Кейран Бантуец

Цоканье копыт мало-помалу перемежалось с тяжелыми вздохами Дорхегария, которому едва удавалось удерживать себя в крепком кожаном седле. Немолодой волшебник то и дело переваливался с одного бока на другой, с большим трудом удерживая баланс. — Первый раз в седле? - спросил едущий впереди бритоголовый. — Прошу простить мою неуклюжесть, мой дорогой провожатый, - простонал тянущийся позади старик, - Боюсь, в программу обучения магистрариумов не мешало бы добавить верховую езду. Темнокожий бантуец и его компаньон, чародей Дорхегарий неспешно, седлав воронных, продвигались по слегка вязкой дороге вдоль густых зарослей высоких оаков, руст и прочих древних деревьев леса Кастилион. Алые лучи закатного солнца уже час как перестали окрашивать тропику к месту гибели отряда разведчиков своим кровавым отсветом, уступив место густому непроглядному мраку. Путь вперед освещал небольшой зеленый огонек, что незадолго до этого выпустил из своих морщинистых ладоней старый маг. Волшебный светлячок, словно обладая своей волей, медленно плыл впереди, заливая светом широкую область вокруг спутников, позволяя уверенно двигаться по ухабистой дороге прямо вперед. — Вызвавшись идти со мной, ты подверг себя большому риску, старик. Если что-то случиться, нам, возможно, предстоит битва с одним из самых быстрых живучих и опасных существ на этой земле. На этот случай, я надеюсь, у тебя в запасе припасена парочка боевых заклинаний. — Что вы, друг мой, - поморщился колдун, - Упаси Творец меня испускать из своих рук смерть и разрушение в их первозданной форме. Я в первую очередь - ученый, специалист по планарам, энтропии, силе сотворения, но никак не способный боец. Я скорее распишу вас чудесную руну, что способна отразить шальную стрелу, ежели сотворю сколь-нибудь разрушительный огненный шар. Кейран окинул отстающего суровым пронзительным взглядом. За поясом из черного поярка, сцеплявшего богато украшенный золотой халат, висел длинный тисовый посох, навершие которого украшал крупный камень золотистого цвета. — А солнечный камень вам, значит, для красоты нужен? - ехидно подметил Кейран — А...? - задумчиво воскликнул чародей, - Ах да, камень. А вы весьма наблюдательны, друг мой. И, по-видимому, хорошо разбираетесь в таких вещах. Да, это действительно солнечный камень, как вы успели заметить. Он способен пропускать через себя больше силы для сотворения боевых заклинаний. Но сам я его возможностями не пользуюсь. Это лишь подарок от учителя. А его любимый ученик, увы, не пошел по проторенной дорожке, но вместо этого стал изучать самые разнообразные глубины магического искусства, за что получил признание и почет прочих членов Коллегии. — Стало быть, вы из круга “Чазистов”? — Ах, это... - на этих словах Дорхегарий снова едва не выпал из седла, - Вы не перестаете поражать меня своей эрудированностью, мой друг. Да, по молодости мы с коллегами часто устраивали дебаты на темы практического применения магии. Учитывая мои, так сказать, наклонности, меня едва не втянули во всю эту политическую игру. Но, могу сказать точно, что я никогда не относил себя ни к миролюбивым ученым из “Чазистов”, ни к пылким умам из “Софистов”, ни к боевым молодым ребятам из “Софистов”. Даже не смотря на всякие здравые аргументы, у каждой из сторон есть слабые стороны, которые из лидеры бояться проявлять, а потому они не пользуются особым уважением ни в одном из магистрариумов. Так что, не смотря на пацифизм и стремление к изучению магии, а не ее практическому применению, я так и не стал выбирать сторону в этих мальчишеских играх. — Меня вообще удивляет, что церковь, как организация, вообще позволяет подобным кривотолкам существовать. За вами же там круглые сутки наблюдают рыцари-сенешали, готовые в любой момент опустошить юного кандидата в маги по поводу и без. — Весьма неточный взгляд на вещи, - уязвлённо подметил Дорхегарий, - Впрочем, как человека, живущего за пределами высоких стен магистрариумов, я вас не виню. В самом деле, сенешали следят за послушниками, не допуская изучения запретных искусств и злоупотребления магией. Даже юный маг, только-только переступивший порог академии, способен при неосторожном обращении со своим даром уничтожить вся рядом с собой. — Для этого на вас и вещают эти ошейники, так? - вставил Кейран — Да, именно так. “Копья души”, эти самые, выражаясь простым языком, ошейники, лишь часть комплексной системы сдерживания.Прямо сейчас, если переплыть Марантийский океан и попасть в застенки Золотого Дворца в столице империи, можно стать свидетелем страшных дебатов на тему сдерживания магии. Эти же вопросы, что удивительно, подниматься и внутри самой Церкви. Сотню лет назад новый Владыка, в порыве жадности, не иначе, решил реформировать магистрариумы так, чтобы даровать магам большую свободу в применении своих способностей, дабы ''Первая экспедиция'' могла быстрее углубляться в земли Островов. Открытые земли с их богатыми ресурсами вскружили голову всей знати. Десятки кораблей в едином порыве отчалили от берегов портовых городов в надежде урвать власть и богатство на новой земле. А маги для них лишь полезный инструмент для расчистки земли от враждебно флоры и фауны. Тут же запеластарая песня о том, что маги должны быть свободны, церковь надобно обезглавить в впустить в нее представителей от магического сообщества и прочая дребедень. Хаосу, царящему сейчас на политической арене Астры позавидует любо кабак в разгар праздников равноденствия. — А ты сам, Дорхегарий, какой позиции придерживаешься? — Думаешь, раз я маг, то буду активно выступать за свободу своих братьев и сестер? – опустив голову, печально произнес колдун, - Я на своем веку насмотрелся на то, как всякие недоучки обращаясь к грязной крови теряли рассудок и человеческий облик.Система магистрариумов несовершенна, это правда, но она необходима. Без надзора и обучения магия обратится против нас самих, первозданной мило сметая весь цивилизованный мир…Мы на месте. Воронеже остановились. Поправив свисающий с ножен кордик, бритоголовый ловким движением перемахнул через седло, оказавшись наконец на твердой земле Дорхегарий же, едва заметным движением руки направил светлячка высоко вверх, после чего щёлкнул пальцами, позволив тому разорваться ярким светом, оттенком напоминающим лунный. В его мягких лучах виднелся овраг, в глубине которого притаились глубокие земляные рытвины, ведущие к тоннелям уходящим глубоко под землю. Кейран аккуратно, шаг-за-шагом, принялся спускаться в непроглядную тьму. Угол наклона, увы, не позволял опуститься быстро, однако, бритоголовый, казалось, не спешил. Он аккуратно перебирал пальцами почву, стараясь отследить даже малейшие неровности. Все, что могло указать на присутствие упыря. — Кровопийцы весьма скрытные существа, - подметил чародей, - Скорее всего, наш юный граф сейчас ютиться в бесконечно глубоких системах пещер, уходящих глубоко за пределы леса Кастилион. — А ты уверен, товарищ магик, что он не набросится на нас прямо сейчас и не разорвет на лоскуты? — Уверен, - произнес Дорхегарий, подняв голову высоко к небу, - Лунный цикл не соответствует фазе охоты. Сейчас он, должно быть, спит. — Это хорошо. — И плохо, - отрезал колдун, -В такой ситуации мы не сможем обнаружить его логово, Все что останется – плутать во мраке пещер, рискуя наткнуться на засаду пыльников. — Иными словами, нужна приманка и свежий след. Кейран нахмурился, в другой ситуации он бы ринулся вглубь пещер, дабы отыскать ребенка. В конце концов, опыт юных лет, проведенных в качестве траппера мог сыграть значительную роль в поисках. Но сейчас бантуец не спешил. Согнувшись вдвое, он едва протиснулся в узкую щель меж расколотой каменистой породы, стараясь руками нащупать любые следы пребывания упыря. — Тебе подсветить? – негромко произнес Дорхегарий — Сделаешь только хуже. Бантуец быстро перебирал пальцами, стараясь нащупать слабые и рыхлые места в монолитной скале. Каждое новое углубление могло таить в себе как искомый предмет, так и опасность в виде маленьких клыкастых буроедов, которые с лёгкостью проделают дыру сквозь кожу и кости своими острыми парными клешнями, и ядовитого мха, одного прикосновения к которому могло хватить для того, что бы парализовать мышцы до самого локтя.Бритоголовый сосредоточился. В одно мгновение пространство вокруг него вспыхнуло едва заметным светом, цвет которого едва ли напоминал хоть что-то известное жителям Аурэсинга. Для обычного человека это прошло бы незамеченным, однако Дорхегарий, уловив движение планеров, слегка напрягся, крепко вцепившись в свой тисовый посох. То, что он должно видел далее могло стать шоком даже для ученого ума. И хотя ему доводилось слышать о том, как жители удаленных гор и лесов могли применять первобытную силу для коммуникации с окружающим их миром, видеть такое старому учёному магу пришлось впервые.Кейран начал собирать энергию из воды, опавшей листвы, почвы и камней, формируя вокруг себя невесомый пузырь из волнистых потоков силы. Листья зашумели. Птицы вспорхнули. Магиккраем глаза уловил, как мелкое зверьё повылазило из своих укрытий, кружась в неведомом водовороте из множества криков, писков, щелчков и стрекотаний. Но самым необычным, что коснулось ушей чародея оказался едва заметный шепот. Однако, как маг не старался, разобрать слова было невозможно. Не из-за заковыристого языка, но потому как при попытке прислушаться голоса становились совсем неразборчивыми, и наоборот, стоило ему расслабиться, как Дорхегарий начал улавливать неведомо для себя отдельные фразы, не имеющие смысла. Источник же шёпота уловить было просто невозможно. — То что я вижу, - произнес магик, широко раскрыв глаза, - Сила самой природы, первобытная, могучая, запретная и от того редко используемая. Кейран, откуда… Бантуец, наконец отлипнув от скалы, выпрямился и глубоко вздохнул. Его глаза, доселе едва различимые, горели едким зелёным светом, исходящим откуда-то из глубины радужки. — Я родился и вырос в местах, удаленных от цивилизации. Мой клан, чья традиции предков, сохранял техники из глубин времён, передавая их и развивая. — Но ведь это суть диалог с самой природой! – удивлённо произнес Дорхегарий, - Силы едва изученные и редкие. Нечестно хранить такие тайны в умах…отдельных личностей. Если бы каждый мог обращаться с природой вот так, напрямую… — В этом и суть, маг, - холодно отрезал бритоголовый, - Каждое живое существо способно на контакт с силами природы, ибо она обращается ко всем своим детям. Но не у каждого хватит решимости заговорить в ответ.В этих способностях нет ничего сверхъестественного. Впрочем, не будем же тратить время на ненужную болтовню, - произнес он, раскрыв ладонь, - У меня есть ниточка, которая приведет к искомой цели.