Встреча

Одним летним нежарким утром не спалось. Когда сердце Лазурного берега встречало новый день, пребывала в кафешке вблизи у моря. В ожидании скромного завтрака в виде латте и чизкейка, наблюдала, как темное небо окрашивалось в яркие и насыщенные краски. Мой разум и душа молчали. Возможно лишь по тому, что время еще не добралось до шести часов. Пытаясь сбросить с себя остатки короткого, поверхностного сна, видела, как волны облизывали гальку, а к берегу приближалась парусная яхта. Возможно, я бы и продолжила смотреть на море, если бы мое внимание не привлек посетитель, сидевший от меня в метрах четырех-пяти на противоположной стороне: в углу, у ограждения в тени. Не считая официанта, бармена и синих зонтиков, мы на веранде находились с ним одни. Незнакомца невозможно было не заметить. Его широкие крепкие плечи скрывал красный пиджак под которым имелась белая футболка с принтом в виде алого черепа среди цветов. Его глаза, спрятанные очками-авиаторами с зеркальными линзами, изучали несколько секунд содержимое меню, но отбросив его в сторону, позвал невысокого мальчика в белоснежной рубашке с короткими рукавами. Повернувшись к нему, произнес: «Espresso s'il vous plaît». Даже без знания французского, можно было догадаться, что стильно одетый клиент заказал эспрессо. Эспрессо. Бодрящий, крепкий напиток, который ох как любит горчить. Слишком рискованно для здоровья пить часто его натощак. Хотя, возможно, этот человек с пепельно-черными волосами и с красно-белыми локонами в виде короткой челки что-то перекусил утром. Из внутреннего кармана своего чистого пиджака с закатанными рукавами, он вынул пачку сигарет. Вытащив одну и зажав ее губами, небрежно бросил на деревянный столик. Следя за движениями его красивых, загорелых рук, не заметила, как поднесли латте. Латте трудно назвать кофе. В нем слишком много молока. Люблю его из-за пены, оставляющей следы на верхней губе. С латте можно помечтать, можно подумать о людях, которые для тебя что-то значили или значат, о целях, которые ты хочешь еще достичь, да и вообще с ним в отличие от капучино (или того же эспрессо) легче и позитивнее думается о жизни. Поставив чашечку на поверхность столика, заметила, как мужчина снял очки. Сначала подумала, что это не ОН, но затем, заметив на его мизинце серебристый перстень и на запястье браслет «Телец» из красной нити, словно сквозь землю провалилась… «Вот ты какой стал…», — тяжело вздохнув, торопливо прикрыла свое лицо очками и, взяв чашечку в руки стала снова следить за яхтой. Точнее, пыталась следить. Он сидел и курил, держа в руке какой-то странный девайс. Маленькая чашечка стояла на краю столика. Если заденет, она может с легкостью упасть и разбиться. Солнце становилось ярче. Буквально растерявшись, попросила парня принести стакан воды. Стало тяжело дышать. Становилась жарко, хоть и на мне было довольно легкое алое платье… «Хм, по цветовой гамме совпадаем», — подумала я. В моих глазах Ветер выглядел уверенным, абсолютно спокойным, хоть и держал в своих длинных пальцах сигарету. Казалось, он что-то читал в своем телефоне, модель которого мне неизвестна. Мы все-таки посмотрели друг на друга. В ту же секунду, я, повернув голову в сторону моря, сделала глоток из чашки, в которой пена уже растворилась. Решив, что не узнал, перевела взгляд на него. Опершись спиной об спинку не совсем удобного стула, вскинул ногу на ногу. Низ пиджака ложился на ткань шорт, а из-за соседнего стула виднелись белые кеды с огненно-красным патчем. Освободив руки от телефона, он взял чашечку в пальцы и, сделав затяжку, стал глядеть куда-то вдаль. Сигарета, кофе, эта вполне обычная кафешка на берегу, тишина в воздухе, свет солнца на его майке, — все это ему чертовски шло. Интересно о чем он думал? Или о ком? Увидев его, потеряла собственные мысли и планы на день, поскольку в голове закрутилось все, что связано с ним, а в душе все то, к чему никого не подпускаю. Неожиданно он резко встал с места. В очередной раз уставившись на море, коснулась шеи, влажной от пота (виновато волнение). Ощутив, как его тень скользнула по моему телу, посмотрела на столик, где лежали купюры и что-то еще. Заметив, что официанты заняты болтовней, подождав, пока звуки его шагов станут не слышны, вскочила с места и, подойдя ближе, увидела помимо денег слегка смятую пачку «Парламента», на крышке которой было написано «z». — И я на память оставлю свои сигареты, — вполголоса напела я, присев на стул. Возможно, в эту самую секунду он наблюдал за мной. Сбросив очки, не в силах сдержать нахлынувшие слезы, прикрыла лицо руками, но тут же взяв себя в руки и смахнув их с лица, надела черные линзы обратно. Обернувшись, увидела, как когда-то близкий мне человек удалялся. Одна часть меня не смогла перескучать по нам и хотела побежать вслед за ним, но другая приказывала оставаться на месте. Мы были совсем близко друг к другу. Расплатившись за заказ, заметила, что высокий мужчина в красном спускался к морю. Какое-то время смотрела на него, вспоминая прошлое. Он остановился среди пустого пляжа, спрятав ладони в карманы. Его короткими волосами играл свежий ветерок. Для меня же все вокруг замерло. Многое поменялось за эти годы: мы, другие знакомые нам люди, одежда, гаджеты, машины, даже его любимая музыка и мое любимое кино, а остались неизменными лишь этот бродяга-ветер, это вечно улыбчивое солнце, это чистое, спокойное море, и, конечно, ароматный запах кофе, который уже подавали другим утренним посетителям в кафе на Лазурном берегу Франции, желавшим ощутить это самое уединение, когда внутри тебя вспыхивает чувство, будто бы ты действительно нужен этому миру, а он тебе.