Амбивалентность

- Макс, ты где? Максим? Молодая девушка с длинными распущенными и, уже изрядно запутанными, волосами осторожными шагами передвигалась по сухой, местами совсем пожелтевшей траве, стараясь случайно не оступиться. Не смотря на густой, низко стелящийся туман, ей это удавалось. Однако, девушка не ограничивалась одним только блужданием по мало знакомой местности, параллельно она пыталась дозвониться "объекту" своих поисков. Безуспешно: вызов шёл, но абонент не спешил его принимать. Неспешное течение реки, находящейся в паре десятков метров, мягкий шелест опавшей, пожухлой листвы, легкие прикосновения ещё теплого сентябрьского ветерка, казалось бы, красота, да и только. Особенно, если не принимать во внимание, что девушка находилась среди, хоть и негустого, но лесочка, в пугающей близости от воды, ночью, да ещё и совершенно одна. Хотя нет, уже не одна. Знакомая мелодия мобильника подала надежду на то, что его владелец где-то неподалеку, а практически бесшумные шаги, выдавшие приближающегося глухим хрустом ветки, переломившейся под ногой, лишь подтверждали данное предположение. Облегченно вздохнув, девушка, отняв телефон от уха, развернулась лицом к человеку, появившемуся из-за ближайшего дерева. - Максим, что за шутки? Я тут… - Согласен, Виноградова, твой дружок никогда не отличался отменным чувством юмора. - Вы?! Что Вы здесь делаете? И где… - девушка осеклась, не успев озвучить все интересующие вопросы, и перевела недоуменный взгляд на дуло направленного на нее пистолета. *** Прохладный осенний воздух беспрепятственно проникал через приоткрытое окно в комнату, где удобно расположившись на огромной кровати, пыталась уснуть, уже потеряв всякую надежду на это, миловидная брюнетка. Желательно, побыстрее и по возможности, покрепче. Её прежние попытки не увенчались большим успехом, так как после примерно получасового просмотра мутного, отдаленно напоминающего отрывок из какого-нибудь банального триллера, она вновь лежала с широко распахнутыми зелеными глазами и немигающим взглядом изучала потолок. Промаявшись ещё минут двадцать, она поднялась с постели и обреченно поплелась на кухню за снотворным. Приготовив стакан воды, девушка извлекла из ящичка импровизированную домашнюю аптечку, из которой и собиралась добыть лекарство. Череду нехитрых действий прервала приятная мелодия, издаваемая мобильным телефоном. Отставив в сторону стакан, преследуемая бессонницей, а теперь, ещё и нехорошим предчувствием, девушка поспешно вернулась в спальню, разумно решив не игнорировать столь поздний звонок. Мало ли что случилось. - Вик, привет. Не спишь? - Сплю, - на такой вопрос куда проще ответить положительно, нежели пускаться в долгие объяснения причин своего бодрствования. - Извини, что разбудила, - однако, в голосе и не намёка на сожаление. Викторию это слегка удивило, да и интонация какая-то… странная, что ли. Но девушка решила не делать поспешных выводов и, не перебивая, ждала продолжения. - Ты помнишь то место, куда мы с ребятами ездила отдыхать, месяц назад? Так вот, не могла бы ты меня забрать отсюда? - Лиза… хм, это розыгрыш какой-то? - Господи, Вик, я о помощи тебя прошу, а ты… - Может, такси вызовешь? - девушка решила предпринять ещё одну попытку отказаться от ночной вылазки неизвестно куда. Не то, чтобы ей было трудно, она старалась не отказывать друзьям в помощи, делать для них всё, ну, по мере возможности, но вот сейчас интуиция отчаянно посылала тревожные сигналы. - Куда? В лес? - Если честно, я не понимаю, что ты вообще там делаешь? - этот вопрос не мог не прийти в голову рассудительной Вике. - Это долго рассказывать, а у меня батарея садится… - А Максу звонила? Он бы явно быстрее меня приехал, - ещё один более-менее разумный довод. - Вот именно ему дозваниваясь, я и разрядила телефон. Вик, ты моя последняя надежда, - уж больно жалобно прозвучавшие слова должны были возыметь должный эффект. - Ну, так что? - Ты где? У самой реки? - Да. - Жди, скоро буду… *** Выразительные, бездонно-голубые глаза не в силах прервать опасного, и такого нежелательного, контакта с не менее пронзительными карими, практически черными. Они примагничивают, не отпускают, навязывают свою волю и вместе с тем внушают трепет, страх. Страх – одна из самых примитивных эмоций, основной инстинкт выживания, который, как и другие подобные инстинкты, глубоко въедается в мозг. Тот, в свою очередь, благосклонно, уже практически не сопротивляясь, принимает навязываемую информацию и, действуя на все рецепторы, принуждает подчиняться, исполнять приказы мужчины, возвышающегося над хрупкой блондинкой. - Вот и умничка, - даже такой ласкающий, доверительный тон не смог скрыть презрения, проскользнувшего в голосе. - Отдай мне телефон. Как только указанный предмет оказался в его руке, свободной мужчина произвел еле слышный щелчок пальцами. Этот звук заставил девушку вздрогнуть и непроизвольно отступить назад, во взгляде появляется всё больше понимания происходящего. Постепенно её мыслительные процессы начали принимать обычное состояние. А вместе с ним и нарастать ужасное подозрение, разум, по новой, начала затуманивать надвигающаяся паника. Девушке казалось, что она на грани истощения, извилины, едва способные функционировать, снова цепенеют. Лиза зажмурилась, пытаясь привести мысли в порядок, но эти попытки лишь усилили головную боль. Так или иначе, он управлял ею, возможно, это какой-то вид постгипнотического воздействия, хотя он мало что в этом понимала. А главное, она не могла вспомнить тот момент, когда потянулась к телефону и набрала номер подруги. Она не могла вспомнить ни маятника перед глазами, ни слов "ты засыпаешь", вообще ничего подобного. В любом случае, Лиза считала, что гипноз предполагает глубокое расслабление, а не совершение-поступков-против-своей-воли. Ненависть вперемешку с бессилием от осознания того, что она сейчас сделала, быстро сменяется на неприкрытый ужас, но уже от догадок, что сделает сейчас он. Ни одна эмоция, промелькнувшая в глазах жертвы, не ускользает от высокого мужчины, играючи вертящего в руках телефон, греет душу и заставляет обезоруживающе улыбнуться. - Вы… Вы обещали меня отпустить, если я сделаю всё как Вы скажите… - Ну, разумеется, отпущу, Виноградова. Эх, так хочется быть благородным. - А телефон? - А зачем он тебе? "Ну, как зачем?! Ведь нужно предупредить Вику, что это ловушка…" - отступая от невозмутимо стоящего напротив мужчины, девушка искренне радовалась, что он дает ей так просто уйти. С одной стороны – странно, но если посмотреть на происходящее под другим углом складывается ощущение, что у него другая цель. А именно, Виктория. Следовательно, нужно спрятаться где-нибудь поблизости и, дождавшись подругу, предупредить об опасности. Вместе они смогут убежать. А Максим?.. Решив, что свои размышления лучше будет продолжить, будучи подальше от объекта, не внушающего доверие, девушка, дабы ускорить своё отступление, развернулась и поспешно бросилась в сторону деревьев, так кстати, расположенных почаще. Низко стелящийся туман слегка затруднял передвижения, но блондинка, воодушевленная таким неожиданным – и отличным! – разрешением сложившейся ситуации, вовсе не обращала на это внимания. Как только спина девушки, несколько секунд назад маячившая перед ним, скрылась из вида, мужчина не спеша выудил из кармана пачку сигарет и аккуратно достал одну. Его лицо приобрело сосредоточенно-жёсткое выражение, конечно, он мог расправиться с ней "не отходя от кассы". Заставить переплыть хоть и неглубокую, но речку, что под гипнозом ей вряд ли бы удалось… Или вручит веревку и указать на приглянувшееся ему дерево, опять же под действием манипуляций, подавляющих сопротивление… Или, на худой конец, задушить и аккуратненько пристроить тельце вон под теми кустиками… Но мужчине казалось это слишком просто. И быстро. Притупляется ощущение эйфории, меркнет чувство блаженства, угасает острота азарта. - Наивная… - затянувшись в последний раз, он небрежно отбросил окурок в сторонку, не удосуживаясь его даже притоптать и, бережно, на ходу извлекая из-за спины пистолет, до этого момента предусмотрительно находившийся на предохранителе за ремнем джинсов, отправился в погоню... увлекательную такую, погоню…