Война со стеклом

      Филза очень счастлив. Рядом его лучшие друзья, его семья. Он счастлив. Он никогда не думал, что что-то до абсурда странное его может так напугать. Он не виноват, такова его природа. Он не виноват, что как-то раз в зимнюю и до ужаса холодную ночь ему вдруг резко захотелось полетать с крыши. Как он нелепо вытворял разнообразные петли в небе и что-то радостно ворковал себе под нос, а на следующий день чихал не переставая. Техноблейд по началу на чихотку старшего внимания вовсе и не обращал, но уже чуть ли не двадцатый чих за день его сильно насторожил. Конечно, всё обошлось. Анархист строго-настрого запретил крылатому покидать территорию его кровати, что уж про ходьбу по дому говорить. Кутал его в огромное количество тёплых одеял и пледов, не давая ему замёрзнуть. Постоянно бегал за чаем, то с лимоном, то с мятой или липой, собранных ещё летом и благополучно засушенных на зиму, то с разобранными ягодами, так же собранных тем же летом и замороженных на холодные и суровые ночи.       Благо зима прошла достаточно быстро. Весна была в этом году невероятно красивой и естественно мокрой. С крыш домов капал снег и падали сосульки, с негромким гулом разбиваясь о всё ещё холодную землю. Солнце начало приятно согревать и радовать тёплыми лучиками. Зимние тучи постепенно открывали дневное светило, позволяя холодным временам отступить. Начали постепенно оживать и леса. Радостные щебетания птиц, таяние рек и озёр, пробуждения зверушек после спячки. С каждым новым днём оставалось всё меньше и меньше снега. Он смешивался с почвой, таял и постепенно становясь грязью, начал медленно сохнуть под слабыми и ласковыми лучами Карликовой звезды. Вскоре на деревьях виднелись набухшие почки, говорящие о пробуждении деревьев и скором озеленении природы.       Конечно же нашему старому другу Филзе захотелось почувствовать всем своим телом приход весны, а не как бедная красавица, ждущая своего ненаглядного принца, сидеть в четырёх стенах и злобно коситься на своего похитителя, который заглядывал к ненаглядной, дабы проверить её состояние и здоровье. Да, Фил конечно тот ещё красавец, несмотря на возраст в несколько сотен, а то и тысячи лет проживания на этом свете, но ждать своего принца он явно не желает. Да и кого ему ждать-то? Молодой воин-пиглин никому не позволит приблизиться к своему лучшему другу ни на шаг и даже на километр. С каждым днем, с каждым часом, минутой, секундой блондину хотелось наконец взмыть в небо, расправить свои черные, словно беззвездная ночь крылья, каждым перышком, каждой своей пушинкой чувствовать этот ласковый весенний ветерок, понежиться под лучами долгожданного тепла и покопаться в своих крыльях, выискивая уже давно отпавшие перья, или же пригладить новые. Но нет, сиди на кровати и грейся, ты не до конца оправился от насморка и чуть не нахлынувшей тебя простуды! Какая простуда, какой насморк? Всё это время он был абсолютно здоров. Техноблейд опять всё преувеличивает, словно дитя малое, видит всё слишком красочно и так пугающе.       Конечно, безусловно он переживает, но его беспокойство слегка пугало старшего. Он слишком дорожил пернатым, всегда был рядом и абсолютно всегда старался угодить своему ворону. Однако пиглин так же понимал, что Фил – птица свободного полёта и ему нужна воля. Он не сможет на вечно заковать его в доме, словно попугая в клетке и заставлять петь для себя разные мелодии и разговаривать с ним. Он дикая птица, рождённая с большими красивыми, чёрными, мощными и чуть глянцевыми на свете крыльями, что даны ему для свободы.       Но что же может быть, если вдруг птица лишится крыльев? Или вдруг резко все перья опадут? Птица умрёт. Она утратит свободу, свой смысла существования, горе и тоска погубит бедолагу. А что же Фил? Его крыло было сильно ранено. Он был той самой птицей. Был готов кричать на земле от собственной беспомощности, вырывать под собой пучки травы вместе с корнем и землей, что от страха озверел, лишившись смысла жизни. Что потерял рассудок, корчась толи от душевной, толи от физической боли. Слезы рекой стекали по щекам, а грязные от земли ладони растирали их вперемешку с солёной водой, пачкая его нежную и бархатную, шелковистую кожу. Он долго лежал на земле, ожидая, что на его крики придут дикие звери и найдут его, разорвут в клочья, прольют его темно-красную кровушку, перегрызут глотку. Он слышал шелест и шаги. Тяжёлые и неспешные. Блондин зажмурился, чуть свернувшись в клубок, подёргивая болезненно разодранным крылом. Он надеялся на смерть. Отчего же могучему и сильному Филзе вдруг так себя вести. Он пробыл несколько лет в одиночестве, лишившись сына, семьи. - Филза...? – Раздаётся столь знакомый для него голос. Такой низкий, бархатный, разрывающий и без того ноющую душу мужчины, такой родной. Он медленно поднимает голову с земли. Он видит его лицо. Ох, как же он вырос, как же окреп. С маской дикого кабана не расстаётся ни на секунду. Сердце отбивает медленный, громкий ритм, что раздаётся по всему телу в мелкой дрожи с диким звоном в ушах. Дыхание учащается, его небесные глаза блистают от слез, грудь быстро вздымается и опускается. Он уже не чувствует той дикой боли, что была секундами ранее. Радость окатила его с головой, и она же ослепила бедолагу. Голова закружилась, потемнело. Последнее, что он слышал, это то, как меч упал на землю, а его хозяин в страхе подлетел к старшему, осматривая его и быстро дыша.       Кошмарный день для Бога Крови. Каждый раз, как он раскрывает свои крылья, Техно с содроганием всего тела вспоминает тот ужасный момент, когда встретил его. Побитого, переломанного, когда-то вечно счастливого своего наставника и опекуна. Конечно, после нескольких лет упорных ухаживаний за своими черными отростками, он смог вновь ощутить давление атмосферы в небесах, мягкие и чуть влажные облака разных видов, встречал закаты и рассветы. Он вновь начал улыбаться часами. Смеялся как раньше, шутил, щебетал с птичками. Однако розоволосый и подумать не мог, что в один прекрасный день вновь будет успокаивать перепуганного наставника, что будет вновь трястись и не понимать, что происходит.

***

      Представьте себе такую картину: медленно поднимается солнце, говоря о начале нового дня. Облака выглядят такими розоватыми и мягкими. Словно нежные зефирки, которые можно немного помять в руках. Темнота постепенно рассеивается и кошмары, скрытые в тенях, прячутся по самым потаённым углам особняка. С крыш всё ещё капает вода от недавно растопленного теплым светилом снега. Солнечные зайчики бегают по окнам и аккуратно пытаются пробраться через плотно закрытые шторы. Как вам всё же в лицо льются эти лучики, невольно вы морщитесь, открываете глаза от резко не пойми откуда взявшего света, что щиплет ваши глаза, привыкшие к ночной тьме. Вы отворачиваетесь от света, но уже успели проснуться. Сознание плыло, а глаза невольно раскрылись. Буквально пара минут и вы не хотя выползаете из своего теплого гнездышка и идёте на кухню, попутно заглядывая в окна и любуюсь на столь красивую и уютную картинку. Чуть позже, уже стоя на пороге своего одинокого домика с чашечкой кофе в руках, вы любуетесь нежными тонами неба, наслаждайтесь легким и приятным ветерком, что шаловливо проникал под тонкую белоснежную ночнушку, слушали прекрасное пение птиц и звуки только просыпающегося леса. Казалось, ничто и никто не могло испортить этот день. Но молодой воин поторопился с выводами, ибо уже минут через пять, спускаясь с крыльца, ничего не подозревая, он замечает, как что-то, а точнее кто-то, довольно-таки быстро пролетает у него над головой и с глухим стуком и довольно громким высоким вскриком врезается в мансардное окно на крыше и тут же летит кубарем вниз. Он даже не успевает осознать происходящее, как уже держит на руках обмякшую от страху тушку своей пташки, что видимо хотела прогуляться под наступление рассвета. Конечно, чашка кофе уже давно лежала опустошённая в траве, сейчас она не так волновала, как эта же самая пташка, а точнее жаворонок. Он повис на руках пиглина, болезненно скуля и морщась от боли в голове, что противным звоном заполоняло разум, не давая адекватным мыслям собраться в кучу. Одна лишь каша из боли, жалобных стонов и чуть подступающих от боли слез. Но по моське, помимо слез, начало течь что-то ещё. Такое знакомое, алое и пугающее. Кровь. Со лба Филзы стекала тоненькая струйка крови, что поделило его лицо на две части. Неожиданная паника и страх охватили обоих мужчин. Техноблейт тут же рванул обратно в дом, уложив крылатого на диван и убегаю обратно на кухню за аптечкой.       Фил что-то шипел и бормотал себе под нос, пока младший старался как можно аккуратнее обрабатывать рану. Как же так вышло? Неужели он вовремя не среагировал? Как подобное могло произойти? Неужели из-за долгого отсутствия полетов ФилзаМаинкрафт растерял все свои навыки и как будто только взлетевший птенец, тут же рухнул на землю. На расспросы он лишь болезненно вздыхал и закрывал глаза, даже не в силах сказать, чего путного. И вот, закончив с раной, старший постепенно начал сопеть и буквально за секунду до полного погружения в сон, тихо произнес. - Ненавижу стёкла.

***

      Прошёл час с происшествия. Техно всё так же сидел рядышком и наблюдал за состоянием Фила. Сам блондин спал, отходя от небольшой аварии. Укутанный в свои крылья, ему снились облака, как он пролетает над полем, слышит ветер в ушах, приятный запах свежего леса над ним, запах только закончившегося дождя. Пока тот отсыпался, в гости к ним пришли Ранбу и Таббо со своим маленьким сыночком – зомби-пиглином Майклом. Что бы не будить спящую птичку, они ушли на кухню, беседуя за чашечкой вкусного и тёплого чая, пока кроха Майкл играл со своем деревянным мечом. Однако деревяшка ему быстро наскучила, и он тихонько отправился на приключения по большому замку великого Бога крови и могущественного воина Филзы. Именно так Ранбу рассказывал ему о своих великих наставниках и лучших друзьях. Сейчас же маленький путешественник топал прямо в зал, где сладко посапывал тот самый великий воин. Малыш тихо хрюкнул у порога, заметив огромный комок черных перьев, видимо, это и был тот самый Филза. Пиглин тихонько потопал к нему, забираясь на диван и рассматривая того легендарного человека, что был перед ним. Тяжелые глубокие вздохи, усталое лицо, на подбородке появлялась щетина, светлые ресницы изредка подрагивали, а его губы шептали что-то тихое и не внятное. На лбу же красовался бинт, давно уже пропитанной кровью ворона. Кроха внимательно рассматривал эту персону, пока в груди не появилось резкое и неконтролируемое желание потрогать его лоб. Рука медленно вытягивается, палец медленно касается бинтов. Однако, с тихим писком он отлетает от комка перьев, испугавшись того, как старший проснулся и сам напугался не меньше. Малыш вжался в край дивана, испуганно хлопая глазами и хрюкая. Сам же Фил уже видел кроху ранее, на что лишь протёр глаза и посмеялся, аккуратно протянув тому руку. - Хей, приятель, ты чего, не узнаешь старого доброго дядю Филза? - Его смех был ласковым. Совсем безобидным и очень добрым. Маленький зомби аккуратно подполз к мужчине, не сводя с него своих глазёнок, тихо пофыркивая. Вскоре он оказался в объятиях. Спустя буквально пол часа малыш Майкл уже сопел на груди старшего, пока тот смотрел то в потолок, то на кроху, аккуратно поглаживая его по голое и уху. Задумавшись, Фил словно опомнившись, услышал приближающиеся голоса. Таббу звал своего сыночка, но тот уже сладко спал. Приподнявшись и посмотрев на дверной проход, он хотел было шикнуть, как из-за угла выглянуло давно знакомое ему личико, а после и второе. Таббу поспешил к тем двоим, тихо радуясь встрече с Филом, спрашивая о его состоянии, параллельно забирая сыночка на руки.Ранбу стоял у дверного прохода, где уже стоял и Техноблеид, смотря на ворона и мальчишку с сыном. Поговорив ещё немного с воинами, молодая семейка ушла. За окном постепенно поднимался месяц, а Таббо боялся идти домой в полной темноте. Смотря им в след, Фил улыбался, чуть печально, с теплом, лаской и заботой, словно он не особо хотел, чтобы те уходили. Но они обещали ещё навестить их, что не могло не радовать. Пока Фил по-отцовски всё ещё смотрел уже ушедшим домой в след, Техно спустился с лестницы и подобрал чашку, которую он выронил ещё утром, ловя свою птичку. Так вышло, что она упала прямо на камень, от чего откололся небольшой осколок от ручки. Печально вздохнув. Он вспоминает, что кружка ему досталась как раз от Филзы, который не знал, что подарить другу. Однако Кружки вполне хватило, что бы суровый пиглин улыбнулся. Хотя, простое наличие улыбки на лице старшего его уже делало невероятно счастливым. Техно вдохнул, понимая, что испортил свой так горячо любимый подарок, который обещал бережно хранить. Сохранил, как-же. Но Фил не расстроился, а лишь поспешил подбодрить Техно, что сквасил грустную мину, чуть ли не до самого сна извиняясь за сломанную чашку. И вот, сон уже подкашивал их обоих. Фил уютно устраивался у себя в кровати, приглаживая перья, взбивая перьевые подушки и поправляя одеяло, пока Пиглин устало ворочается под своим одеялом, не в состоянии найти удобную позу для сна. Он начал размышлять, в чем причина его резкой бессонницы и с чего это в друг он не может поймать удобный момент, от чего проелозил так около часу, может более. Вскоре ему ничего не оставалось, кроме как лечь в тёплые и родные объятия, которые помогали абсолютно всегда. Тихими и медленными шажками, Техно идёт к Филу. Не желая его сильно тревожить, он заходит комнату и садится на кровать. Медленно поднимает одеяло и устраивается на самом краю, боясь задеть Фила. С боку слышится усмешка. Старший слабо улыбается и смотри на Техно, пока то неловко фырчит, бубня под нос о том, что он не хотел его будить и что не может уснуть. Фил тепло усмехается и чуть отодвигается, давая Техно больше пространства и тот покорно пододвигается. Они лежат в тёплых объятиях, вскоре засыпая. И буквально за секунды до полного погружения в мир снов, Фил тихо произносит. - Техно, только сделай что-нибудь со стеклом... Тихо угукнув под слова Фила, они засыпают. Техно снится сон о том, как Фил в окне видит его, однако не может подойти из-за этого проклятого куска переплавленного песка. Это позабавила воина, от чего во сне он улыбнулся. Тихо фырча, он с улыбкой и лёгким сожалением на лице наблюдая за дальнейшими действиями Фила, который не понимал в чём дело и что преграждает ему путь.