Пьяная верность

Этот вечер был тяжёлым для души Лань Чжаня. Потому что он привык к порядку, приличию и тишине. Но в Пристани Лотоса этим даже не пахнет! Праздники в Юньмэне — это совершенный хаос, дико отличающийся от праздников в Гусу, которые проходят тихо и спокойно. Лань Чжань теперь понимал, почему Вэй Ину так не нравилось учиться в Облачных Глубинах: он вырос в шуме, слился с ним, так ещё и юношей с девушками, которым по тринадцать лет и старше здесь допущены к тому, чтобы попробовать вино и научиться его пить правильно. Какой ужас для адептов Гусу Лань! Причина поездки сюда у Вэй Ина была веская: Цзян Чэн написал письмо о том, что хочет его здесь увидеть и поговорить. Желательно без присутствия Второго Нефрита. Но желание главы клана не было исполнено: Лань Чжань приехал вместе с супругом, заявив, что не доверяет главе клана Цзян. Так что разговаривали эти двое фактически через него, потому что Второй Нефрит прятал Вэй Ина за свою спину при каждом намеке на опасность. Собственно говоря, и сам разговор сначала вышел грубым, полным споров и матов, от которых вяли уши. Лань Чжань уже хотел было сказать, что Цзян Чэн тратит время супругов впустую, и уйти, но тут Вэй Ин вынырнул из-за спины и приблизился к брату. Он встал прямо перед ним и выпалил всё, что у него было на душе. Всё то горе, всю радость за новую жизнь, все тяготы. Цзян Чэн, удивившись, даже на время замолчал, а потом высказал всё, что мучало его долгие, пустые годы, проведённые практически без семьи, которую заменяло время с единственным родственником — Цзинь Лином. Братья ещё минуты три тупо пялились друг на друга, осознавая, что страдали оба, а потом Вэй Ин обнял Цзян Чэна. Не сдержал слез, когда прикоснулся к волосам и стал их поглаживать, как старший брат. Цзян Чэн извинился. Конечно, Лань Чжань немного ревновал, но он знал, как Вэй Ин скучал по брату. Как любил его даже спустя столько времени и столько злости. Он не смел вставать между ними, он должен радоваться за супруга. Собственно говоря, это он и сделал: порадовался, когда Вэй Ин отошёл от младшего брата и улыбнулся ему, а затем повернул голову и улыбнулся Лань Чжаню, утирая слезы рукавом ханьфу. Ванцзи не сдержался и, подойдя, бережно вытер эти слезы сам. А потом обнял супруга, чтобы успокоить окончательно. И Вэй Ин правда успокоился, потому что аромат сандала всегда действовал на него, как успокаивающие травы в курильнице. Это прекрасное чувство — когда рядом есть такой особенный человек. А потом, спустя время, Цзян Чэн предложил остаться на праздник, который наступит спустя пару дней. И, конечно, Вэй Ин не смел отказаться от этого. От праздника с семьёй. Домашнего, семейного, важного для его сердца. Лань Чжань был вынужден остаться с ним, потому что Вэй Ин очень-очень хотел, чтобы Лань Чжань попробовал здешние блюда, потому что «ты уже засиделся в своих Облачных Глубинах и жизни иной не знаешь, Лань Чжань». Так он и оказался в шумной компании пару дней спустя, пытаясь не перепутать чай с вином, в то время, как Вэй Ин счастливо пил прямо с кувшинов на пару с Цзян Чэном. Эти двое были самыми шумными на празднике. Бедный Цзинь Лин, кажется, даже не знал, что дядя Цзян способен на такое веселье, ведь при нём он всегда был строгим и серьезным... Как же сильно его меняет Вэй Усянь, его старший брат! Когда начались танцы под веселую и энергичную музыку, то тёмный заклинатель потянул Лань Чжаня танцевать. Но тот совершенно не умел этого делать, поэтому стеснялся, особенно на людях. Но, конечно, бесстыдника Вэй Ина это не остановило: он начал его учить. И вроде бы у Лань Чжаня даже начинало получаться, за что его захвалили. Самое лучшее в этом празднике оказался не алкоголь, не танцы под классную музыку, не полные остроты и вкуса блюда, не даже люди здесь. А улыбка Вэй Ина: счастливая, по-настоящему любящая. Не выдавленная, не преодолевающая скорбь или боль. Чистая, яркая, как звезда на темном ночном небе. Спустя время Лань Чжань сказал, что отправится спать, потому что уже девять часов, его тянет в царство Морфея. Вэй Ин попросил его не ждать, потому что праздники в Юньмэне — это надолго. Минимум до рассвета, так любят люди здесь отдыхать и праздновать. Ванцзи согласно кивнул и отправился в подготовленные покои. Беспокойство о том, что Вэй Ин может разрушить половину Пристани, пока будет без присмотра, потревожило его, но вскоре отступило. Цзян Чэн не даст этого сделать. По крайней мере, Лань Чжань на это свято надеялся, потому что чёрт знает этих юньмэневцев.

***

Только Ванцзи открыл глаза, собираясь вставать, потому что этого требовал режим, как вдруг раздался стук в двери. Мужчина, надев верхнее ханьфу, открыл и увидел нетрезвого Цзян Чэна. Он пошатывался, но всё-таки не падал. Интересно, сколько он выпил? Вэй Ин тоже такой сейчас? Хотя... Пьяный Вэй Ин... Бред какой-то. Это невозможно. — Иди забирай своего ненаглядного, — заплетающимся языком проговорил глава клана Цзян, — он сам дойти не может... А нам помочь не даётся. Пинается, темную магию свою применяет. — Мгм, — Лань Чжань кивнул. Цзян Чэн развернулся отправился до своих покоев (ну или первых пустых, кто знает), рукой облокачиваясь о стену. Скоро его нашел почти не пьяный Цзинь Лин, который перебросил руку дяди через плечо и, слушая его угрозы переломать ноги, повел спать. Лань Чжань быстро оделся до конца, заплел волосы и пошел искать Вэй Ина. Тот оказался на месте торжества, он гонял от себя желающих помочь слуг, сидя на столе. Пьяный он был в дрова, явно не мыслящий здраво, не говоря уже о трезво. Это легко понять по его виду и движениям. На секунду Лань Чжань даже испугался, что его мужа подменили, потому что не мог поверить в то, что он видел, а потом он увидел количество пустых кувшинов и всё-таки поверил, что даже Вэй Ин способен пьянеть. «Сколько же ты выпил?» — подумал Ванцзи разочарованно. Как в него вообще столько влезло?! — Вэй Ин, пойдем спать, — мягко говорит Лань Чжань, легконько касаясь плеча мужа. — Руки-и убрал, падла! — недовольно восклицает Вэй Ин, убирая от себя руку Лань Чжаня. — У меня муж вообще-то есть! — его язык жутко заплетался, но говорил Вэй Ин внятно. — Вэй Ин, это я. — Да-а мне плевать кто ты! У меня муж есть! Поня-ял?! — Как его зовут? — Лань Ванцзи! Второй Нефрит клана Гусу-у Лань! Так что бойся! — А я кто? Вэй Ин наконец-то вскинул голову, чтобы посмотреть, кто перед ним. И он очень удивился, когда увидел своего супруга. А потом пьяно ему улыбнулся и протянул к нему руки, чтобы обнять. Усянь притягивает мужчину к себе, носом утыкаясь в его талию, чтобы вдохнуть приятный аромат. А потом он недовольно жалуется: — Лань Чжань, представляешь, до меня какие-то придурки домогались... А я их... Прогнал! Сказал им, что у меня есть ты-ы! — Мгм, — говорит Лань Чжань, вздыхая. — Ты видел? — Мгм. — Лань Чжа-а-ань! А я идти не могу. Понесёшь на ручках? — Мгм. Второй Нефрит наклонился и подхватил супруга на руки. Тот расслабленно растекся в его руках, обнимая за шею. Вэй Ин начал шептать что-то о том, что любит только своего Лань Чжаня, и что верен он только ему. Сердце Второго Нефрита переполнила любовь. Он зря ревновал Вэй Ина раньше к незнакомым людям, а он даже будучи сильно пьяным никому себя трогать не даёт, кроме собственного супруга! Лань Чжаню даже стало немного стыдно за свою ревность, если честно. Он донес Вэй Ина до покоев. Он помог ему принять водные процедуры, переодеться в ночные одежды, снять с волос алую ленту и аккуратно лечь в кровать. Но и на этом приключения не закончились: Усянь начал капризничать, что хочет спать только рядом со своим любимым мужем, а в противном случае он спать не будет никогда. И Лань Чжань, сдержав смешок, был вынужден лечь рядом с Вэй Ином. Его обвили руками и ногами, а после Вэй Ин сладко засопел Лань Чжаню в шею, шепча, что безгранично любит его и никогда-никогда не отпустит. Ванцзи показалось, что он умрет от переполняющей его сердце нежности.

***

Вэй Ин проснулся на закате, всё это время крепко проспав солнечный теплый день. За все эти часы Лань Чжань успел освободиться от объятий и помочь привести всё в порядок после весёлого праздника. После этого состоялся небольшой диалог с Цзинь Лином, который вкратце рассказал, как эти двое (Цзян Чэн и Вэй Ин) вообще умудрились так напиться. Все оказалось довольно просто: они поспорили, кто выпьет больше. Победа была, конечно, за Усянем, в этом сомневаться было бы очень глупо. Остальное время Лань Чжань провел за короткими прогулками по резиденции и посиделкам в покоях, ожидая, пока супруг проснется. — Ах, как же голова болит, — болезненно простонал Вэй Ин, садясь на кровати. Темный заклинатель положил руку на лоб, морщась. Он не помнит, чтобы когда-нибудь так сильно напивался за две своих жизни. Интересно, приключения какие-нибудь были или проживание в Облачных Глубинах всё-таки плохо на нем сказывается? Лань Чжань тут же сел рядом и стал приводить состояние Вэй Ина в порядок, делясь с ним своей духовной энергией. Тот не сопротивлялся, только убрал руку со лба. И когда стало намного легче, почти идеально хорошо, Вэй Ин испуганно посмотрел на мужа, даже скорее очень виновато. Кажется, он начинал вспоминать всё, что творил. Или просто было стыдно за то, каким его нашел муж. — Я очень сильно напился, да?.. — спросил он. — Мгм. — Я не хотел... Лань Чжань, правда не хотел! Не злись, — Усянь знал, что его муж не очень любил алкоголь. — Вэй Ин, я не злюсь. — Правда? — Мгм. Ты меня очень удивил. Пока не узнал меня, не хотел идти. — А, да... Что-то такое помню... Меня то а-Чэн пытался увести, то а-Лин... А потом пришел ты. — Мгм. — Ну зато теперь мы оба знаем, что я ни с кем не уйду даже будучи очень-очень пьяным! — Вэй Ин широко улыбнулся. — Вэй Ин. Люблю. — И я тебя! — темный заклинатель вдруг сел на колени мужа и поцеловал его. — Я так сильно люблю тебя, Лань Чжань, — прошептал он в губы, держа лицо Ванцзи в своих ладонях. А потом снова поцеловал, прижимаясь всем телом к Лань Чжаню. Тот обнял его обеими руками за талию, стискивая, прижимая ещё ближе. Так они и целовались очень долго, сплетаясь языками, покусывая губы, утопая в любви с наслаждением и готовностью. Поцелуй был медленным, томным, он не имел никаких пошлых намеков. Однако, забыться в страсти им не дал стук в двери. Вэй Ин лениво и с раздражением слез с колен Лань Чжаня, приводя ханьфу в порядок и бурча, что тот, кто находится за дверью — точно труп. А Второй Нефрит открыл двери, за которыми оказались слуги. Две девушки поклонились и произнесли: — Глава приказал проводить Вас и Вашего супруга на ужин, второй господин Лань. — О, еда! Я такой голодный! Лань Чжань, идем! — улыбнулся Вэй Ин, вдруг повиснув на руке мужа. — Тогда идём, — кивнул Лань Чжань, выходя из покоев. Они отправились ужинать, чувствуя себя счастливыми. Так приятно узнавать друг о друге какие-то мелочи, от которых дрожит сердце! Лань Чжань уверен, что Вэй Ин ещё не раз удивит его, ведь он полон сюрпризов. Хотя и сам Вэй Усянь был убежден в этом же, только в сторону Лань Чжаня.