Золотая клетка.

      Выйдя из кабинета врача со справкой в руках, я по-прежнему не понимала, какого хрена. Какого хрена сейчас происходит в моей жизни? Чувствовала себя проклятой, не иначе.       – Как только результаты анализов будут готовы, мы отправим их мистеру Нильсену. Это займет несколько дней, – доктор улыбнулась своей самой «‎доброжелательной» улыбкой, а мне стало не по себе. – Если верить вашим словам, проблем с циклом у вас никогда не было, видимых симптомов каких-либо заболеваний я не вижу.       Так я поняла, что у Нильсена, по сути, везде всё схвачено. Я просто шла за подтверждением собственной девственности, а по итогу, оказалось, Нильсен не просто указал тётушке на определённого врача, но ещё и оказался главным спонсором данного частного центра. Благодетель чёртов. Не удивлюсь, если в кабинете стояла скрытая камера, и он вместе с врачом рассматривал, какие тайны хранит моё нутро.       Помимо этого из меня выкачали целую цистерну крови, взяли мазки. Ненавижу сдавать анализы! С детства терпеть не могу больницы, ибо когда была маленькой постоянно то простывала, то получала сильные ссадины и даже разок ломала руку.       Анализы были готовы уже на следующее утро, и тётушка после звонка Нильсена ходила довольная как слон, после чего почти за руку повела меня в свадебный салон. Ехала я туда как на казнь, а пока она объясняла девушкам-консультантам, что от них требуется, я думала в какой же момент моя жизнь свернула не туда. На подготовку к свадьбе был дан всего месяц. И раньше это казалось бы очень большим промежутком времени, но теперь, казалось, он пролетит за один миг.       Здесь же я узнала, что оказывается купить свадебное платье, это как в космос слетать. Что по цене, что по реальности. Фасоны сменяли друг друга, тётушке всё не нравилось, а я реально думала, что проще стать космонавтом, чем угодить своей почти родительнице. В результате мы объездили ещё три свадебных салона и в четвертом, когда я совсем выбилась из сил, хозяйка салона, которая сама вышла к нам, произнесла:       – Вообще-то есть ещё одна коллекция. Она пока не выставлена в зале, но сразу предупреждаю, ценник там будет в разы дороже.       – И вы скрывали её от нас? – повела носиком Аннет. – Посмотрите на мою племянницу, да она почти выбилась из сил. Поверьте, наш жених очень платёжеспособен.       – Пройдёмте, – она повела нас с собой куда-то немного внутрь, заводя в помещение, где на манекенах расположились платья невероятной красоты. Но одно из них запало даже в мою душу, которая сроду не склонялась к подобному.       Оно было поистине королевским. Не слишком пышное, но просто с огромным шлейфом. Расшитое красивым кружевом и камнями. Его даже трогать страшно было. Невероятно.       – Это ручная работа. Каждый камешек, каждый узор любовно вышит руками мастериц дома моды Александра Маккуина. Они шили платья для многих знаменитостей и даже для Кейт Миддлтон.       – Агата, дорогая, ты просто обязана его примерить, – улыбнулась тётушка, кивая.       – Вы уверены, что сможете позволить себе подобное? Мы должны навести справки по поводу платёжеспособности вашей карты.       – Конечно, – кивнула тетя и удалилась куда-то с одной из девушек, а я вновь взглянула на платье. В такой красоте нужно выходить замуж за любимого человека, чтобы сделать этот день ещё более волшебным, чтобы тот, кто и так не может жить без вас, запечатлел в своей памяти образ настоящей принцессы и рассказывал об этом детям и внукам, когда они спросят, какой была их бабушка в молодости.       Тётушка вернулась, а консультант просто показала хозяйке салона какую-то бумажку, отчего у той перехватило дыхание.       – Так вы будущая миссис Нильсен, – улыбнулась владелица салона. Похоже, все знали Александра, кроме меня. До совершеннолетия тётя старалась не таскать меня по раутам, говоря, что ещё слишком рано, и лишь недавно я начала посещать с ней вечеринки и вечера, где собиралась вся аристократия, чтобы перемыть кости друг другу, договориться о выгодных сделках и просто на других посмотреть и себя показать. Элизу и Данте тётя как-то никогда не рассматривала заменой себе. Не знаю, что точно здесь играло главную роль: деловая жилка или кровное родство. Кузина поступила в медицинский и в будущем собиралась открыть частную клинику, а Данте обивал пороги местных киностудий, надеясь стать известным актером, но талант у него, если честно, был посредственный.       Я лишь поджав губы кивнула. Вокруг меня тут же началась суматоха. Всё-таки как деньги меняют отношение людей. К платью быстро подобрали красивую фату и туфли.       – Неужели Александр выдал тебе свою карточку? – усмехнулась я, пока девушки оформляли доставку платья. На удивление даже не нужно было его подшивать.       – Представь себе. Твой жених взял абсолютно все расходы на себя.       – Как благородно с его стороны, – с иронией почти пропела я.       – Не в нашей ситуации иронизировать.       – Почему же? Это последнее, что мне остаётся. Золотая клетка ждёт меня.       – Однажды ты скажешь мне спасибо, – укоризненно произнесла тётя.       – Так говорят во всех фильмах про подобные браки, – вздёрнула бровью я, – вот только это реальная жизнь, – я встала с места. – Пойду подышу воздухом, – и, поймав вопросительный взгляд тётушки, продолжила, – не бойся, не сбегу.       Выйдя на улицу, я тяжело вздохнула. Хотелось проснуться, вырваться из этого страшного сна, который мне устроила родная тётка.       Уж не знаю имела ли тут какое место хозяйка салона или нет, но уже буквально через несколько дней, слухи о нашей свадьбе поползли в СМИ. Поздним пятничным вечером Марта принесла в гостиную коробку, которую к воротам дома привёз водитель Александра, ничего толком не объяснив лишь сказав, что отправитель посылки всё указал внутри.       В большой синей коробке оказалось красивое тёмно-бордовое платье в пол, туфли на устойчивом каблуке и коробочка с красивым набором из ожерелья и серёжек. Пока тётя разглядывала содержимое посылки, я взяла в руки небольшой конвертик с запиской внутри.

      «Завтра в 18:00 приём у мэра города. Надеюсь на твое благоразумие и манеры, каттен».

      Как-то меня не предупреждали, что до свадьбы меня ждут выходы в свет с этим напыщенным индюком. Кажется, ещё не все круги ада мной пройдены.

***

      К назначенному времени я уже ожидала машину, морщась от того, как пучок стягивал голову. Кажется парикмахер, вызванный тётей, явно перестарался. Из зеркала на меня смотрела невероятно сексуальная девушка в платье, которое подчеркивало каждый изгиб. Наверняка, именно на это и рассчитывал Нильсен.       Когда машина подъехала к особняку, швед вышел из машины, наблюдая за тем, как я грациозно спускаюсь по ступеням, а в моей голове была мысль лишь о том, как не запнуться, ибо попадать в подобные истории я умела. Отношения с гравитацией у меня такие себе.       – Добрый вечер, Агата, – улыбнулся Нильсен, целуя мою руку и заглядывая мне в глаза своими арктическими глазами. – Прекрасно выглядишь.       – Благодарю, – решила поддержать этот цирк я. – За платье отдельное спасибо.       – Оно подчёркивает каждую часть твоего тела, – понизив голос, произнёс мужчина.       – Думаю, пора ехать, если не хотим опоздать, – прервала его попытки флиртовать со мной я.       – Конечно, – он помог мне сесть внутрь, после чего сам расположился рядом.       – Какая у нас легенда? Не думаю, что правдивые заголовки вас устроят.       – Перестань обращаться ко мне на вы, – потёр висок Нильсен. – Ты всё-таки моя невеста. Для газет и журналов я впервые увидел тебя на светском рауте около года назад. Помнится, именно тогда Аннет вывела тебя в свет. Я влюбился до беспамятства и стал добиваться тебя, после чего попросил руки у твоей тётушки.       – Звучит сопливо, не находишь?       – Народ любит подобное. Вот увидишь: акции наших семейств взлетят до беспамятства. Говорить в основном буду я, тебе нужно лишь подтверждать мои слова.       – В общем быть молчаливой куклой для сопровождения, – закатила глаза я.       – Ты опять утрируешь, Агата. Если мы начнём говорить вместе, то обязательно найдётся расхождение в наших версиях.       – Окей, я поняла.       – Надеюсь, правила этикета не вылетят из твоей милой головки, стоит нам только войти в помещение?       – Моя тётушка воспитала меня в лучших традициях, – изогнула губу я. – Кстати, почему она не приглашена на этот приём?       – Приглашена, но у неё слишком много работы. Нужно подготовить всё к нашему сотрудничеству. Я собираюсь заказать у её компании всю мебель для новых яхт. На ближайшие лет пять фирма будет обеспечена работой.       – Наш ты благодетель, – пропела я, насупившись.       – Чувствую, не оберусь проблем с тобой, маленькая мисс ирония.       – Именно.       – Ничего, я возьмусь за твою строптивость, обещаю.       Я хотела бросить ему в ответку что-нибудь колкое, но машина как раз подъехала к загородной резиденции мэра. Куча камер обрушилась на нас, стоило нам только выйти из машины. Рука Нильсена опустилась на мою талию, и я буквально задрожала от этих прикосновений.       – Спокойнее, каттен, – прошептал Нильсен, когда мы почти вошли в открытые двери. – Куда же делись твои коготки?       Мысленно выдохнув, я подумала о том, что делаю это только ради благосостояния семьи и нужно начинать привыкать к этому засранцу.       Но когда на фоне замелькала бывшая и не самая приятная одноклассница, я готова была просто взвыть. Такое бывает, когда ты учишься в частной школе, где каждый второй родитель чиновник или бизнесмен.       – Чем тебя так испугал мистер Грей? – ухмыльнулся Нильсен, перехватывая с подноса мимо проходящего официанта стакан с виски.       – Не он, а его дочь, – вздохнула я. – Мы учились в одном классе. Сам понимаешь. Тем более она жуткая стерва. Уверена, все кости мне перемоют.       – Будь выше этого, – палец Александра огладил мою кожу. Обычно на таких приёмах принято держать партнёра под руку, но Нильсен выбрал именно такой жест. – Её отец всего лишь директор одного из моих офисов. Даже не директор филиала. А ты выходишь замуж за хозяина сети и по сути становишься хозяйкой.       – Одним словом нужно учиться смотреть на некоторых людей, как на дерьмо, если они того заслуживают.       – Формулировка весьма грубая, но да, смысл верный.       В этот момент к нам подошёл мэр города в сопровождении вышеуказанных лиц. Если не ошибаюсь, они состояли в каком-то дальнем родстве. Думаю, именно по этой причине они находятся здесь.       – Александр, – улыбнулся мужчина, пожимая моему жениху руку. – Как я рад, что вы нашли время для нашего скромного вечера.       – Бросьте, Мейсон, вечер не может считаться скромным, если на столах стоят бутылки с шампанским за десять тысяч евро, – ухмыльнулся Нильсен, отпивая виски.       – Ваша взяла, – засмеялся мужчина. – А это, должно быть, юная мисс Харрис, которую Аннет упорно прятала многие года, – я скромно улыбнулась, кивая.       -Да, – кивнул Александр. – Она ещё немного стесняется. Аннет редко брала Агату на рауты.       – Думаю, вы это быстро исправите, – кивнул мэр, а я поймала на себе изучающий взгляд Сьюзен, той самой одноклассницы, которая лишь кивнула, подойдя с отцом к нам.       – Всенепременно, – улыбнулся швед. – Теперь на мероприятиях и по жизни только вместе, – ещё один талант Нильсена – заливать в уши и на ходу придумывать красивые фразы.       – Значит, слухи не врут? – всплеснул руками градоначальник.       – Не врут, – обняв меня покрепче за талию, произнес жених. – Приглашения уже совсем скоро будут в ваших руках, так что на четырнадцатое июля ничего не планируйте, – надо было просто видеть глаза Сьюзен. В школе я никогда особо не выделялась, предпочитала держаться сама по себе, а теперь выхожу замуж за одного из самых богатых людей Европы.       – Наши поздравления, вы очень красивая пара. Небось пришлось попыхтеть, чтобы получить благословение нашей железной леди?       – О да, – кивнул Нильсен. – Всё-таки разница в возрасте и боязнь осуждения со стороны общества, – вздохнул мужчина.       – В ближайшем времени ждем от вас ещё хороших новостей, – прямым текстом сказано не было, но думаю смысл дошёл до каждого. Господин мэр тонко намекал на наследников, которых я именно от этого мужчины заводить точно не собиралась. И уже даже за эти несколько дней продумала план действий. В его осуществлении мне помогла Элиза, которая проходила ординатуру в больнице и, естественно, было хорошо знакома со многими врачами. Ей нужно будет просто выписывать рецепты на себя, не предоставляя это огласке, а уж я за деньгами не постою. Противозачаточные мне в помощь. Можно было бы просто поставить спираль, но мне даже просто к гинекологу заявляться было опасно, потому что этого эксцентричного шведа, похоже, знала каждая собака Англии.       На эту фразу Александр лишь учтиво кивнул. Заиграла музыка, и он, извинившись перед собеседниками, повёл меня в центр зала. Рука Нильсена по-хозяйски обхватила меня за талию, не давая мне расслабиться, ибо в его руках я чувствовала себя, как в оковах. Моя ладошка каким-то магическим образом легла в его большую ладонь, а наши глаза, благодаря моим каблукам, оказались на одном уровне. Швед смотрел в мои глаза так, словно пытался найти в них ответы на какие-то свои внутренние вопросы.       – Хорошо танцуешь, Агата, – прошептал жених.       – Наконец-то старания тётушкиных преподавателей есть кому оценить, – ухмыльнулась я.       – Ты не умеешь принимать комплименты, – ответил тем же Нильсен.       – Тут вопрос в другом, хочу ли я от тебя их принимать, – вздохнула я, чувствуя, как его пальцы перебирают ткань на моей талии.       – С твоим характером явно придётся повозиться.       – Ты сам выбрал в жёны малолетку, – закусила губу я.       – Физический возраст не столь важен, по сравнению с развитием умственным. А ты не дурочка, Агата, ты даже представить не можешь, как пристально я наблюдал за тобой.       – Попахивает сталкерством, не думаешь? – изогнула бровь я.       – Просто не хотел брать кота в мешке, – он притянул меня ближе к себе так, что его губы оказались возле моего ушка, опаляя его горячим дыханием. Волей не волей, но тело на подобное ответило табуном мурашек. – Ты заинтересовала меня с самого начала, в отличие от своей кузины. Красивая, утончённая, скромная в школе и довольно острая с близкими. Ты не гонишься за отношениями и сексом, как это делают все девушки в твоем возрасте. Ты любишь читать, смотреть фильмы про любовь, хотя и сама в неё не очень веришь. У тебя огромные планы на будущее, ты не хочешь ни от кого зависеть. У тебя словно крылья за спиной.       – И эти крылья ты обрубаешь мне, – также на ушко ответила ему я.       – Веди себя хорошо, Агата, и я исполню все твои желания. Ты будешь путешествовать, откроешь своё дело, пойдёшь учиться.       – Но для этого я должна буду играть по твоим правилам?       – Именно, – собственно я так и собираюсь поступить. Главное, чтобы Нильсен про это не прознал. Но об этом я тщательно побеспокоюсь.       – Не хотелось бы отдавать свою глубоко охраняемую девственность мужчине, которого знаю всего ничего.       – У нас есть целый месяц, чтобы узнать друг друга. К тому же, позже ты будешь только рада тому, что я оказался у тебя первым и единственным.       – Так веришь, что я буду тебе верна? – его пальцы резко впились в мою талию, а зубы сжались.       – Поверь, иначе я превращу твою жизнь в ад, так что лучше не стоит даже думать об этом, – это было сказано настолько холодным тоном, что я пожалела, что не могу вовремя придержать свой язык за зубами.       – И как ты собираешься объяснить своей семье про из ниоткуда взявшуюся невесту, – тихо спросила я.       – У меня нет никого кроме матери, а с ней мы не в самых лучших отношениях. Так что можешь не ждать постоянных визитов свекрови. Может и на свадьбу не заявится.       – Тогда к чему весь этот фарс?       – На эту свадьбу будут приглашены очень важные люди, а также политики. Это сыграет на руку нашим бизнесам и укрепит связи.       – Чувствую себя разменной монетой.       – Частично, так и есть, но не делай меня в своих глазах настолько ужасным. Если ты будешь ко мне относиться нормально, то и я буду к тебе благосклонен.       Уже сейчас я понимала, что нам с Нильсеном будет тяжело. И дело даже не в возрасте, а в темпераментах. Я – человек, который не может лишний раз промолчать, когда задевают моё достоинство, а он любит воспитывать и, судя по всему, довольно вспыльчивый, если раздраконить.       Вечер протекал скучно. Я однозначно не была создана для такой жизни, в отличие от своей тётушки. Ненавидела фарс, эти слащавые улыбки.       Спустя примерно полтора часа, Нильсен, видимо, заметил, что я устала и, попрощавшись с хозяином дома, повёл меня в сторону машины.       Ехать до поместья тётушки при незагруженной дороге где-то около часа, и я честно пыталась не уснуть, но глаза чертовски слипались.       Признаться, подобные выходы в свет, меня жутко утомляли, пусть и были редкостью. А сегодня нашим, а, особенно моей персоне, было уделено чертовски много внимания. Весть о скорой свадьбе быстро разнеслась среди гостей, и каждый норовил поздравить и засветиться своим лицом рядом с нами.       Тяжело вздохнув, Нильсен просунул свою руку под моей спиной, аккуратно притягивая к себе.       – Что ты делаешь? – вздрогнула я, подняв на него сонные глаза.       – Я не кусаюсь, – на выдохе произнёс он. – Можешь поспать, время у тебя есть, – на этих словах он положил мою голову себе на плечо.       – Александр, – хотела было дёрнуться я, но его рука, которая в данный момент утонула в моих волосах, не дала мне этого сделать.       – Спи, – резко сказал он, и от этого тона внутри стало как-то не по себе, но создалось ощущение, что Нильсен способен на заботу, просто не знает как её выразить.       Я думала, что не усну в объятиях этого наглого шведа, но Морфей победил мою стойкость, и я, в конце концов, уснула, сама не замечая, как прижимаюсь к нему.       Наверное, это странно спать в объятиях человека, которого ты реально знаешь без году неделя, но сейчас меня это мало волновало.       Проснулась я уже возле особняка от прикосновения Нильсена к моей щеке.       – Спящая красавица, ваша остановка. Следующая мой особняк.       – Нет, спасибо, я здесь выйду, – пролепетала я, пытаясь раскрыть глаза, что у меня получалось весьма плохо.       – Я уезжаю на три дня в командировку, – начал Нильсен, выходя из машины и подавая руку мне.       – О боже, нет! Я этого не переживу, – съёрничала я.       – Очень не смешно, – изогнул губы швед. – Тебе пришлют бумаги, в четверг у нас интервью для прессы, вопросы готовы заранее, тебе только нужно заучить ответы. А в выходные я заберу тебя в свой особняк, приедет дизайнер, обсудите интерьер твоей комнаты.       – Неужели мы будем спать не в одной кровати? – повела бровью я, а Нильсен уже, кажется, задушить меня был готов.       – И не мечтай. Это будет твоим личным пространством. У меня тоже есть своя комната и кабинет. Да и в целом тебе нужно привыкать к новому жилью и знакомиться с прислугой…       – Всё, я поняла, мистер Нильсен, – видя, что он хочет продолжить свой монолог. – Будем прощаться. Сразу говорю, поцелуя в щёчку не жди.       – Боги, Харрис, ты просто бомба замедленного действия, – он устало потёр глаза.       – Звучит как комплимент, – гаденько улыбнулась я. – Я пойду, а то тётушка, наверное, уже устала прятаться за шторой в гостиной, наблюдая за нами, – кивнув на прощание, я с лицом победителя пошагала к дому, думая, что этот раунд я точно выиграла, но я даже представить не могла, какая жизнь меня ждёт в будущем, и что этот эгоистичный, эксцентричный швед окажется не так прост, как казалось бы.       Но сейчас внутри царило небывалое воодушевление, чему я была безумно рада.