turn green with her hands

— Лу, только аккуратнее, ладно? — чуть нервно поерзав на своём месте, попросила Зоро, глядя в плошку с краской с долей обреченности. Конечно, она знала, на что подписалась, и даже попыталась перестраховаться, густо смазав линию роста волос и ушные раковины жирным кремом, но это же Луффи — с неё станется разойтись и в порыве вдохновения, смеха или дурачества мазнуть Зоро кисточкой по носу. А краска у неё была стойкая. — Ага, хорошо, — легкомысленно откликнулась Луффи, продолжая наворачивать круги вокруг неё и периодически взъерошивать волосы. Зоро исхитрилась поймать её за руку и потянуть на себя, вынуждая наклониться лицом к лицу. — В прошлый раз я услышала от тебя то же самое, а потом неделю ходила с зелёным лбом, — говорила и заглядывала в глаза Зоро со всей серьёзностью. — Да ладно тебе, весело же! — не поддалась Луффи с первого раза. — Лу. Пожалуйста, — уже не особо надеясь на успех и морально готовясь к недельным подъебкам от Завитушки, попросила Зоро. — Хорошо! Честно, хорошо! Я постараюсь изо всех сил, — Луффи широко улыбнулась, освобождая свою руку и надевая перчатки, и в этот момент Зоро со всей сокрушительной силой в очередной раз поняла, что даже если не получится, даже если она не будет стараться, злиться на неё Зоро не сможет. Потому что как на неё злиться, когда она, ну, — вот такая. Тёплая, солнечная, потрясающая. Любимая. Луффи схватила плошку с краской, щедро макнула в неё кисть, и Зоро приготовилась к худшему. Но — старательно стряхнув лишки, Луффи плавным движением донесла кисть до головы и провела первую линию, зачесывая волосы назад. Она не сводила сосредоточенного взгляда от своей работы и от усердия даже нахмурилась и прикусила губу. Выглядела она в этот момент до того очаровательно и мило, что Зоро готова была взвыть от переполнившей её нежности. Понадеявшись, что в этот раз её лицу ничего не грозит, Зоро прикрыла глаза, наслаждаясь ощущениями. Всё же, несмотря на все косяки и оплошности, ей очень нравилось, когда именно Луффи красила её волосы. Так, как она, этого не делал никто. Нами, привыкшая красить свою сестру, действовала быстро и отточено, не драла, не вдавливала жёсткие ворсинки кисти слишком сильно в кожу и всегда качественно прокрашивала. Для Зоро попросить помощи у Нами было сродни походу в салон — технично, быстро, качественно. И примерно за такие же деньги. А вот Усопп, привыкший к своим жёстким кудрям, хоть и пытался быть мягче, чесал так, что искры из глаз сыпались. Да и с тех пор, как несколько лет назад заплелся в дреды, Зоро вообще перестала к нему обращаться, потому что с каждым разом он все больше забывал, как обращаться с обычными волосами. К Робин Зоро соваться опасалась — ей по уши хватило одного раза, во время которого Робин равнодушным голосом рассказывала Зоро о возможных реакциях организма на разные компоненты краски и летальные исходы от аллергии. Завитушке она бы свои волосы и под страхом смертной казни не доверила. С Луффи все было с точностью до наоборот: она могла уляпать лицо Зоро, себя и все в радиусе двух метров краской, не прокрасить целые пряди волос или, наоборот, залить слишком сильно, но то, как она это делала, вводило Зоро в экстаз. От почти поглаживающих движений кисти хотелось мурчать, когда Луффи увлекалась и запускала во влажные волосы пальцы, массируя кожу, по спине бегали мурашки, а от её тихого мурчания глупых песенок себе под нос Зоро и вовсе погружалась в состояние полудремы. Этому в принципе способствовало нахождение Луффи рядом — она могла не касаться Зоро, но когда склонялась ниже, Зоро чувствовала тепло её тела и это тоже было очень здорово. Рядом с Луффи всегда — здорово и приятно, чем бы они не занимались, и каких бы последствий это не имело. Погрузившаяся в свои мысли и рассредоточенная от действий Луффи, Зоро не сразу поняла, что влажное прикосновение к кончику носа — это ненормально, а когда дошло — резко раскрыла глаза, ожидая увидеть шкодливое выражение на лице Луффи и кисточку у своего лица. Но было другое — Луффи стянула перчатки и бросила их в пустую плошку из-под краски и довольно осмотрела результат своих трудов. — Всё готово, — довольно подытожила она, упирая руки в бока и сияя ярче солнца. — Спасибо, радость. Что ты сделала в конце? — подозрительно спросила Зоро, немного сконфуженно потирая кончик носа. — Да ничего особенного. Хочешь, повторю? — хитро улыбнулась Луффи и, не дожидаясь ответа, склонилась и поцеловала её. Зоро шумно выдохнула, в очередной раз утопленная огромной волной трепещущей любви к этой невыносимой восхитительной девушке, и подняла голову, целуя Луффи в ответ, но уже в губы — влажно и жарко. Луффи моментально опустилась на её колени, активно отвечая и углубляя поцелуй, и Зоро вовремя успела перехватить её руки, что были уже на полпути к голове — уж очень Луффи любила гладить, ерошить и оттягивать её волосы, когда они целовались. Зоро почувствовала, как напрягся и запульсировал возбуждением низ живота, как Луффи поерзала на её бёдрах, обдавая жаром через тонкие домашние шорты, и отклонилась назад, останавливая набирающий обороты поцелуй. — Лу, стой. Краска же. Мы точно что-нибудь замараем. — Пофиг, — выдохнула Луффи, забираясь руками под футболку Зоро и гладя её бока и живот. — Не пофиг. Лу-у, — обречённо застонала Зоро, уже прекрасно понимая, что сопротивление бесполезно да и не нужно особо. — Не Лу. Сиди смирно, — скомандовала Луффи и опустилась на пол, вставая на колени и разводя её ноги. И на краску стало действительно пофиг.