Антон здесь больше не живет

Молодой парень стоял на краю крыши, с широко расставленными по разные стороны, руками. Но обнимать было некого. Холодный ветер трепал его светлые волосы, и заставлял морщить по–детски нос. Антон медлит, словно не желая, ступать в неизвестность, Словно готовя себя проверкой на прочность. В глазах щиплет очередная слеза, Очерчивая его лицо на две ровные части. Переплет судьбы занес его туда, откуда выхода нет давно! Он помнит, он любит все того же человека, И до боли сжимая руки в кулаки, набирает в сотый раз номер его. — Пожалуйста! Пожалуйста, не отвечай, Арс. Потому что я не смогу снова говорить тебе. Говорить о том что наболело, о том какие у тебя удивительные голубые глаза, в которых я свою душу вместе с гордостью утопил… Знаешь, а ведь правду люди мне говорили, а я дурак не слушал их. Ты меня погубил, Любви сердце в груди, лишил. И все наши бабочки, парящие там, меж ребер, Сдохли в тот же миг, Когда я осознал, что был для тебя лишь игрушкой, в умелых руках садиста… Наверное мне так и надо, честно. Судьба не прощает тех, Кто не вписывается в рамки «нормального» общества. Я был так слеп, наивен и глуп, когда впервые за долгие годы молчания, признался себе: в том, что голубой! И не ища никаких сейчас оправданий, просто молюсь, чтобы ты не брал в руки телефон! *** Гаснет дисплей, в наушниках доигрывает песня: «Молчи» группы кис–кис, и Антон судорожно повторяет, давно выученные наизусть строки, определяющие его дальнейшую судьбу. — Если станет тише (молчи) Значит все в порядке (молчи) Завтра будет легче (молчи) Навряд ли… — плейлист продолжит играть свои грустные треки, гоняя их по сотому кругу туда–сюда. Только вот беда, обладатель смартфона, не услышит их больше никогда! Город–предатель, забрал юное тело мальчика в свою черную дыру. *** Антон здесь больше не живет. Его тело лежит в сырой, от недавнего дождя, земле. Его останки доедают черви трупные, а глаза, цветом скошенной травы, Навеки закрыты. Ему бы время отмотать назад, И не влюбляться в синие глаза, напротив. Ему бы научится заново дышать, но остается лишь одно — молчать! А̶н̶т̶о̶ну̶ б̶о̶л̶ь̶ш̶е̶ н̶е̶ б̶о̶л̶ь̶н̶о̶. А̶н̶т̶о̶н. З̶д̶е̶с̶ь̶. Б̶о̶л̶ь̶ш̶е̶. Н̶е̶. Ж̶и̶ве̶т̶.