В грозу

Грохот был такой, словно рухнул Драконий хребет. БА-Ба-бах!!! эхом разлетелось по долине. Стена дождя обрушивалась водопадом с небес, вдавливая в землю всё, что до этого к ней не прилегало. Один лишь дикий ветер прорывался сквозь сплошной заслон, рисуя почти морские волны. Да в такую погоду не то, что люди, монстры носу не высовывали из своих укрытий! Горе тем путешественникам, кто, не придав должного значения тучам на небосклоне, отправился в путь. А вот, собственно, и они: Мокрый до нитки, с одеждой в облипку, качаемый ветрами Син Цю. И менее поэтичный Чун Юнь, оставшийся в пещере изучать найденные материалы вместо того, чтобы непойми зачем слоняться по округе и привлекать плохую погоду. Для юного последователя учений школы Гу Хуа с гидро глазом быть мокрым значило... Да ровным счётом ничего, это считалось нормой. Но не настолько мокрым. Буквально только что всё было тихо и спокойно, небо чуть потемнело, в воздухе сладко запахло дождём. Прекрасно. Но кто ж знал, что вместо привычного дождичка в четверг начнётся Апокалипсис с БА-БА-БА-БАХ!!! на всю округу. Чун Юнь при всём своём холоднокровии, однако, подпрыгивал каждый раз, как снаружи пещеры доносились эти страшные звуки. Син Цю сидел неподалёку, выжимая одежду. Благодаря гидро глазу он, конечно, мог контролировать гидро элемент. Мечи из воды создавать, например. Но не сушить бельё. Для этого бы больше подошёл пиро глаз, но ни он, ни его друг таковым не обладали. Парни спрятались на территории деревни Мин Юнь в одной из заброшенных шахт. Итер рассказал Чун Юню о своём приключении, которое ему довелось пережить в этом месте. А именно то, как он искал призраков в шахтах, чтобы вся семья из трёх сыновей и отца смогла воссоединиться под прекрасным деревом на краю деревни. И Паймон добавила про сокровища, которые они за это получили. Но Чун Юня интересовала только часть с призраками. А Син Цю вызвался составить ему компанию, лишь бы дома не сидеть. Но, видимо, исследование опустевшего селения придётся пока отложить. Син Цю остался в одной своей элегантной рубашке и более-менее сухих шортах. Его плащ висел над костром, растянутый на какой-то палке. Обувь была сложена рядом подошвой вверх. Всегда гладко причесанные синие волосы оказались подбиты ветром и мокрыми петухами торчали на голове, как у молодого барашка. Чун Юнь знал, что плохо смеяться над тем, кто попал в неприятную ситуацию, но это было выше его сил. Син Цю почти обнимал костёр своими бледными, озябшими руками в надежде согреться. В его и без того янтарных глазах отблески огоня выглядили... Пугающе. Словно он задумал кого-то убить и станцевать на его могиле. Только желание жить и не давало юному экзорцисту прокомментировать новую причёску друга. Чун Юнь сел поближе к костру, откладывая записи в сторону. Но Син Цю даже не поднял на него взгляд. В надежде на то, что его друг правда не задумал план уничтожения мира, юноша решил начать разговор: – Эти края никогда прежде не видали такой погоды. Никто не мог знать, что гроза застанет нас врасплох, когда мы сюда прибудем. Его голос, как всегда ровный и безмерно глубокий, едва ли не вводил в транс. Но Син Цю, к удивлинию экзорциста, вовсе не был раздражён. Переведя кроткий задумчивый взгляд с костра на лицо Чун Юня, юноша спокойным тоном отозвался: – Да уж, ну и везение. И привычно, звонко, нежно посмеялся. На сердце у Чун Юня потеплело. Парни сидели совсем близко друг к другу, плечом к плечу. Слушали шум дождя, доносящийся со стороны входа в пещеру. Любовались плясками пламени в костре. Чун Юнь подкинул ещё дров, чтобы его друг быстрее согрелся. Ощущалось ленивое упоение почти романтической атмосферой. И тут снова БА-БАХ НАД САМОЙ ГОЛОВОЙ!!! В этот раз напугался даже костёр, метнувшись в сторону от неожиданно заскочившего на огонёк порыва ветра, закравшегося в этот отдалённый угол шахты. Син Цю поёжился. – Холодно же! – пожаловался он, и костёр вернулся на место исполнять свои прямые обязанности. Чун Юнь озадаченно почесал в затылке. Ну и дела. – Юнь-Юнь, – по-детски тоскливо позвал Син Цю, оборачиваясь к другу. Учитывая его интонацию, следом должна была прозвучать фраза "расскажи сказку", – а бывают демоны, способные вызывать плохую погоду? – Бывают, – отозвался юный экзорцист, порывшись в своей памяти. – Думаешь, мы столкнулись с сопротивлением такого демона? Хм... Если он настолько силён, чтобы вызвать грозу, то наверняка мог почувствовать мою энергию Ян с большого расстояния и решил задержать меня здесь. Как и ожиданось, Чун Юнь погрузился в свои серьёзные профессиональные раздумия. В подтверждение его слов Син Цю настолько же профессионально чихнул. Юный экзорцист кивнул головой, соглашаясь с его мнением, и тут же вернулся к реальности. Он поднял удивлённый взгляд на друга. Тот лишь шмыгнул носом и отвернулся. – Хм, а бывают простывшие обладатели гидро глаза бога? – не скрывая своего сарказма, спросил Чун Юнь. – А бывают замороженные обладатели крио глаза? – тут же отбил Син Цю и снова чихнул. Экзорцисту оставалось только посмеяться. – Да ладно тебе, со всяким бывает, – примирительно ответил он другу, положив руки на его плечи. Син Цю обернулся, затем сел ближе и всем телом прижался к Чун Юню, сворачиваясь клубком. Юноша оказался в полной растерянности. – Мне холодно, – принялся канючить синеволосый. – Син Цю, я явно не тот, кто может помочь тебе в этой ситуации, – справедливо подметил юный экзорцист, но он и сам понимал, что "того, кто может помочь в этой ситуации" с ними нет. Он дотянулся рукой до верхней одежды друга. Всё ещё мокрая. Да и его собственная накидка была слишком мала, чтобы ею можно было укрыть кого-то. Она вообще выполняла исключительно декоративную роль в его наряде. Всерьёз задумавшись о том, чтобы снять и отдать Син Цю свою нижнюю кофту, Чун Юнь не заметил игривого кошачьего взгляда, коим его одаривал этот синеволосый "клубок", разместившийся теперь уже на его коленях. – Юнь-Юнь, поцелуй меня. Так я быстро согреюсь, – промурлыкал Син Цю и причмокнул губами, элегантно выгибая плечики и спину навстречу бледному лицу. Мозг несчастного любителя мороженого оказался перегружен. Син Цю очертил вглядом его замершее в немом потрясении лицо и разразился хохотом, катаясь по полу вокруг костра. – О мой дражайший Чун Юнь, видел бы ты себя со стороны! Вот умора! – и снова покатился. Юному экзорцисту оставалось только наблюдать это головокружительное ралли, взаправду ощущая, как всё в голове кружится, кружится и грозит ему совершенным умопомрачением. Щёки, конечно, вспыхнули, да, но не так сильно, как в груди вспыхнуло желание взаправду взять и поцеловать этого янтарноглазого, синеволосого, дразнючего притворщика, чтобы показать "Ты тут опять свои шутки шутишь, а я могу, да, могу, видишь!?" Когда крик души Чун Юня стих в его ушах, сменившись недовольным бубнёжем, он сделал важное лицо, кашлянул в руку и сказал: – Многоуважаемый второй сын главы торговой гильдии Фэй Юнь, младший господин Син, Вы заболеете, если продолжите кататься по земле в таком виде. Син Цю чуть не подавился от подобного обращение и тут же прекратил смеяться. Он что, перегнул палку? Чун Юнь так сильно обиделся, что больше не хочет обращаться к нему по-дружески? Почти готовый разрыдаться он сел на колени перед другом и уставился в его голубые глаза, но те, подстать крио элементу, были холодными и равнодушными. Юноша уже открыл рот, чтобы, вложив в слова всю душу, извиниться за свою глупую шутку, как произошло то... Ну, известно что. Пф, в самом деле, а что мешает Чун Юню взять и поцеловать Син Цю, раз тот сам об этом попросил? Да ничего. Хотя там совесть на заднем плане мелькнула... Чувство стыда, знаете... И это, они оба парни, вообще-то... Ну как бы... И всего лишь друзья... Ай, да не важно. Чун Юнь схватил растерянного юношу за лицо обеими руками и впился в его губы, не отрывая взгляда от больших изумлённых глаз. Так близко они казались ещё прекраснее. Точно два драгоценных камня прямо перед ним, отшлифованных и блестящих. Мокрые волосы послушно разглаживались под грубой рукой. Мягкие розовые губки были удивительно сладкими на вкус. Юный экзорцист мог ощутить под пальцами быстрое сердцебиение Син Цю, расслышать его сбившееся дыхание. Проследив перемену во взгляде, он отметил, как друга захлестнула волна ранее невиданного удовольствия. Короче, базовый комплект первого поцелуя. Не хватало только стонов, но один нежный укус – будут и они. Всё то, о чём Син Цю ранее читал лишь в "особых книжках", про которые явно не напишут в его биографии, сейчас он мог переживать своими рецепторами. Но Чун Юнь вовсе не думал кусаться. Так же нежно, как он начал поцелуй, он его и закончил, отстраняясь назад. В пещере повисла тишина (хммм, а мы ничего не забыли? Ах да, там же гроза была на улице, бабахало так хорошо... Похоже, это тоже теперь не важно). Син Цю, опустив лицо, но так и не скрыв его от взгляда полностью, обрабатывал то, что с ним сейчас произошло. – Юнь-Юнь, я, – юноша хотел сказать что-то, кажется, про то, что это была просто шутка, и юному экзорцисту вовсе не обязательно было целовать его в самом деле. – Ты согрелся? – совсем уж очевидно спросил его друг, перебив жалкие оправдания. – Д-да... Такой ответ вполне удовлетворил юношу. Он отсел назад, возвращаясь к своим бумагам, и мимолётно бросил напоследок: – Обращайся.