Лучик Солнца(DreamSwap)

      — Ну давайте, какие ещё будут предположения? — Дрим хмыкнул, тем самым стараясь скрыть нервозность. Пришлось даже брата заткнуть, да и Кросса, его парня, тоже. А то, мало ли. Хоть выглядит отстранённым и молчаливым, может всем всё растрепать. Он не мог знать точно, поэтому застраховался. На всякий.       — Короче, мы тут подумали и решили спросить Инка, — На лицах тех появились ехидные ухмылки, пока их босс, внешне оставаясь спокойным, старался совладать с эмоциями. Чёрт, он ведь совсем про него забыл!       — И что он вам сказал? — Дрим скрестил руки на груди, молясь всем богам, чтобы Инк промолчал. Он ведь может на радостях и о свадьбе сказать, и о его будущем новом родственнике.       — Ничего дельного, — Дрим уже хотел выдохнуть, но грудь вновь напряглась, заставляя того не выдыхать, по крайней мере, сейчас, — Помимо того, что Гради — наше милое солнышко, — От подобных фраз, Дрим еле сдерживал позывы ударить Оутера, — Оказывается выходит замуж, и, о чудо! Тогда же, когда и ты женишься.       Оутер скрестил руки на груди, подобно Дриму, усмехнувшись. Он заметил как с того стекает в три ручья холодный пот, выдавая с головой всю его нервозность и внутренние переживания. Уже в тысячный раз, ругаясь благим матом на свою невезучесть и то, что вообще когда-то связался с Фарбе, Дрим мельком взглянул на зазвонивший телефон. Как же ему сегодня не везёт. Гради позвонила ему в, казалось, самый неподходящий для того момент. Оутер ухмыльнулся ещё шире, наровясь тем самым свихнуть челюсть к чертям. Но тот остановился. Ждал, когда же Дрим ответит. Тот нажал кнопку принятия звонка и приложил трубку дорогого телефона к уху.       — Да? — Он, силой воли, заставил себя не назвать её ласковым прозвищем или, как любит говорить Инк, мимимишной и более короткой версией её имени. Тот постоял ещё пару минут, слушая и узнавая, что та отказывается более носить ребёнка.       — Как отказываешься? — Лицо Дрима вызывало смех, если не узнать ситуацию целиком. И Оутер, борясь с внутренним желанием крикнуть «А я говорил!», всё ехидно посмеивался над ним.       От следующих пары фраз Гради, глаза Дрима «полезли на лоб» от удивления. Тот поспешно что-то сказал в трубку, тот уже не особо соображал, и, почти выбежав из кабинета, крикнул вслед Звёздному:       — Позже обсудим! — Но Оутер уже понимал — он был прав.

***

      Дрим, буквально, сшиб дверь своего дома плечом, где пару дней назад поселилась его будущая жена, вваливаясь в дом. Там, на диване, сидела Градиент и не знала, куда деть руки. Они мелко подрагивали в ожидании своего жениха, и в осознании того, что она упорно отрицала все 6 месяцев.       Он подсел поближе к девушке, пропуская её волосы сквозь свои пальцы, немного поглаживая саму макушку головы.       — Что случилось? — Тот всё не мог понять, что её сподвигло на подобное решение. Всё же было нормально, даже хорошо! Или он что-то упустил…?       — Я только сейчас осознала, какая ответственность это будет, — Градиент сжала руки в кулаки, но не от злости, а для скрытия дрожи. Её руки накрыли тёплые, тёмные ладони, успокаивая тремор, — Я же не готова… А сами роды? Это же ужасно больно!       От всех тех ярких картин, что нарисовались в её голове, кости скрутило судорогой. А уж как картину расписала, и добавила красок с деталями, сама её мать. Ох, надо было это слышать! Гради думала, что грохнется в обморок ещё там, услышав как те не выдают анестезию или какие-либо обезбаливающие. То есть, вся боль, что она почувствует, она приглушить никак не сможет. А от варианта кесарево убегала как от огня. Иглы, ножи, скальпели — её ведь будут разрезать! Хоть радует что анестезия присутствует, но не полностью и не всегда.       Рассказав всё в подробностях, она даже не забыла упомянуть чёртовы растяжки и теорию о близнецах, что так настойчиво била в голову уже которое время. Дрим мягко поглаживал её по спине до конца всего рассказа, а после, успокоил.       — Если ты считаешь, что это близнецы, то завтра поедем и посмотрим, хорошо? Заодно, проконсультируемся, — Градиент кивнула, прильнув к нему плечом. И, как Дрим любил делать, тот начал шептать ей успокаивающие фразы по типу «Всё хорошо», «Я тут, с тобой» и излюбленное «Я вас не брошу». Ведь одни черти знают, как часто это говорит его невеста. Её все не покидает мысль, что сразу как ребёнок, или возможно дети, родятся, и она растолстеет (Что, к слову, было уже её личным наваждением), он их всех бросит. Хотя, зная её отца, так просто он не убежит. Но и мысли о том, что её отец его принуждает оставаться в этих отношениях, тоже имели место быть. Поэтому, пока тот поглаживал её живот, она разнервничалась ещё больше.