Время жить

      Катара с остальными вошли в лазарет, в нос тут же ударил запах крови. Переглянувшись девушки молча разбежались по раненым, откуда не возьмись появилась Микото с подносом бинтов и примочек. Карие глаза рыжей куноичи, словно сканер прошлись по лицам подруг. Сглотнув непосильный горлу ком, новопришедшая направилась к первому раненому. Она поняла. Они уже знают. Глаза предательски защипало, а губы непроизвольно изогнулись. Пара вдохов, выдохов. Потом, у неё ещё будет время поговорить и поплакать, у неё оно хотя бы есть.       Куноичи бегали от раненого к раненому негромко отдавая помощникам поручения. Ребята не знали куда себя деть, толпясь у дверей в лазарет, они боялись оставить подруг одних. Сердце Саске то болезненно сжималось, то билось о ребра. Он высматривал Микото и не понимал, знает ли девушка о гибели друзей или нет. — Парни… — подошел Хиге к друзьям, — пойдемте в аптекарскую, мы им тут не нужны, только хуже делаем. Выражение лица Хиге ответило на все вопросы Саске. Бойцы покорно прошли за другом в комнату отдыха. Хиге поставил чай и окинул присутствующих взглядом. — Блю и Усуи погибли, — нарушил тишину Калеб. — Мы знаем, — кивнул в сторону, где суетились девушки, Хиге. — Черный сокол принес вести, после чего мы все вломились в кабинет Цунаде и узнали все, а вы? — сказал Санада. — Мы их встретили по пути сюда, — сказал Хиге. Все разом посмотрели на него. — Вы… видели? — глянул на друга Мако. — Там.. там даже простыня этого ужаса не скроет. Мы сразу помчались сюда. Хайлин и парни ещё не вернулись? — Нет и от этого ещё паршивее — угрюмо ответил Саске. — Я удивлен, что ты ещё здесь — печально посмотрел на друга Хиге. — Не выпускают. — У вас все спокойно было? — обратился Мако. — Без сучка и задоринки, — покачал головой Хиге. — Тогда, они специально напали именно на них.. — задумался Мако. — На неё, — исправил друга Наццу, — скорее всего их целью была Блю, как энергетический медик.       По спине Саске пробежал мороз. Внезапно голова его стала совсем пустая. Парень пошел вперед. — Э-э! Стоять! — схватил его за плечо Наццу. — Я так не могу, они утром должны были явиться, а уже вечер! — вспылил брюнет, отчего в комнате стало жарко. — Я не собираюсь здесь встречать её труп! И не говорите мне успокоиться, после такого никто спокойным не будет! — И что, ты будешь носиться по округе пытаясь их найти? — встал Санада. — Лучше, чем сидеть здесь и пить чай! — кружка полетела в стену. — Я с тобой, — в комнату вошла Катара, обходя осколки чаши. — Не будь такой безрассудной! — повысил голос Санада, — ты тоже у них на прицеле. — Тогда сиди и пей чай! — крикнула Катара. — Сейчас мы сделаем пару вдохов и выдохов, — вошла в комнату Микото и начала собирать крупные осколки чашки, — потом пойдем с Цунаде в комнату к ним. — Все молча наблюдали за её действиями. — Потом, если Джек, Лина и Скай не вернутся, то отправимся за ними. Нас к тому времени никто сдерживать не станет. — К тому времени.. — повторил Саске, — у них этого времени может и не быть. — Я понимаю, Саске, — печальные полные слёз глаза рыжей куноичи посмотрели на него, — и я разделяю твои эмоции и твое желание ринуться за ней. — Микото обняла его с таким порывом, что брюнет не смог ей возразить.       Вскоре суета в лазарете улеглась, девушки привели себя в порядок, когда Цунаде позвала всех за собой. Дойдя до комнаты, что находилась чуть дальше лазарета, куноичи встали перед дверьми, не в силах зайти в помещение, сзади девушек встали парни. — Дождетесь Хайлин или зайдете сейчас? — встала у порога Цунаде.       Все стояли, словно нашкодившие дети, тупо смотря на дверь. Все знали, кто находится в комнате, но также никто из них не чувствовал чакру друзей. Саске прошёл вперед и взял за руку Катару, Хиге взял под руку Микото, Калеб приобнял Рин за плечи, а Тина сама того не видя, снова вцепилась в руку Наццу, Мако и Санада замыкали процессию. В комнате было так тихо, что захотелось кричать от напряжения. Все шли за Цунаде и вскоре остановились у невысокого стола. На нем лежали носилки с двумя телами, накрытыми простыней. Судя потому, насколько много было крови, повреждение тел было колоссальным.       Цунаде молча оглядела всех присутствующих и взялась за край пропитанной кровью ткани. Санада посмотрел на девушек. Вся палитра белых и серых оттенков присутствовала на их лицах, а остекленевшие наполненные немым криком глаза были устремлены на тела друзей. — Стойте.. — рука наставницы остановилась. — Санада? — Не нужно, мы уходим, — Санада взял за руку Микото и Катару и потащил за собой. Девушки не издали и звука. Следом Наццу уволок Тину. Рин с Калебом, Саске с Хиге и Мако остались. Цунаде продолжала стоять возле стола вопросительно глядя на оставшихся. — Рин, ты уверена? — спросила главный медик. — Лучше пойдем, — потянул её за плечи Калеб, — Рин, не нужно. — Я остаюсь, — глубокие черные глаза смотрели на кровавое покрывало.       Громовые интуитивно подошли к девушке, прикрывая её собой, словно от удара. В другой ситуации Рин бы смутилась, но здесь она и не заметила их телодвижений. Она вообще забыла как дышать. На самом деле её нутро раздирало от ужаса, ноги приросли к полу, а голова была настолько пустой, что даже воспоминания о друзьях не всплывали. Рин привыкла видеть трупы, все-таки она куноичи, но не это.. Цунаде скинула покрывало. Глаза девушки расширились еще больше. Она привыкла видеть трупы.        Привыкла видеть раненых друзей, покалеченных, больных. Даже травмы Сакуры или Саске внешне были не так ужасны, того что видела она перед собой. Это даже телом было не назвать, узнаваемы были только головы и ноги, все остальное представляло собой размозженное мясо грубо порезанное пополам. Молодые люди сделали шаг назад явно сдерживая содержимое желудка, Калеб выбежал из кабинета. Вот теперь Рин вспомнила как Блю с Усуи выглядели раньше, вспомнила их совместное купание на озере и сравнила с тем, что лежало на столе. Ноги куноичи подкосились, сознание отказалось принимать такую реальность, тело девушки полетело на пол.

***

      В аптекарской, в комнате для отдыха, сидели Микото, Катара и Тина. Все хранили скорбное молчание, чай давно остыл, еда не тронута, казалось, было слышно как падет снег. На улице невыносимо холодно, вот он, первый зимний день. — Хайлин должна была вернуться, — нарушила тишину Микото, сжавшись на диване. — Если ещё и её принесут на носилках, я не вынесу этого! — Катара закрыла лицо в коленях. — Вот тебе и безупречный план, как сохранить жизнь на войне девушке, — на одном дыхании сказала Тина. — Почему она не сказала? Чего боялась? — Этого мы уже не узнаем, — мотнула головой Микото, — это уже не важно. — А что теперь важно?! — глаза Тины увлажнились. — Давайте все разом ляжем в ущелье Йоко! Какая разница сейчас или чуть позже? — Но я не хочу умирать! — сорвалась Микото. — Я только жить начала! До прибытия в штаб Омату, я была словно марионетка, которая без разрешения даже вздохнуть боялась, а сейчас я почти каждый день получаю удовольствие от жизни! Я ем вкусную еду с друзьями, я встретила Хиге и познала, что такое быть любимой, я почти перестала бояться волков! Я обрела столько всего за какие-то несколько месяцев, что не хочу это отдавать! Неужели я недостойна быть счастливой? — крупные слезы побежали по бледным щекам девушки. — Мне очень больно сейчас.. — глотая слова продолжила Мика. — Но я знаю, что пока мы стоим друг за другом, мы справимся со всем! Только пожалуйста, не надо отдаляться друг от друга, пока я с вами, мне не так больно, — просила Микото. Катара подошла к ней и положила голову ей на колени, завернувшись в плед. — Ты права, пока мы вместе, можно справиться со всем, — всхлипывая, согласилась водный маг. — Мне на сердце не спокойно, — услышали девушки Тину, — Хайлин не возвращается, хотя сроки вышли. — Может в штабе много работы? — зашел в комнату Наццу. — Она не прислала письма, как никто из парней. Погода ухудшается, ветер слишком сильный, сугробы глубокие, я волнуюсь, — настаивала Тина. — Скорее всего из-за этого и идут медленно, — ответила Катара, с ней два волка, не замерзнут точно. — Только оба волка не владеют стихией огня, — парировала Микото. В комнату зашел Мако с Рин на руках. Куноичи тут же подняли головы. — Не буду говорить что всё в порядке, так как она осталась. Калеба до сих пор.. ему нужно тоже прийти в себя, — сказал ровным голосом Мако, аккуратно укладывая куноичи на кровать. — Я скоро приду.       Куноичи молча проводили Мако. Его выражение лица и красные глаза сказали всё. Едва молодой человек отошел от окон лазарета, как бросился бежать в лес. Волком он бежал в самую глушь, не разбирая дороги. Девушка что так ему безответно нравилась - её останки лежали на этом чертовом столе. Голубоглазая, с ярко-красной помадой, дерзкая куноичи была зверски убита, даже не выносив своё дитя. Воспоминания накрывали его с головой и хоть взаимности от девушки он не добился, его собственные чувства никуда не делись. Он по-прежнему её любил. Спиной облокотившись о ствол дерева, его застланный слезами взгляд устремился в зеро. То самое озеро. — Черт возьми, как же больно.. Если бы.. если бы мог поговорить с тобой, как тогда с Сакурой. Но такого чуда не произошло. Эмоции накрыли брюнета, лес услышал крик.

***

      Медики устали за этот день: завтрак не лез в горло из-за нервного ожидания, на обед им подали ужас и скорбь, который пришлось проглотить в двойном размере, ужин желудок отказывался принимать, опять же из-за нервов. Ужасно хотелось спать, уснуть и забыться, но каждая боялась даже прикрыть глаза, из-за неизвестности состояния Хайлин ребят. Куноичи лежали не шевелясь, Катара и Микото на кровати у одной стены, напротив их расположилась на диванчике Рин и Тина, любимое кресло Хайлин пустовало, как и диван, на котором любили валяться Блю и Сакура, все с тоской смотрели на незанятую мебель. В комнате стало темно, тихо и холодно, никто не вставал чтобы включить лампу или даже зажечь свечу, печь тоже никто не топил, дрова, что были кинуты в обед, уже давно сгорели. Никто не хотел шевелиться и нарушать тишину, девушки ждали. Ждали любого сигнала о прибытии последней группы с задания. Да и сил у них, признаться, не было.       Тут в комнату вошли парни, четверка Громовых и Калеб с Наццу. Молодые люди молча осмотрели картину: света нет, огня нет, еда не тронута и три пары глаз в которых ничего не отражалось. — Мы подождем их здесь, с вами, — начал Мако. — Хотели пойти им на встречу, но в такую пургу шансов у нас встретиться мало. — Я принесу дров, в комнате холодно, — оценил обстановку Калеб и вышел. Саске уже хотел включить основной свет, но его одернула Микото. — Не надо, лучше зажги свечи, мы сейчас не настолько красивы, чтобы на нас смотреть. — Хорошо. — Свечи в шкафу, сзади тебя, — монотонно сказала Катара. Через несколько минут в помещении горел очаг, были расставлены несколько свечей, чтобы можно было разглядеть, кто где сидит. — Я принес чая, давайте хоть горячего попьем, — пришел Хиге с подносом. Но головы никто из девушек не поднял. Тишина. Снова эта угнетающая тишина как после смерти Сакуры. — Ты видел? — спросила Тина. — Мы остались, — кивнул Хиге. — Вы правильно сделали, что ушли, — сказал Мако, — это не для ваших глаз. — Нас увели, — поправила Катара. — Не нужно вам на такое смотреть, такое даже мы вынести не смогли, — сказал Саске, смотря в окно, где бушевала вьюга.        Катара посмотрела на него со слезами на глазах, водный маг догадывалась какие мысли сейчас посещают брюнета. — Саске.. — Это мы, — вошла Ино с подносом в руках, за ней Карин.        Катара и Микото подняли головы с подушек и посмотрели на пришедших, Тина и остальные повернули на них головы. Куноичи поставили подносы на стол, где уже покоился чайник. — Мы слышали о случившимся от Цунаде, — начала Ино, — я соболезную, десятая команда, как только до нас через патруль дошли вести о том, что тут творится, мы сразу примчались сюда. — Зачем? — не понимала Катара.        Никто с этими двумя особо не дружил, на работе они поддерживали нейтралитет, и то ей и Хайлин давалось это непросто, Блю вообще девчонок презирала ещё с момента их знакомства в Сотке. — Это… как бы сказать… Хоть мы не дружим, но мы куноичи из Сотки, а значит… — замялась Ино. — Да не мямли ты, Ино, — вступила Карин, — это просто желание вам помочь, мы предполагали, что вы убиваетесь после увиденного, смерть Сакуры вы хреново все восприняли, мы уж были готовы вас хоронить. Но вместо этого, вы, отложив скорбь, вылечили отряд Альфа. — Мы куноичи, это наша работа, — ответила Микото. — Вы люди, черт возьми! — закричала Ино. — Вы, мы все, в первую очередь ЛЮДИ, а потом медики, на носилках принесли в первую очередь не медика и бойца, а вашу подругу и друга, с которыми, черт возьми, вы огонь и воду прошли! — Мы слышали, что Хайлин, Скай и Джек еще не вернулись, также мы слышали от ребят, что вы не едите с утра, — начала Карин и, показав на поднос, продолжила, — это бульон, выпейте, хотя бы его. Я не хочу никого пугать, но думаю, когда ребята вернутся, им всем понадобится медицинская помощь, обессиленные, вы им не поможете. — Откуда такая уверенность? — прогремел в комнате голос Саске. — Просто мы знаем как работает Хайлин, а учитывая погоду, ей сейчас очень тяжело, — вздохнула Ино.       Глаза брюнета остановились на блондинке, его ведь успокаивали, говорили, что с Бестией все будет в порядке, тогда почему Ино произносит эти слова, словно к нему вернется только хладное тело? Проигнорировав Саске, Ино продолжила. — Это всё, что мы хотели, мы не знали, что тут будете вы, ребята. Мы пойдем. — Спасибо, девочки, — уже уходя, куноичи услышали голос Микото, в котором были нотки благодарности. — Они правы, выпейте хотя бы бульон, — выступил Санада. Девушки, неохотно вылезли из-под пледов и сели за стол, тупо смотря на миски с жидкостью. — Разбудить Рин? — спросил Наццу. — Не стоит, пусть спит. Калеб, судя по твоему зеленому лицу, лучше тебе пока не есть, — посмотрела на него с сожалением Микото. — Если честно, то я лучше тоже лягу. Мне плохо. — Волк развалился на полу недалеко от печки. — Саске, поешь и ты с ними, — сказал Мако.        Девушки все разом посмотрели на Учиху. — Ты не ел с утра? — спросила Катара. — Я не голоден, — отрезал брюнет.       Микото смотрела на него почти с жалостью, даже при скудном освещении, она заметила круги под глазами, отсутствие аппетита было связано с отсутствием одной девушки, чье любимое кресло пустовало. Сердце рыжей сжалось, ведь она даже не задумывалась, как он переживает сейчас за куноичи, которая ему не безразлична, а после того, как он вернулся с той комнаты, было видно что места он себе не находил. Бледный, его черные глаза иногда отливали янтарем, что само по себе в этой ситуации пугало, плотно сжатые губы и напряжение во всем теле было довольно заметно. Он как натянутая струна, мог в момент порваться, взорваться, лопнуть. — Не могу, есть сейчас эту вкусную и теплую пищу-все равно, что преступление! — закрыла лицо руками Тина. — Ешьте, вам ещё понадобятся силы, — произнес Санада. — Откажитесь от еды вы, не будем есть и мы! — поставил ультиматум Хиге. — Только, если с нами поест Саске! — воинственно произнесла Микото. Все посмотрели на девушку. — Либо едим все вместе, либо никто из нас к еде не притронется! — бросив ложку на стол, заявила рыжая. — Поддерживаю, — согласилась Катара, — давайте поедим все вместе, как раньше. Как раньше. Эти слова порезали слух всех присутствующих. Саске не мог смотреть на этот бульон. Теперь он как никто другой понимал, когда девушки в истерике кричали слова.. Это неправильно!!!       Как он мог сейчас есть эту теплую еду, когда они неизвестно где? Саске коснулась Микото. В покрасневших глазах брюнет увидел понимание всего вихря его чувств. — Сейчас твой внутренний голос кричит, что это неправильно, — тихо произнесла Микото, но в такой тишине, её слова звучали похлеще грома. — Но этому вы, Громовые звери, научили нас. Сейчас мы все, как по команде, возьмем ложки в руки и начнем есть, а не сверлить глазами несчастный суп.       Через несколько минут у каждого было по миске с супом, пусть и в молчании, но в итоге посуда вскоре опустела, а комната прогрелась, в камине играл огонь. Девушек от усталости начало клонить в сон. — Их нет, — напомнил Саске обещание Микото. — Ты прав, — согласилась девушка. — Нет, не в такую пургу! — останавливал друзей Санада. — Если бы с ней были маги огня, я бы не так переживал, но они в такую погоду черт знает где! — глаза Саске приобретали янтарный оттенок. — Возможно они остались в том штабе, — предложила Тина, — просто письмо в такую пургу птицей не дойдет. — Саске, давай ещё подождем, — схватив брата за плечо, сказал Санада. — Тц! — психовал младший Учиха. — Три часа, — сказал Хиге, — давай подождем ещё три часа и пойдем искать их. — А сейчас предлагаю отдохнуть, — спокойно сказал Санада. Близняшки уснули на диване, подле их, на полу, уже спал Калеб в волчьем облике. На кровать легли Микото и Хиге. Катара расположилась на другом диване, завернувшись в плед, у неё в ногах сел Санада. Саске сел в кресло Хайлин. Мако расположился на полу возле Калеба. Наццу завернулся в плед и лёг между волками. Через некоторое время, комната засопела.       Водный маг свернулась в калачик, она никак не могла согреться, страх сковывал её, высасывая все тепло, лишними телодвижениями. Катара боялась разбудить всех в комнате, особенно Санаду, который сидел на другом конце дивана, облокотившись на спинку. — Это любимое место Хайлин, — тихо сказала Катара, она видела, что Саске не спит и задумчиво смотрит на огонь. — Да? — повернулся к ней брюнет. — Угу, кресло на самом деле классное, раньше оно разбиралось как-то интересно, подлокотники расправлялись и там могли спокойно поместиться два человека, и ещё оно как-то расправлялось вперед, кресло-диван. Но оно недавно сломалось сколько мы не пробовали, у нас не получалось его разложить, — улыбнулась Катара. — Саске, попробуй поспать. — Я бы давно ушел на их поиски, — обреченно сказал Саске. — Даже твое волчье чутье не найдет их в такую метель. — Да. Но есть другие способы. — Ментальная связь? — Да и ещё я надеюсь на чакру. — Найти её по чакре? — Кого-нибудь. — Если у Хайлин низкий уровень чакры то её трудно будет найти.. и её и ребят. Мы не знаем, почему они задерживаются, Скай не первый раз работает с Хайлин, он бы не позволил ей без чакры шататься зимой по лесу, — сказала Катара. — Если между нами, то Джеку я доверяю больше, — хмурился брюнет. — Отношения Ская к Хайлин изменились, — поняла друга Катара, — но он не позволит подвергнуть её опасности. Он ревнует её к тебе, как и Джека. — Вот это меня и настораживает. — Ох, любовный квадрат! — улыбнулась водный маг. — Катара.. — закатил глаза Саске, но на её улыбку ответил. Возникла пауза, Катара еще пуще сжалась в комок, ноги и руки замерзли. — Ты переживаешь за неё, — улыбнулась Катара, — хотя сейчас мне больно на тебя такого смотреть, не могу не признать, что я рада за вас. Что бы в лицо тебе не говорила Хайлин, она очень дорожит тобой. — Спасибо за твои слова, — улыбнулся брюнет, — а теперь постарайся поспать. — Не могу, ног не чувствую, — слабо улыбнулась Катара, — и..перед глазами это красное покрывало.       Саске молчал, перед его глазами была картина еще хуже. Но его внимание переключилось на водного медика, ведь в комнате было тепло, а она чуть ли не зубами стучит. Катара ещё лежала какое-то время, посмотрев на Саске, она нашла его спящим, девушка уже думала взять второе одеяло, как почувствовала движение подле себя. — Не могу спать под стук зубов, — зашипел Санада. — Прости пожалуйста, — виновато опустила глаза куноичи. — Иди сюда. Санада накрыл себя пледом Катары и, обняв девушку, лег рядом. — Заболеть что ли хочешь? — с укором посмотрел на неё парень. — Нет, просто не могу согреться, — маг воды прижалась к нему почти вплотную. Санада коснулся губами её лба. — Тебя знобит, поэтому и согреться не можешь. Температура поднялась. — Вот оно как, — хмыкнула девушка. — Не изводи себя до такого состояния. — Как легко ты это говоришь после сегодняшних событий, — ответила куноичи. — Попытайся согреться, я разбужу тебя. — Угу.       Катаре понадобилось время, чтобы согреться. Когда наконец-то замершие конечности почувствовали тепло, маг воды погрузилась в сон. — Ты бы тоже поспал, — обратился к брату в кресле брюнет. — Не могу, — вздохнул Саске. — Я до сих пор не могу поверить, что молодая семья даже пожить не успела, — начал Санада, перед глазами встала эта ужасная кровавая картина с накрытыми телами друзей. — Хорошо, что умерли вдвоем, хоть никто сейчас не мучается поодиночке, — тупо смотря на огонь, говорил Саске, хотя сам он видел сейчас далеко не огонь, а искалеченные тела Блю и Усуи. — Желание Блю исполнилось, на войне их не разлучат и похоронят вместе. — Не даром наставник говорил «Грамотно формулируйте свои желания», — согласился Саске, выдержав паузу, он продолжил, — я не смогу такое пережить, мне слишком.. дорога моя Бестия. Брат с тревогой посмотрел на него. — Саске. — Ты самый осторожный среди нас, — начал Саске, — но даже ты перед её чарами не устоял. — Сомневаюсь, что это можно назвать чарами, — улыбнулся Санада, убирая выбившуюся прядь волос с лица девушки. — Не важно. Именно ты пошел искать её в этот злосчастный дождь, именно ты возишь её на спине у себя, именно ты ходишь с ней в лес и именно ты заставляешь её улыбаться рядом с собой. Тогда почему ты на неё так сорвался в тот раз? — Я как и Хайлин, боюсь привязаться, — усмехнулся Санада. — Уже поздно, братец, мы обречены, — махнул рукой Саске, — просто прими этот факт, что уход этой девушки из твоей жизни, лишит тебя всех красок. — Я уже это ощущаю, — кивнул брюнет, — сейчас понимаю, что с моей стороны было глупо говорить ей такое. С Усуи и Блю надо брать пример-они жили для себя и строили эту жизнь как хотели. — Такой же пример сейчас сопит поодаль от тебя, — кивнув в сторону Хиге и Микото, сказал Саске. — Этой парой я просто восхищаюсь, — согласился Санада, — мало того, что благодаря ему Микото расцвела подобно цветку, так ещё и Хиге нашего преобразила. — С этим не поспоришь, — согласился младший Учиха.

***

       Ближе к рассвету метель стихла, лишь снег продолжал валить с неба. Первое, что услышали все спящие в аптекарской — волчий вой. Ребята тут же вскочили с кроватей, а Саске и вовсе превратившись в волка, выбежал из комнаты выбив дверь. Санада и Катара кинулись за ним следом, Микото и Хиге, схватив сумку для оказания первой медицинской помощи, кинулись за друзьями. Остальные остались ждать в штабе.       Черный волк бежал по белоснежному полю, которого только начали касаться алые лучи утреннего солнца, окрашивая белое земное полотно в розовый свет. За янтарноглазым волком, неслись еще двое с куноичи на спине. Но бежали они недолго, в поле кроме троих волков никого не было. Сигнал был подан единожды, догнав янтарика Санада и Хиге остановились. — Никого не вижу, — признался Хиге. — Никого не слышу, — ответил Санада. — Никого не чувствую! — рыкнул Саске.       Катара спрыгнув со спины Санады, магией воды схватила снег, превратив его в воду и сформировала огромный столб воды, уходящий высоко в небо, в лучах солнца, вода заискрилась, появилась радуга. Явление было настолько красивым, что ненадолго отвлекло парней. — Это сигнал нашим, — ввела в курс дела Микото, — Хайлин и Скай знают этот сигнал, раз мы не чувствуем чакру, значит они её скрывают. — На кой им ваша радуга, если они могут быть без сознания и чего хуже! — рычал Саске. — Ну-ка не ры…! — остановилась рыжая, посмотрев ему в глаза. — Ты чего? — глянул на обоих Хиге. — Ментальная связь! — крикнула девушка. — Точно! Вас же трое, зовите! Вы же волки, черт возьми! Неужели кроме слуха, обоняния и чувства чакры вы больше ни на что не способны! — кричала Микото. — Мы же все слышали сигнал! — Ты нас совсем за дебилов принимаешь и думаешь мы ментальной связью не воспользовались? — наехал Саске. — Хватит! — рыкнул Хиге. — Не время отношения выяснять! — Они не отвечают, Микото, ни Джек, ни Скай, — ответил Санада. — Так зовите всех! Зовите Хайлин! — кричала Микото. — Саске, ты же всё знаешь! Все твои догадки верны! Все!       Трое волков с удивлением и неким восхищением смотрели на маленькую рыжую куноичи, её волосы отливали алым из-за восходящего солнца, некогда карие глаза были похожи на глаза янтарика. В Микото сейчас ощущалось сил намного больше, чем у самого Саске. Её твердый голос, боевая стойка и тяжелый взгляд привораживали. Микото переглянулась с Катарой, та кивнула. Хватит уже в секретики играть, жизнь друзей важнее. Рыжая куноичи встала и прикрыла глаза. Мы здесь! Хайлин, Скай, Джек! Тишина. Хайлин, Скай! Тишина. — Они не слышат! — всхлипнула Микото. — Саске! Зови её! Может тебя она и услышит! Хайлин! Ответь, Хайлин! Тщетно. Саске звал её, но всё безрезультатно, они либо далеко, либо мертвы. — Скай! Хайлин! Джек! — кричала во все горло Катара. Сформировав другой столб воды, девушка взмыла в небо, но сверху было только ровное белое полотно. Ни сломанного дерева, ни вскопанной земли, ничего. — Если они движутся, то я попробую поймать вибрации, — сказал Хиге.        Светло-коричневый волк прикрыл глаза и сосредоточился. На секунду он дернулся чуть было не обрадовавшись, но это оказался обычный лесной заяц. — Ничего. Никто из троицы пропавших не отвечал. К водному магу подошел Санада. — Катара, ты выбежала в одних носках. Залезай на меня, ты ещё вечером с температурой лежала, не чего в снегу стоять ещё и горло рвать. — Девушка послушно залезла на красноглазого волка. — Микото, залезай тоже, — позвал её Хиге, куноичи нехотя забралась на волка. — Предлагаю обежать лес. — Вибрации, — тихо сказал Саске. — Что? — посмотрели на друга Громовые. — Катара, как тогда Блю, Хайлин и Джирайя нашли Сакуру с Наццу? — Они сосредотачиваются на знакомой чакре, успокаивая ум они распространяют нити своей чакры на возможный для них радиус. И если человек, которого они ищут, в поле их досягаемости, их чакра соприкасается, посылая тебе импульс о его местонахождении. Нюанс в том, насколько сильна чакра того, кого ты ищешь, если её у человека и так мало, то шансов найти почти нет. — Поэтому нас тогда и искали втроем, — добавила Микото. — Чисто теоретически, я смогу это сделать? — спросил Саске. — Нет, у тебя нет пока такой подготовки, — расстроилась Катара. — Но! — на девушку снизошло озарение. — Хиге, у нас с тобой может получиться! — Что я должен делать? — настроился волк. — Тоже самое, только я буду искать вместе с тобой с помощью воды. Микото, меняемся!       Девушки поменялись волками. Санада, почувствовав на себе рыжую куноичи, сконцентрировал чакру огня на спине. — Ох, какой ты теплый, — прошептала Микото, стараясь не стучать зубами. — Грейся, зато ты ледяная, — тихо ответил волк.       Катара и Хиге сконцентрировались. Волк чувствовал, что его чакра начала смешиваться с чакрой водного мага, немного необычное ощущение, но довольно приятное. Его радиус поиска расширился, теперь он находил вибрации чакры не только землёй, но и чувствовал все вибрации, что контактировали со снегом. — Ужас, сколько птиц, — приоткрыл глаза волк, — как тут не сбиться. — Ш.. — перебила его Катара. — Предлагаю подойти ближе к лесу. — Пойдем, — коричневый волк помчался в лес, двое черных за ним. Хайлин! Тишина.       Саске грызло отчаяние, он ничего не мог сделать, кроме как носиться по лесу сломя голову. Хиге снова остановился и на пару с Катарой продолжил поиски. Лес окрасился в розовые тона, жизнь только просыпалась после вьюги. Стало слышно птиц. — Раз здесь птицы, значит в лесу нет опасности, — пытался утешить друзей Санада.       Хотя мысль носиться по лесу и искать друзей уже не казалась такой абсурдной. Саске подошел почти вплотную к Хиге, он пытался применить на практике то, что рассказала Катара, но на словах это оказалось легче, чем на деле. Мысли словно рой плел, сменяли одна другую, сердце билось в ушах и горле, пытаясь сломать ребра. Ни о какой концентрации даже и речи не было. Захотелось спалить здесь всё. Убрать этот чертов белый, идеально ровный снег. — Есть! — крикнули Катара и Хиге.       Саске забыл как дышать и с братом бросился за светло-коричневым волком. Стремглав одолев несколько километров волки почуяли запах крови, от чего прибавили темпа. Янтарноокий волк бежал не касаясь земли. — Хайлин! Скай! Джек! — кричала Микото на спине красноокого волка. Наша группа выбежала на маленькую полянку в лесу. Запах крови ощущался отчетливо, но следов крови не видно, как и следов боя. — Мы не могли ошибиться, — тяжело дышал Хиге, — жесть, поиск людей очень энергозатратен. — Они здесь, — оглядывалась по сторонам Катара. — Под снегом! — сказал Саске, приготовившись топить его чакрой огня. — Стой! Ты можешь навредить ещё больше! — остановил его Санада. — Если они нашли их по чакре, то они живы. — Нашёл! — сказал Хиге, смотря на дерево. Все посмотрели на него. — Катара, пересядь пока на Санаду. Девушка спрыгнула в сугроб, провалившись почти по колено в снег. Хиге стал копать сугроб. — Парни, помогайте! — Учихи бросились на помощь. Под корнями дерева Громовые нашли двух волков, измазанных кровью, между ними лежала Хайлин. Между волками протиснулись медики. Катара обследовала Хайлин, Микото волков. — Они живы! — проинформировала Катара. — Уносим их отсюда, — сказал Санада. — Нельзя, — перебила Микото, — они связаны её чакрой. — Хиге, передавай чакру Джеку, Санада ты бери на себя Ская. Саске, тебе роль по круче.. ты и Катара делайте водяную баню, а я займусь их ранами.       Санада и Хиге смотрели на друзей в скорбном молчании, но на Саске старались глаза не поднимать. Глаза брюнета полностью окрасились в янтарный цвет, эти красивые глаза с такой болью смотрели на девушку, над которой кропотала Микото. — У Хайлин серьезных ран нет, — сказала рыжая, — этим двоим больше досталось. — Но.. — подтолкнул её к дальнейшим словам Санада, чувствуя недосказанность. — Но она с чакроистощением и скорее всего с воспалением легких, а также сильным обморожением. С парнями ситуация чуть схожа, колотые и резанные раны, сильное обморожение, анемия. — На них напали, а они отступали защищая её, — константировал Хиге. — Хайлин на ходу лечила их раны, передавая им чакру, — добавила Микото. — Тогда почему они здесь? Они ведь недалеко от штаба, — спросил Хиге. — Потому что нас гнали всю ночь, — тихо ответил Джек. — Друг! — встрепенулся Хиге. — Как она? — пытался открыть глаза Бетта, но свет слепил его. — Жива, — сухо ответила Микото. — Что случилось, Джек? — Мы собирались остаться ещё на ночь в штабе, но.. в итоге решили уйти вечером, чтобы вас не беспокоить. Погода располагала, и в лесу.. где-то на середине пути на нас напали.. — серый волк отключился. — Микото, как Хайлин? — спросила Катара. — Я ей передала свою чакру, можно переносить всех. — Тогда Саске, беги с ней в штаб, пусть готовятся, — брюнет аккуратно взял девушку на руки и исчез, — я с Санадой будем продолжать греть их. Микото, продолжай давать им чакру, — командовала Катара. — А как унести всех в штаб? — посмотрела на подругу рыжая. — Я всех понесу прямо так, не шевелитесь, — вздохнул Хиге. Пласт земли поднялся в воздух.       В лазарете Учиху уже ждала Цунаде с девочками. Саске положил бессознательное, холодное тело девушки на кушетку, руки брюнета дрожали. Цунаде приказала парню выйти, но тот даже не шелохнулся. Отмыв всю кровь с тела, серьезных ран медики не обнаружили, лишь несколько незначительных порезов. Бледная, губы посинели, темные круги под глазами выдавали чакроистощение. Цунаде послушала её легкие. — Она всю ночь и утро их чакрой качала. — Почему истощение? Над Саске она и дольше стояла, — не понимала Тина, ставя капельницу. — Потому что её силы не тратились на поддержание тепла, и простыла она ещё до того, как попала в метель, — сканировала девушку Цунаде. — А это имеет значение, пока она работала над Саске, за ней ухаживали вы все, ни одного приема пищи она не пропустила. Она больше пострадала не чакроистощением, а сильным обморожением. — Как вы могли отпустить её без магов огня? — зашипела Тина. — Потому что миссия короткая, если бы ей нужно было под снегом искать людей или травы, то вопросов не было, но её отправили работать в штаб, а не на улицу. А где её накидка, она же с печатью огня? — Её не было, как ни у кого из парней, — Саске отчетливо помнил тот момент, когда их раскопали. — Их что, заживо под снегом похоронили? — переглянулись Тина с Цунаде.

***

       Прошли сутки с момента, как ребят доставили в штаб, никто пока в себя не пришел. Парней куноичи подлатали, но истощение чакры, раны и холод дали о себе знать. Как бы Цунаде не гоняла Саске, волк не слезал с кровати Хайлин, покорно лежа в её ногах. К подруге подошла маг воды, медик поменяла капельницу, сделала несколько уколов, собираясь дать брюнетке очередную порцию чакры, когда Катара разразилась кашлем. Саске только сейчас заметил, что куноичи плохо выглядит, на ходу трансформировавшись, он подхватил девушку, которая уже опиралась на прикроватную тумбочку, закрывая рот платком. Положив руку на лоб девушки, Саске цокнул. — Иди в кровать, пока Цунаде не позвал. Если ещё ты сляжешь, радости это никому не доставит. — Кха! — ноги девушки подкосились. Учиха уложил Катару на соседнюю койку. — Я за Цунаде, хоть я не медик, но даже мне видно, что простым сном и волчьей ягодой тут не отделаешься, — посмотрел ей в глаза брюнет, — Тебе ведь давно нездоровится? Почему молчала? Почему с температурой понеслась в лес? Ты не единственная куноичи в этом штабе, прекрати все взваливать на себя! Господи, как же вы с ней похожи! — перешел на тон выше Саске. — Нда, Саске, вкусы на девушек у тебя с братом так себе, — улыбнулась Катара моментом погасив его ярость. — Подожди немного, скоро приду — усмехнулся парень.       В скорое время, в комнату ворвался Санада с Цунаде и Микото. — Мальчики, да выйдите же вы из лазарета! — гнала вон Цунаде. — Нет, — спокойно отвечала пара брюнетов, отчего руководитель приходила в ярость. — Если им в лазарете нельзя, можно девочек переместить в нашу комнату? — поинтересовалась Микото. — Они все равно не уйдут, мало того, мы все хотим быть вместе… сейчас, нам нельзя разделяться… Хайлин еще не знает о Блю…— погрустнела Микото. — Катару можете перенести, вы знаете что делать… — задумалась Цунаде. — Наши комнаты расположены ближе к аптекарской, чем к лазарету и вид волков никого смущать не будет, Цунаде, они не уйдут, хоть палкой их бейте, — взмолилась Микото. — В лазарете ещё полно раненых отряда Альфа, я не хочу, чтобы она будучи в таком состоянии узнала о Блю. Здоровье Хайлин и так подорвано, если она ещё и эмоционально сломается… — замолчала девушка. — Ох, боже, что с вами делать! — вздохнула Цунаде. — Цунаде, кха! — выкашляла Катара. — Я согласна с Мико-кха! — Да вы же не разместитесь все там! — посмотрела на неё руководитель. — Почему же? Некоторые неплохо на полу спали, — усмехнулся Санада. — Ну раз так. Идите. В аптекарской.       Хайлин разместили на кровати, Катара заняла диван, на котором ранее спала с Саданой. Маг воды, приняв лекарство, вскоре уснула крепким сном, Санада опять устроился у неё в ногах. Хайлин по прежнему не приходила в сознание, на её коленях покоилась массивная голова янтарноглазого волка. Как его вес выдерживала кровать никому неизвестно. — Санада, иди поспи нормально, — рыжая куноичи коснулась его плеча, — либо расположись на соседнем диване. — Нет, лучше ты иди приляг, мне и здесь нормально. — Так ляг рядом с Катарой, диван же разложен, вон сколько места, даже в волчьем обличии выдержит, коли кровать Хайлин смогла, —устало улыбнулась Микото. Санада превратился в волка и лег в ногах девушки. — Саске, очень прошу, не грей ей грудь, воспаленные легкие нельзя дополнительно греть, не в её случае! — обратилась к янтарику Микото. — Скажи мне, что я могу для нее сделать? — Медленно передавай ей чакру, каждые 2 часа надо понемногу давать вот этот отвар, — показав на чайник с темной жидкостью, сказала Микото. — И ждать. — Понял, Мика, ложись спать. Ты едва на ногах стоишь, если сляжешь еще и ты… Прости меня, я не со зла повысил на тебя голос, — посмотрел на рыжую Саске. — Я понимаю Саске, в конце концов, я тоже на тебя накричала, — погладила по голове волка Микото. — Я лягу здесь, если что-то почувствуешь, сразу буди меня, не стесняйся, сейчас её состояние превыше всего. — Хорошо. — И да, Саске, поешь немного и поспи.       Не дожидаясь ответа, Мика подошла к Катаре, смерив температуру, она легла на соседний диван, укрывшись по макушку пледом. В комнате горел огонь, было тепло и уютно. Чуть позже в комнату зашел Хиге. — Мако и Калеб с парнями в лазарете, их состояние улучшилось, но в себя ещё не пришли. Как Катара? — Температура, кашель, уровень чакры резко снизился, — ответил красноокий волк. — Хайлин? — Без изменений, — ответил янтароглазый волк. Парень подошел к дивану Микото. Он стоял и не понимал в каком облике ему лечь и где. Решив, что лучше не выделяться сейчас из толпы, светло-коричневый волк лег возле девушки, боясь раздавить её, но почувствовав, как она во сне сама прижалась к нему, расслабился и уснул. Ночью был слышен только кашель Катары. Я так и не поговорил с ней.       Санада с чувством вины смотрел на водного мага, они нормально не разговаривали с того вечера, как девушки бегали от парней. Столько всего произошло. Эта безрассудная девчонка бегала почти босиком по снегу. Всегда сильная и решительная девушка сейчас стучала зубами от простой простуды. Санада превратился в волка и примостился возле водного мага.       Саске не мог спать, он не сводил взгляда с грудной клетки девушки, она медленно поднималась и опускалась, хоть прошли сутки, и температура тела поднялась до норы, лицо так и осталось бледным, а губы синими, парень чувствовал как медленно наполняются резервуары чакры в её теле, он чувствовал как его чакра медленно переходит ей. Сердце брюнета болело, он давно не слышал её голоса, не видел блеска в её глазах, он скучал по её смеху, по их стычкам, по её присутствию. Саске скучал. Хоть девушка и лежала рядом и была жива, он скучал по ней.       Микото собиралась встать, чтобы дать Хайлин отвар, но Саске ментальной связью сообщил ей, что даст отвар сам. — Хорошо, доверяю её тебе. — Спи, я разбужу.       Взяв чайник, парень налил в небольшую чашу отвар, но как напоить девушку, которая без сознания? Ему вспомнилось утро в номере: ..Есть несколько путей передачи чакры, чакра — это энергия человека, помнишь? На поле боя мы используем передачу чакры через руки, передавая вам ее почти принудительно и безвозмездно. Но это только один из способов ее передачи, чакру можно передать и через поцелуй, ну и через секс. Только в этих случаях, она будет передаваться по обоюдному согласию людей, по сути, даже простые объятия с другим человеком- это сложный энергетический обмен, визуально и физически он не ощутим, а вот ментальное и астральное тело это почувствует. Поцелуй и секс, это уже слияние наших физических тел, естественно, чакрообмен тут происходит более интенсивно, чем при простых объятиях..— всплыли слова Хайлин. Боец выпил содержимое чаши и с помощью поцелуя передал отвар. Маленькая, хрупкая девушка с бледным лицом покоилась на его руках. Вернись ко мне. Отложив чашу с отваром в сторону, он поцеловал её снова, надеясь что волшебный поцелуй разбудит спящую красавицу.