it must be witchcraft

Аарон чертовски ненавидел понедельники. В понедельниках не было ничего хорошего. Когда-либо. Понедельник означал конец выходных. Понедельник означал, что нужно вставать ни свет ни заря (хоть, по крайней мере, ему больше не приходилось страдать от противного будильника Кевина), чтобы успеть к тренировке (он в курсе, что так каждый день, но по понедельникам всё всегда было хуже, потому что в предыдущие два дня не нужно было рано вставать, и он мог почувствовать разницу). Хуже всего было то, что по понедельникам он не видел Кейтлин. Вообще. Весь день. Они также почти не переписывались, потому что по понедельникам она была так занята между занятиями, двойными тренировками, учебными группами и ОУВТДД. Аарон ненавидел ОУВТДД. Обязательный Ужин Вход Только Для Девочек. ОУВТДД. Он происходил каждый понедельник с шести вечера до утра вторника с дополнительным зловещим НОУВТДД (Неожиданный Обязательный Ужин Вход Только Для Девочек), который спонтанно разрушал его вечера здесь и там в течение месяца. Аарон ненавидел их существование с величайшей страстью, но не давал Кейтлин знать о своей ненависти. Она была тайной, и, хотя он терпеть не мог хранить секреты от своей девушки, эту тайну он лелеял для большего блага. Видите ли, ОУВТДД делал Кейтлин счастливой. Ей нравилось выключать телефон, компьютер, телевизор и раз в неделю развлекаться с подружками. Аарон не знал, чем они занимались всё это время (да и не хотел знать). ((Нет, правда. Натали, соседка Кейтлин по комнате, однажды небрежно прокомментировала какой-то ритуал, или призыв, или что-то в этом роде, и он был уверен, что она не шутит. Аарон знал невозмутимый юмор. Он знал чёрный юмор. Его братом-близнецом был Эндрю Миньярд. Он прожил с Кевином Дэем целый грёбаный год. Нил Джостен существовал.)) (((Этот последний пункт был доказательством того, что призывы и ритуалы работают. Аарон был почти уверен, что Джостен не совсем человек.))) ((((Кроме того, общежитие Кейтлин пахло шалфеем по крайней мере раз в месяц.)))) (((((Теперь Аарон знал, как пахнет шалфей. Это само по себе доказательство.))))) Как бы то ни было, дело было в том, что сегодня понедельник, а это означало, что никакой Кейтлин. Даже переписки с ней. К тому же это был чертовски длинный понедельник. Из трёх его занятий по понедельникам по двум были тесты, а на третьем профессор решил устроить им грёбаную викторину. Аарон должен был встретиться с однокурсником с одного из своих занятий по четвергам, чтобы обсудить проект, который должен был состояться на следующей неделе, а это означало, что он пропустит большую часть своего обеденного перерыва. Обед был важен для Аарона, и не потому, что это было его единственное время, когда он действительно видел Кейтлин по понедельникам, хоть и было это ненадолго. Обед был просто необходим. Ему нужно было поесть. Он спортсмен колледжа. Он всё ещё рос. (Он рос, понятно.) После того как Аарон тащился через адский понедельник, он с нетерпением ждал тренировки. Во время практики время всегда проходило быстро, будь то из-за постоянной активности или постоянной драмы, в любом случае он мог сжечь часть своей беспокойной энергии таким образом. Весь стресс от этих тестов и затянувшаяся тревога от викторины, вездесущая боль от отсутствия Кейтлин и пламенная обида за существование ОУВТДД — всё это могло размыться, смешаться и истечь кровью на площадке. Видите ли, Аарон понимал, почему его брат терпеть не может экси, он действительно понимал. Потому что, если бы он застрял возле ворот на всё это грёбаное время, просто ожидая, когда игра придёт к нему, он бы тоже сошёл с ума от скуки. Тренировки были забавны, только если вы знали, что работаете над чем-то. Аарон усердно работал над тем, чтобы правильно делать пасы и улучшать свои рефлексы, потому что, когда дело доходило до игры, он должен был быть там, прямо в этот грёбаный момент, но Эндрю просто должен был… стоять рядом. Аарон не думал, что его работа была лёгкой или что-то в этом роде, и он признавал, насколько чертовски хорош был его близнец, когда на самом деле играл. Но Аарон также понимал, почему его это не волновало. Для Аарона всё было по-другому. Аарон должен передвигаться по корту и не давать высокомерным засранцам-нападающим добраться до ворот. В самые мстительные моменты ему нравилась мысль, что в буквальном смысле его работа — это следить за тем, чтобы брат оставался скучающим всю игру. Когда Аарон чувствовал себя более доброжелательным, ему нравилось думать, что он останавливает кого-то, кто беспокоит его брата. На самом деле результат был тот же, но Кейтлин сказала, что всё дело в менталитете. Аарон не был уверен, что понял, но старался изо всех сил. В основном. К счастью, Аарон наполнил свои собственные понедельники до краев, чтобы занять себя, и он только что вернулся в общежитие. Было достаточно времени для обеда, а потом, возможно, на час видеоигр или домашних заданий перед тренировкой. Когда он вернётся, то сможет закончить любую другую домашнюю работу перед сном, и тогда понедельник наконец закончится. Ники уже был в их с Мэттом комнате, когда Аарон вошёл, и он поднял голову, кивнув кузену. К этому моменту Ники уже настолько часто здесь появлялся, что мог бы просто переехать к нему, и Аарон действительно не понимал, почему он этого не сделал. Они с Мэттом прекрасно ладили, и никто не хотел жить с Кевином. — Эй, ребята, что вы думаете взять на обед? — спросил Аарон, бросив рюкзак у стола, а затем перегнулся через спинку дивана, чтобы посмотреть игру, в которую они играли. — Ага. — Это был Мэтт. Его рот был открыт, когда он смотрел на экран, пытаясь найти свой путь через какую-то сложную головоломку в подземелье, которое он исследовал. — Полезно. — Аарон посмотрел на Ники, который смотрел на телефоне прохождение уровня игры. — Ники? — О, Гм. Подожди. Мэтт, ты произнёс заклинание земли, перед тем как войти в храм? — Что? Нет! Ты же сам велел мне на всякий случай стрелять! — Не-е-ет, я же сказал, что это какое-то стихийное заклинание из-за этих закорючек! Закорючки всегда означают магию, Мэтью. — Ну да, но потом ты сказал, что это огненные закорючки. Аарон перевёл взгляд с одного на другого, затем на игру и закатил глаза, когда Мэтт умер от легко избегаемой ловушки. — Ну что ж, теперь, когда вы оба доказали свою взаимную некомпетентность, может, продолжим разбираться с едой? Я бы хотел поесть перед тренировкой, спасибо. Ники сморщил нос и откинул голову назад, чтобы посмотреть на Аарона, хотя выражение его лица смягчилось до сочувствия. — Понедельник, да? Уши Аарона порозовели, когда он оттолкнулся. — Знаете что. Не берите в голову. Ники, дай мне ключи, я иду в твою комнату, чтобы взять меню. — О-о-о, маленький кууууузееен! Всё в порядке! Ты скучаешь по своей возлюбленной! Гетеро любовь — это тоже любовь, кузен, даже если она отвратительна. Аарон собирался сделать лицо Ники ещё более отвратительным с помощью кулака, если он не заткнётся. К счастью для Ники, Мэтт вмешался с приветливым тоном. — Ники, будь с ним поласковее. — Я веду себя хорошо! — Ники драматически вздохнул и закатил глаза, затем драматически взмахнул ключами (потому что Ники ничего не мог делать нормально). — Хорошо-хорошо, но не мог бы ты также захватить мою зарядку для телефона? У Мэтти здесь есть только эта странная штекерная штука, а Apple буквально с ума сошли с этим. Аарон моргнул, глядя на кузена. — Я буквально понятия не имею, что ты только что сказал. — Но он не ошибается, — признал Мэтт, пожав плечами и дружелюбно улыбнувшись. Покачав головой, Аарон вздохнул и сорвал ключи с пальца Ники, прежде чем чрезмерное вращение заставило бы их слететь и ударить кого-то в грёбаный глаз. — Отлично. Что-нибудь ещё? Я не вернусь, если ты потом вспомнишь. — Нет! Спасибо! Тебе! Аарон! — Аарон сделал вид, что не слышит лишних восклицательных знаков, и направился к двери. Через несколько секунд он уже отпирал дверь в комнату, которую Ники делил с Эндрю, Кевином и Джостеном. Он уже был полностью внутри и закрыл дверь, прежде чем увидел это. Это. Это был Эндрю. Это был Джостен. Они сидели на диване. И… И его мозг не мог точно вычислить остальное. Это было похоже на какую-то ошибку сервера, и рецепторы в его глазах не могли общаться с интерпретаторами в его мозгу. Аарон просто… не понимал этого, и чем дольше он смотрел, тем меньше в этом было смысла. Это был Эндрю. Это был Джостен. Они сидели на диване. Эти факты сами по себе не вызывали особой тревоги. Эндрю и Джостен часто сидели на диване. Эндрю занимал своё место, и психованный маленький нападающий либо садился на пол и прислонялся к нему, либо забирался в противоположный угол. Иногда, если они собирались вместе на вечер кино или что-то в этом роде, Джостен садился посередине, но обычно он сидел на полу, потому что прожил восемь лет в бегах, а мягкие вещи вроде кроватей и диванов не имели для него смысла или что-то в этом роде. Аарон старался не интересоваться. Это было. Это было… Это было не то. Эндрю лежал на диване, а Нил лежал почти на нём, зажатый между ног. Это должно настораживать. Это должно быть душевной травмой (так это определенно и было, просто по-другому), за исключением того, что они оба были полностью одеты, и вязаное радужное одеяло, которое Ники притащил в гостиную, когда они переехали в первый год, было накинуто на них обоих. Джостен… спал. На Эндрю. Он был… прижат к груди Эндрю, и Аарон ощутил отчётливое желание выбелить свой мозг просто за то, что поставил слова «Джостен», «прижимался» и «Эндрю» в одно предложение. О, блядь. Джостен спал, но Эндрю точно нет. На мгновение Аарон не мог различить разницу между своим сердцем и селезёнкой, потому что первое только что упало чертовски глубоко в его желудок, когда его глаза встретились с глазами брата. Холодное, пустое, скучающее выражение, к которому Аарон так привык, исчезло, сменившись горячей яркой яростью. Аарон затаил дыхание и со смешанным благоговением и ужасом наблюдал, как Эндрю слегка пошевелился там, где лежал, поднял руки… чтобы окончательно обосновать их вокруг спящего нападающего. Нил издал тихий звук, и взгляд Эндрю оторвался от Аарона, чтобы посмотреть на Джостена сверху вниз. И он изменился. В этот момент Аарон был уверен, что снова на наркотиках, но ничто из того, что он когда-либо принимал, никогда не вызывало у него таких диких галлюцинаций. Выражение лица Эндрю было спокойным, мягким, это был… не Эндрю. Да, ладно, не то чтобы Аарон не знал, что они с Нилом вместе. Эндрю раскрыл это дерьмо в марте прошлого года, когда Нил пропал и появился в Балтиморе. И хотя в то время Аарон полагал, что это связано с какой-то сделкой в сочетании с каким-то странным договором об убийстве, который они, вероятно, заключили вместе, это были не те отношения, которые он когда-либо связывал с ними. Эндрю не стал бы обниматься. Нил не стал бы обниматься, а Эндрю ни на кого так не смотрел. Как будто он держался за что-то бесконечно драгоценное. Как будто он был… благословлён. Аарон распознал это чувство в выражении его лица, потому что это то, что он чувствовал каждый раз, когда смотрел на Кейтлин. Или когда её пальцы нежно перебирали его волосы, когда он отдыхал, положив голову ей на живот по воскресеньям. Или когда она улыбалась ему. У Кейтлин всё равно лучшая в мире улыбка, но Аарон заметил, что у неё была особая улыбка, которую она приберегала специально для него. Как будто он добавил что-то в её жизнь, просто находясь рядом. Как будто он был чем-то действительно хорошим в её жизни, из-за чего она чувствовала себя счастливой. Его брат так смотрел на Нила Джостена, и Аарон не мог просто… не заметить этого. Он, блядь, просто не мог. Аарон не был суеверным (да-да, на самом деле он был суеверным), но здесь происходило что-то такое, что, будь это он и Кейтлин, Аарон назвал бы священным. Это не могло быть так, потому что Нил Джостен был наполовину демоном или кем-то сродни этому. Однако всё это было похожим на нечто священное, и он не собирался мешать. Как можно тише Аарон сделал шаг назад и потянулся к двери. Эндрю наполовину грёбаный тираннозавр, потому что движение привлекло его внимание, и Аарон снова замер. Он попытался подражать свирепому «какие-то, блядь, проблемы?» взгляду брата, но, когда Эндрю только приподнял бровь, Аарон понял, что скорее выглядит смешно. Ублюдок. — Тебе что-то нужно? — тихо, но всё ещё достаточно громко спросил Эндрю. Это сводило Аарона с ума. Он был полон решимости не будить спящего нападающего. — Э-э… — Аарон поморщился и посмотрел на Джостена, когда его голос прозвучал громче, чем он хотел. Эндрю снова впился в него взглядом, и это было гораздо эффективнее, чем его собственная попытка. Придурок. Осторожно Аарон попробовал ещё раз и смог изобразить что-то похожее на бормотание: — Я как раз зашёл за меню. Мы делаем заказ… Выражение лица Эндрю смягчилось до гораздо более знакомого выражения безразличия, которое было бы более утешительным, если бы Нил грёбаный Джостен не спал у него на груди, как грёбаная коала. Эндрю кивнул в сторону кухни. — Ты знаешь, где оно. — Затем он поднял руку и просто провёл ею по волосам Джостена, как будто это было так просто сделать, и снова перевёл взгляд на телевизор, где шло… кулинарное шоу? Что, чёрт возьми, здесь происходило? Аарон стоял ошеломлённый целую минуту, прежде чем встряхнулся и двинулся на кухню так тихо, как только мог. Он выхватил меню из ящика стола, затем схватил зарядное устройство Ники со стойки. Слава богу, оно было прямо там, на виду, в противном случае он бы совершенно забыл о нём. Вернувшись к двери, Аарон на мгновение остановился и оглянулся через плечо. Эндрю, казалось, почувствовал его взгляд и повернулся к нему. Последовала долгая неловкая пауза, а затем Аарон сказал: — Я не буду говорить Ники. Эндрю моргнул, затем выражение его лица слегка изменилось. Это не было большой переменой, Аарон очень хорошо знал лицо Эндрю. Это было самое маленькое смягчение. Затем его близнец кивнул и снова повернулся к телевизору. Аарон сделал вид, что не заметил, как тот наклонил голову и провёл носом по волосам спящего нападающего, и ушёл, даже не успев подумать, что Эндрю поцеловал Нила в макушку. Аарон, заперев за собой дверь, сбежал так быстро и тихо, как только мог. Затем, ещё не вернувшись в свою комнату, он написал Кевину, чтобы тот пришёл пообедать к ним в их комнате. Он не слишком обдумывал своё решение, просто сделал это. — Вот ты где! Я боялся, что Эндрю зарезал тебя или что-то в этом роде! — крикнул Ники с усмешкой, когда Аарон вернулся в комнату. Должно быть, что-то было в выражении его лица, потому что Ники озабоченно нахмурился. — Эй, он ведь так не поступил? Я думал, что вы, ребята, ладите намного лучше… — Ах, да. То есть нет. Он не ударил меня ножом. Мы просто поболтали минутку. Ники выглядел так, будто не поверил ему, поэтому Аарон сунул ему его зарядник. — Кевин тоже придёт. Закажите достаточно для всех нас. Мэтт оглянулся, немного сбитый с толку. Потому что Аарон никогда ни за что бы не пригласил Кевина. Ники выглядел таким же ошеломлённым. Он посмотрел на дверь, как будто хотел спуститься в свою комнату и посмотреть, что случилось. Не понимая, почему так отчаянно пытается сохранить увиденное в тайне, Аарон выпалил: — Я скучаю по Кейтлин, ладно? Давайте просто потусуемся и пообедаем. А потом мы вместе отправимся на тренировку. Это произвело желаемый эффект. Ники напевал, вздыхал и хихикал, а Мэтт подошёл и положил руку Аарону на плечо в знак солидарности, потому что, очевидно, они были «влюблёнными-гетеро-братьями-по-оружию» (слова Ники, но Мэтт кивнул в знак согласия?). Кевин пришёл без жалоб и был вполне терпим, пока они играли в видеоигры и обедали, прежде чем отправиться на тренировку. Когда всё-таки началась тренировка, Аарон ничего не мог с собой поделать. Он изучал своего брата и Джостена. Они выглядели нормальными (ну, нормальными для них). Они не липли друг к другу или что-то в этом роде. Они были просто… ими. За исключением того, что иногда случалось и происходило так быстро, что Аарон был почти уверен — ему мерещилось, казалось, что он видел тень того самого выражения на одном из их лиц, когда они смотрели друг на друга. Это было так незаметно, что Аарон мог пропустить это, если бы не наблюдал за их тренировкой, если бы не искал это, поэтому ему почти удалось убедить себя, что он всё выдумал. Вот только в самом конце ночи, когда они все вернулись в Башню, Аарон оглянулся на машину, прислонившись к которой стояли Нил и Эндрю. Они, казалось, не разговаривали, но были достаточно близко, чтобы коснуться друг друга. И даже в темноте Аарон видел, что их руки сплетены. Аарон отвернулся, чтобы случайно не увидеть больше, и поспешил к общежитию. В ту ночь, лёжа в постели, он достал телефон и написал Кейтлин, зная, что она не получит его сообщение до следующего утра. Эй, детка, я надеюсь, что у тебя хорошая ночь. Просто хотел сказать, что люблю тебя. Не могу дождаться, когда увижу тебя. У меня только что был самый странный грёбаный день.