Ночи в Конохе

Все собрались на полигоне номер десять ровно в пять утра, когда солнце уже появилось над горизонтом, а предрассветные сумерки уступили дорогу дню. Цунаде стояла вместе с Джирайей и наблюдала, как Наруто разговаривал о чём-то с Сакурой. Мальчик, который вернул её домой, вырос. Конечно, он изменился физически: сделался шире в плечах, выше, а его футболка едва ли скрывало идеальную даже по меркам джонинов физическую подготовку. Интересно, оценит ли Сакура? Цунаде усмехнулась. Должность Хокаге сильно изменила её. Женщина знала это. Когда-то она нелестно отзывалась о самопожертвовании всех её предшественников, но то были слова отчаявшейся женщины. Забавно, что ответственность, от которой она бегала столько лет, позволила ей начать по-настоящему жить. Цунаде поняла, почему Сарутоби-сенсей пожертвовал своим посмертие ради деревни. Она не знала, сможет ли поступить так же, но, пожалуй, ответы на такие вопросы не сможет дать ни один человек. Глядя на Наруто, Цунаде видела наследие не только Четвёртого, но и Третьего. Если верить Джирайе, то старик Сарутоби делал всё, чтобы парень вырос нормально. Конечно, никто в здравом уме не назвал бы Наруто нормальным, но его вид лёгкого сумасшествия точно был лучше холодной отстранённости Орочимару или Саске. — Ладно, правила вы знаете, — сказала Цунаде, прерывая свой внутренний монолог. — Заберите у Какаши колокольчик, нападайте в полную силу и так далее. Начали! Все трое тут же исчезли с поляны. Цунаде и Джирайя без труда нашли учеников и спустя мгновение появились поодаль от них. Наруто и Сакура о чём-то совещались. Странно, разве у них не было времени на подготовку? Неужели эти двое просто проболтали те минуты перед боем?! Однако мысли Цунаде прервал жест Наруто. Парень достал из свитка десяток кунаев до боли знакомой формы. Трёхлепестковые клинки с формулой фуиндзюцу на рукояти. — Джирайя, ты обучил Наруто Хирайшину? — Цунаде с удивлением посмотрела на друга. — Я думала, ты не знал это дзюцу. — А я и не знаю, — Джирайя пожал плечами. — Я описал Наруто принцип работы, как мне когда-то рассказывал Минато. Остальное парень сделал сам. Видела бы ты, как он сидел до ночи, тестируя формулы. — Я не думала, что он… — запнулась Цунаде. — Как мы пропустили этот гений? — Гений?! — негромко рассмеялся Джирайя. — Нельзя заметить то, чего нет, химэ. Успех Наруто — результат упорного труда. Всё, как у его замечательного сенсея. — То есть он на самом деле туп как пробка? — женщина покосилась на отшельника. — Ты меня ранишь, химэ, в самое седрце, — Джирайя положил руку на грудь и изобразил боль. Цунаде лишь продолжала смотреть на мужчину. — Ладно-ладно. Наруто, конечно, не самый умный парень в деревне, но дай ему задание и время, и он расшибётся, но найдёт решение. Парень часто идёт напролом, конечно, но с возрастом пройдёт. — Да, он похож на тебя, — Цунаде позволила себе небольшую улыбку. — Люди постоянно называют выдающихся людей гениями, — Джирайя покачал головой. — Так проще смотреть на чужой успех, я полагаю. Цунаде кивнула. Многие называли её гением медицины. Они видели её успехи, но не обращали внимание на все бессонные ночи, что она провела в больницах, в моргах… Единственным гением из трёх саннинов был Орочимару, который провёл больше половины своей жизни, изучая дзюцу. Наруто и Сакура двинулись в сторону Какаши. Вскоре на поляне, где столкнулись трое шиноби, засверкала жёлтая молния вперемешку с ярким светом расенгана. Да, Наруто прыгал по полю, прямо как Минато, и Какаши пришлось во всю использовать шаринган, чтобы спастись от смертельного удара. — А он не шутит, я погляжу, — сказала Цунаде. — Наруто стал более сфокусированным, — кивнул Джирайя. — Иначе не овладел бы Хирайшином, — согласилась женщина. — Минато обращался ко мне за консультацией, когда разрабатывал это дзюцу… Хотел узнать, насколько подготовлен должен быть организм, чтобы безопасно перемещаться. Хирайшин был, чего греха таить, опасен для пользователя, подобно многим техникам ранга “S”. Он нагружал вестибулярный аппарат так сильно, что представить сложно, но этим тлетворное влияние дзюцу не ограничивалось. Мгновенное перемещение не могло быть идеальным, и некоторые части тела испытывали перегрузки во время появления на новом месте. Обычно никто не прыгал сквозь пространство-время чаще одного раза за всю жизнь, но в случае с Хирайшином такие перегрузки после нескольких прыжков могли закончиться сердечным приступом, инсультом, переломанными конечностями и много чем ещё, хотя сильнее всего страдали связки и суставы. «Полёт бога грома» делал из шиноби живое оружие. Минато постоянно тренировался, следил за диетой, привычками и вообще выстроил всю повседневную жизнь вокруг Хирайшина. Теперь Наруто последовал по стопам отца. Зная упорство и упрямство парня… Хирайшин будто бы создали специально для Наруто. Цунаде всегда верила, что юноша однажды станет Хокаге, но теперь знала, что день, когда Наруто наденет белый плащ, уже маячил на горизонте. — О, вижу, ты обучила Сакуру своим фирменным ударам, — заметил Джирайя. Цунаде отвлеклась от воспоминаний о Хирайшина и посмотрела на упавшее дерево, сломанное пополам. Сакура тоже не прохлаждалась последние четыре года. Она стала замечательным врачом и ниндзя-медиком. Глядя, как ученица уворачивается от всех атак и контратак Какаши, Цунаде не сдержала улыбку. Она и не старалась. Женщина гордилась своей ученицей. Теперь никто не сможет сказать, что она обуза. В конце концов Наруто загнал Какаши в угол с помощью комбинации клонов, Хирайшина и расенгана. Копирующий ниндзя был на пределе, даже с шаринганом. Видимо, подростки добивались именно этого. Сакура выскочила из-за дерева и отправила джонина в полёт одним мощным ударом. Мелкие засранцы… Четыре года не виделись, а сработались так хорошо, будто каждый день совместно тренировались. Команда 7 стала, пожалуй, самой сильной в Конохе. Даже без Учихи. — Бабуля, мы закончили, — Наруто появился перед наставниками как чёрт из табакерки. Юноша широко улыбался и демонстрировал бубенцы в руке. — Сколько раз я просила не называть меня так? — почти прорычала Цунаде, хотя всё же позволила себе небольшую улыбку. — С Какаши, надеюсь, всё нормально? — Сакура его лечит, — Наруто махнул рукой в сторону поляны, где приземлился джонин. — Какаши-сенсей очень крут, старый извращенец рассказывал, что против Хирайшина смог выстоять только нынешний Райкаге. — Поэтому Какаши — ниндзя ранга «S», — кивнула Цунаде, пропуская мимо ушей возмущённые восклицания Джирайи. — Что делает вас двоих ниндзя ранга не ниже «А»… Хм… Так, Наруто, — женщина усмехнулась, когда увидела, как Узумаки вытянулся сауной от её командного тона. — Если ниндзя, освоивший Хирайшин, останется генином, нас за границей поднимут на смех. С этого момента ты чунин Конохи. Ходи на миссии, и через полгода отправлю тебя на повышение. А теперь пойду обрадую Сакуру. — Да! — донеслось ей вслед. Цунаде усмехнулась.

***

Наруто зашёл домой и положил стандартный чунинский жилет и сертификат чунина на кровать, следом отправились спортивный костюм и футболка. Вместо них юноша надел чёрный стандартный костюм ниндзя, сменные сандали и тканевую маску на всю голову, поверх которой шла деревянная маска на лицо. Тусклая жёлтая вспышка, и он исчез из собственной квартиры. Наруто появился в подземном комплексе Корня АНБУ. Он успел поставить пару печатей у входа в день возвращения в деревню. Забавно, люди вне зависимости от интеллекта имели привычку обращать внимание лишь на те факты, которые подходят им. Джирайя даже не удивился, когда Наруто скормил ему эту глупую историю про два года тренировок в Узушио. Конечно, он действительно жил в деревне, однако Хирайшин открывал много возможностей своему пользователю. Одна из них — способность мгновенного перемещения в пространстве. Такая подвижность позволила Наруто обзавестись очень интересными знакомыми. Цунаде бы их не одобрила. Старик Третий, скорее всего, пришёл бы в ужас, узнай он о них. Джирайя не поверил бы, что его крестник мог сойтись с такими людьми. Конечно, речь шла об Акацуки, хотя не только о них. Однако в данный момент стоило сосредоточиться на других вещах. Юноша прошёл по коридорам убежища и оказался в широком круглом зале, который освещали специальные люминесцентные печати. Такие были в Узушио, но без чакры они давно перестали работать. Посреди зала стояла круглая стелла, испещрённая символами фуин. Наруто быстро нашёл интересный ему фрагмент текста и немного изменил вязь иероглифов. — Я не знаю, как ты сюда попал и даже кто ты, но твоя жизнь закончится на этом самом месте, — голос Данзо эхом отразился от гладких стен зала. — Вы прямо по расписанию, — улыбнулся Наруто. Он добавил последний штрих и развернулся лицом к хозяину убежища. — Вы действительно неплохой эксперт в вопросах фуиндзюцу. — Схватить его! Несколько жёлтых вспышек озарили скудно освещённый зал, и пятёрка тел упала на каменный пол без сознания. Наруто лишь усыпил агентов Корня. Он всё же не хотел причинять вред своим будущим пешкам. — Узумаки, значит, — единственный открытый глаз Данзо прищурился. Наруто скинул маску и капюшон. Юноша даже не думал скрывать улыбку. Данзо достал свою перебинтованную руку, на которой красовался металлический рукав. Мужчина попытался было снять эту весьма интересную технику, но Наруто тут же возник около мужчины и наложил на всё тело Данзо сковывающую печать. Он совершенно не хотел испытать на себе скрытые техники старика. Кто знает, до чего тот додумался за почти семьдесят лет жизни. — Обойдёмся без драк, — сказал Наруто, появившись снова около стеллы. — Зачем ты здесь, Узумаки? Неужели Цунаде решилась наконец-то пойти против меня? — усмехнулся Данзо. — Пятая? — Наруто покачал головой. — Она ничего не знает об этом. Нет, мой визит к вам — исключительно моя инициатива. Мгновение оба шиноби молчали. — Вот как, — сказал Данзо. — Если это не приказ Пятой, то что ты здесь забыл, Узумаки? Я могу приговорить тебя к смерти за измену. — О, это меня не пугает, — улыбка на лице Наруто стала чуть шире. — Видишь ли, Данзо, ты уже в моей полной власти. — Наглые слова глупого мальчишки, — бросил старик. — Боюсь, что нет, — юноша посмотрел на стеллу. — Весьма занимательная работа. У каждого агента Корня на языке есть специальная печать. Она не позволяет им рассказывать кому-либо о твоём клубе по интересам, однако это ведь не всё… Данзо смотрел на Наруто с нечитаемым выражением лица. — О нет, — продолжил юноша. — Один твой жест, и печать убьёт их. Если они подойдут к тебе с плохими намерениями, печать парализует их. Очень коварно с твоей стороны. Ты ведь не доверяешь своим подчинённым, Данзо, ни капли. — Доверие, — выплюнул Данзо. — Я доверяю лишь тем, кого полностью контролирую. В отличие от таких дураков, как Хирузен или Цунаде. Или ты, если уж мы начали обсуждать дураков. — Очаровательно, — ответил Наруто, его улыбка стала жестокой, а на лице отразилось предвкушение и даже отблеск злорадства. — Все печати через этот столб связаны с твоей кровью. Достаточно хитроумная структура. Однако исполнение выдаёт в тебе новичка, Данзо. — Очередная глупость, — бросил старик. — Скажи, зачем ты здесь, и мы перейдём к обсуждению твоего наказания. — В этом нет нужды, ты сам сейчас всё поймёшь. Кстати, чуть не забыл. Шаринган Шисуи на мне не сработает, я позаботился обо всех деталях, так что можешь не напрягать глаз, — Наруто коснулся стеллы в одном месте, там, где он внёс изменения в текст. — Ты знаешь, почему Узумаки считались мастерами фуиндзюцу, Данзо? — К чему всё это? — вздохнул Данзо. — Скажи, что тебе нужно, Узумаки, и прекрати тратить моё время. — Ты ведь заметил, что фуиндзюцу использует собственные символы, да? Конечно заметил, зачем я спрашиваю, — усмехнулся Наруто. — Узумаки придумали эти символы и составили их в язык, на который отвечает сама чакра. Неудивительно, что они знали этот язык лучше всех. Разница между носителем и иностранцем, так сказать. В частности, ты использовал очень интересный символ в своей печати. — И что же за символ? — спросил Данзо, прищурив единственный глаз. Старик, очевидно, ждал подкрепления. Если он удивился новости об устойчивости Наруто к влиянию шарингана, то он хорошо скрыл свою реакцию. — «Кровь», он же «дух», он же «суть», — ответил Наруто. — Знаешь, что самое интересное, Данзо? Есть несколько символов с таким же значением. Ты, разумеется, выбрал из них самый эффективный, тот, что использовали Узумаки. — И что с того? Если ты пришёл обвинять меня в воровстве техник клана- — Ну что ты, я не настолько мелочный, — Наруто покачал головой. — Мой клан перестал существовать несколько десятилетий назад. Однако мы отошли от темы. Зачем, по-твоему, Узумаки придумали несколько символов с одним и тем же значением? Язык ведь искусственный, следовательно, в основании всех его причуд лежит определённая логика. — На что ты намекаешь? В голосе Данзо появились едва различимые отголоски чего-то напоминавшего осторожность, любопытство и даже страх. Наруто сделал шаг навстречу старику. — Узумаки использовали этот конкретный символ лишь в печатях, предназначенных для соклановцев. Видишь ли, во всех словарях и справочниках по фуиндзюцу сохранились только буквальные значения символов, а нюанс умер вместе с Водоворотом, — ответил Наруто, наслаждаясь выражением лица старика, который начал понимать, насколько сильно оплошал с печатью. — Этот символ означает «кровь», «дух» и «суть» клана Узумаки. Изначально мы с тобой могли на равных контролировать твои печати… Я добавил несколько иероглифов тут и там, чтобы понизить твой статус и поставить в подчинение мне. Все твои хитрые печати теперь работают на меня. — Не может быть, — выдавил Данзо. — Ты блефуешь. — Да ну? — улыбнулся Наруто и сложил печать концентрации. Данзо выронил трость и упал на колени от боли, пронзившей его тело. — О, ты поставил печать, связывающую тебя с остальной сетью, прямо на грудь? — удивился Наруто. — Храбрый человек. Созывай всех агентов Корня, если жизнь дорога, Данзо. Мне плевать на их миссии, пусть возвращаются сюда и ждут указаний. Будем поднимать Коноху с колен.

***

В конце концов Данзо подчинился. Как бы громко люди не заявляли свою верность идеалам или странам, большая часть из таких шумных недогероев сильнее всего переживали за собственную жизнь. Данзо Шимура не оказался исключением. Старик всеми правдами и неправдами пытался урвать себе больше власти на протяжении последних десятилетий. Он стремился занять пост Хокаге. Наруто и Данзо оба понимали, что все эти мечты станут неактуальными, если глава Корня вдруг отправится на тот свет. Конечно, что-то настолько простое, как печать, не гарантирует верность интригана уровня Данзо. Однако Наруто не обманывал себя — это лишь первый шаг. Конечно, юноша подарил старику ещё десяток интересных печатей в самых разных местах, но они были всего лишь гарантией повиновения в краткосрочной перспективе. Второй этап плана Наруто очень скоро начнётся. Жалко будет терять эксперта фуутона уровня Данзо, но ничего. Если юноша захочет улучшить своё владение ветром, он просто похитит какого-нибудь джонина из песка и подправит несчастному мозги. Такого примитивного программирования хватит на месяц, после чего жертва умрёт в агонии, но этого времени Наруто хватит. В ночном небе Конохи сияла полная луна. Свежий воздух с привкусом ночной влаги, предвестником утренней росы, наполнял пространство. Наруто сделал глубокий вдох. Монумент Хокаге открывал самый лучший вид на деревню. Возможно, Третий поднимался сюда, чтобы взглянуть на плоды своего труда, на свою семью, как он называл Коноху. Скрытый Лист не сделал для Наруто ничего. Из всех людей этой деревни лишь Третий, старик Теучи и его дочь Аяме проявляли хотя бы какую-то заботу о маленьком джинчурики. Кто-то вроде Саске наверняка бы стал мстить, но Наруто не был таким… ограниченным. Он не собирался тратить время и силы на ненависть. В Конохе жили его друзья, дорогие ему люди. Юноша не собирался защищать всю деревню. На мир шиноби ему было наплевать несмотря на все благородные порывы Джирайи. Наруто будет защищать дорогих ему людей. Если для этого потребуется спасти Коноху от разрушения, так тому и быть. Просто… Наруто дорожил многими… Юноша улыбнулся. Обито, рассмеявшись, назвал все узы, которыми Наруто себя связал, слабостью. Во время их последней встречи Учиха даже попытался прочитать импровизированную проповедь о несправедливости мира. Юноша покачал головой. Он искренне жалел Обито. Разумеется, сострадание не помешало Наруто уничтожить Учиху и всё, над чем он работал на протяжении своей жизни. От плана «Глаз Луны» остались только воспоминания и запечатанный в одном свитке Зецу, а также около сотни шаринганов на разной стадии развития. Обито так и не понял, даже в самом конце своей жизни, что мир был несправедлив ко всем. Да, Учиха постоянно повторял эти слова, но не понимал их значения. Смерть тенью шагала за каждым человеком. Как пьяница со взрывной печатью в руке она шаталась от одного тёплого тела к другому. Никто не мог прожить свою жизнь, какой бы длинной или короткой она ни была, без сожалений. Мир не останавливался ради кого-либо. Обито поддался горю и позволил другим использовать его эмоции как намордник, ошейник и поводок. В конце концов Наруто убил лишь обозлённого на мир мужчину, стремившегося спрятаться от собственных эмоций и от правды, которую понимал, но, поддавшись гордыне Учих, не принимал. Наруто поднял взгляд на бледную луну. Коноха в её свете казалась царством теней. Лунные ночи всегда заставляли его размышлять о самых странных вещах. Юноша покачал головой и переместился в свою квартиру, а то так недолго вспомнить о Нагато. — Ты думаешь, твой эгоизм поможет людям жить в мире, Наруто?! — Я выслушал твой рассказ, Нагато, — ответил юноша. — Во-первых, судьба человечества мне не интересна. Во-вторых, мне кажется, мир давно потерял для тебя краски. Ты стремишься умереть, и война или страдания других людей здесь ни при чём. Пожалуй, я удовлетворю желание твоего сердца. — Ну попробуй…

***

Наруто шёл по сырой пещере. Единственным источников света была люминисцентная печать на кончике пальца. Сталактиты и сталагмиты казались зубами огромной тёмной пасти. Юноша забрёл в такую дыру выполнять задание. Цунаде решила, что просто так просиживать штаны в Конохе Наруто не имело смысла. Правда, эта миссия ранга “В” не могла сравниться даже с утренней разминкой Узумаки. Юноша остановился на мгновение, когда почувствовал присутствие трёх ниндзя-отступников. Они неплохо спрятались, вот только забыли как следует скрыть свою чакру. Кончено, Наруто мог бы предложить врагам выйти. Честно говоря, отступники были так себе: всего лишь команда генинов из Камня. Что они забыли в Стране Огня — вопрос очень интересный, но едва ли значимый. Если бы Камень что-то затевал, АНБУ и Джирайя уже давно бы узнали об этом. В конце концов Коноху боялись не только из-за военной мощи. Её шпионы сновали повсюду. Такой разветвлённой и глубокой сетью информаторов не могла похвастаться ни одна другая деревня. Впрочем, Коноха тоже постоянно прибеднялась и скрывала весь свой потенциал. Наруто осознал, что отвлёкся. Как непрофессионально с его стороны. Юноша пожал плечами и кинул пару кунаев в сторону ниндзя Камня. Жёлтая вспышка — двое отступников падают замертво с глубокими ранами в шеях. Третий подросток пытается убежать, но спустя мгновение тоже валяется на земле с отрубленной головой. Джирайя не переставал повторять, что Наруто всегда вкладывал слишком много чакры в воздушные техники. Данзо, у которого юноша взял пару уроков по управлению воздушной стихией, говорил то же самое. Наруто лишь пожал плечами. Он быстро проверил подсумки и одежду отступников на наличие свитков, однако таковых не нашлось. Следовательно, никаких долгосрочных планов у недогенинов не было. Это навевало воспоминания о визите в Узушио. Холодный морской ветер пронизывал до костей. Скользкие камни так и норовили уйти из-под ног. Деревья шумели своими кронами, а небо заволокли густые серые тучи. Обветренные развалины Узушио встретили Наруто враждебным оскалом влажной старой кладки.Видимо, недавно прошёл ливень. Однако юноша услышал едва заметный звук разговоров и топота ног. Наруто удивился. Узушио разрушили много лет назад. Здесь должны остаться лишь духи и дурные воспоминания. Юноша скрыл чакру и создал пару клонов, которых послал разведать ситуацию. Спустя пятнадцать-двадцать минут воспоминания копий вернулись к нему. Контрабандисты, как оказалось, с удовольствием присвоили себе остров и теперь использовали руины с очень удобным портом и защищённой гаванью как штаб-квартиру. Предки Наруто, наверное, негодовали где-то в Чистом мире. Как же, их землю, последнее их наследие, присвоили себе какие-то безродные шавки, даже не владеющие чакрой. Очень забавно, если подумать, но Наруто было не до этого. Контрабандисты всегда водились рядом с деньгами, а после путешествий с извращённым отшельником и полной финансовой зависимости от него, Наруто понял, что ему понадобится стабильный тайный источник не совсем легальных средств. Можно было, конечно, идти выполнять миссии, за которые не хотели браться шиноби скрытых деревень, но такая стратегия могла запросто заработать юноше репутацию в не самых приятных кругах. Подмять под себя банду контрабандистов, с другой стороны, было намного проще и несло меньше рисков. — Ну что, добрый день, господа контрабандисты, — Наруто появился прямо в центре импровизированной базы воришек. — Ну что, будем сотрудничать? Или мне просто перерезать вас всех? Конечно, нашлись смельчаки. Лидер банды и его самые преданные телохранители понеслись на юношу без лишних слов с катарами наперевес. Наруто незатейливо перебил всю группу, после чего выполнил свою угрозу. Более сговорчивые авторитеты банды решили, увидев неспешную расправу с их предводителями, что разумнее будет поделиться прибылью и признать Наруто новым лидером. Обещание помощи в виде фуиндзюцу, которое могло спокойно запечатать нелегальные товары так, что никто никогда не достанет их без нужного ключа, тоже помогло. С тех пор Наруто начал медленно формировать собственную подпольную сеть осведомителей. Деньги привлекали многих, а фуиндзюцу заставляло алчных людей хранить секреты юноши лучше, чем свои собственные. Контрабандисты оказались самой ценной находкой в Узушио. Никаких свитков или предметов не осталось. Большую часть богатств Узумаки вынесли захватчики, остальное подчистили мародёры. Наруто удалось лишь попасть в запечатанный кровью клана Вечный Зал — склеп, где хоронили Узукаге. Каменная летопись того места хранила в себе тайну происхождения фуиндзюцу и позволила юноше после почти года непрестанного изучения намного глубже понять уже известные ему печати и принципы. Наруто усмехнулся. Та банда, “Белая Карта”, до сих пор использовала руины Узушио. После нескольких демонстраций Хирайшина (спустя полгода после прибытия Наруто в Водоворот) контрабандисты быстро поняли, что для их нового хозяина расстояние значило ровно ничего, и исправно работали. Забавно, Наруто позволил ворам работать прямо на костях своих предков, почти в буквальном смысле. Что это говорило о нём? Впрочем, неважно. Юноша покачал головой, запечатал тела своих жертв в свитки и направился назад в Коноху. Прошли уже полторы недели с его возвращения в деревню. Если верить расписанию, пора перейти ко второму этапу плана.