Тебе было смешно...
Бэлла Кузнецова. Первое сентября 2019.
Сегодня я пришла в новую школу. Пока что не удалось понять, кто супер хорош из моих одноклассников, а кто ужасен, но одна, как я позже удивилась, девушка мне приглянулась очень сильно. Кажется, я её имя запомню на вечность — Виктория. Такое красивое… По-моему я влюбилась с первого взгляда. Хотя, может это просто симпатия? Думаю так. Ой. Ладно, напишу уже завтра, а то бабушка зовёт завтракать! Пока!
Слова болезненным эхом отдавались в голове, Каспер не могла читать из-за слёз, которые застыли в её изумрудных глазах. Убрав назад письмо, она взяла второе по счёту. Брюнетка сразу выругалась, вспомнив тот злосчастный день…Бэлла Кузнецова. Второе сентября.
Я ошиблась! Я ужасно ошиблась в данном человеке! Беляева ужасная! Она просто невыносимая девушка, и я уже просто не подберу слов к её описанию… Сегодня явно не мой день. Я заступилась за свою новую подругу Анжелику Лужанскую, а эта зеленоглазая облила меня соком, отчего надо мной все смеялись. Это полный пиздец… А я ведь только пришла в эту школу… Бабушка кстати уехала на неделю, поэтому теперь весь дом на мне, так что думаю можно задобрить всех этих учеников позже. Я пойду делать уроки, пока)
«Бабушка, бабушка… А ведь лишь она была с ней…» — темноволосая чувствовала пустоту внутри себя.Бэлла Кузнецова. Пятое сентября.
Зря я решила всё это затеять… С вечера третьего сентября по утро четвёртого я проводила вечеринку у себя в доме… Это ужас. Меня опозорили в своей квартире. Мы играли в бутылочку, и по счастливой удачи горлышко указало на меня, когда крутила Вика… Та задала мне вопрос, мол, нравится ли мне она. Я что-то пробубнила тихо по типу да, и Беляева сразу же стала смеяться… Больно и невыносимо стало. Чёрт. ужасно. Я выбежала с слезами на глазах из комнаты, как тут же меня словил Артём. Он очень хороший парень) Ладно, мне пора в школу. Вчера я туда вовсе не пришла, так что я думаю мне пипец. Пока!
Бэлла Кузнецова. Десятое сентября.
Долго же я не писала. Кажется, я стала куда счастливее! Вика сегодня меня поцеловала. Не верю! Это такие незабываемые чувства… Ох! Я впервые почувствовала касание этих тонких губ, но уже их обожаю. Ладно, вчера бабушка приехала вечером, устала сильно наверно, поэтому я пойду ей помогать с обедом) Пока)
Костья прикоснулась пальцами к своим губам. Она всё ещё помнила тот поцелуй.Бэлла Кузнецова. Двенадцатое сентября.
Сегодня вечер субботы. Завтра выходной день, и я так рада этому. Но… я зря поддалась искушению, поцеловав чёртову Беляеву. Вчера я слушала смех всех учеников по школе, ведь девушка Вики — Ася умело сделала фотки в школьном туалете, где мы собственно и поцеловались. Оказалось, что брюнетка всё специально сделала. Чёрт, ненавижу, но, блять, так хочется провести пальцами вновь по её татуировкам и сжать в руках короткие тёмные волосы. Стоп, Бэлла, остановись, это ненормально… Сегодня я хочу забыться, пока.
Дрожа от понимания, что сейчас будет написано в следующей записи, Купер сглотнула ком в горле.Бэлла Кузнецова. Десятое октября.
Прошёл месяц, а всё стало хуже. Тогда, когда я хотела «забыться», я пошла в клуб, где меня чуть не изнасиловали два парня. Это было шоком и потрясением для меня, а спас меня Артём. Теперь я часто гуляю с ним. Он правда добрый, и, если бы он мне нравился, я бы стала с ним встречаться. И, кстати, тогда Вика видела, что меня стали раздевать эти мужики, но она даже глазом не моргнула и ушла с места. Тогда мне было очень плохо и обидно из-за этого, сейчас же я приняла маску безразличия ко всему, ведь никто не узнает, что каждую ночь у меня вся подушка мокрая от слёз. Я очень сильно устала, кажется, я снова взялась за селфхарм, которого пыталась избежать, после окончания прошлого учебного года. Мне страшно, что будет дальше, но я буду сильной, обещаю, ради бабули.
«Она так и не узнала, что я в шоковом состоянии побежала к Артёму и попросила помочь ей, ведь сама бы та в мои объятия точно не кинулась бы…» — пролетело в мыслях у Каспер, пока она уже начинала читать новый текст.Бэлла Кузнецова. Двадцатое октября.
Я стла силвно напивтсцв. даде шас поу с отчипками… сооори, яя пьынф… ззабоала мня Вввика. люблю её) я спть, покв.
Девушка чуть усмехнулась с написания слов блондинкой, но в голове пролетали лишь воспоминания.***
— В-в-ви-и-ик-ку-уся! — протянула имя своей одноклассницы светловолосая. — Ну и угораздило же тебя так напиться, ложись давай. — проговорила строгим тоном брюнетка. — Ха-ха, мне нравится твоя строгость, Ви-и-ика, — усмехнулась белокурая, обнимая ту за шею и тянув её на себя. Всё бы ничего, но зеленоглазая резко повернула голову в сторону Кузнецовой. Их лица оказались в миллиметре друг от друга. Виктория, сглотнув, хотела уже отстраниться от младшей, но та резко прильнула к её губам. Беляева не позволяла дальше продолжать поцелуй, но тут Бэлла пробралась одной рукой под футболку девушки и коснулась пальцами соска груди через топик. Темноволосая, вздрогнув, приоткрыла рот, и блондинка воспользовалась моментом. Больше старшая не соображала. Поцелуй с каждой секундой углублялся сильнее, и вот брюнетка уже нависла над голубоглазой и стала стягивать с неё мешающую им обеим ткань платья. И вот обе они уже были только в одном нижнем белье. Светловолосая уже хотела стянуть с Вики бюстгальтер, но она резко оторвалась от того, чтобы целовать бледную кожу на шее и ключицах, и убрала ладони белокурой с себя, ложась рядом. Бэлла приподняла бровь в знак вопроса. — Бэлл, не сейчас, ты не трезвая, — сказала Беляева.***
Прошло время, и сейчас Костья абсолютно понимала свои чувства, которые бушевали в тот момент. Она хотела и могла с ней переспать прямо тогда, когда Кузнецова была пьяна, но, не хотя причинять больБэлла Кузнецова. Тридцатое октября.
Снова пишу через 10 дней. Странно, но я стала чувствовать себя лучше. Хочу осчастливить всех. Особенно бабушку. Я уже ей купила огромный подарок, на который очень долго копила с собственных сбережений. Я долго ждала этого момента и теперь могу подарить то, что хотела давно! Уже завтра у неё день рождения. я так рада! Жду не дождусь этого дня. И, кстати… Вика стала меня игнорировать. Как-то странно. После того, как я проснулась не в своей кровати и увидела записку на тумбочке, где было написано, что-то по типу: «Ты в доме у Вики. Не переживай, я просто отнесла тебя к себе, так как не знала твоего адреса. Ничего не было. Я уехала на работу. Вещи твои на столике рядом.» Думаю, что она просто поняла свои ошибки. Ладно, я пойду. Уже ночь. Спокойной ночи)
Бэлла Кузнецова. Тридцать первое октября.
Чёрт! Вот опять… Опять! Я самый несчастный человек на этой земле. Виктория Беляева опять всё испортила. Пьяную её нести домой к себе было самой неудачной идей, ведь эта ненормальная все испортила. И подарок. Я положила билеты спокойно на тумбочку, думая, что всё будет хорошо, но… Вика просто пролила своё дешёвое пиво на мой сюрприз для бабушки… Ненавижу, ненавижу. Боже, как я устала. Хочу умереть, я устала. Я порезала вены, после того, как эта вечно дурная одноклассница покинула моё пространство. Теперь, я сижу и пишу это, замазывая ранки заживляющим кремом. Должно помочь… наверно.
Даже на это время брюнетке было дико стыдно за этот провальный праздник. Тогда она пообещала младшей, что бросит эти вредные привычки и сможет купить ей новые билеты. Но, усмехнувшись, девушка посмотрела на рядом стоящую бутылку. Прости, бейбик… Я не сдержала обещания… Я пыталась, пока твой взгляд самых прекрасных голубых глаз не потух, как и я.Бэлла Кузнецова. Двадцать второе ноября.
Она купила билеты! Она правда купила билеты! Это невозможно! Прошёл лишь месяц с момента дня рождения моей бабули! Я не верю! Это как?! Черт, может Вика и вовсе занимается чем-то нелегальным. Как за столько времени можно накопить деньги на два самых дорогих билета?! Что?! Боже! Я так рада! Я наконец обрадую свою любимую бабушку!
Бэлла Кузнецова. Двадцатое декабря.
Пишу вновь через месяц, ведь особо ничего интересного не происходило… До одного момента, а точнее сегодняшней ночи. Мы были на обычной тусовке в честь дня рождения одной из моих знакомых. Лика ушла куда-то, вроде как, искать своих подруг, ну, а я, как и всегда, пошла за выпивкой, но тут одна из самых очевидных личностей, чья туша могла сюда принестись — Беляева. Она меня резко схватила за запястье и потянула на себя. Заводя разговор, Вика что-то увлечённо МНЕ рассказывала. Честно, я пребывала в шоке, но пыталась внимательно слушать её. Один факт меня дико смущал — то, что с каждой секундой Виктори всё ближе притягивала меня, а её лицо было уже в пару миллиметров от моего. И тут она резко прекратила свой монолог. В тот момент её губы прильнули к моим. Это были нереальные чувства. Я всё ещё не понимала, что происходит, но позже одноклассница предложила мне встречаться, с чего я вообще выпала. И сейчас я очень счастлива, скоро я пойду в объятия своей любимой. До встречи)
Темноволосая улыбнулась от явного умиления данной ситуации, а в душе у неё всё сжималось от понимания того, что этого уже никогда не будет…***
Пьяные люди еле стояли на ногах, а ведь прошло довольно мало времени с начала мероприятия. Примерно, час. Блондинка, пробиваясь сквозь толпы потных и воняющих перегаром парней с девушками, нашла барную стойку глазами и уже собиралась к ней подойти, как вдруг её запястье обхватили татуированные пальцы, а сама обладательница их тянула светловолосую на себя. — О, Бэлла! Я тебя ждала тут, наверное, весь день! Слышала новости? Аня и Паша стали мутить. Я в ахуе полнейшем с этого, но неважно. Может быть, и Петрова уже найдёт себе кого-нибудь. Иногда мне кажется, что она лесбуха, не находишь? — быстро проговаривая каждое слово, произнесла зеленоглазая. Белокурая, хоть и пытаясь слушать всю речь одноклассницы и найти ответ на это всё, не могла и чуть двинуться, а Беляева сильнее стала приближать к себе младшую. Рука отпустила запястье Бэллы, но тут же переместилась на подбородок той, как и вторая ладонь. Один взгляд, который столкнулся. Изумрудные и голубые глаза. Теперь и бледные кисти рук, покрытые псориазом, опустились на талию темноволосой. Спустя секунду, тонкие искусанные губы прильнули к пухловатым, нежно касаясь. Медленный поцелуй, который успели заметить лишь некоторые, стал перерастать в большее. Вот уже и язык вошёл в процесс, исследуя ротовую полость каждой. Они прижимали друг друга к себе, совершенно не стесняясь и не думая, что же подумают другие. Абсолютно каждый на вечеринке успел заметить страсть, происходящую между двумя девушками. Это было безумие. Многие пытались сфоткать, помешать, сделать видео, рассказать всем, но обеим дамам было всё равно. Сейчас они наслаждались собой и своими чувствами. Это ли не прекрасно? Оторвавшись от сладковатых губ, Виктория ухмыльнулась, посмотрев на лицо Кузнецовой, у которой явно привысился лимит счастья. — Бэлл, ты будешь моей девушкой? — тихо спросила брюнетка. — Что? — удивлённо взглянула на старшую блондинка. — Э… Да… — также шёпотом ответила она.***
Бэлла Кузнецова. Тридцать первое декабря.
Я дождалась этого момента! Новый год… похоже, что он реально творит чудеса. Сейчас мы украшали с Викой ёлку, слушая разные новогодние песни. Это ли не счастье? Я всё ещё не могу поверить, что Беляева со мной. Я счастлива… Ужасно счастлива. Новый год уже совсем скоро, и, кстати, Вика уже успела сменить имя своё. Правда, документы выдадут, примерно, завтра. Да, именно завтра после нового года. Конечно, я не то, чтобы не хотела этого, просто это довольно странно. Она же девочка. А Костья Купер, как планирует себя та назвать, слишком как-то грубо звучит для её личности. Но да ладно. Люблю Вику в любом случае. Идем подготавливать стол. Скоро новый год!
Прошлое — словно нож, который прочно воткнули тебе в сердце, и теперь ты его не можешь вытащить. Больно. До жути. Так и брюнетке сейчас. Она совершенно не понимала, что происходит на данный момент. Тот новый год обещал быть самым лучшим. Обманчива оболочка была.Бэлла Кузнецова. Первое января.
С новым годом… Не думала, что буду плакать на самом долгожданном для себя празднике. Тем более с Викой, которая уже Костья. Набухаться и кричать на меня — обязательно надо было. Каждое слово до безумия ранило. Теперь девушка покинула дом и не возвращалась до сих пор. Жутко волнуюсь, переживаю, но, наверно, так будет лучше для обеих нас.
Тогда это казалось, куда выгоднее… Как же мы с тобой ошиблись, Бэлль.Бэлла Кузнецова. Седьмое января.
Сегодня я вырвала пучки волос, царапала свою кожу, резала её. Уже ничего не помогает. Мне не хватает Вики, простите, Костьи. Это словно наркотик. Лишь одна доза, и я снова приобрела зависимость. Ненавижу. Бабушке говорю, что это упала, порезалась… Куча причин, и ни одна из них не была сказана правдиво. Это меня морально убивало. Врать последнему родному человеку — было пыткой. До сих пор является. Пытаюсь быть сильной. Все ещё пытаюсь. Хожу с улыбкой на лице, а внутри плачу, желая, чтобы хоть кто-то выслушал меня. Чёрт. Хочу умереть, но я обещала, а обещания я должна сдерживать. Ради бабули. Всё ради неё.
Бэлла Кузнецова. Двадцатое января.
Странно прозвучит, ведь мы с Купер официально не расстались, но я уже в отношениях с другим. Это Артём. Он предложил мне встречаться, когда мы кидались в друг друга снежками. Я согласно кивнула. Не знаю, сделала я правильный выбор, но я не могу больше терпеть и смотреть на то, как Костья вновь где-то сосётся с левыми девушками. Теперь у каждой из нас своя личная жизнь. Никто никому ничем не обязан. Должно быть я уже счастлива? Я не чувствую.
Каспер сжала записку и прикусила нижнюю губу до крови. Чёртов Ладыгин…Бэлла Кузнецова. Первое февраля.
Это какое-то безумие… Сплошное… Тёма оказался очень ревнивым человеком. Я подхожу к подруге, а он сразу подлетает и спрашивает, кто же это. Я не могу ни с кем без его разрешения пойти гулять. А в пьяном бреду он успел сфоткать меня полностью голой. Теперь я обязана с ним встречаться, иначе Артём их сольёт всей школе. Я хочу перерезать себе горло и не увидеть больше никого, но… Я представляю заплаканное лицо бабушки, которая держит мой труп в руках. Я не могу себе этого позволить. Не могу. Бабушка не останется одна, а я сделаю всё, чтобы она была счастлива.
Бэлла Кузнецова. Десятое февраля.
Сегодня меня избил Ладыгин за то, что я обнялась с Костьей. Мы с ней только смогли помириться, как Артём снова оказался преградой. Сейчас я лежу вся побитая в школьном туалете. Даже встать не могу. Очень больно. Я не могу, я не выдерживаю. Надеюсь, что бабушка будет счастлива и без меня.
Бэлла Кузнецова. Четырнадцатое февраля.
Я прыгнула под поезд. Как жаль, что тот меня не сбил, ведь чёртова Купер вновь ворвалась в мою жизнь и оттянула меня от рельс. Как же я ненавижу себя и всех. Я никого ни о чём не прошу, зачем мне всё это? Для чего? Я не могу понять. Я в слезах убежала, крича Каспер что-то по типу зачем и оттолкнув её. Возможно, я зря это сделала и вскоре буду жалеть, но уже неважно. Я слишком устала.
Бэлла Кузнецова. Двадцать пятое февраля.
Похороны — это самое ужасное, что могло произойти в жизни. Сегодня я пришла впервые на кладбище к родителям, взяв несколько роз. Было так больно смотреть на могилы, понимая, что там твои родственники. Никому бы такого не пожелала, но, к сожалению, жизнь для нас как пытка. Шагом за шагом тебя разбивают и размазывают по стене, а позже остаётся лишь безразличие, за которым ты умело скрываешь всё. Это печально, что люди стали такими. Я сама стала такой. Рыдая, я рассказывала всё, что происходило в моей жизни за время отсутствия близких. Так грустно и смешно выглядит это со стороны. Ты, как психически больной человек, разговариваешь сам с собой на кладбище. Одновременно и страшно, понимая, что тот никак не может забыть тех. А я всё ещё живая. Я не хотела бы увидеть такое надгробье и у бабушки. Или же наоборот бабуля увидит это у меня.
Бэлла Кузнецова. Тринадцатое марта.
На меня нашло что-то странное. Я начала кричать на Каспера, только из-за того, что она подошла ко мне и положила руку на плечо. И так я и Костья стали ругаться на всю школу. Каждый ученик слышал нашу ссору. Перекидываясь не самыми приличными словами, мы сверлили друг друга взглядами. Скрежа зубами, я первая ушла с места и прекратила нашу ругань. Ужасно. Мне было ужасно стыдно за своё поведение, но уже ничего нельзя было исправить. Надеюсь, это никак не повлияет на наши отношения с Купер. Не хочется терять одну из самых близких подруг.
Девушка, горько усмехнувшись, тихо проговорила: — Повлияло…Бэлла Кузнецова. Двадцать второе марта.
Меня изнасиловал Артём. Я была под наркотиками. Я не знаю, что мне делать. Не могу. Всё до сих пор как в тумане. Всё это время я видела только хорошие поступки Ладыгина, но что же теперь произошло. У меня ужасно болит низ живота, ведь на тот момент я была девственницей. Очень хочется, чтобы я наконец попала к маме и папе. Возможно там мне будет намного лучше.
Бэлла Кузнецова. Двадцатое четвёртое марта.
Я рассталась с ним. Неважно, что сейчас на моём теле более тысячи синяков. Неважно, что сейчас по всей школе висят мои обнажённые фотографии. Это абсолютно неважно. Для меня лишь одно главное — я вышла из этих отношений. Уже достижение, но я все равно считаю себя до жути противной, особенно, когда мимо меня проходят ученики и говорят про то, насколько я в интимном плане хороша. Я, блять, им, что, шлюха? Пусть проституток себе закажут и успокоятся. Самое интересное, что Костья, которая обычно являлась той, у которой в постели было сотни, даже будто не замечала данные фотки, а когда ей говорили, она сначала внимательно рассматривала изображение, а позже кидала сухое: «Мне всё равно.» Как не странно, ей правда похоже было пофиг, ведь сегодня я разговаривала с ней абсолютно спокойно. Она даже первая начала диалог, не упоминая про этот случай. Зато в это время другие успели подумать, что мы вновь пара, на что Купер усмехалась, а я жутко краснела, сама не зная почему.
Брюнетке правда было всё равно именно в общении с блондинкой, но если учитывать то, что она готова была убить Артёма в тот момент за то, что показал такие фоткиБэлла Кузнецова. Семнадцатое апреля.
Дни проходили почти как и всегда. Привыкнув слушать недовольства, я уже даже не оборачиваюсь к тем людям, которые называют меня оскорбительными словами. За это можно поблагодарить и Костью, которая хоть и не всегда могла что-то сделать, но отлично поддерживала. Кстати, насчёт неё… Она уже не появлялась в школе почти неделю, что-то я начинаю волноваться. Учителя ставят ей неявки на все уроки, этим доказывая, что те совершенно не знают пропажу Купер. Странно и страшно. Мало ли, что там с ней могло случиться… Сегодня день рождения Артёма. Все пытаются меня призвать на его вечеринку, но я не хочу туда идти. Но, вдруг, там будет Каспер? Не знаю…
Бэлла Кузнецова. Восемнадцатое апреля.
Опять ошибка. В сотый раз допускаю ошибки, но так до сих пор не учла урок. На тусовке правда была Костья, но она стеклянными глазами, на которые я с ужасом взглянула, поняв, что зрачки расширены до предела, смотрела на всё происходящее. Сначала я хотела к ней подойти и разъяснить всё, как тут же заметила подошедшую к ней длинноволосую девушку. Она её поцеловала. В тот момент мой мир вновь рухнул, и я не хотела даже находиться там. Я осторожно отошла от места и оказалась около барной стойки. Прошло немного времени и я уже вливала в себя слишком большое количество алкоголя, явно непосильное моему организму. Артём вновь вмешался в мое личное пространство, и только тогда я почувствовала дикую слабость и увидела разноцветные силуэты перед собой. Мир заиграл новыми красками, и я сама кинулась на шею к Ладыгину. Теперь я сижу на кровати Тёмы и рыдаю от безысходности. Я вновь не по своей воле переспала с ним, а он с самого утра куда-то ушёл, оставив меня одну. Ненавижу свое тело, также как и всю себя. Эти тощие ноги, по которым скользили грязные руки чертового парня. Эти широкие плечи, которые слишком выделялись, и я была схожа на мужика из-за них. Этот псориаз, который за этот учебный год сильно обострился, он находился на каждой частичке тела. Я ненавидела и до сих пор ненавижу себя. Пора принять таблетки.
Бэлла Кузнецова. Тридцатое апреля.
У меня закончились таблетки, а денег на них нет. У бабушки не буду просить, ведь у неё и так всё плохо в бюджетном плане. Странные мысли всё чаще стали посещать мою голову. Тонкие пальцы сами хватались за лезвие, нанося сначала мелкие порезы, а позже сильно глубокие. И мне было не больно. Я ничего не чувствовала. Пустышка. Чувствую себя самым опустошенным человеком. Я слышу голоса, которые подталкивают меня к этим ужасным действиям. Я не могу им сопротивляться. Они сильнее. Их много. Мне страшно. Помогите.
Бэлла Кузнецова. Десятое мая.
Я купила таблетки! Наконец-то я не слышу эти чёртовы голоса. Правда стало в городе жарче, и теперь я не могу нормально носить кофты. Хочется её снять и надеть футболку, но не выйдет. Недавно был приём у психолога. Я отлично смогла надеть маску и натянуть улыбку, сказав, что её курс мне правда помогает. Нет. Ни черта подобного. Ни один сеанс я не услышала.
Бэлла Кузнецова. Пятнадцатое мая.
Конец… Это конец! Это, черт возьми, худшее, что могло произойти… я не могу, я не сдерживаюсь. Эти чёртовы люди настолько прогнили. Этот мир он остаётся таким же хуевым, как и его жильцы. Я ненавижу, ненавижу… Ненавижу всех! Сегодня из-за одного мудака… Умер мой единственный родной человек, оставшийся со мной. Бабушка. Её сбил этот ебаный водитель, которого так и не смогли поймать. Я не знаю, что мне дальше делать… Тупо не знаю. Из последних сил тётя согласилась взять меня на опеку. Она жила вместе с моей младшей сестрой. Я не могу поверить в то, что я не проснусь от тёплых слов: «Вставай, внученька», «Вставай, Бэллочка». Не могу поверить, что, находясь на кухне, я не встречу свою бабулю и не обниму её крепко. Не могу поверить то, что уже на следующий день я не поем её вкуснейшие блюда. Не могу просто поверить, что теперь все мои будни и выходные будут проходить без её присутствия. Чего же этот ваш гребанный бог добивался, забирая у меня всех близких людей? Чего он хотел? Чтобы я скорее совершила суицид? Или это испытание, как в игре, выживешь — выиграешь? Но никто ещё же не выходил живым! В чём смысл? Я устала. Хочу вновь в бабушкины крепкие объятия и получить ту заботу, которой мне уже сильно не хватает. Я не смогла осчастливить тебя, бабуля. Прости меня. Я не сдержала обещания. Я слабая и никчёмная. Просто знай, что я люблю тебя до безумия. Ты самый лучший человек, самый светлый и не прогнивший за всё время. На столе у меня до сих пор стоит фотка, где мы с тобой стоим около бассейна. Точнее ты стоишь, а я на твоих ручках. Это было замечательный момент, правда? Я тоже так считаю. Люблю тебя, бабушка.
Бэлла Кузнецова. Первое июня.
Ужасное лето. Проходит лишь первый день его, а я уже всеми силами ненавижу данные месяца. Сегодня я гуляла с компанией и пыталась делать вид, что мне до безумия весело. Нет. Я пыталась не разрыдаться и не упасть от отсутствия сил. Я не ела нормально уже более двух недель. До сих пор не хочу. Вода — ежедневный источник сил и, наверно, причина, почему я ещё не умерла. Жалко, но ладно.
Бэлла Кузнецова. Восьмое июня.
Я перестала выходить из дома. Хотелось перестать принимать эти таблетки, но с каждым разом я всё больше их глотала. Они помогали избавиться от этих ужасных эмоций. Ненавижу их. Руки были закрыты успешно бинтами, и никто не мог увидеть раны на моей коже.
Бэлла Кузнецова. Двадцатое июня.
И всё-таки пару раз я выходила гулять с Алиной, т.е. моей младшей сестрой. Да, было довольно сложновато, ведь эмоциональное состояние оставляло желать лучшего. Прошло больше месяца со смерти бабушки. Недавно я ходила к ней и родителям на кладбище, но лишь молча кинула цветы. Я не могла рассказать им, насколько запустила себя. Они явно хотели не этого. Слёзы в очередной раз текли по моим щекам. Я перестала принимать таблетки…
Бэлла Кузнецова. Первое июля.
Я вновь гуляла, но уже с компанией из нескольких людей. Я, Вероника, Арина, Янна, Ксюша, Даяна и Костья. Девочки почти все были ровесниками, некоторые может на год или два старше. Когда они стали делиться своими комплексами, я решила тоже сказать, но только про плечи и псориаз, ведь про остальное ненадо. Купер посмеялась и дальше пошла разговаривать с Нецкиной. Она даже не заметила, как я умело успела перемотать бинт и вытереть слёзы, подступившие к глазам. Так стала смеяться Каспер, после начала отношений с этой непонятной, откуда взявшейся Ксенией. Над всеми моими проблемами. Теперь я не верю своей однокласснице и бывшей всё больше. Страшно кому-то доверять, правда?
Бэлла Кузнецова. Десятое июля.
Голоса зовут сильнее. Я уже не могу. Я иду за ними, следую каждому их приказу. Я знаю, что это плохо, и они доведут меня до самоубийства. Но я желаю этого. Я хочу этого. И я сделаю это. Жаль, конечно, оставлять Костьечку одну, но переживёт. Раньше же жила.
Бэлла Кузнецова. Двенадцатое июля.
Я позвонила Купер. Я высказалась ей. Теперь я могу спокойно уходить. Похоже она поняла, что я собираюсь делать, ведь телефон чуть ли не взрывается от уведомлений. Ничего. Сейчас поволнуется, а позже, как и всегда, успокоится. Ей будет пофиг. Ведь и тогда ей было похер. Я пойду на крышу. Надеюсь, доживу до своего дня рождения. Правда жалко, что не увижу именинницу Каспер, но это неважно. У неё есть Ксюша.
Темноволосая затуманенным взглядом читала этот текст. В голове вновь и вновь отдавались эхом слова младшей, но теперь ничего из этого она не услышит…***
Подняв дрожащей рукой смартфон, белокурая сглотнула, параллельно сжимая и чуть царапая свою бледную кожу. От нервов она кусала губы до крови, пытаясь не сорваться и не закричать. Гудки прекратились шумом на той линии трубки. — Алло? — послышался хриплый голосок. — Костья… — слыша свой бешеный стук сердца, еле сказала голубоглазая. — Я хотела бы перед тобой извиниться. — Что? — будто резко взбодрилась брюнетка от таких слов. — Понимаешь, я тебя сильно люблю и не хотела бы никогда потерять. Ты правда наверняка хороший человек. Зря скрываешься за своей маской жестокости и безразличия. Я тоже срываюсь, а точнее пытаюсь. Видимо плохая из меня актриса. Вообще… — Стоп, Бэлла, какие извинения? Что ты несёшь? — перебила Купер девушку. — Неважно, Костик, — истерически усмехнувшись, проговорила светловолосая. — Кузне… — не успела и ответить старшая, как вторая тут же снова начала свой монолог. — Подожди, Кость… Я все прекрасно понимаю, ты сейчас находишься в недоумении и так далее, но мне так нужно правда. Я пыталась скрыться от собственных эмоций, которые держали меня в плену всё это время. Бабушки уже через три дня не будет ровно, как два месяца. Прикинь? А, точно, ты же не знала. Прости, я сама не знаю, что несу. Хочу навестить родителей, а лучше жить с ними там, где они. Это же здорово! Так классно. Кстати, желаю вам счастья с Ксюшей, она явно лучше, чем я, Митронина и другие девушки. Будь счастлива, Кас. Береги себя. До встречи… До встречи, которая будет ещё очень не скоро, — последнее предложение Кузнецова прошептала и сбросила трубку на этом.***
На тумбочке рядом осталось одно письмо. Последнее… Сердцебиение Костьи казалось, что слышал весь дом. Она явно не хотела открывать его, но татуированные ладони сами потянулись за ним. И вот в руках потрёпанная бумажка, где также было крупным почерком написано имя, фамилия и дата. Каспер открыла записку, зная, что ничего хорошего в ней ожидать не стоит.Бэлла Кузнецова. Четырнадцатое июля.
Последний день моих испытаний и мучений. Я уже успела устать сильно. Когда психолог мне дал совет писать каждый день эти записки, я, наверно, впервые послушала кого-то и взяла в руки бумажку с ручкой. С самого начала учебного года я писала эти письма, надеясь, что их никто не прочтёт. Ведь столько говна было излито именно туда. Но теперь же я с точностью знаю, кому эти слова будут переданы. Привет, бывшая Виктория Беляева. Это всё ради тебя. Ради тебя я сейчас стою на краю крыши, рискуя упасть, не дописав этот текст. Да, я знаю, это всё было глупо и по-детски, но, честно скажу, ведь теперь уже смысла нет скрывать все это, так как скоро меня уже не будет в этом мире. Уже скоро я вовсе перестану существовать. Мне понравился этот опыт, Купер. Мне хотелось бы продолжить именно с тобой жизнь, но, кажется, нас судьба каждый раз разделяла, не давая пройти все испытания. Либо же мы были слишком слабы, чтобы проходить их, борясь за своё счастье. Как-то по поэтической форме прозвучало, не находишь? Смешно, что сейчас я общаюсь сама с собой. Я не осчастливила никого, представляешь? А ведь кто-то базарил мне, что в итоге я стану чем-то важным для кого-то. Ах, да, это же моя бабуля. Скоро я к ней приду в гости, представляешь? Уже не уйду никогда! Как же я буду счастлива вновь оказаться в объятия бабушки. Думаю, что это будет лучший день в жизни многих. Наконец-то избавились от мусора, живущего среди них столько времени. Жаль я тянула этот момент. Возможно, ты сейчас сидишь и плачешь. Не плачь, всё будет хорошо, Костик, ты как всегда осилишь все трудности и выйдешь из дерьма. Я верю в тебя. Эти таблетки против шизофрении не помогали и антидепрессанты тоже. Они лишь помогали держать мой образ пустышки. Смешно, ведь сейчас я слышу голоса, которые подталкивают меня к тому, чтобы я наконец спрыгнула с крыши. Это случится скоро, правда. Я тебе отвечаю, Кость. Я тебе никогда не врала. Селфхарм переставал помогать, так что даже смысла не видела перематывать бинтами руки. Уже ничего не спасает. Хм, интересно, а мы встретимся на том свете? Возможно. А помнишь, когда я рассказывала о своих проблемах. Тебе было смешно, когда я плакала, молясь в мыслях, чтобы ты закончила свои действия, но кто же из нас посмеялся последний? Похоже, что это ещё не определилось. Думаю, мы скоро это поймём. Желаю тебе счастья, любимая Купер. Всего хорошего тебе. Уже жду на небеса. Целую, если хочешь, хотя от трупов как-то не очень уже, согласись? Ну, может ты там некрофилка, откуда я знаю… Обнимаю. Люблю тебя, твоя навсегда Бэлла Кузнецова.
Из зелёных, напоминающих изумруд, глаз потекли солёные слезы ручьём по смуглым щекам. Возможно бы Каспер и отправилась за младшей следом, но ведь та желала не этого точно. Резко выпив залпом алкоголь, в который девушка успела подсыпать наркотик, брюнетка отчаянно глядела на белую дверь. В квартиру зашла Ксюша, которая закрыла ключами замок и перевела взгляд на свою возлюбленную. — Чёрт возьми, Костья, ты опять напилась? — кричала Нецкина, подбегая к той. Темноволосая посмотрела на Ксению и улыбнулась. — У тебя такое красивое имя, Бэлла, — произнесла татуированная, еле фокусируя свой взор на каком-то хоть объекте. — Что? Купер, приди в себя, блять! — хлопая по лицу старшей руками, сердито проговорила сероглазая. — У тебя такие красивые голубые глаза… А волосы… Белоснежные… Так и хочется их потрогать, — тут же Костья прикрыла веки и упала на холодный пол. Ксюша в панике пыталась приподнять Купер и заставить её прийти в сознание, когда пульс той всё сильнее падал к нулю, а кислород переставал поступать в лёгкие. Она дрожащими пальцами еле набирала по телефону номер скорой. Белая пенка потекла из рта Каспер… Она никогда не сможет забыть свою маленькую девочку и быть счастливой без неё, ведь для неё Бэлла и была жизнью. Лишь с Кузнецовой брюнетка чувствовала себя комфортно. Никто никогда не сможет заменить её малышку. Ведь она её всё также сильно любит, оставляя последний смешок в сторону своего бейбика.
