Банда вернулась.

Они бы не останавливались так долго на нижних уровнях, если бы Томас не услышал знакомый болезненный крик, доносившийся из одной комнат с аттракционами. Это был тот самый крик, как он выразился, прежде чем броситься к источнику, "который Шон издаёт, когда Грант даёт ему подзатыльник после того, как он попросил кого-то сразиться с ним". Точность была просто шокирующей. Так же как и тот факт, что это было именно то, что произошло за несколько секунд до того, как они ворвались в комнату Виппера Уилл-О, и грубый механик заключил бухгалтера и производителя игрушек в сокрушительные объятия, прежде чем они смогли начать спорить. (Они не могли вытащить Бертрума, как бы сильно они ни тянули. Лейси винила в этом не только не совсем подходящую фигуру Гранта, которая всё ещё была достойной для человека столь преклонных лет, но и слабые бицепсы Шона. Он обиделся и начал возмущаться, крича на эту аппалачскую женщину-гору, чтобы она поборолась с ним, и Грант ударил его, чтобы успокоить. Драматический производитель игрушек отреагировал соответствующим образом.) Ирландец в одну секунду забыл всё, что его так разозлило, как только понял, чьи руки пытались сломать ему позвоночник: - ТОММИ!! - крикнул он, обнимая другого в ответ. Грант тоже обрадовался бы их воссоединению, но был занят. А именно, он уставился на Уолли и спросил, указывая на кость во рту: - Это человеческая кость?! Уборщик пожал плечами и продолжил жевать. - Здравствуйте, миссис Бентон, - наконец Томас сказал другому механику, как только его хилые-друзья-которые-должны-держаться-вместе устали до изнеможения. - Привет, Коннор. Бертрум кашлянул, всё ещё лежа вверх ногами, и два беглых каменных голема сосредоточились на нем. - Хочешь помочь мне вытащить его? - Да, конечно. Секундочку, я должен это положить. Эллисон мягко потянула Сьюзи за локоть. Та раскраснелась сильнее, чем омар, указывая на огромные руки Лейси. - Это нормально - хотеть, чтобы они втюрились в тебя? - спросила она как можно тише. Сьюзи успокаивающе взяла её за руку: -Да. Да, это нормально, дорогая. Громкий стук, и лицо Бертрама Пидмонта ударилось об пол.