Держи друзей близко

      Сгорбленный над лежащим на своих коленях человеком Серёжа трясётся так, будто к груди прижали шокер. Марго с молчаливым укором складывает руки, наблюдая за ситуацией. Ей запретили вызывать экстренную службу. Это практически Репин, на полотне которого великий царь убивает своего самого родного человека. [1] Картина маслом.       После предоставления доказательства в виде дела Волкова, получения прямого обвинения и удара пустой бутылки по голове майора полиции ждёт он худшего. Ждёт металлического щелчка холодных браслетов наручников на кистях своих холёных рук. Разумовский убил человека, спасшего ему жизнь в казино, своими руками. Как вульгарно и грубо — бутылкой по голове!       Серёжа обещает себе забыть вкус любимого вина. Серёжа растирает его виски холодными пальцами, капает на лицо жаркими горючими бензиновыми слезами и делает то, чего никогда не делал раньше. Серёжа молится, и Игорь усилием воли распахивает отяжелевшие веки.       Ему больно идти к свету и больно пребывать в обволакивающей густой тьме. Голова гудит надрывно, как пчелиный рой, а в ней — зияющая пустота. Приступ горькой тошноты волнами подкатывает к пересохшему горлу. Висок ноет, как будто тёмное бутылочное стекло пробило его до черепа. Сквозь слои мягкой ваты в ушах доносятся надрывные, раздирающие когтями душу всхлипы. Он видит над собой измученное припухшее лицо с покрасневшими яркими глазами. Жар пёстрых спутанных волос, так смутно ему знакомых. Игорь издаёт грудной стон и отворачивает лицо к стене. Комната двоится, идёт кругом, как последний чёрт скачет в его глазах.       — Что случилось? Где я? — сипит он.       Никакого Олега здесь нет.       Его не воскресить из пепла, как феникса, по мановению волшебной палочки. Но можно вылепить своими руками, пока чужое треснутое сознание податливое, как тёплая глина. Дрожь в теле Сергея унимается, как по щелчку пальцев, а голубая радужка вдруг золотится. Птица разбито улыбается, прижимает ладонь к разгорячённому лбу, покрытому испариной.       — Всё в порядке, Олег. Ты дома. Я так рад, что ты выжил. Нас больше никто не остановит.       Игорь шёпотом примеряет горькими от чужих слёз губами своё новое имя. Звучит непривычно. Но это ничего. Не может ведь человек, который так по нему плакал, обманывать его.