Зевс.

Вот и снова я вхожу в его зимний дом, переодеваюсь, а точнее накидываю халат. Сейчас раннее утро, настолько раннее, что когда я собираюсь на работу, транспорт только начинает ходить и, чтобы не опоздать, я еду на работу на велосипеде. Даже зимой. Хотя как сказать... Работа ли это. То есть сначала, когда я только пришла в зоопарк в качестве работника, мне казалось, что это будет каторга. Хотя не удивительно. Тогда мне любая работа казалась каторгой, но сейчас я не могу назвать своё пребывание в образе работницы зоопарка работой. Скорее это, как говорят, на работу, как на праздник. Потому что у меня появился единственный настоящий друг. Меня зовут Аврора. Мне пятнадцать лет и до всей этой истории я была настоящей оторвой: грубила учителям, красила волосы в синий, обижала всех, кого могла и кого не могла. Что называется, связалась с дурной компанией, как мне казалось, друзей. Они научили меня всему плохому, что есть на свете. Мы ходили на вечеринки, пили, курили, хулиганили и однажды попались. Точнее попалась только я. Мы тогда решили залезть в зоопарк, директором которого был мой отец. Главарь нашей банды хотел попугать птиц, которые жили на пруду и весной сидели на яйцах. Я знала, где есть лазейка в заборе, где нет камер. Затея конечно удалась. Мой бывший друг повеселился на славу, разорив несколько гнёзд, получив пару щипков от гусака и лебедя и подняв ужасный шум, на который прибежал сторож. Услыхав шаги и увидев отблески розового фонарика, мы кинулись бежать. Трое успели, а я... Споткнулась о корягу и растянулась на асфальте, попав в луч фонарика. В общем теперь я-преступница и, в качестве наказания исправляю то, что натворила. Я спустила из бассейна грязную воду и принялась чистить его. Конечно сейчас, когда вся живность обретается на зимних квартирах и зоопарк города Клёновск редко посещают и мусорить-то некому, но всё равно вода всегда должна быть чистой. Так сказал папа, уверяя, что тому, кто тут живёт и так по жизни досталось, да я и сама понимаю, что отчасти виновата в том, что он остался без опеки родителей. Он-это чёрный лебедь по кличке Зевс, которого я воспитывала с яйца и вырастила сама, потому что он оказался из того гнезда, которое после похождений моих бывших друзей удалось спасти. Его яйцо было единственным, которое уцелело после той свары, но мать отказалась его высиживать. К слову в тот раз наказали только меня. Друзей своих я не выдала, хотя после той ночи, они сделали вид, что знать меня не знают. В общем я больше не в их компании. - Вот тебе, дочка твоё наказание. - сказал папа, когда я пришла на следующий день на работу, ставя перед моим носом маленький инкубатор, который был рассчитан на одно яйцо, которое там уже грелось - То что натворили ты и твои дружки исправить надо. Будешь следить за температурой в инкубаторе, чтобы она не стала выше, или ниже, а держалась строго на жёлтом участке. Понятно? - Хорошо... - буркнула я, утирая слёзы. Мне было обидно, что хулиганили все вместе, а они меня бросили. Сидеть в обнимку с инкубатором я должна была неусыпно. Несколько суток, может даже неделю. И вот однажды, оно треснуло. Я тогда вздремнула лицом в стол после бурной ночи, когда в зоопарке выключилось электричество и я в панике соображала, как же поддержать нужную температуру. Папа принёс свечку и мы вместе спасли птенца. - Папа, что происходит? - мямлила я сквозь сон, когда услышала хруст скорлупы - А? Что? Где? - встрепенулась, встряхнула головой - Птенец!!! Папа прибежал через несколько минут после моего звонка, но не торопился подойти к инкубатору, наблюдая за происходящим издалека. Судя по его довольному лицу-это был его хитроумный план. Отец отличался своеобразным чувством юмора и, конечно же забыл предупредить меня, что птенцы, вылупившись, принимают за мать первое что увидят. Так получилось и в этот раз, чему я сначала не обрадовалась. Птенец, серый, пушистый, с большой головой и маленьким тельцем, неуклюжей походкой и отчаянно вереща, пошёл ко мне. - Чего это он, а? - я испуганно посмотрела на отца. - Ну... Скажем так, что теперь ты-его мамочка. - улыбнулся папа. - Что?! - я подскочила - Папа, ты что, издеваешься, да? Опять твои дурацкие шуточки?! - Это не шуточки, Авророчка, а вторая стадия твоего наказания. Сначала я показал тебе, как нелегко высидеть яйцо. Ты ещё недолго мучилась, а самка делает это ровно двадцать один день. Ты тряслась над инкубатором всего десять. - Да я сегодня ночью чуть инфаркт не схлопотала! - сказала я, косясь на птенца и пробуя найти в себе материнский инстинкт. - Вот... А теперь ты станешь матерью этому лебедёнку, чтобы понять, как это непросто. Не переживай, в школе я договорился. Ты будешь получать домашнее задание, делать его., а я относить в школу учителям. - папа улыбнулся. Я взяла малыша в руки, сделав ладошки лодочкой. - А это он, или она? - спросила я. - Пока не ясно. Пол будет известен, когда малыш подрастёт. - ответил папа, протянув мне то, чем нужно будет кормить это странное существо - Вот, покорми его. И я взялась за дело. Птенца нужно было кормить раз в три часа, выносить его поплавать с другими малышами, хотя мой от меня далеко не уплывал и даже звал меня поплавать с ним. Чтобы не перепутать малыша с другими лебедятами, я надела ему на шею кислотно-жёлтое кольцо, меняя его размер, по мере того, как малыш рос. Имя Зевс лебедёнок получил, когда вырос и избавился от детского пуха. Я сама его так назвала, вспомнив миф Древней Греции, который очень любила читать. И, когда лебедь окончательно вырос и стал ладным самцом с чёрными, как смоль перьями и ярко-красным клювом, я хотела уйти, вернуться к своей прежней, но скорректированной жизни, хотя расстаться с нем было непросто. Я всё же привязалась к нему. Да, сначала это было наказание, но, к моменту нашего расставания, он стал мне другом. - Ну раз ты так решила, то я согласен. Всё равно ввести Зевса в стаю так и не вышло. - согласился папа - Другие лебеди его не принимают. Клюются, шипят. Он проснулся, когда я почистила бассейн и наполнила его чистой водой. Сначала он вытащил голову из-под крыла, потом захлопал крыльями, как бы разминая их, а потом были ежедневные обнимашки: он подходил ко мне, просил его обнять и я обнимала его за шею, поглаживая по крыльям, а он просто клал голову мне на плечо и так мы сидели минут пять. Эту традицию придумал он сам наверно где-то три месяца назад. Сначала он просто ходил за мной хвостом и крякал, потом стал дёргать за карман на джинсах. - Да что с тобой такое сегодня, шалунишка? - улыбнулась я и была опрокинута крылом на пятую точку и его шея оказалась на моём плече - Ааа... Ты хочешь, чтобы я обняла? - спросила я и получила утвердительный кряк, впервые несмело обняв чёрную шею. Вот и сегодня, в этот день, перед Новым годом, всё было точно так же, как и на протяжении нескольких месяцев. - Ах ты мой великовозрастный сын. - улыбнулась я, расправляя чёрные перья - Избаловала я тебя так, что без мамки никуда. На самом деле так оно и было. В стаю и правда ввести его не получилось. Конечно летом Зевс плавал в общем пруду, но лебеди его не подпускали к себе на пушечный выстрел, а самки так вообще принимали за предмет мебели. Как он не старался, а всё равно самым лучшим другом для него так и осталась я, хотя обращался он со мной весьма своеобразно. Начиная с того момента, как он вырос и до сегодняшнего дня, я была ни раз пощипана, опрокинута на пол, а сколько раз летала в бассейн, или пруд, я лучше помолчу. - Ах ты, засранец!!! - орала я, вылезая из пруда и начиналась шуточная возня на радость посетителям и их же дружным хохотом. Зевс неуклюже и косолапо убегал от меня, а я пыталась его догнать, а когда догоняла, начинала тормошить, громко хохоча. - Так, обнялись, а теперь купаться. - сказала я, выпустив наконец его из объятий - А потом я буду тебя кормить. Лебедь согласно крякнул и охотно отправился плавать. Я же принялась готовить ему смесь из его любимой еды, не подозревая, что в этот день у нас на зимних квартирах произошло ЧП и кто-то забыл закрыть щеколду между отсеком, где жил Зевс и соседствующим с нами самцом чёрного леопарда. - Ёлки-палки!!! - воскликнула я, обернувшись на дверь и увидев два жёлто-зелёных глаза - Зевс, не выходи из бассейна! Это опасно. Но он быстро доплыл до берега и, с нехарактерной для лебедя ловкостью оказался возле меня. Огромный чёрный кот, на шкуре которого не было видно ни пятнышка, вошёл в отсек Зевса, вальяжно потягиваясь, пока мы с лебедем спорили, кто кого из нас должен защищать. Наконец Зевс снова хлопнул меня крылом по коленкам, отчего я не удержалась и неуклюже плюхнулась в бассейн, подняв тучу брызг, что, к слову сказать, ничуть не напугало леопарда. Пока я, кашляя и отплёвываясь, вылезала из воды, мокрая, как мышь, Зевс храбро шипел и клевался. Пантера тоже не сдавался, прыгая, нападая и взвизгивая, когда получал очередной щипок, или крылом по морде. Но леопард был ещё молодой, да к тому же ни разу не был диким. Его, как и Зевса тоже растили люди, поэтому он и понятия не имел, что такое убивать и скорее воспринимал Зевса, как большую, шипящую игрушку. - Так... Кошки боятся воды. - думала я - Может сейчас сработает. Пока лебедь и леопард спорили, я добежала до шланга, с помощью которого набирала воду в бассейн, или воду в ведро, когда надо было убрать помещение. Резервуар был полон и я, раскрутив шланг и, наставив его на пантеру, дёрнула за рычаг, обрызгав врага с ног до головы холодной водой. Чёрный леопард кинулся в свой отсек, чихая и фыркая. Я выключила воду и только тут осознала, какая же нам обоим грозила опасность и, когда папа и его помощники влетели в помещение, я обнимала мокрого Зевса и рыдала белугой от страха. Меня успокоили. Напоили чаем с мятой. Я выпила три кружки подряд и успокоилась. Конечно папа ругался за то, что я так напугала любимца публики, леопарда Кешу, на которого ходили зрители, но ругался он, через смех. Но папа наконец понял, что я прошла все круги Ада и поняла наконец, что такое ответственность. Возвращались мы домой втроём. Папа вёл меня за руку, а я несла специальную сумку, где сидел Зевс, взирая на всё, высунув из сумки шею. Папа уже давно оборудовал жилище для лебедя во дворе нашего дома. Так же у нас был небольшой бассейн, где бы Зевс мог плавать. Моё наказание закончилось, началась долгая и искренняя дружба.