Gross

      Они одни в маленькой комнате. Достаточно близко, чтобы Леви почувствовал его сильный запах пота, и он задается вопросом, сколько дней прошло с тех пор, как командор не принимал нормальной ванны. Потому что влажная тряпка раз в день, конечно, не является ванной по стандартам Леви.       Его уже должно было тошнить, он должен был выйти из комнаты и пожаловаться на все это, но он и пальцем не пошевелил. Он просто созерцает лицо Эрвина, сильные черты которого освещены бледным лунным светом. Его нос выглядит ещё больше из-за всех теней, покрывающих его лицо, и у командора, как ни странно, более глубокие мешки под глазами, чем у самого Леви.       Леви всегда странно видеть спящего Эрвина, потому что каким-то образом все его лицо меняется, когда глаза не открыты. Они всегда такие большие и синие, такие полные жизни, без них Эрвин не выглядит спящим, он выглядит просто мертвым. И это то, что Леви ненавидит, и ненавидит признавать, что это пугает его. Мертвая, безжизненная, как грязь на земле, как старая неподвижная кукла.       Он пытается сосредоточиться на чём-то другом, на чём-то, что подтвердило бы, что человек жив, и довольствуется тихими звуками, исходящими изо рта Эрвина. Он слышал и хуже, когда Эрвин истощен, он может храпеть намного громче, но сейчас все тихо, и его мозг пытается похоронить слова умирающего дыхания. Полные губы Эрвина пересохли, кожа больше не выглядит так хорошо, и Леви знает, что мужчина даже не пьёт столько воды, сколько должен. К утру он немного поговорит с тем, кто его лечит.       Но Леви всё ещё не может оторвать глаз от своих губ. И он даже не должен думать об этом, хотя он думает о них слишком часто, но Эрвин, безусловно, должен выглядеть абсолютно отвратительно прямо сейчас для него. У него ужасная борода, он воняет, он, вероятно, даже не чистил свои грёбаные зубы некоторое время. Но ни одна из этих мыслей не заставляет пальцы ног Леви сжиматься в ботинках.       Он просто сокращает расстояние, осторожно наклоняя своё гибкое тело над массивным телом Эрвина, и запечатлевает его неподвижные губы в целомудренном поцелуе. Их носы соприкасаются, кожа Эрвина жирная и, предположительно, отвратительная, но Леви не отстраняется. Он продолжает чмокать Эрвина в сухие губы, вдыхая его явно неприятный запах изо рта и нисколько не заботясь об этом.       Эрвин для него просто Эрвин. Даже лежа на кровати, без сил, без руки. Когда они прибывают с задания, а командор весь в крови и кишках. Эрвин никогда не меняется в глазах Леви, и он никогда не будет чувствовать себя отвратительно по отношению к нему.