Дождь

      Мой сладкий сон прервал непонятный шум. Я медленно и сонно открыл глаза. Передо мной была комната. Рабочий стол, гитара около него, шкаф и дверь. В этот момент засияла молния и я увидел тени улицы. Раму окна, множество веток и листьев, а также фонарные столбы.       Спустя минуту, я понял, что меня разбудило. За окном лил сильный дождь. Капли, возможно град, громко приземлялись на крышу и стекали вниз с высоким уровнем шума. Я пытался заснуть, но всё тщетно. В итоге я решился закрыть окно.       Аккуратно я убрал руку спящего позади меня Ромы с моего бока. Он пошевелился, но не проснулся, а лишь принял другое положение. Окно находилось за парнем, поэтому мне ничего не оставалось, кроме как перелезть через Рому. Пытаясь как можно тише, я принял сидячее положение. Это дало мне ясный взор на «минное поле». Чёрт, Рома чуть ли не в притык к стене спит. Для того, чтобы я пролез туда, места нет. Найдя выход, я обдумал его несколько раз. Просто залезть на Рому, но не касаться его, а поставить колено между его тушкой и стеной. Так я смогу дотянуться до окна! Решено.       Убрав одеяло, я встал на четвереньки и попытался залезть на Рому. У меня это получилось. Если я опущусь ниже, то задницей достану до его паха, что мне не нужно. Я принял сидячее положение и уже тихо праздновал свою победу, как раздался Ромин голос.       — Малыш хочет поиграть?       О, мать твою, я чуть не кончил! В прямом и переносном смыслах. Голос Ромы был сонный, поэтому низкий, с грубым басом. Такой голос часто вызывает эрекцию у меня, впрочем, как и сейчас.       — Н-нет! Я просто хотел окно закрыть! — Еле выговорил я. Голос дрожал, а лицо было красное. Рома усмехнулся. Его рука убрала одеяло только с тела. Дальше мешали мои ноги.       — Да неужели? — Я быстро увёл взгляд и закрыл рот рукой. Свет молнии озарил комнату и я увидел всё. Обнажённое мускулистое тело парня, с неприкрытым торсом и таким горячим прессом. Ах, ещё мои трусы, которые успели промокнуть. — Ты весь течёшь, — парень пошло облизал губы, — прям как похотливая сучка.       Я, мать твою, просто хотел закрыть окно, а сейчас я просто блять лежу на кровати в предвкушении горячего секса. Рома был сверху. Он нависал надо мной, будто издеваясь. Его холодные руки бродили по моему телу. Из-за низкой температуры я часто вздрагивал и покрывался мурашками. Стояк был настолько велик, что трусы уже причиняли боль. Пятифан же издевался. Он знал, что мне уже больно, что от его рук я уже промок как пятиклассница от вида любимого актёра. Его губы то приближались, то отстранялись от моих. В итоге меня мучили, не давая уйти.       — Ром-ма-а… Не дра-а-азни меня… — Пытался выговорить я. Парень лишь посмотрел на меня и похотливо ухмыльнулся. Он начал осматривать меня. М-да, зрелище такое себе. Весь горячий, мокрый и возбуждённый… я. Рома подумал минуту и, приблизившись к уху, произнёс.       — Скажи это… — чёрт! Я сейчас реально сдохну. Пятифан хорошо знает, что мне, чёрт возьми, больно, но всё равно, сука, издевается! Я был готов сказать это, но была проблема. Дыхание было прерывистым и я тупо не мог ничего! — Давай, детка, скажи мне это… — но вместо слов я выдавил из себя лишь тихий и умирающий стон. Когда Рома «случайно» коснулся моего стояка через напрочь промокшую ткань, я просто не выдержал. Резко завалив Рому, я сел на него, поменяв нас местами. Парень был, мягко говоря, в шоке, но мой вид резко вернул его в сознание. Я взял его руки и с простыни переместил на мою задницу, а свои положил на плечи парня.       Приблизившись к уху Пятифана, я сказал самым грязным и пошлым голосом…       — Мгх, fuck me daddy*… — Роме очень нравилась эта фраза. Почему? Хах, в мою задницу моментально начал упираться железный стояк Романа. Его руки крепко сжали ягодицы, да так, что я уткнулся носом в его плечо от боли.       — Молодец, малыш…       — Папочка доволен? — я начал изображать похотливую сучку-раба, которая выполняет приказы. Игры такого рода заводят нас обоих.       — Вполне…       После одобрения Рома наконец-то впился в мои губы. Буквально от одного поцелуя я был готов кончить, но терпение и желание продолжить не давали мне это сделать. Горячий язык парня проник в ротовую полость. Почувствовав себя хозяином, Рома нагло обследовал меня. Руками он шастал по моему телу. В конце-концов он всё же снял с меня трусы. От удовольствия я простонал прямо в губы. Из глаз потекли слёзы. Поцелуй был прерван. Лишь тонкая ниточка слюны от одного языка до другого соединяла нас. Голова парня опустилась ниже. Языком он провёл по всей длине горячей плоти. В комнате эхом раздался стон. Рома начал работать ртом, а я свой закрывал рукой. Членом я чувствовал каждое движение парня. Как его язык вырисовывает узоры и проводит по каждой выпирающей вене. Моя спина была готова выгнуться в другую сторону, но я понимал, что это только начало.       Пару резких движений и я кончил. Белая жидкость была во рту Ромы и медленно стекала вниз. На член, спускаясь к пульсирующей дырочке. Сам того не понимая, я потянулся за порцией поцелуя. Часть собственной спермы была у меня во рту. Теперь слюна смешивалась с ней и стекала по подбородку, капая на тела или на простынь.       — Ты кончил, а я даже не начинал ничего… — я понял что к чему. Было понятно, что я быстро кончил, даже ничего не начав. Но это также значило, что пришла моя очередь.       Лишь ухмыльнувшись, я поменял местами нас и начал спускаться вниз. Сняв шорты, я заметил стояк. Снизу вверх я посмотрел на парня. Тяжёлое дыхание, остатки спермы на щеках и теле, огонёк в глазах и… добро на начало. Я решил завести его. Щеками я тёрся об стояк, не смея коснуться ртом. Затем, языком начал мочить ткань боксеров. Видимо, это сработало. Член набух и стал больше. Сняв трусы, я удивился. Раньше он не казался таким большим. И как я мог помещать ЭТО в себе? Я прислонил лицо к члену вплотную, стоя на коленях и вздымая задницу как можно выше. Видимо, этот вид понравился Роме, поэтому он отвёл на мгновение взгляд. Мой план работает!       Я сделал так же, как и Пятифан. Сначала провёл языком по всей длине члена. После взял в рот только головку, тщательно смачивая её, да так, что слюна стекала вниз. Затем постепенно начал принимать бо́льшую длину. Когда толчки уже не вызывали рвотный рефлекс, то я спокойно брал почти всю длину. Роме этого было мало, да и он был уже на пределе. Поэтому он схватил меня за волосы и начал быстро водить то вверх, то вниз. Под конец парень настолько глубоко засунул его, что из глаз потекли слёзы. Рука Ромы резко подняла меня за волосы. Парень кончил. Сперма была везде. У меня во рту, на лице, немного на волосах и на теле самого Ромы.       — Ты чертовски хорош… — с этими словами Рома потянулся за поцелуем. Во рту творилось что-то. Моя сперма перемешивались со спермой Ромы и слюной обоих. Бомбическое сочетание послужило нам смазкой.       Я лежал на спине в ожидании своего часа. Рома тщательно обволакивал пальцы в сперме.       — Готов?       — Да, папочка… — парень усмехнулся и засунул сразу два пальца. Я простонал. Это не было стоп-сигналом, поэтому Рома продолжил. Меня охватили странные ощущения. Было не очень приятно, но и не сильно больно. Я чувствовал дискомфорт, но вскоре он изменился на удовольствие. Я ощущал, как пальцы парня блуждают внутри меня, растягивая и ища заветное место одновременно. Спустя время, когда я уже с лёгкостью принимал два пальца, Рома вставил третий. Тут совсем другие ощущения. Я будто поглощал их всё глубже в себя. Одновременно нажимая на три любые точки, Рома доставлял мне неистовое удовольствие, но ту самую точку найти так и не удалось.       — Ничего, значит так найдём. — Рома схватил меня за бёдра и поднял вверх. Удобно устраиваясь, он опустил одну ногу, а вторую закинул на плечо. — Я вхожу. — с этими словами Рома вошёл в меня. Сначала только головка, так как я должен был привыкнуть. Да, Пятифан хоть и был грубым, но он не желал мне боли. Вздох и выдох со стоном. Я кивнул головой и Рома уже вошёл наполовину. Тут я конкретно без препятствий в виде руки чуть крикнул. Какого чёрта он такой большой?! Спустя немного времени второй кивок и резкий вход во всю длину.       Эти эмоции и ощущения просто что-то. От этого резкого вхождения мне было ужасно больно, но боль заглушало удовольствие. Рома, о боже, как неожиданно, сразу прицелился в ту самую точку, от которой моя спина прогнулась до ужаса, язык доставал до подбородка, а глаза чуть из глазниц не выпали. Как в манге мои зрачки чуть ли не приняли форму горящих во тьме сердечек. Громкий и самый грязный стон ударил в уши. В Ромe открылось второе дыхание от этого, хотя первое ещё даже не закрывалось. Его бёдра двигались настолько быстро, что я забывал как дышать. Он долбил без устали эту точку. Я успел снова кончить, но парень не собирался останавливаться.       Сейчас я уже сидел на Роме и, уткнувшись носом в его плечо, получал кайф. Руки парня сжимали мою задницу, одновременно задавая темп. Мои стоны прерывали поцелуем или же рукой.       — О-он ог… огро-ом-м-м… ный… — простонал я. Рома остановился на мгновение.       — Покажи где он. — я без слов посмотрел на Рому. Тяжёлая отдышка, пот литрами стекал с лица, похотливый взгляд и звериное желание. Я опустил взгляд вниз. Указательным пальцем я показал на маленький бугор, находившийся выше пупка, около рёбер.       — З-здесь… Он такой… большой… — я прервался. Вот чёрт! — Ах? Почему он стал ещё больш… — я недоговорил, потому что Рома вновь начал резко двигаться. Я возбудил его по новой и член набух прямо внутри меня.       Оглянуться я не успел, как уже лежал на животе с поднятой вверх задницей. Парень даже темпа не снизил, всё продолжая иметь меня по полной программе. Только теперь я закрывал рот подушкой, а Рома ставил засосы. Сначала шея начала покрываться багровыми пятнами, затем спина начала покрываться засосами и укусами. И так было до тех пор, пока Рома не кончил. Внутрь.       Ночь длилась долго. Мы, полностью обессиленные, лежали на кровати. Все мокрые и в сперме обоих. Я лежал на спине, а Рома рядом на боку. Его голова была на моей груди. Одной рукой я вытирал пот с лица, а другой перебирал волосы Ромы. На улице была тишина, но вдруг опять пошёл дождь. Я усмехнулся, но уже не стал закрывать окно. Уснул так, да и сил на второй заход не осталось совсем.