Сказ о Бёдваре

С момента разгрома нильфов прошло уже некоторое время. Бёдвар бродил от села к селу, от города к городу, полагаясь на сплетни и добывая информацию. След привёл его в земли Велена, где ему уже приходилось бывать. Из-за этого мужчине уже начинало казаться, что его цель водит его за нос, но на сей раз он ощущал откуда-то взявшуюся уверенность. Уверенность в том, что эта охота закончится. И пока его мощный скакун перебирал копытами, ведьмак всё размышлял о том, по какой причине вообще ведёт эту охоту. Его превращение в мутанта не прошло гладко. Он и выжить то не должен был, но что-то удержало его среди живых. Его учитель говорил, что это была ненависть. И действительно, он гневался при мысли о том, кого собрался убить. Вот только кошмарная боль буквально выжгла немалую часть его памяти о собственном прошлом. Преследование этого существа осталось глубоко в его сознании, оно гнало его вперёд, и Бёдвар был уверен, что отправился бы за ним даже в Ковир. Ему пророчили возглавить Школу Медведя, но вместо этого он покинул Скеллиге. Буря (а именно это имя несла его верная лошадь) громко фыркнула и ударила копытом по земле. Ведьмак поднял глаза и увидел, что он прибыл к корчме «На Распутье». Как раз вовремя, учитывая приближающийся вечер и всё усиливающийся ветер, трепавший гриву его кобылы. Рядом с корчмой сидел облысевший мужчина в годах, а рядом с ним привязанные лошади. Встав с лошади, Бёдвар отвёл её к остальным лошадям и привязал за поводья, заодно кинув мужичку пару звонких монет. — Следи за ней, как за своей головой. И за вещами тоже. — Сухо молвил он и прошел к доске объявлений. Она, на удивление, была практически пуста. Остался лишь маленький обрывок бумаги. Если здесь и висело какое объявление, то его не так давно сорвали. Оставалось лишь посетить корчму с надеждой на то, что трактирщик владеет хотя бы толикой нужной ему информации. Довольно просторное помещение сегодня, судя по всему, привлекло немало народу. Почти все столики были заняты, и то к одному, то к другому, бегала явно подуставшая разносчица. — Проходите, милсдарь, за любой столик. Я к вам скоро подойду! — Она приветливо махнула ему рукой, после чего поправила лямку платья на худом плече и смахнула упавший на лоб локон каштановых волос, после чего пошла к трактирщику, чтобы взять на поднос ещё несколько кружек с пивом. Бёдвар проследовал сразу к стойке, за которой и стоял трактирщик. Мужик этот был широк в плечах и собой, пожалуй, весьма недурен. В натруженных руках он держал большой пивной стакан, натирая его куском какой-то тряпки. — Чем могу помочь, милсдарь? — Трактирщик, осмотрев гостя подошедшего с ног до головы, задержал взгляд на лице, и слегка нахмурил брови. — Хотел узнать, нет ли тут работы для ведьмака. И краснолюдского спирту. — Мужчина снял кошель с пояса и выудил оттуда несколько монет, положив те на стойку, с которой их тут же сгрёб собеседник. — Работа была. Сюда приходила одна барышня. Один её глаз был точь-в-точь как у Вас. Кошачий. Тоже таскала за собой два меча и интересовалась одним заказом. Вот она его и взяла. Сейчас поди разбирается с нечистью. — Рассказчик достал со стоящей позади себя полки средних размеров бутылку, вылив её содержимое в железную чарку, которую ведьмаку и подал. Сам же Бёдвар пребывал в очевидном недоумении. Ему не приходилось слышать о женщинах среди охотников на монстров, и тем более он не слышал о женщинах-ведьмаках. Его никогда особо не интересовало, почему среди мутантов одни лишь мужчины. Конечно, могли быть определённые нюансы с процессом протекания мутаций, с гормонами. Быть может, для ученых это было просто слишком муторно. А возможно были и причины, для него непостижимые. — Как твоё имя, трактирщик? — Наконец отойдя от кратковременного ступора, ведьмак взял чарку и залпом осушил её. — Йоханом меня звать. Коль уж я своё имя назвал, соизволишь, ведьмак?.. — Бёдвар из Хова. — Хов? Никогда не слышал. — Скеллиге. Так будет проще. Так, что за заказ взяла та женщина? Расскажи-ка подробнее. И обнови. — Ведьмак поставил чарку обратно на стойку, всё еще озадаченно хмуря брови. — Не так давно начала страдать наша скотина. Какая-то тварь разрывала шеи нашим коровам и быкам, выпивала их досуха. И, будто бестии этого было мало… Короче, трахала эта сучара наш скот. — Йохан скривился и плюнул куда-то себе под ноги, после чего взял в руки бутылку и вновь наполнил чарку. — Трахал, говоришь? — Бёдвар задумался, даже забыв выпить. Если бы не слова про разорванную шею, он бы уже подумал, что это проделки какого-нибудь черта или даже беса. Такое отношение к скоту можно было бы списать на какое-нибудь отклонение, впрочем, не особо необычное. Но разорванные шеи его в этом рассказе наводили на мысль о том, что это всё-таки какой-то вампир. С весьма необычными вкусовыми предпочтениями. — Это ещё полбеды. Начали люди пропадать. Мужики да бабы. Сын Польки, нашей пастушки, в позднее время гулял возле этих. Как их. А, катакомб. Говорит, слышал оттуда человеческие рыдания да вопли. Страшно даже помыслить, что он делает с селянами. Вот туда дева и направилась. — Вот как… Думаю, мне стоит познакомиться с коллегой по цеху. Где эти ваши катакомбы? После еще пары минут короткого диалога, Бёдвар, удовлетворившись полученной информацией, прикончил еще три порции краснолюдского спирта, и уже собрался было уходить. В конце концов, ему надо было бы успеть застать там эту самую женщину. Если она действительно мутант, то это обещало быть интересной встречей. Если же нет. Что же, скорее всего, он найдёт её останки. Не успел мужчина сделать и пару шагов в сторону двери, как услышал позади себя знакомый голос: — Обстригите мне бороду и назовите эльфийкой, если это не Бёдвар из Хова! А ну, Медвежья Лапа, уже друзей в лицо не узнаёшь? Ведьмак развернулся к источнику хриплого баса, и узнал в краснолюде, стоявшем в паре шагах от него, своего доброго друга. Красные от употреблённого алкоголя щеки, рыжая борода, такого же цвета грязные волосы, выбритые в слегка покосившийся вправо высокий гребень. Он выглядел достаточно грозно, даже с этой довольной улыбкой на своей пьяной морде, но Бёдвар хорошо знал, что у этого здоровяка (ох, ирония) большое сердце. — Бувир Грем. Твою рыжую морду трудно забыть, мой дорогой друг. — Впервые за долгое время, Бёдвар искренне улыбнулся. Он подошел к краснолюду и хлопнул его по плечу своей увесистой ладонью, от чего даже крепкий на вид нелюдь слегка качнулся. — Чёрт побери, я уже решил, что ошибся. Ишь какую бороду отрастил. Помнится мне, когда мы с тобой виделись в последний раз, у тебя было на один глаз больше. И какого дьявола ты забыл в Велене? Ты просто обязан мне всё рассказать. — Я бы и не прочь поболтать, но у меня есть одно срочное дело. Хочу кое-кого найти, и у меня мало времени… — О, так и знал, что ты как-то связан с той ведьмачкой. — Скрестив на груди свои здоровые ручищи, Бувир многозначительно усмехнулся. — Она так и представилась, ведьмачкой? Значит, ты её видел? — Сощурив единственный оставшийся глаз, Бёдвар переступил с ноги на ногу, ощущая непривычное для себя нетерпение. — Гляди как завёлся. Да, сказала, что ведьмачка. Пришла по заказу. Один её глаз был как у тебя, другой зелёный. Как у змеи. Мордашка у неё милая. Если бы не её бледная кожа, я бы поставил на то, что она зерриканка. Хотя, я бы на милое личико не вёлся. Какой-то доходяга назвал её проклятым отродьем, и она сломала ему нос. И в кости меня обыграла, зараза. — Краснолюд скривил недовольную мину, но подняв свой взгляд на ведьмака, снова усмехнулся. — Спасибо, Бувир. Сейчас я должен уйти. Но я буду в Велене ещё некоторое время. Где я могу найти тебя, когда закончу здесь? Мне бы понадобились услуги хорошего кузнеца. — Мы направляемся в Доброво. Только не говори мне, что ты снова в порыве придури сломал свой меч об какую-то тварь. Ты ведь знаешь, сколько обычному человеку стоит меч краснолюдской работы. — Нет, мне нужен не меч. В любом случае, был рад тебя увидеть, старик. Увидимся в Доброво. — Бывай, Бёдвар. Не отбрось там копыта.