочки, чтобы удобнее было его ловить. - Тише-тише, - успокаивающе промурчал выполняющий роль невидимого почтового голубя Чешир, недовольно изогнув полосатый хвост. - Ваше Величество, ты меня сейчас собьёшь, - только после этой, в сущности, здравой ремарки, Белая Королева изволила поумерить свой пыл и дождаться, пока регалия будет церемонно возложена на её прекрасную точёную головку. Головка эта, к слову, не замедлила начать расти. Алиса беспомощно огляделась по сторонам, совершенно не понимая, что происходит. Попутно она заметила, как сдувается - быстрее, чем иной воздушный шар, - огромная, уродливая голова Ирацибеты, возвращаясь во вполне себе человеческое состояние. Чем более отчаянно и растерянно поворачивала Кингсли взгляд, тем откровеннее сливались для неё в одно две монаршьи особы, так что вскоре одну от другой можно было отличить разве что по цветам. - Да-да, - протянул Чешир, повисая в воздухе ровнёхонько над Алисиным плечом и явственно наслаждаясь её смущением. - У кого корона, тот головастее и, как следствие, более склонен к головотяпству. И представь, - вздохнул он почти мечтательно, - такое у нас каждый Бравный день. Если, конечно, Валет не вспоминает, что он тоже что-то там где-то там королевских кровей.