Обнажённые тайны

— Разумеется, на самом деле Амортенция не создает любовь. Любовь невозможно ни сфабриковать, ни сымитировать. Нет, этот напиток просто вызывает сильное увлечение, вплоть до одержимости. Вероятно, это самое могущественное и опасное зелье из всех, что находятся сейчас в этой комнате. Эм, кто хочет попробовать? — сказал Слизнорт, оторвав взгляд от чугуна с зельем и, наконец-то, посмотрел на класс, который с большим интересом слушал рассказ о зелье от своего учителя. — Можно я, Сэр? — руку подняла девушка с густыми каштановыми волосами. — Да, конечно! Мисс… — Грейнджер! — девушка подошла к чугуну и слегка склонилась над ним, — Искусно приготовленное зелье может вызвать у человека сильное увлечение, но никому еще не удавалось искусственно создать настоящую, вечную, безоговорочную привязанность, единственно достойную именоваться любовью. — Совершенно верно! — Зелье имеет перламутровый блеск и пар, который завивается характерными спиралями, — с большим воодушевлением ответила Гермиона, — и еще оно пахнет для каждого по-своему, в зависимости от того, какие запахи нам нравятся, — например, я чувствую запах свежескошенной травы, и нового пергамента, и свежих яблок, и… Мятной зубной пасты… Гермиона застыла на пару секунд, наслаждаясь восхитительным, для неё, запахом. — Итак давайте разберёмся! Слово «Амортенция», также встречается «Амортензия» состоит из двух слов: «Amor», с латинского «любовь»; «Tentia», с латинского «держать». Таким образом «Amortentia» дословно означает «держащая любовь» или «связывающая любовь». Но! Ученики! — произнёс Слизнорт, выставив указательный палец, — Прошу вас помнить, что это — не любовь! На этом всё! На следующем уроке мы с вами будет проходить «Напиток живой смерти»! Я расскажу вам и покажу, как же его сготовить. А тот ученик, который сготовит зелье лучше всех и правильнее всех, получит это! — профессор достал из кармана флакон с каким-то зельем. — Как вы думаете, что это? — Насколько я знаю, это «Феликс Фелицис» или проще говоря «Жидкая удача»! — сказала Гермиона, пристально смотря на флакон. — Хм, верно! И, исходя из упрощённого варианта названия, можно догадаться, что это зелье приносит удачу! Пока срок действия зелья не истечёт, выпивший его, будет самым удачливым человек во всём мире! — профессор сделал паузу. — Не смею больше вас задерживать! Все удалились из класса и разошлись кто куда. Гермиона шла по коридору, роясь в своей сумке, и спеша к следующему уроку. Но вдруг, из тени, зашторенного большой шторой, угла вылезла чья-то рука и утащила девушку за собой за занавеску. Грейнджер от неожиданности слегка вскрикнула и выставила свою волшебную палочку вперёд, готовясь нанести удар. Вдруг она услышала смех. Очень знакомый смех… Не может быть… — Малфой! — кончик палочки загорелся, осветив тёмный угол. Напротив неё стоял Драко, который пытался сдержать смех, — Идиот! — она легонько стукнула его по плечу и скрестила руки у себя на груди. — Хахаха, видела бы ты сейчас своё лицо Грейнджер! ХАХАХАХА! — Это не смешно! Придурок! А если бы я случайно ткнула бы тебе палочкой в глаз?! — Волнуешься за меня? — рука парня прошлась по спине Гермионы и, дойдя до ягодицы, крепко ухватился за неё. — Руки! — Я чувствую запах свежескошенной травы, и нового пергамента, и свежих яблок, и… Мятной зубной пасты… — Малфой передразнивал её. — Эй! Я вовсе не так разговариваю! — Слушай, а яблок каких? Красных? Или зелёных? Просто я люблю зелёный. — закусил губу, смотря девушке прямо в глаза. — Жёлтых! — сказала с издёвкой девушка, — И вообще нам нужно идти на защиту от тёмных сил!.. — выстави руки вперёд, чтобы отодвинуть от себя парня, — Снегг же нас прибьёт! — Ну и пусть… — он сказал это шёпотом. Его губы приблизились к губам девушки. — Малфой. — так же шёпотом. — Если ты сейчас же не отпустишь меня, и мы не пойдём на урок, то нас мало того, что убьёт Снегг! Так я тебя потом ещё убью! — Тц! — закатив глаза, Драко одной рукой отодвинул штору, выпуская Гермиону из своего «плена»

***

— Эй, Драко! Ты чего это с этой грязнокровкой пришёл вместе?! — крикнула Пэнси, входящему Драко. Он же просто проигнорировал Пэнси и сел на своё место. — Эй! Ты! — Гермиона повернула голову в сторону парты, за которой сидела Паркинсон. — Да-да! Я тебе, грязнокровка! Какого чёрта ты и Драко зашли в класс одновременно?! — Поумерь свой ревнивый пыл, Пэнси. Ты и твой… — Гермиона запнулась, но потом продолжила. — Твой трусливый белобрысый хорёк меня мало интересуют! Это случайность! Которая, я искренне! О Мэрлин прошу, больше не произойдёт! — Как ты назвала Драко?! Да я тебя!.. — хотела уже выплеснуть свой яд, но тут в класс зашёл Северус. — Насколько мне известно, за время учёбы у вас сменилось пять преподавателей по этому предмету. — проходя по классу, говорил он, — Естественно, у каждого из этих преподавателей были свои задачи и свои методы. При таком бессистемном обучении меня удивляет, что многие из вас всё-таки наскребли проходной балл на экзамене СОВ по данному предмету. — дойдя до доски, он развернулся и, посмотрев на класс, добавил: — Ещё больше меня удивит, если все вы справитесь с объёмом работы на уровне ЖАБА, значительно более углублённом и обширном. — Профессор Снегг, так, мы же умные! И… — Уизли! Ваша бестактность мне уже привычна! Но будьте так добры, прежде чем сказать что-то, вы должны поднять руку! И так, Мистер Уизли! Перечислите нам непростительные заклятия! — Эм ну… — Рональд встал с места, — Империус… Э. — Круциатус … — шептала Гермиона, подсказывая своему другу. — Круциатус! Да! И эм… — Мисс Грейнджер! Раз вы считаете, что умнее Мистера Уизли, то не сочтёте ли вы за сложность, рассказать мне три непростительных заклятия! — Круциатус, Империус, и… Авада Кедавра… Круциатус — причиняет жуткую боль, заставляет биться в конвульсиях. Империус — заставляет человека подчиняться заколдовавшему его волшебнику. А Авада Кедавра… Эм, Авада Кедавра — мгновенная смерть… — Что же, довольно неплохо. А от вас, Рональд Уизли, я большего и не ожидал!

***

Урок всё шёл. Время будто остановилось. — «Такое ощущение, что этот треклятый урок идёт уже вечность! Так хочется спать…» — думала Гермиона, опершись на локоть. — «Будь проклят, Малфой!» Вчера, когда Гермиона возвращалась в гостиную Гриффиндора из библиотеки, было уже довольно поздно, и девушка была немного сонная, поэтому шла зевая и немного невнимательно.  — Какая приятная встреча, Грейнджер! — Гермиона повернула голову вправо и увидела, сидящего на подоконнике около окна, Драко Малфоя. — Малфой? Что ты… — зевнула. — Что ты тут делаешь? Да ещё и так поздно? — Могу спросить тебя о том же! — У меня есть весомая причина! — она начала подходить к парню, — Я читала! — О да! Очень весомая причина! — Малфой немного опешил, когда Гермиона села ему на колени, лицом к нему. — А какова причина того, что ты сидишь у меня на коленях? — Ну ты просто такой красивый при свете луны! Такой красивый, что… — приблизилась к его губам. — Что просто невозможно устоять!.. Она прижалась своими губами к его губам вплотную. Драко зарылся рукой в её волосах, прижав плотнее к себе её губы, не желая разрывать с ней контакт. Она тихо, еле слышно, постанывала. Малфой даже не пробовал ответить на её поцелуй. Он только позволил ей целовать его, исследуя его губы. Вскоре парень медленно разделил свои губы, как бы приглашая девушку. И она его приняла. Осторожно, она скользила языком в его рот, пробуя его на вкус, как бабочка пьет нектар с цветка. Драко держался, но не отвечал на её поцелуй, но наконец, Гермиона почувствовала, как его язык коснулся её щеки. Она оторвалась от его губ на минуту, и с новой силой впилась в них поцелуем. Драко целовал гриффиндорку сначала медленно, но со временем его поцелуи стали более страстными. Она тщательно прослеживала его клыки, их острые кончики и сосала его язык. Он тихо стонал, и Гермиона чувствовала волну удовольствия в этом низком звуке. Она могла позволить ему наслаждаться этим дальше или наоборот оставить наедине с желанием. Грейнджер не знала, как долго они целовались, но в какой-то момент парень услышал шаги, причём очень очень громкие. Нехотя оторвавшись от таких желанных и сладких губ, прошептал тяжело дыша: — Кто-то идёт! Гермиона, также нехотя оторвалась от губ, тяжело дыша, прислушалась и прошептала: — Нет!.. Тебе показалось! — и вернулась к сладким губам. Увлечённые поцелуем, они даже не поняли, что к ним стал подходить Филч. — Это что такое?! А?! С какого вы факультета?! Говорите! А то в темноте я не вижу ваших эмблем! — Чёрт! Драко, вскакивая и, хватая за руку девушку, убежал вперёд, вглубь коридора. — Мисс Грейнджер! Вы смотрите в одну точку уже полторы минуты! Вульгарно закусывая губу! Что вас сподвигло на подобные действия?! Драко перевёл взгляд на краснеющую девушку и усмехнулся. — П-простите, Сэр… — стыдливо опустив глаза, пробормотала Грейнджер. — Останетесь после урока в моём кабинете! — грозно заявил Снегг, после чего продолжил объяснять тему. Но Гермионе было уже всё равно на тему урока. Она лишь повернула голову вправо и посмотрела ухмыляющегося Малфоя. Он что-то задумал? — Профессор Снегг! — Да? Малфой? — А правда, что когда ирландский феникс очень пуглива, а гнездятся они в зарослях терновника или ежевики?! — Мистер Малфой! Это не по теме урока! Прошу не отвлекайте меня от объяс… — А правда, что они питается феями, а они летает только в сильный дождь?! — Малфой! — А правда, что в остальное время они прячутся в своем гнезде каплевидной формы?! — Хватит. Что ж прекрасное шоу, Мистер Малфой! Останетесь после уроков! Так же как и Грейнджер! Драко победно ухмыльнулся. — «Что ты задумал, Малфой?..» — подумала Гермиона, смотря на парня с другого конца класса.

***

— И так! Мисс Грейнджер и Мистер Малфой! Никогда не думал, что после уроков у меня будут сидеть именно вы! А впрочем, всё равно. Вы должны будете… — Профессор Снегг! Профессор Снегг! — в класс порвалась МакГонагалл. — Профессор МакГонагалл? Что-то случилось? — непонимающе спросил Снегг, вскинув одну бровь вверх. — Да! Вы нужны Дамблдору! Срочно! — Эм хорошо, но… Вы можете проследить за ними? — указал пальцем на двух людей сидящих за одной партой, непонимающе смотря на профессора трансфигурации. — Ой нет-нет! У меня у самой сейчас урок! — Что ж… Грейнджер! Малфой! Чтоб ни шагу из класса! Я быстро! Дверь класса захлопнулась и они остались совершенно одни. — Ну, чем займёмс… Малфой, держа Грейнджер за плечи, коснулся губами уголка рта девушки, провёл нежно вдоль её губ, а потом прикоснулся губами к неё устам. Гермиона понимала, что сюда может в любой момент зайти Снегг, какой-нибудь другой профессор или даже в конце концов ученик! Она сопротивлялась, пытаясь отвернуться от сладких губ парня. Она приложила свои руки ему на грудь и слегка оттолкнула. Гермиона на мгновенно напряглась и уже занесла руку, чтобы высвободиться, но он поймал ее за запястье. — П-подожди… Сюда могут войти в любую минуту! Ты что творишь?! — голос Гермионы дрогнул, а глаза забегали. — Наплевать!.. Он победил её. Она не смогла устоять перед ним. Не могла устоять перед его серыми глазами, которые вводили её в транс. Не могла устоять перед его шикарными мягкими волосами. Чёрт, они настолько мягкие, шелковистые… Прекрасны! Когда запускаешь пальцы в них, такое ощущение, будто твоя рука находится в раю! Гермиона растаяла перед ним. Покраснела, и по спине побежал лёгкий холодок, а в животе заиграли стаи бабочек. Он разбудили в ней дикую страсть, её потянуло к нему с такой силой, что потеряв голову, она целиком и полностью отдалась губам. — Иди сюда! … — Малфой берёт девушку за талию и сажает себе на колени, лицом к себе. — Я уже не могу ждать! — он уткнулся носом в шею Гермионы, а вскоре она почувствовала на своей шее тёплые поцелуй. Он стал целовать её шею, слегка прикусывая, от чего та немного постанывала. Гермионе определенно нравилось, когда Драко, целуя её шею, мог слегка прикусывать её. Сидя на Малфое, она почувствовала, как ей что-то упирается в промежность и, отстранившись от губ парня, Гермиона начала целовать шею парня, расстёгивая пуговицы, тем самым оголяя грудь Драко, Грейнджер начала медленно, иногда смотря в глаза парню и не отрывая губ от его тела спускаться вниз. Через считанные секунды, Гермиона уже сидела под партой и расстёгивала ремень блондину, смотря, при этом, ему в глаза. — Чёрт… Ты прекрасна! — закусив нижнюю губу, прошептал Драко, тяжело дыша. Расстегнув ремень, Гермиона сдёрнула штаны с его бёдер, а вместе со штанами и нижнее бельё. Поколебавшись секунду, бережным прикосновением она взяла его член в руку. Драко дёрнулся как от электрошока. — Я сделала что-то неправильно? Прости, я просто делаю это в первый раз, так что я… — Нет-нет! Всё даже слишком правильно, но… — он резко замолчал, когда её губы сомкнулись на нём. Гермиона нежно сжала его твёрдость, миллиметр, за миллиметром вбирая его в себя. На вкус он был прекрасен. Рука Малфоя легла ей на голову, а пальцы ласково перебирали пряди густых волос. Рот Гермионы такой горячий на его прохладной плоти. Тихий стон, сорвавшийся с губ Драко. Даря наслаждение, она наслаждалась сама. Он мог прекратить всё это, но не останавливал её. Но он не смел или не хотел этого. Гермиона ещё глубже вобрала его в себя, скользя губами от кончика до самого основания, бережно придерживая одной рукой, в то время как вторая ласкала его бёдра, гладя их. Некоторое время не раздавалось никаких звуков, кроме нашего тяжёлого дыхания и взаимных стонов. Наконец тишину разорвал его сдавленный шёпот. — Господи, Грейнджер, ну это слишком… слишком для меня… — его руки схватились за край стола. — Грейнджер, остановись, ты должна или я сейчас… Но она не прекратила, а потом уже было поздно останавливаться. Стон перерос в рычание. Грейнджер мысленно умоляла его не сдерживать себя. Он сделал толчок бёдрами вверх и откинул голову назад. Она почувствовала, как подступает первая волна. Сотрясаясь всем телом, он изливался ей в рот. Как будто в тумане она услышала своё имя многократно усиливающееся из-за бессмысленных повторений. Напряжённая рука, скрутившая волосы Гермионы в узел, расслабилась. Малфой притянул девушку к себе, прижав. Он замер, уткнувшись носом в шею и с упоением вдыхая аромат кожи. — Гермиона…