Любовь и голуби

Два года. Ровно два года они бесят друг друга, доводя до белого каления каждый день. Ровно два года они любят до дрожи и задыхаются от нежности. Пару раз в неделю один хочет утопить другого в ванной, столкнуть с крыши многоэтажки во время свидания, уронить на ногу штангу в спортзале или придушить проводом от фена. Постоянно хочется касаться, запуская мириады мурашек по коже, и целовать любимые губы. Иногда непонятно, чего хочется больше — плеснуть горячего чая в лицо или зацеловать до смерти. Порой эти два чувства возникают одновременно. Но неоспоримая истина всегда одна: Александр и Агата любят друг друга до безумия. Их отношения нельзя вписать в каноны классических романов. Они не признаются друг другу в любви каждую секунду и вообще не похожи на приторно-сладкие парочки, которые обычно всех бесят, но забыть про годовщину — это слишком даже для Алекса. Агата заранее подготовилась к празднику. Часы в подарок, чёрное кружевное, которое практически ничего не прикрывает — потому что так любит её мужчина. А этот мужчина ходит целый день, отвратительно спокойный, не избегает её, как если бы приготовил сюрприз и выжидает время, не намекает ни на что и ведет себя так, словно это самый обычный день.       — Съездишь со мной в офис? Нужно проверить и подписать пару договоров, — он заглянул в комнату и обратился к уже отчаявшейся Агате. Съезжу этой китайской вазой по твоей красивой морде, если ты в ближайший час не одумаешься. Она мне никогда не нравилась. Не морда, конечно, ваза. — Конечно, милый, дай мне пять минут на сборы, — с натянутой улыбкой и дергающимся от злости глазом ответила Агата. Алекс с самого утра видел, что Агата злится. Она ждала от него поздравлений, не дождавшись, загрустила, а к вечеру в ней накопилось столько негатива, что мужчина переживал, как бы эта гремучая смесь не рванула раньше, чем он преподнесёт любимой свой подарок, который целый день прожигает карман его брюк. Нильсен сделал ставку на упрямство и гордость Агаты и не просчитался. Она героически молчала и пока они ехали в офис, и пока ждала его в зоне отдыха для сотрудников компании, и пока они добирались обратно. Ну и что, что с недовольным лицом? Ну и что, что убила его взглядом тысячу раз? Когда они подъезжали к дому, никакой злости у Агаты уже не осталось. Она собралась просто лечь спать с липким чувством обиды и легкого разочарования из-за разрушенного праздника. Но как только девушка переступила порог квартиры, расплылась в счастливой улыбке. Свечи, цветы, приятная музыка на фоне, бутылка любимого вина и фрукты. Кажется, он не забыл. Она развернулась, поднявшись на носочки, чмокнула Алекса в нос и потащила на диван, переплетая пальцы. — Мог бы и раньше сказать, что помнишь, я тебя вообще-то целый день ненавидела, — проворчала Агата, поудобнее устраиваясь на коленях у любимого. Александр и раньше не сомневался в том, что хочет связать свою жизнь с этой несносной англичанкой. Его не пугал ни взрывной характер, ни частые ссоры, ни даже то, что она поет в душе. Ужасно поёт. Но сейчас, когда Агата сидела у него на руках, плавясь от прикосновений, своими объятиями разливая по телу тепло и нежность, у него не осталось сомнений насчёт верности своего выбора. Не только она таяла в его руках. Он тоже. — Боже, Агата… — она мазнула нежным поцелуем по скуле, уткнулась любопытным носиком в шею, запустив руку в волосы на затылке и легонько оттягивая пряди. — Почему ты не можешь всегда быть такой ласковой кошечкой? — прикрыв глаза от удовольствия, промурлыкал швед. — Потому что ты бросил бы меня через пару дней. Это скучно. А со мной никогда не знаешь, с кем проснешься: с милым котёнком или с кошкой-дурёшкой. Так же веселее, — беззаботно пожала плечами Агата и улыбнулась. А Алекс и не думал спорить. Он любил Агату во всех проявлениях её иногда невыносимого характера. И только он собрался сделать самый важный шаг в жизни, достать кольцо, встать на колено, как девушка потянулась к тарелке с фруктами и недовольно заворчала. — Серьезно, Алекс? Манго? За два года ты не запомнил, что у меня аллергия на манго? — Твою мать… — прошептал Нильсен, прикрывая глаза. Пальцы на коробочке разомкнулись, потому что делать предложение сейчас было бы верхом тупости. Идиотская аллергия на тропический фрукт портила всю романтику. Забывчивость Александра сыграла злую шутку: вечер, который должен был стать самым счастливым в жизни парочки, выливался в очередной скандал. — Прости, Агата, я просто забыл. — Естественно ты забыл! — она вскочила с его колен, размахивая руками от злости. — Зачем помнить об этом, правда? Почему-то я помню, что тебе нельзя бананы, и никогда не покупаю их! Но ведь так тяжело запомнить, что на чертово манго у меня аллергия, да? — Прекрати истерить! — Алекс вскочил следом за ней, сжимая запястья и не давая девушке схватить со стола тарелку с несчастными фруктами и запустить её в стену. — Да, забыл, каюсь! Но это всего лишь манго, я ведь не про годовщину забыл! — Попробовал бы только, — прошипела Агата, вырывая руки из крепкой хватки. Злость медленно отступала, потому что взгляд у Нильсена был такой виновато-влюбленный, что не простить ему оплошность с манго было просто преступлением. Ну… Ладно? Забыл, с кем не бывает. — Успокоилась? — спокойно спросил Алекс, обнимая Агату за талию и целуя покрасневшую от злости щёку. Харрис кивнула, смущённо опуская глаза. Может, она перегнула? Он устроил такой красивый романтический вечер, а она зацепилась за эти манго… — А теперь идём гулять, раз ужин все равно не удался. Почти силой он вытащил её на улицу, заверяя, что она не испортила романтик, и прогулка изначально входила в его планы на вечер. Конечно, он планировал гулять уже официально со своей невестой, но пришлось вносить некоторые коррективы. Он заранее договорился со скрипачом, заказал десяток белых голубей, продумал всё до мелочей, но… — Какого чёрта, Алекс? Не получилось убить меня моей аллергией, решил до инфаркта голубями довести? Бросить дело на полпути — это не про Нильсена, да? Твою. Мать. Цензурных слов не осталось ни у кого из них. Как можно было забыть об этой фобии? Забыть обо всем, и уместить это в один день, который должен был стать праздником… Феерический идиот. — Я всё объясню! — на парочку идиотов смотрели все люди, отдыхающие в парке, но им было откровенно плевать. Агата была на пороге новой истерики, а у Нильсена закипал мозг. Он ругал себя, понимал Агату, но не хотел ещё одного скандала. — Что ты объяснишь? Что за два года отношений ничего обо мне не знаешь? — она была готова расплакаться от обиды, злости и страха, с силой сдерживая рвущиеся наружу слёзы. — Знаешь что, Нильсен? Да пошёл ты! Агата убежала прочь из парка, вскрикнув от страха, когда прямо перед ней пролетела пара голубей. Слёзы бежали по щекам, обида разрасталась в груди, а Алекс так и стоял на площади, опустив голову…

***

Александр не находил себе места. Уже четыре часа он понятия не имел, где находится Агата. На звонки она, конечно, не отвечала. После шоу с голубями, когда она в бешенстве убежала из парка, он решил, что девушка уехала домой, и не спеша отправился следом, чтобы дать ей время остыть и успокоиться. Каково же было его удивление, когда Агаты не оказалось ни в их общей квартире, ни в загородном доме, ни в квартире, где она жила до их знакомства. Осторожно, чтобы не испугать и не расстроить пожилую женщину, Алекс выяснил, что к тётушке Аннет племянница тоже не приезжала. К кому ещё могла поехать девушка в такой ситуации? Конечно, к подруге. С учётом того, что у Агаты она всего одна, Нильсен, немного успокоившись, набрал номер Скай. Гудки.       Нет, у меня её нет, в последний раз мы виделись на прошлой неделе. Врёт? Не похоже. Сказала, не раздумывая ни секунды, и даже голос не дрогнул. Паника. Натуральная паника. Звонить в больницы и морги? Смешно (вообще нет). Идти в полицию? Прошло слишком мало времени. Нанять детектива? Точно, возможно, Малыш Сэмми задействует свои связи и поможет что-то узнать. Алекс уже тянулся за телефоном, чтобы набрать Сэма, когда раздался звонок. Брэндон. Лучший друг. — Я не знаю, что у вас случилось, но так как твоя женщина с подружкой танцует на барной стойке в моём клубе, полагаю, у вас не всё гладко. Забери её, пока она себе шею не свернула, — в трубке раздались короткие гудки и Нильсен сорвался с места, до чёртиков напугав кошку, задремавшую у него на коленях.

***

Александр добрался до клуба в считанные минуты. Не обошлось без пары нарушений правил дорожного движения, но главное — Агата жива и здорова (чего не получится сказать о её состоянии следующим утром). Только вот радость от того, что все так хорошо закончилось, не спасёт ее от последствий безответственности. Алекс вошёл в здание клуба и первое, что бросилось ему в глаза — танцующие на барной стойке Агата и Ева. Да и никуда больше смотреть все равно не получилось бы, потому что зрелище было действительно горячим. Жаль только, что помимо шведа, представлением наслаждалась вся мужская часть заведения. Эти пьяные соблазнительницы не оставили ни единого шанса местным танцовщицам гоу-гоу. Нильсена этот факт взбесил настолько, что он в несколько решительных шагов преодолел расстояние до бара и легко, как будто она ничего не весит, спустил Агату на пол. — Не знал, что у тебя есть и такие таланты, котёнок. Склонившаяся набок голова, руки сложены на груди, ровный, спокойно-угрожающий тон и испепеляющий взгляд ледяных глаз. Агата уже поняла, что простой поркой сегодня не отделается — интересно, что на этот раз придумает этот сексуальный во всех смыслах извращенец? — терять уже нечего, поэтому… — А ты обо мне вообще многого не знал, как мы сегодня выяснили, — съехидничала девушка. Икнула, покачнувшись на высоких каблуках, но сильные руки не дали упасть. Никогда не давали. — Так, надоело. Бесишь меня до ужаса, но я тебя, какого-то чёрта, даже такую люблю, — Алекс взял Агату за руку и в одно движение надел на изящный пальчик кольцо, бриллиант на котором красиво переливался в неоновых лучах клуба, закинул на плечо и двинулся в сторону выхода. Но, кажется, Ева наконец-таки заметила, что теперь танцует одна. Спрыгнув со стойки, она с криками набросилась на Александра со спины. — Потому что девчонки всегда горой друг за друга! Ты куда ее потащил? Вспомнил, что она ещё пенициллин не переносит? Алекс развернулся. — Успокойся, иначе закрою твою собутыльницу дома. Встречаться будете раз в месяц, под присмотром. Вы ещё за враньё объяснитесь, когда протрезвеете, обе. Ясно? Вовремя подоспевший Брэндон утащил брыкающуюся Скай в сторону своего кабинета. Не прошло и пары минут, как активизировалась Агата, невольно залюбовавшаяся фамильным кольцом Нильсенов, которое так идеально ей подошло. — Нильсен, черт тебя дери, что бы это ни значило, я своего согласия не давала. Отпусти сейчас же, я сама пойду. Подальше от тебя, — стучание по железобетонной спине маленькими кулачками не принесло никаких плодов, поэтому девушка решила действовать наверняка: укусила жениха — жениха? — и гордилась собой ровно до того момента, пока на её задницу не приземлилась крепкая мужская ладонь. — Можно подумать, я тебя отпущу, — хмыкнул Алекс, заталкивая Агату в машину и пристёгивая ремнём безопасности, во избежание побега или черт знает ещё чего. От этой фурии можно ожидать чего угодно. — Ты моя, Харрис. Точка. — Не дождешься! — она фыркнула, но сопротивляться не стала, втихаря рассматривая надетое на палец кольцо. В любой другой ситуации она бы прослезилась, но сейчас наружу рвался только истерический смех. Он правда позвал её замуж? После того, как они несколько раз только за сегодняшний день доказали друг другу, что совершенно не пара? Серьёзно? — Что смешного? — нахмурился Алекс, взглянув на хохочущую Агату. Её настроение начинало бесить, поэтому он свернул на обочину, радуясь, что в такое время дорога была практически пустой. — Да что с тобой? — Мы совершенно не подходим друг другу, — расхохоталась Агата, качая головой. — Ты ничего обо мне не знаешь, совершенно, — кажется, алкоголь не так сильно подействовал на неё, как казалось на первый взгляд. Девушка была вполне адекватной, но этот смех сводил Нильсена с ума. — Неправда, я знаю о тебе многое, — он нахмурился. Она ему сейчас отказать пыталась, или что? — Да ладно? — смех сменился странно довольной улыбкой, и она перебралась к нему на колени, чтобы смотреть прямо в любимые голубые глаза. — Ты забыл про манго. И голубей тоже. Не удивлюсь, если ты свадебное путешествие спланировал где-нибудь в горах, которых я жутко боюсь после той лавины. Алекс сглотнул, вдруг подумав, что нужно будет отменить билеты на горнолыжный курорт и взять куда-нибудь на острова, где по близости не будет ни гор, ни манго, ни, тем более, голубей. — Неужели это самое важное? — Алекс нахмурился. — Например я знаю, что ты любишь вот так, — он неожиданно нежно провел большим пальцем по щеке Агаты, вызывая мурашки. Запустил пятерню в волосы, массируя кожу головы, а потом потянулся вперёд, оставляя целомудренный поцелуй в уголке губ. — И вот так тоже любишь... Он провел рукой по спине вниз, останавливаясь на ягодицах, мягко, но настойчиво сжимая их в ладонях. С губ Агаты сорвался молящий стон, и он прикоснулся языком к нежной коже шеи, вырисовывая одному ему известные узоры. — А как... — она выдохнула, запрокидывая голову, — а как я ещё люблю? — Ещё? — Алекс усмехнулся. — Ещё ты любишь вот так, — он рывком задрал и без того короткое платье, и перекинул его на заднее сиденье, открывая себе шикарный вид на прекрасную фигуру Агаты. Он сжал грудь в руках, через кружево касаясь сосков, и наклонился, обхватив один губами, вызывая дрожь в теле и сладкий стон. — Ещё... — Ещё ты любишь, когда я делаю так, — он справился со своими брюками за пару секунд и притянул к себе Агату, сладко целуя пухлые губы. Осторожно отодвинул трусики и мягко вошёл в уже влажную девушку, медленно и нежно проникая внутрь своей... невесты. — Да-а, — простонала Агата, цепляясь за плечи и покачиваясь на мужчине, поддерживая мучительно медленный темп. Александр прикусывал соски, не снимая бюстгальтера, а Агата без стеснения стонала, оттягивая пряди волос мужчины в особенно приятные моменты. Стекла запотели, аромат секса проник под кожу, а машина покачивалась в такт сошедшей с ума от любви парочки. Они стонали и целовались, как ненормальные, цепляясь друг за друга как за спасательный круг, словно пытаясь продлить сладкие мгновения. Алекс оставлял на шее Агаты сладкие поцелуи и толкался медленно, осторожно, даруя невероятную нежность, а она только закатывала глаза от наслаждения и отвечала на ласку, теряясь в долгожданной близости. Толчок, стон, тихое шипение и царапины на спине. Поцелуй, след от засоса на ключице и одновременная дрожь двух пришедших к пику тел. Они летели в облаках, кажется, сгорая от любви. Алекс прижал к себе Агату, зарываясь носом в чуть влажные волосы, наслаждаясь мгновениями тишины, пока она вдруг не заговорила: — Ты знал, что я ненавижу нежный секс? — Знал, — он выдохнул. — Но забыл...