Эхо

Библиотека клана Учиха внушала уважение. Сакура, вдохновлённая и мотивированная, поразилась масштабу хранилища знаний клана, поскольку, сравнивания библиотеку Конохагакуре-но Сато, которую она помнила по другой жизни, и эту, понимала, что Учиха собрали здесь гораздо больше всего. Пожилая женщина на входе мило улыбнулась, помогла заполнить нужные бумаги, чтобы создать карточку посетителя и, пожелав хорошего чтения, пустила розоволосую в помещение. Решив начать с малого, девушка проследовала в секцию с гендзюцу, взяв не самый продвинутый учебник, но и не пособник для первогодок. Освежить память она решила с помощью некого Сатоши Учиха, который был рассчитан как раз на взрослого шиноби. Достав из сумки блокнот, Сакура открыла первую главу, приготовившись усваивать новые знания — теория о гендзюцу. Создание и распознавание иллюзий никогда не было слабыми сторонами Сакуры, но, тем не менее, представитель клана Учиха выкладывал информацию настолько хорошо, что розоволосая провела в библиотеке почти весь день. Иллюзии создаются с помощью чакры и, согласно некоторым исследованиям, подпадают под стихию Инь. Шиноби достаточно управлять потоками чакры в нервной системе головного мозга противника, воздействуя на рецепторы. После того, как они «словят» какую-либо информацию, то передадут её в мозг, который уже будет пытаться распознать что происходить и предсказать что делать. Надо заметить, что уровень ущерба может зависеть от способа накладывания гендзюцу. Самый простой способ — не заморачиваться. Вкладывать в технику лишь то, что известно тебе, искажать реальность, передавать рецепторам ложную информацию. Это самые элементарные иллюзии, которые сможет выполнить даже геннин, поэтому, собственно говоря, они и являются самыми ненадёжными, ибо их легко распознать из-за различий восприятия. Следовательно, сбросить гендзюцу лишь вопрос практики и времени. Как пример, создать дерево посреди поля боя, надеясь, что это замедлит противника. Второй способ также не является сложным в плане исполнения, но используют его только продвинутые шиноби — нужно воздействовать точечно, вкладывая лишь какую-то основу, а всё остальное противник додумает сам. Эти иллюзии работают с мозгом, подстраиваются, вмешиваются в его работу. Здесь идёт упор именно на психику человека, на его реакцию и опыт. Можно сказать, что это промывание мозга в самом прямом его значении. Такие уловки используют шиноби, что вбить в голову врага ложную информацию и заставить его поверить в это. Самый сложный, как писал Учиха, и с чем была согласна Сакура — это прямое воздействие на эмоции человека. Что-то похожее использовал Орочимару, когда выпускал ки. И это была первая сложность, потому что большинство ниндзя владеют лишь азами контроля ки, но дальше продвинулся мало кто. Также, нужно понимать какую эмоцию ты хочешь получить в итоге: страх, боль, панику. Мозг человека не изучен до конца, даже опытный медик не всегда сможет понять что нужно делать. Плюс, опять же важно помнить, что у каждого человека есть индивидуальные отличия. Большинство шиноби учат как контролировать эмоции ещё в юном возрасте, поэтому всегда найдутся те, кто сможет скинуть влияние. Надо заметить, что текст писался для обладателя Шарингана, ибо большая часть была посвящена именно взаимосвязи гендзюцу и додзюцу. Многое Сакура не поняла, некоторые моменты были известны из другой жизни, но большинство знаний девушка именовала «бесполезными», поскольку а) создание таких иллюзий было невозможным для девушки без шарингана, б) противостоять такого рода гендзюцу её научил ещё Саске. Ради успокоения совести Учиха, конечно же, прочитала всё, но, не найдя ничего нового не расстроилась, поскольку понимала, что так и будет. Не сказать, что девушка провела столько времени зря, нет. Всё же, некоторые моменты стали для неё открытиями, поскольку в другой жизни дальше уровня гендзюцу для генинов Сакура не дошла. — У меня много свободного времени, — думала розоволосая, — я могу посвятить хотя бы часик в день для усовершенствования уровня техник иллюзий. И практиковаться буду на Итачи. Ха. Смешно. Когда Сакура вышла из библиотеки на Деревню, Скрытую в Листве уже опускался вечер. Не спеша домой, зная, что Итачи придёт не скоро, а ужин она приготовила еще утром, девушка направилась в сторону Леса Смерти, надеясь немного размяться. Вопреки обыкновению, Учиха не торопилась, шла по крайней тропинке возле реки и наслаждаясь прекрасным видом и приятным запахом. Шелест листьев стал уже родным звуком и заставлял погружаться в приятные воспоминания. Почему-то вспомнился первый совместный поход на горячие источники с Итачи. Ками-сама, начиналось всё Неловко, именно с большой буквы и с нелепыми шутками. Но спустя какое-то время, полностью расслабившись в воде и увлекательно беседуя с будущим супругом, Сакура чувствовала себя намного лучше. Звонкий смех раздавался, казалось, на целую деревню, а спокойная улыбка Итачи заставляла рассказывать всё новые и новые истории, шутить смешнее и обнимать сильнее. Девушка вспоминала, как вечно сдержанный Учиха страстно прижал её к себе, целовал жадно, пьяняще, до боли в сердце. Инстинктивно, Сакура коснулась хрупкими пальчиками пухлых губ. — Убийца! Истошный крик вернул розоволосую в реальность. Резко обернувшись, она приготовилась атаковать, но замерла на месте, увидев как какой-то дедушка кричал на медленно идущих сзади Яхико и Конан. — Вы убийцы! Твари..! Монстры! Старик не прекратил, пока рядом не приземлились несколько АНБУ, профессионально аккуратно уводя срывающего голос деда. Один из членов специального отряда, подозрительно знакомая по фиолетовым длинным волосам, поклонилась и, как поняла Учиха, извинилась перед представителями другой деревни. Спустя несколько мгновений пришла в себя и Сакура, начиная быстро уходить вперёд. Девушка молча шла в сторону полигона, не оглядываясь по сторонам, и не успокоилась, пока не достигла своей полянки. С помощью своих не самых сильных сенсорных способностей она всю дорогу пыталась понять, не было ли за ней слежки, пока, наконец-то, не поняла, что вряд ли кто-либо видел её порыв атаковать ни то старичка, ни то Амекаге. — Сумасшествие какое-то, — прошептала розоволосая, присев возле дерева и спрятав голову в коленях. — Что со мной?

***

Обессиленно рухнув на кровать после душа, Сакура счастливо улыбнулась. Сегодня она вымоталась настолько, что делать не хотелось вообще ничего — все мышцы приятно болели, каналы чакры, которые девушка научилась чувствовать ещё на первый год обучения у Цунаде немного щекотали, но на душе было тепло — Сакура чувствовала себя живой. Но мысли Учихи вскоре заняли не самые радужные соображения. Сегодня, в случае опасности, она готова была атаковать незамедлительно. И как тогда пришлось бы всем объяснять что произошло и почему Сакура, которая после Академии нигде не обучилась, сражается на уровне джонина? — Если бы дело дошло до чего-то серьезного, я бы незамедлительно использовала Бьякуго, — про себя рассуждала розоволосая, — и тогда проблем не избежать, ибо технику эту знает лишь Цунаде. Шизуне всё также её не освоила, а больше учениц у Принцессы Слизней нет. Да и мой рукопашный бой очень напоминает стиль Цунаде-сенсей, и пусть это может быть высосано из пальца, но приближённые люди, которым доводилось с ней биться, заметят. Но я не смогу стоять в стороне если что. Возникает идея — чёрный плащ, маска и сильная краска для волос. Желательно с быстрым нейтрализатором. Да, этим завтра и займусь. За своими мыслями Сакура совсем не заметила как погрузилась в царство Морфея.

***

Утро начинается не с кофе. Утро начинается с объятий Итачи. Мужчина аккуратно обнимал Сакуру со спины, размеренно дыша в макушку. Мурашки, которые так часто бегали по коже розоволосой, вновь возникли, заставляя полусонную девушку развернуться лицом к мужу. — Доброе утро, — прошептала Сакура, целуя Итачи в уголок губ. — Добро-ое, — будто ленивый кот, Учиха растянул слово, подтягиваясь, а затем прижимая жену ближе к себе. Лежать вместе, вот так с утра несколько минут уже стало привычным. Приходить в себя после сна, прижимаясь друг к другу, было ритуалом, который настраивал супругов на хороший день. Лёжа в объятьях Итачи, Сакура думала о том, что она бы провела так всю свою жизнь. Чувствовать рядом человека, готового в любой момент защитить — да, это было сродне высшему блаженству. В другой жизни она всегда могла полагаться на Наруто и Саске, да, но с Итачи всё было по-другому. Сакура чувствовала себя не куноичи, не медиком и даже не девушкой. Она чувствовала себя любимой, хрупкой женой. Итачи, обнимая Сакуру, тоже думал о многом. Итачи в целом много думал. Он размышлял о том, что всё пошло не по плану, стоило ему увидеть эту розоволосую девушку. Учиха с детства знал — он станет главой клана, женится на девушке, которую ему выберет отец и будет сидеть дома, управляя своими соклановцами, делать вид, что управляет полицией и, конечно же, подготавливать наследника. Иногда, по выходным, он бы встречался с Саске, выпивал бы с Шисуи, и, возможно, выходил за территорию клана. Но, лишь только увидев Сакуру, он осознал — лишь она, и никто другой будет рядом с ним. Его чувства оказались взаимными, и в тот самый день, когда он это осознал, Итачи поссорился с отцом, сказав, что кроме Сакуры ему никто не нужен. Фугаку, в силу своего возраста, надеялся, что сын перебесится. Но, когда спустя несколько месяцев Итачи ходил несколько дней совершенно разбитый, а Саске по секрету сказал, что старший брат поссорился с Сакурой, вот тогда Фугаку всё понял. Любовь Учихи — навсегда. А Итачи любил какую-то девушку, которая даже не стала куноичи. Но навсегда — значит навсегда, и Фугаку был бы очень плохим отцом, если бы не посоветовал сыну как помириться с девушкой. Вторым звоночком о том, что его жизнь изменилась, стал разговор с Сакурой о будущем. — Неужели ты никогда не хотел быть главой клана? — искренне удивилась розоволосая, когда Итачи сказал, что хотел бы всю жизнь проработать учителем. — А почему же тогда ты не сказал об этом своему отцу? — Он бы не понял меня, — покачал головой Учиха. — С самого детства меня готовили к этому. И отказаться уже нельзя. — А почему не Саске? — поинтересовалась девушка. — Может, главой клана хочет быть он. Тогда бы не было никаких проблем. И поначалу глупый вопрос, который вызывал лишь нервный смех, вдруг обрёл какой-то смысл. Итачи ещё не понимал какой, но вскоре всё стало на свои места. После разговора с младшим братом, который в своих мечтах всегда занимал место главы клана Учиха, а также после небольшой ссоры с Фугаку, проблема действительно была решена. Нахмурив брови, отец походил несколько дней злым и раздражённым, но после ещё одного серьёзного разговора с сыновьями, он принял их выбор. — Если вы хотели, чтобы я наплевал на вековые традиции, то вам это удалось, — всё также нахмурившись, проговорил Фугаку. Он был строгим отцом, суровым лидером, но мудрым человеком. И, кто бы что ни говорил, Фугаку всегда любил свою семью. И прислушивался к мнению не только своих любимых детей, но и Микото, которая, надо сказать, проделала колоссальную работу, убеждая мужа, что ничего страшного, если наследником будет Саске. — Взять тот же клан Хьюга — Хиаши уже давно сказал, что его место займёт Ханаби, — приводила всё новые и новые аргументы Микото. — Неужели тебе так принципиально, чтобы наш старший сын занимался нелюбимым делом и управлял кланом, когда младший просто мечтает это делать? Спустя несколько лет, обнимая Сакуру и морально готовясь к новому дню, Итачи почему-то вспоминал все эти моменты и не мог нарадоваться. Да, планы пошли коту под хвост, это правда. И слава Ками-сама, что так случилось. — О чём думаешь? — тихо спросила Сакура, выбираясь из объятий мужа и накидывая сверху его её юкату. — О жизни, — улыбнулся Итачи. — А ты все мои вещи конфисковать решила? — Нет, — покачала девушка головой. — Твои штаны не в моём стиле, любимый. Тихий смех раздался в светлой спальне. Да, Итачи ни о чём не сожалеет.

***

После посещения библиотеки, Сакура направилась в Академию. По дороге, правда, её настигли знания развеявшегося клона и небольшой прилив усталости от использования техники теневого клонирования. Остановившись буквально на секунду, девушка продолжила свой путь, разбирая в голове новые воспоминания. Ничего нового сегодня на медицинских занятиях не было, поэтому девушка не стала долго зацикливаться на этом. В Академии её уже ждал Итачи, в своём кабинете разливая чай в чашки. Пообедав вместе, супруги общались на тему предстоящего экзамена на чунина, когда в дверь постучали. — Войдите. В дверном проёме показалась удивительного цвета синяя голова. От неожиданности Сакура чуть не ахнула, но вовремя себя остановилась. Поразительно знакомый нукенин из другой жизни, собственной персоной, с разрешения Итачи прошёл в кабинет и сел напротив розоволосой. — Кисаме-сан, позвольте представить, моя супруга — Сакура Учиха, — спокойно говорил Итачи, пока девушка пыталась привести мысли в порядок. — Сакура, это мой коллега из Деревни, Скрытой в Тумане — учитель Хошикаге Кисаме. — Приятно познакомиться, Сакура-сан, — мужчина растянул свои губы в приветливой улыбке. Глядя на него, розоволосая совершенно не могла сказать, что этот человек в прошлом был опаснейшим преступником. «Какое прошлое, — вдруг раздалось в мыслях, — это совершенно другая жизнь». — И мне приятно с вами познакомиться, — мило улыбнулась девушка. — Не буду вас отвлекать, пойду по делам. Итачи, благоразумно подумав о том, что жена не обязана посвящать его во все свои планы, кивнул и пожелал приятного дня. С Сакурой он еще сможет поговорить вечером, но вот с интереснейшим собеседником из Скрытого Тумана, который к слову владеет мечом Самехада, ему не терпелось поговорить уже сейчас. — Так, вы говорите, что уважаемая Мизукаге решила лично посетить третий этап?

***

— Удивительно, но на этом этапе уже будут как минимум три каге, — рассуждала про себя Сакура, уловив последнюю услышанную фразу, сказанную мужем. — Хокаге, Амекаге, а теперь и Мизукаге. Интересно, что за участники в этот раз? Продолжая раздумывать над экзаменом на чунина, Сакура не сразу заметила как ноги привели её в магазин Яманака. Нахмурившись, не понимая как оказалась здесь, Учиха уже хотела уйти, как вдруг что-то до боли родное заставило её зайти в помещение. Здесь всё было как и раньше — такие же цветочные красочные букеты, волшебный аромат, который кружил голову. — Вам чем-нибудь помочь? — Ино, родная и в то же время совершенно незнакомая вышла из-за прилавка, мило улыбнувшись. — О, Сакура-сан, рада вас видеть. Давно не заходили к нам. — Здравствуйте, Ино-сан, — обращаться к подруге с приставкой «— сан» было очень сложно и непривычно, но ничего поделать было нельзя — в этой жизни они были едва знакомы. — Вот, всё никак не находила время, а сегодня ноги сами сюда привели. — Понимаю, — понимающе кивнула блондинка, закидывая длинных хвост назад. — У вас наверное столько дел после свадьбы. — На самом деле, ничего в моей жизни не происходит, — покачала головой Учиха. — Может быть, вы бы хотели что-то приобрести? — Да, — кивнула Сакура, уверенно глядя на понравившийся цветок. — Вот эту красную камелию, пожалуйста. Понимающе кивнув, Ино потянулась за самым ярким цветком, который обжигал взгляд своими яркими пылающими лепестками. На языке цветов, красную камелию принято считать цветком любви, нежности и страсти. Совершенство. Но всем уже позабылось, что именно красная камелия была цветком самураев. Ранее, выращивать данный цветок брались либо даймё, либо самураи, поскольку уж слишком сложно было не загубить его, не дать цветку завянуть. Спустя много лет, люди научились правильно ухаживать за камелией, но легенды о ней ходят и по сей день. Попрощавшись с Ино, Сакура по дороге забежала в ещё несколько магазинов, покупая все нужные ингредиенты для краски. Привычка делать всё сразу, не откладывая на потом, всегда помогала девушке никуда не спешить и не волноваться, что можно что-то не успеть. Забежав домой, Учиха оставила цветок в гостиной, после чего направилась в ванную комнату. Сделать чёрную краску для волос и быстрый нейтрализатор к ней было делом пяти минут поэтому, уже спустя полчаса девушка выходила из дома не только с готовой краской, но и с приготовленным ужином. Все дела были сделаны, и у Сакуры оставалось несколько часов на себя и тренировку. — Что ни говори, но когда от тебя не зависит работа больницы, тебе не нужно выполнять миссии, а можно спокойно посвятить время себе… — на секунду, девушка задумалась, посмотрев на небо. — Почему я не могла так жить тогда..?

***

Дома, после нескольких часов раздумий, где бы поставить новый цветок, Сакура совсем отчаялась, рухнув на пол и обречённо вздохнув. Пришедший домой пораньше и заставший такую картину Итачи лишь приподнял брови, мол, что здесь происходит и почему моя жена мрачно сидит на полу в гостиной? — Душа моя, а что, собственно говоря, происходит? — поинтересовался Учиха, подходя чуть ближе и замечая новое растение. — Я купила нам новый цветок, — начала рассказывать Сакура, — но я совершенно не знаю куда его поставить! Сначала Итачи остановился. Затем он остановил поток своих мыслей. А после Учиха безвыходно вздохнул. — В нашем доме места хватит ещё для двух семей минимум, а ты не можешь найти место для цветка? — Но он должен стоять на свету! Но не чтобы прям на свету, — помотала головой розоволосая. — И камелия символизирует любовь, поэтому она должна быть на виду, — видя, что Итачи планирует её перебить, Сакура покачала головой и продолжила, — но не слишком на виду, потому что красный может мозолить нам глаза! На кухне я его ставить не хочу, потому что там недостаточно света, а в других комнатах, где ему как раз подходит, не подходит мне, потому что там мы его видеть не будем! В гостиной он как-то не вписывается. Я в отчаянии, Итачи! — Сакура, милая, ты не забыла, что у нас ещё есть спальня? — спокойно выслушав жену, мужчина старался не засмеяться. В академии полный бардак, в селении как-то сгущаются краски на фоне прибытия нескольких каге, полиция работает в усиленном режиме, а его любимая жена волнуется из-за того, что не может найти место для цветка. Ситуация сюр. — О, — вдруг воспрянула духом Сакура. — А тебе точно нравится этот цветок настолько, чтобы ставить его в спальню? — Точно, душа моя, идём вместе посмотрим ему место, — кивнул Итачи, подхватывая камелию и поднимаясь в спальню. Там, спустя несколько минут раздумываний, было принято решение поставить растение на комод, где он отлично вписывался. Поцеловав мужа, Сакура радостно побежала на кухню, на ходу рассказывая свои приключения за день и попутно накрывая на стол. Присаживаясь, Итачи снова подумал о том, что таким счастливым быть просто невозможно. Не реально.